Мэйхуа.

Когда Хэ Сюань увидел Ши Цинсюаня — бледного, растрёпанного и подавленного, — в его душе вновь зародились сомнения.

Чего стоила его месть сейчас, по прошествии стольких веков? Она вообще имела смысл? Она ему действительно так нужна?

Конечно, нужна, но... Свершив её, он почувствует хоть капельку облегчения? Хэ Сюань уже ни в чём не уверен. Разве месть вернёт хоть кого-нибудь? Нет. Она лишь принесёт в его жизнь очередное разрушение...

Ну что за глупости лезут в голову? Если он сейчас отступит, не будет ли это означать, что вся его работа была в никуда? Это просто бессмысленные и бесполезные метания?

Хэ Сюань стал демоном из-за озлобленной несправедливости. В его жизни было слишком мало светлого и хорошего. Несмотря на все его старания, неудачи преследовали его одна за другой, да ещё и такие неестественные. Он потерял всё в своей жизни, и это было по вине двух людей. Вот только один виновник стал тьмой в его душе, научил жестокости и превратил в монстра, а другой стал ярким светом, показавшим красоту этого мира.

Оказывается, мир действительно прекрасен... Уничтожить тьму было совершенно не жалко, наоборот — желанно и маняще, но свет... Этот свет хотелось спрятать ото всех, вырвать из лап тьмы и оставить только себе.

Проблема заключалась в том, что если он так сделает, то свет погаснет навсегда. И Хэ Сюань изначально так и планировал, но глупая и абсурдная любовь не давала дойти до конца. Совершенно ненужное чувство вспыхнуло в его душе ещё столетия назад и стало началом его падения в пучину ещё большей ненависти и отвращения к себе. А слова Вэй Усяня окончательно свернули его с намеченного пути: »...В конце концов они не выбирали себе родственников, к тому же, действительно были хорошими людьми...»

Ши Цинсюань был хорошим человеком. Очень хорошим. Отчего и губить его совершенно не хотелось.

— Мин-сюн? — обеспокоенный голос Ши Цинсюаня резал не хуже заточенного ножа. — Ты в порядке?

«И это первое, о чём ты спрашиваешь?!» — мысленно прорычал Хэ Сюань. — «Посмотри на себя! Это тебе требуется помощь! Как ты можешь даже сейчас заботиться обо мне?! Лучше бы ты был таким же, как Ши Уду... Почему именно ты его брат?»

Хэ Сюань поджал губы и кивнул Ши Цинсюаню.

Начиналась заключительная сцена в его плане. Апофеоз построенной жизни в качестве Мин И. Ему осталось только заманить Цинсюаня в своё логово и раскрыться. Всё. Таким будет конец их истории. Это станет концом всего...

Но... но пока что время ещё принадлежало им. Хэ Сюань ещё мог насладиться присутствием Повелителя Ветра.

— Пошли.

Мин И схватил Ши Цинсюаня за локоть и повёл в центр столицы.

— К-куда мы? — заикаясь, спросил Повелитель Ветра.

— Сначала нужно перекусить.

— Я не голоден...

— Зато я голоден.

— Ах... Ладно, ха-ха...

Было бы неплохо в последний раз побывать в «Небесной усладе». Еда там действительно весьма хороша. Но, помимо этого, жалкий вид Цинсюаня вызывал в Хэ Сюане несвойственное ему желание накормить небожителя. Навряд ли тот сможет нормально поесть в мире людей, а силы ему понадобятся... Кому, как не ему, знать об этом?

— Ешь.

Хэ Сюань положил баоцзы на тарелку ушедшего в себя Ши Цинсюаня. Зелёные глаза были затуманены назойливыми мыслями о брате, а длинные аккуратные пальцы постукивали по гарде изящного веера.

— Ешь уже, — Хэ Сюань едва ли не силой запихнул горячий баоцзы в рот рассеянного Повелителя Ветра.

Ши Цинсюань слабо улыбнулся и пробормотал:

— Да-да, Мин-сюн. Не будь таким грубым, я уже ем, определённо ем.

Повелитель Ветра откусил небольшой кусочек от баоцзы и снова отложил его.

— Может... оставишь поиски на Пэй Мина? — неожиданно спросил Хэ Сюань.

Слова сами вылетели из его губ, из-за чего он заскрежетал зубами.

О чём он, чёрт возьми, думал? Что за позорное отступление?

Злость овладела Хэ Сюанем, однако следующие слова Ши Цинсюаня привели просто в ярость:

— Ни за что! Я не брошу дагэ!

Это было ожидаемо, но...

— Ну и отлично! — прошипел Хэ Сюань и заткнул Ши Цинсюаня недоеденной баоцзы.

