Кольцо Ада

План Тэхена рухнул с оглушительным треском. На следующий день после их встречи в баре Юнги получил официальное предписание от начальства: в свете учащающихся «необъяснимых смертей» и отсутствия прогресса, всем сотрудникам, занятым в деле, предписывалось соблюдать повышенные меры безопасности и ограничить личные контакты вне работы. Формально — для их же защиты. Неформально — чтобы кто-нибудь из них по неосторожности не навёл «Тень» на себя или свою семью.

Когда Тэхен позвонил Юнги, чтобы «уточнить год рождения для подарка», тот ответил с нехарактерной для него сухостью.

— Извини, Тэхен, но сейчас не лучшее время для личного общения. По рабочим вопросам. И... насчёт подарка — не стоит. Я ценю твоё внимание, но сейчас это неуместно.

Линия отключилась. Тэхен сидел с телефоном в руке, ощущая вкус поражения. Он был так близко! Всего один вопрос отделял его от полного комплекта данных. И теперь эта стена. Эта внезапная, официальная отстранённость.

Дженни, разумеется, не преминула отметить его провал.
— Ну что, великий стратег? — она явилась, развалившись в его кресле, с новым запасом леденцов. — Подарок не приняли? Как невежливо. А я уже представляла, как ты даришь ему забавный носок с котиком.

— Заткнись, — бессильно пробормотал Тэхен, сжимая телефон. — Ты же знаешь, что случилось.

— О, да! — её глаза блеснули. — Его поставили на короткий поводок. Теперь он будет параноидально относиться ко всем, включая своего «друга» Тэхена. Поздравляю, ты сам помог построить стену, которую теперь не можешь преодолеть.

Он не ответил. Ярость была бесполезной. Он чувствовал себя в ловушке. Время шло, а он топтался на месте.

Чтобы заглушить гнетущие мысли, он вышел из дома и направился в ближайший супермаркет. Он шёл по проходам, не видя товаров на полках, его разум был занят только одной проблемой: как прорваться через эту новую защиту Юнги.

И тут, как по заказу, из-за угла с тележкой появилась Рози. В ярко-розовой кофте, с сияющей улыбкой.

— Тэхен! — её лицо озарилось ещё сильнее. — Какая встреча!

Он сдержал стон. Последнее, чего ему хотелось сейчас, — это её навязчивого внимания.
— Рози, — кивнул он, пытаясь обойти её.

— Ты выглядишь... расстроенным, — она нахмурилась, блокируя ему путь своей тележкой. — У тебя всё в порядке?

— Всё прекрасно, — буркнул он. — Просто занят.

— О, я понимаю! — она не унималась. — Иногда нужно отвлечься! Я как раз купила ingredients для своего фирменного рамена! Получается просто объедение! Может, зайдёшь ко мне? Поднимешь настроение!

Идея провести вечер с Рози и её раменом казалась ему одной из кругов Ада, которые описывала Дженни.
— Нет. Спасибо.

Его телефон вдруг завибрировал. Он взглянул на экран — сообщение от арендодателя. Просьба срочно быть дома через час, нужно проверить счётчики. Идиотизм. Но отказаться было нельзя.

Рози, увидев его озабоченное лицо, спросила:
— Что-то случилось?

— Да, — отрезал он. — Мне нужно домой. Срочно.

К его величайшему ужасу, её глаза снова засияли.
— О! А я как раз живу в соседнем доме! Я могу пойти с тобой! Составлю тебе компанию, пока ты ждёшь! А то скучно же!

— Нет! — это прозвучало резче, чем он планировал.

Но Рози уже была не остановить. Она оставила свою тележку посреди прохода и буквально пошла за ним, как преданный щенок.
— Я не буду мешать! Обещаю! Просто посижу тихонечко!

Он был слишком измотан и раздражён, чтобы бороться. Он молча шёл домой, а она семенила рядом, безостановочно болтая о чём-то. Он не слушал.

Войдя в квартиру, он грубо указал ей на диван.
— Садись. Не трогай ничего.

— Конечно! — она послушно уселась, сложив руки на коленях.

Тэхен прошёл в другую комнату, делая вид, что ждёт арендодателя. На самом деле он просто стоял там, уставившись в стену, и пытался придумать новый план. Через пятнадцать минут он вышел и сказал:

— Перенесли. Теперь завтра.

— О, — Рози выглядела разочарованной, но ненадолго. — Ну, тогда... может, я всё-таки приготовлю тот рамен? У меня всё с собой!

Он хотел сказать «нет». Он собирался сказать «нет». Но вид её наивного, полного надежды лица, контрастирующий с холодной, невыполнимой задачей по добыче года рождения Юнги, вызвал в нём странную, извращённую слабость. Может, он просто хотел почувствовать хоть какой-то контроль. Хоть над кем-то.

— Ладно, — хрипло сказал он. — Готовь свой суп.

Её счастью не было предела. Она захлопала в ладоши и помчалась на кухню.

