Бредовый кошмар
Придя в себя, Люми обнаружила себя в своей комнате. Всё выглядело... почти как обычно. Почти.
Медленно поднявшись с кровати, она осмотрелась. Было тихо. Чересчур тихо. Она подошла к окну — и замерла. За стеклом не было ни деревьев, ни зданий, ни неба. Только бесконечная белизна. Пустота. Словно мир исчез.
Нахмурившись, она подошла к двери и распахнула её, надеясь выйти в коридор. Но за дверью её ждала не привычная обстановка, а... арена. Та самая, где проходил турнир. Люми сделала шаг вперёд, и дверь захлопнулась за спиной. Обернувшись — никакой комнаты уже не было. Только глухая каменная стена, голая и без намёка на проход.
— Ну что ж, Казе... Решим всё здесь, — раздался голос позади.
Люми резко обернулась. На арене стояли Рин и тот самый странный парень — брат Рэя. Казе.
Она сделала шаг вперёд... но не смогла. Что-то невидимое удерживало её, как будто она была пленницей сцены, на которую не имела права вмешиваться. Она закричала, попыталась позвать брата, но её голос не достигал никого. Будто она — призрак.
— Я надеюсь на честный поединок, — спокойно произнёс Казе, скрестив руки за спиной. Он был одет почти так же, как и Рин — знак высокого рыцарского звания.
— Казе, лучше бы ты научил своего братца не жульничать, — холодно бросил Рин.
— Он уже победил. Ему больше нечему учиться, — с усмешкой ответил тот.
Люми ничего не понимала. Всё происходящее казалось ей театром теней, чужим сном, в который её втянули. Но прежде чем она успела среагировать...
— Эй, Люми... — вдруг раздался мягкий, знакомый голос у неё за спиной.
Она обернулась — и вновь оказалась в доме. Но всё было... искажено. Свет дрожал, стены пульсировали, словно живые.
— Люми, слышишь?! — мать подбежала к ней, задыхаясь. — Беги! Беги и не оглядывайся! Это всё моя вина... Прости!
— Мама? Подожди... Где я? Что происходит? — Люми пыталась ухватиться за реальность.
— Беги и найди укрытие! Помни, что главное — защищать. Слабых, друзей... неважно кого. Только защищай! Это даст тебе силу. Это поможет выжить!
Слёзы текли по лицу женщины, её голос дрожал.
— Мама... Я...
— Оставайся собой, Люми! И тогда ты снова найдёшь тот огонь... Огонь в своих глазах! Найди тех, кто будет рядом!
Она протянула руку — но мир снова распался.
Одним мигом Люми оказалась обратно на арене. Только теперь — арена была в руинах. Камни разбросаны, воздух тяжёлый, будто после грозы. А прямо перед ней — Рин, лежащий неподвижно. Его тело — безжизненно. А рядом стоял Казе, тяжело дыша, с окровавленным мечом в руке. Он смотрел вниз, на брата, не моргая.
— Что... Что это за место...? — прошептала Люми. — Я же только что... бежала... бросив их... друзей... опять бежала...
Волна осознания ударила по ней, словно буря. Её дыхание сбилось, кулаки сжались, а зубы скрипнули от злости и стыда.
Прошлое — встретило её.
— Теперь я поняла... — прошептала Люми, медленно поднимая взгляд.
Она вновь оказалась дома. Только теперь — в комнате отца. Тишина стояла густая, как туман. В углу, на старом комоде у изножья кровати, стояла катана. Та самая.
— Это ты... Асинна... Кх...
С каждым её шагом к мечу становилось всё хуже. Пространство вокруг искривлялось, звуки глохли, дыхание сбивалось. Чем дольше Люми смотрела на катану, тем сильнее накатывало чувство... жажды. Жажды мести. Жажды крови.
В памяти вспыхнул тот день. Тот день. Всё закружилось.
В памяти всплыло, "...без воли сражаться, драться, и идти вперёд, ничего не получится."
— Да... Теперь я поняла! — выкрикнула она, с искажённым лицом протягивая руку к клинку.
Но тут что-то — или кто-то — оттолкнуло её с такой силой, что она отлетела через всю комнату и грохнулась у двери. Захрипев, она поднялась, огляделась — и замерла.
Перед ней стояла... она сама.
— Ч-чего...?! — выдохнула Люми.
— Ничего ты не поняла, — с отвращением бросила её копия. — Убийца. Какая справедливость? Только прошлое вспомнила, и уже всё? От жажды мести крышу сорвало?
— Кх...
Голос был её. Но более хриплый, жесткий. Глубже. И вместе с тем... до боли знакомый.
— Ты... это я? — с трудом произнесла Люми.
— Нет! — почти закричала копия. — Да, с тобой будет тяжело...
Она сделала шаг вперёд. Теперь в свете стало видно, насколько иначе она выглядела.
Это была Люми, но... взрослая. Ей точно было больше двадцати. Её рыцарская униформа была изодрана и покрыта засохшей кровью. На плече — разорванный командирский плащ, свидетель ранга, теперь лишь тень былого величия. Волосы — растрёпанные, окровавленные. Левый глаз пылал фиолетовым огнём, правый — скрыт под плотной повязкой. В её руках была та самая катана.
— Слушай, — сказала она, медленно. — Скажи честно... Ты всё это время училась фехтованию... чтобы убивать?
— Я... чтобы защищать... — начала Люми, но внезапно остановилась.
— Вот. Теперь дошло, — спокойно сказала копия.
— Но если ты не я... тогда кто ты?
— Я — Асинна, — ответила та. — Не бойся моего образа.
— Р-рада знакомству... я... То есть... Почему всё это похоже на кошмар?
Асинна вздохнула, слегка улыбнувшись:
— Потому что это и есть кошмар, в твоих воспоминаниях кошмар. Внутренний. Глубокий. Где нет смысла искать выход — ты должна стать им. А теперь... никакие Клятвы тебя не сдерживают, Люми. Вставай.
Вместе с этим глаз Асинны внезапно потух
— Но... я же стою...
Асинна подошла ближе и положила ладонь на её лоб. Последнее, что успела увидеть Люми — это усталая, но тёплая улыбка той, кто была её отражением... и потом всё исчезло.
Пустота.
— Тебе ещё многое надо будет понять...