Сейчас он не хотел слышать его возмущения. Таков уж был Повелитель Ветра — вечно сувался, куда не следовало, помогал, даже во вред себе, оставался верным тем, кто этого не заслуживал... Воистину, ничто не вредило так человеку, как наивность, доброта и глупость. А уж когда человек одарён всем этим — беды не миновать.

Дальше всё пошло по плану. Они зашли в дорогую гостиницу, где их уже ожидал подкупленный человек, а затем отправились в Богучжэнь. В деревню, с которой всё началось.

«Неужели конец действительно так близок? Неужели скоро все маски будут сняты?»

Хэ Сюань столько веков хранил в себе злость и ненависть, что это стало его сущностью. Он смог примириться на несколько веков с мерзким богом Воды, скрывая свою жажду отмщения в потёмках души, смог улыбаться в лицо, когда всё сгорало от ненависти. Хэ Сюань сумел притвориться безобидным слабым богом Земли, чтобы дождаться подходящей возможности. И даже сумел втереться в доверие, ослабив бдительность Ши Уду, чтобы в конце концов убить эту падаль. И вот уже близился час, когда все карты будут раскрыты. Пусть план потерпел кардинальные изменения, но месть Повелителю Вод будет совершена. Зная Ши Цинсюаня... Узнав правду, он наверняка не сможет с нею смириться, а Ши Уду не сможет смириться с выбором Ши Цинсюаня.

Отчего же тогда так невесело?

— Знаешь, Мин-сюн, — защебетал Повелитель Ветра, — я так рад, что ты мой лучший друг!

«Замолчи.»

— У меня, конечно, много друзей, но лучший друг только ты!

«Хватит.»

— И хотя ты вечно ворчишь и ругаешься, я, правда, от всей души рад, что знаком с тобой!

«Какой же ты идиот. Глупый, наивный идиот. Просто... не иди за мной. Не доверяй мне. Не слушай меня...»

— Наверное, это судьба! Ты можешь не верить в это, но вот что я тебе скажу: мы просто обязаны были встретиться! Именно поэтому мир сделал нас обоих небожителями.

«Нет. Ты ничего не знаешь. Не понимаешь. Ты... Ну почему ты такой?»

— Сам подумай, в ином случае мы бы вряд ли знали друг о друге! А раз нет шансов встретиться будучи смертными, мир решил преподнести нам подарок, сделав нас бессмертными!

«Почему всё сложилось так?»

— Иногда ты говоришь несусветную чушь...

— Ха-ха-ха, ты прав! Но тебе ведь нравится!

Нравилось ли это Хэ Сюаню? Безмерно... До боли в душе, до звёздочек в глазах, до бабочек в животе, чтоб Хуа Чэну подавиться. Если бы только они встретились будучи людьми... Наверное, всё было бы по-другому. Не изменилось бы только одно — очарование Хэ Сюаня глупым Повелителем Ветра, потому что тот был слишком... Слишком нелепым, слишком громким, слишком драматичным, слишком открытым, слишком доверчивым, слишком идиотом, которого можно на раз-два обвести вокруг пальца. Он был просто «слишком». И это «слишком» пленяло так, как ни один подчиняющий артефакт, опьяняло так сильно, как ни один дурманящий цветок.

Кинув мимолётный взгляд в сторону маленькой речушки, которая едва доходила до колен, Мин И нахмурился и поджал губы. Воспоминания о молодости нахлынули на него. Эта речка раньше была куда глубже. Он часто бывал в этом лесу вместе с подругой, которая вскоре стала его невестой. Ещё будучи детьми они любили сбегать сюда и играть вместе. Это было так давно... Сейчас он даже лица её не вспомнит. Некогда нежная любовь стала пеплом, который невозможно разжечь вновь, и от этого становилось совестно и больно. Он предал её. И предал бы снова, если бы они с Цинсюанем встретились будучи людьми... Он действительно ужасный человек.

Хэ Сюань так старательно цеплялся за воспоминания о некогда тёплых чувствах, но сам уже не чувствовал ничего. Единственное, что у него осталось, — ненависть, сожаления и стыд.

До деревни они дошли быстро. Народ судорожно сновал туда-сюда, словно к чему-то готовился, и так оно и было. Хэ Сюань знал об этом — приближались кровавые гуляния.

Ши Цинсюань с любопытством разглядывал людей в неприглядных костюмах, которые были ещё не до конца готовы, а потому можно было увидеть, как тут и там люди пытались имитировать кровь и глубокие ранения с помощью грима.

— Словно в Призрачный город попал, — пробормотал Повелитель Ветра. — Почему люди так одеты?

— Как знать... Давай зайдём в трактир и спросим.

Ши Цинсюань согласно кивнул, и вскоре они оказались в нужном месте. Хозяин трактира с добродушной улыбкой проводил их за стол и принял заказ. Отдав свою порцию Хэ Сюаню, Ши Цинсюань поинтересовался:

— К чему люди готовятся?