Именно в этот момент в гостиной материализовалась Дженни. Она наблюдала за происходящим с приподнятой бровью.
— Ну, ну, — прошептала она. — Какая трогательная сцена. Романтический ужин при свечах? Вернее, при свете холодильника.

— Убирайся, — беззвучно прошипел Тэхен.

— О, нет, — она улёгшись на диване, как кошка. — Я не пропущу такое зрелище. Ты и твоя розовая муха. Это должно быть восхитительно.

Рози, тем временем, хозяйничала на кухне. Она напевала какую-то глупую песенку, и запах готовящейся еды начал наполнять квартиру. Тэхен сидел на диване, чувствуя себя абсолютным идиотом. Дженни лежала рядом, её присутствие было почти физическим — холодным пятном в воздухе.

— Знаешь, — сказала Дженни, глядя в потолок. — Пока ты тут устраиваешь свидания, наш общий объект интереса сидит в своём кабинете и строит новые теории. Он сейчас просматривает список всех жертв, ища хоть какую-то связь с людьми из их прошлого. Упорный, я ему за это даю.

Тэхен сжал кулаки. Каждое её слово было уколом.

Рози вышла из кухни, неся две миски с дымящимся раменом.
— Готово! Надеюсь, тебе понравится!

Она села рядом с ним, так близко, что их плечи почти соприкоснулись. Тэхен отодвинулся. Он взял миску и начал есть, не глядя на неё. Еда была на удивление вкусной, но он не чувствовал ничего, кроме раздражения и гнетущего присутствия Дженни.

Рози пыталась поддерживать разговор, но его односложные ответы в конце концов убили её энтузиазм. Они доели в тишине.

— Ну... — Рози поставила пустую миску на стол. — Мне, наверное, пора.

— Да, — немедленно согласился Тэхен.

Она поднялась, и её улыбка стала неуверенной.
— Тэхен... — она посмотрела на него, и в её глазах стояли слёзы. — Я... я просто хотела сделать тебе приятно. Ты всегда выглядишь таким несчастным. Я думала...

— Я не несчастный, — перебил он её, его голос прозвучал как хлыст. — Я просто не хочу, чтобы ты тут была. Поняла? Ты надоела. Твои сообщения, твои случайные встречи, твой рамен... Всё. Просто оставь меня в покое.

Слёзы покатились по её щекам. Она смотрела на него с таким горьким разочарованием и болью, что ему стало не по себе.

— Хорошо, — прошептала она. — Я поняла. Извини... что потратила твоё время.

Она повернулась и почти выбежала из квартиры, тихо прикрыв за собой дверь.

Тэхен сидел на диване, глядя в пустоту. Он чувствовал себя дерьмом. Но вместе с тем и странное облегчение.

Дженни медленно поднялась с дивана. Она смотрела на него с неподдельным удивлением.
— Вау, — сказала она. — Это было... жестоко. Даже по моим меркам. Я впечатлена.

— Рад, что тебе понравилось, — мрачно пробормотал он.

— Но зачем? — она склонила голову набок. — Она же была безобидной. Глупой, да. Но безобидной. Ты мог просто перестать отвечать на её сообщения.

— Я хотел, чтобы ты увидела! — крикнул он, вскакивая. Его ярость, направленная на самого себя, выплеснулась наружу. — Я хотел, чтобы ты увидела, что кто-то хочет быть со мной! Что кто-то плачет из-за меня! А ты... ты даже не моргнула!

Дженни смотрела на него с тем же невозмутимым любопытством.
— А почему я должна была моргнуть? Ты думал, я буду ревновать?

— ДА! — его голос сорвался. — Хотя бы чуть-чуть! Хотя бы на секунду! Но тебя это вообще не волнует! Тебя волнует только он!

— Конечно, только он! — её голос тоже повысился. — Он — цель! Он — вызов! Он — интересный! А эта розовая никчемность? И ты вместе с ней? Вы — фон! Шум! Я не обязана ревновать тебя к шуму, Тэхен! Так же, как ты не ревнуешь свой стул к своему столу!

Её слова врезались в него с сокрушительной силой. Он был фоном. Мебелью. Инструментом.

— Я ненавижу тебя, — прошипел он, и в его голосе не было ни ярости, ни горя. Только ледяная, безраздельная пустота.

— Знаю, — равнодушно ответила Дженни. — Но это не имеет значения. Ненавидь. Злись. Делай что угодно. Но не забывай о своей цели. У тебя осталось восемь с половиной месяцев. И если ты не найдёшь способ узнать этот чёртов год рождения... — она подошла к нему вплотную, и её глаза пылали в полумраке, — ...то твоя ненависть, твоя ревность и всё остальное сгорят в Аду. И мне будет на это абсолютно наплевать.

Она повернулась и растворилась, оставив его одного в тихой квартире, пахнущей раменом и слезами. Он остался стоять посреди комнаты, и единственное, что он чувствовал — это тяжёлое, неумолимое бремя времени, тикающего у него над головой. И понимание, что он абсолютно один в своей борьбе за вечность.

***

Продолжение следует...