Кольцо Ада

Тишина в квартире была густой, тяжёлой, словно её можно было потрогать. Тэхен ворочался в постели, но сон бежал от него, как от прокажённого. Перед глазами стояли то слёзы Рози, то холодные, насмешливые глаза Дженни, то сосредоточенное лицо Юнги. Он был зажат между тремя этими полюсами, и ни один из них не давал ему покоя.

Он сдался. Включил прикроватную лампу, и мягкий свет выхватил из тьмы беспорядок в комнате. Он сел на край кровати, опустив голову на руки. Отчаяние подступало комом к горлу.

— Не спится? — раздался тихий голос из угла.

Тэхен не вздрогнул. Он почти ожидал этого. Дженни сидела в кресле у окна, поджав под себя ноги. В руках у неё не было чупа-чупса. Она просто сидела и смотрела на него в полумраке.

— Что тебе нужно? — устало спросил он.

— Мне скучно. Ад не спит по ночам, знаешь ли. И наблюдать за тем, как ты метаешься, стало моим новым развлечением. — Она помолчала. — Ты сегодня был особенно жалок.

— Спасибо, что заметила.

Он не видел её лица в тени, но чувствовал её взгляд на себе. Это было невыносимо.

— Почему? — вдруг спросила она. Её голос прозвучал без обычной насмешки, почти задумчиво. — Почему ты так отчаянно хочешь, чтобы я ревновала?

Тэхен горько усмехнулся.
— А ты почему так отчаянно отрицаешь, что чувствуешь что-то к Юнги?

Он не видел, но почувствовал, как она замерла. Задета за живое.

— Я уже говорила. Он — интересный объект для наблюдения.

— Враньё, — тихо сказал Тэхен. Он поднял голову и посмотрел в её направление. — Ты смотришь на него не как на объект. Ты смотришь на него так, как будто он... ответ на какой-то вопрос, который ты себе задаёшь.

Дженни не ответила. Тишина затянулась. Он слышал лишь собственное дыхание.

— А ты? — наконец произнесла она. Её голос был приглушённым. — Почему ты так одержим им? Ты же должен просто убить его. А ты... ты соревнуешься с ним. Ты ревнуешь. Как будто он отнял у тебя что-то важное.

Тэхен закрыл глаза. Сказать правду? Какую правду? Что он завидует его чистоте? Что он ненавидит его за то, что тот лучше? Или что его бесит, что Дженни, единственное существо, которое видит его настоящего, смотрит на этого человека с тем восхищением, которого он, Тэхен, жаждет?

— Он... всё, чем я не являюсь, — с трудом выдавил он. — И всё, чем я никогда не буду. И ты... ты видишь это. И ты предпочитаешь смотреть на него.

— Я демон, Тэхен, — её голос прозвучал устало. — Я рождена из тьмы, хаоса и порока. Его чистота... она как яркий свет. На него больно смотреть, но невозможно отвести взгляд. Это... инстинкт. Как мотылёк, летящий на пламя.

— А я что? Грязь под его ногами? — в голосе Тэхена снова зазвучала горечь.

— Ты... — она сделала паузу, как бы подбирая слова. — Ты — серая зона. Ты не свет и не тьма. Ты — смятение. Ты — тот, у кого был выбор, и кто выбрал падение. В этом есть своя... поэзия. Но это не то, что привлекает мой взгляд. Мой взгляд прикован к крайностям.

«Серая зона». «Смятение». Слова обжигали своей точностью.

— Я ненавижу его, — прошептал Тэхен. — Я ненавижу его за то, что он заставил меня чувствовать себя... неполноценным. Даже с этой силой. Даже с кольцом. Рядом с ним я всё равно никто.

— Потому что ты измеряешь себя его меркой, — парировала Дженни. — Глупо. Ты обладаешь силой, о которой он может только мечтать. Ты можешь стереть его с лица земли. А он может лишь пытаться тебя поймать. И всё же... ты позволяешь ему диктовать тебе твою ценность.

Он посмотрел на неё. Его глаза привыкли к темноте, и теперь он видел очертания её лица.
— А какая у меня ценность, Дженни? В твоих глазах? Кроме как быть твоим орудием?

Она снова замолчала. Казалось, она сама ищет ответ на этот вопрос.
— Ты... развлечение. Долгоиграющее. Сложное. Иногда раздражающее. Но... — она сделала паузу, и следующая фраза прозвучала неожиданно тихо, — ...привычное. Ты стал частью моего... существования здесь. Предсказуемой нестабильностью.

Это было не «я восхищаюсь тобой» и не «ты мне нравишься». Это было что-то другое. Что-то более глубокое и, возможно, более честное. Привычка. Предсказуемая нестабильность. Для демона, питающегося хаосом, это, возможно, было высшей формой признания.

— Восемь с половиной месяцев, Тэхен, — её голос снова приобрёл привычные ноты. — Ты не можешь позволить себе роскошь самокопания. Ты должен действовать.

— Как? — спросил он, и в его голосе звучало отчаяние. — Он отгородился. Я не могу подойти близко.

— Тогда найди другой путь. — Она встала с кресла и подошла к его кровати. Он видел, как её силуэт вырисовывается в темноте. — Всегда есть другой путь. Если ты не можешь подойти к нему сам... заставь его прийти к тебе.

— Что? Как?

— Создай ситуацию, которую он не сможет проигнорировать. Такую, где его чувство долга, его желание «помочь» пересилят его осторожность. — Она остановилась в двух шагах от него. — Ты же умеешь создавать «несчастные случаи». Создай один... такой, который привлечёт его личное, а не профессиональное внимание.

Тэхен смотрел на неё, и в его голове начали складываться обрывки нового, ужасного плана.
— Ты предлагаешь... сделать жертвой кого-то, кого он знает?

— Я предлагаю тебе мыслить не как убийца, а как стратег, — поправила она. — Ты хочешь его данных? Стань угрозой для того, о ком он заботится. Тогда он опустит щит. Он будет уязвим.

Он думал о Тангю. О коте. Но это было бы слишком очевидно, слишком низко. Даже для него. Но идея... идея была правильной.

— Кого? — прошептал он.

— Это твоя работа — решить, — сказала Дженни. — Я лишь точильщик. Я даю направление. Режущий удар — за тобой.

Она повернулась, чтобы уйти.
— Подумай об этом. А теперь... спи. Или не спи. Мне всё равно. Но завтра ты должен быть собраннее. Ты мне нужен острым, а не сломанным.

Она растворилась в темноте, как будто её и не было.

Тэхен остался сидеть на кровати. Отчаяние отступило, сменившись холодной, целенаправленной яростью. Она была права. Он тратил время на эмоции, тогда как нужно было действовать. Её слова «ты стал привычным» эхом отдавались в нём. Это не была любовь. Это не было восхищением. Но это было что-то. Какая-то форма привязанности. И он был готов цепляться даже за это.

Он посмотрел на кольцо на своём пальце. Оно было тёплым. Оно ждало. Оно не судило его. Оно просто давало силу.

«Заставь его прийти к тебе», — прошептала Дженни.

Он лёг обратно на подушку и уставился в потолок. В его голове уже начал складываться новый план. Жестокий. Рискованный. Но возможный. Он заснул под утро, и его сны были полны теней, шепчущих имён, и одинокого маяка в ночи.

***

Продолжение следует...