— А! Послезавтра в нашей деревне начнётся фестиваль, — махнул рукой хозяин. — Наша деревенька славится своими кровавыми гуляниями.

— К-кровавыми?! — побледнел Ши Цинсюань.

— Точно-точно! Вы, должно быть, издалека, раз не знаете об этом!

— Ха-ха... Да...

— Ну, раз так, тогда слушайте...

И поведал хозяин о жизненном пути одного учёного по фамилии Хэ. О всех его неудачах и падениях.

Хэ Сюань отстранённо наблюдал за тем, как сменяются эмоции на лице Ши Цинсюаня, но сам ничего не почувствовал, когда услышал о своём прошлом. В конце концов нового для себя он ничего не узнал. Но кто бы мог подумать, что о нём будут слагать легенды? Он не знал, как к этому относиться. В каком-то смысле эта легенда была сродни проклятью — вечным напоминанием о прошлом.

— Вот уж действительно... Какое жуткое невезение... — пробормотал Повелитель Ветров, впечатлённый местным преданием, а затем вспомнил, для чего они здесь. — Ах, точно! Скажите, а вчера вы не видели мужчину не из здешних мест? Невероятно красивого, статного и с веером?

Хозяин смущённо смерил пристальным взглядом Повелителя Ветра и что-то пробормотал. Грузный мужчина подумал, что юноша говорил о себе, и не знал, как ответить.

Какой бесстыдный молодой человек...

— Скорее всего, он был в синем ханьфу, расшитым белыми нитями, чуть выше моего спутника, но очень похож на него, однако его глаза синие, а волосы чёрные и прямые.

Добавил Хэ Сюань, играясь деревянными палочками для еды.

— Ах... Кажется, я слышал о необычайно красивом чужаке, забредшем в нашу скромную деревню. Возможно, он — тот, кого вы ищите? — хозяин покачал головой, а затем как взревел: — А-И! А-И, подойди сюда!

Послышалось копошение и громкое:

— Что случилось, отец?

— Помнишь, ты мне рассказывала о красивом господине, посетившем наши земли...

— О... Да-да... Вчера же и было, но это всего-лишь слухи, сама я его не видела, поэтому не могу сказать, насколько он красив, — озадачено ответила молодая девушка, подходя к их столику. — Ляо-Ляо говорила, что его видели у реки Хичен... А что?

— Да вот, господа интересуются.

— О! В таком случае вам лучше поспрашивать госпожу Му, живущую возле реки. Правда, она сейчас в другой деревне... Но должна вернуться завтра!

— Ха-ха, Хичен, значит! Мин-сюн, нам пора! — Ши Цинсюань тут же всполошился и принялся благодарить и отца, и дочь, вкладывая им в руки мешочек с монетами, а затем отправился исследовать реку с Хэ Сюанем на буксире.

— А ты не хочешь других порасспрашивать? — сморщился Хэ Сюань, вырывая руку из крепкого захвата Повелителя Ветра, когда они проходили центральную площадь ремёсел.

Людей здесь было весьма много, но все они что-то делали, куда-то спешили и что-то обсуждали. В общем, выглядели очень занятыми.

— Конечно! Сразу же, как только исследуем берег! Люди никуда не денутся, а вот зацепки...

— Мгм... Поступай, как знаешь.

Хэ Сюань отвёл взгляд, физически ощущая приближение неизбежного.

Как только они дошли до реки, Хэ Сюань сам повёл Ши Цинсюаня в «нужном» направлении, к «зацепке», которую так искал Повелитель Ветра. Ши Цинсюань практически не разговаривал, и эта тишина раздражала. Она служила напоминанием о том, что ожидает Хэ Сюаня, как только всё закончится.

Они шли вдоль берега реки, когда увидели знакомую кисточку от веера Ши Уду. Это был подарок Ши Цинсюаня, который он сделал своими руками. Повелитель Ветра тут же бросился к ней, но стоило ему только коснуться синей кисточки, он в тот же миг потерял сознание. Хэ Сюань вовремя подхватил его на руки, не давая упасть. С ним всё было нормально, он просто впал в глубокий сон. Пресловутая кисточка была заранее зачарована Хэ Сюанем и вреда в себе не несла.

«Вот и всё. Остался последний шаг.»

Черновод горько улыбнулся, проводя большим пальцем по нежной щеке Повелителя Ветра.

Как бы было хорошо, родись он и в самом деле чёртовым Повелителем Земли...

Хэ Сюань подхватил Ши Цинсюаня под ноги и пошёл в сторону домика госпожи Му. Взломать дверь не составило особого труда, к тому же Хэ Сюань тут же её починил, а затем начертил заклинание перемещения и вскоре они оказались в его владениях.