Шоколадная лягушка
Когда Никоша наконец решается подойти к Хошиюки и поговорить о произошедшем, тот лишь качает головой, замечая вслух:
— Ты вовсе не обязан ничего мне объяснять. Это ведь я случайно услышал твой разговор с другом, значит, мне должно быть неловко.
— Это не то же самое, — поспешно качает головой Костеренко, запинаясь в словах. — Ты ведь прекрасно слышал, о чём мы говорили. Наверное, мне уже давно стоило признаться тебе, но я... Но ты... Сам понимаешь, как это непросто.
— Конечно, — с улыбкой выдыхает Хирано, потрепав подростка по волосам и протянув ему шоколадную лягушку. — Давай потом всё обсудим, а сейчас ты немного отдохнёшь и успокоишься: выглядишь взволнованным, я переживаю, как бы ты не упал в обморок на нервной почве.
— Я бы не упал... — бормочет в ответ тот, однако не спорит, когда ему вручают волшебную сладость, а его самого ведут в общую гостиную, опасаясь за состояние Никоши.
Оказавшись в общей гостиной, пятикурсник пытается было отвлечься, читая какие-то конспекты и книги, что предлагает ему Алекс, однако это не очень хорошо помогает, так что уже скоро он переводит взгляд на двери комнат, куда ушёл Хошиюки, а после смотрит на шоколадную лягушку. Может, и правда стоит попробовать, отвлечься хотя бы так от волнительных мыслей?
Уже развернув шоколадку, он не успевает среагировать, когда сладкое земноводное торопливо выскальзывает из его рук и ускакивает как можно дальше, оставив растерянного Костеренко смотреть ей вслед. Переведя взгляд на оставшуюся в руках карточку, он с удивлением понимает, что на ней изображён вовсе не великий маг, как обычно, нет. Это оказывается аккуратная открытка-валентинка с парой написанных красным слов на нежном голубом фоне. "Ты тоже мне очень нравишься". Не в силах сдержать счастливой улыбки, Никоша со всех ног спешит в сторону комнат, едва не споткнувшись по дороге, прежде чем постучавшись, вбежать в комнату Хирано и выдохнуть, запыхавшись:
— Это правда? Никакая не глупая шутка?
— Правда, — с улыбкой отвечает блондин, подходя ближе и приобнимая юношу за плечи, дабы усадить его на свою кровать. — Ты действительно тоже очень мне нравишься, и даже немного жаль, что я не признался в этом первый.
— Я всё равно рад, что всё так вышло, — выдыхает несколько смущённо пуффендуец, прежде чем добавить:
— Прости, к сожалению, твоя шоколадная лягушка сбежала, я был немного неаккуратен.
— Пустяки, — пожимает плечами тот, вынимая из тумбочки и протягивая ему новую. — Угощайся, я много купил по дороге в Хогвартс. Раз уж мы теперь поговорили о наших чувствах, чем хочешь заняться, как парочка, в первую очередь?
В тот момент Костеренко кажется донельзя задумчивым, пока, наконец, не отвечает неуверенно с робкой улыбкой:
— Мне кажется, мы должны выпустить гиппогрифов из загона. Да, возможно, это немного неправильно и я перегибаю палку, но им же явно больше нравится на воле. Они же свободолюбивые животные. Я пойму, если ты откажешься.
— Я согласен, — выдыхает, глядя на него с улыбкой, Хирано. — Давай сделаем это, ведь я считаю, что ты прав. Всякое животное заслуживает свободы, главное нам не попасться на глаза другим ученикам и преподавателям.
Так как мнения парней сошлись, оба тут же поспешили покинуть комнату и, крадучись, направились в сторону загонов с гиппогрифами, дабы освободить величественных созданий, подарив им свободу. Они уже почти добираются до нужного места, как вдруг Костеренко коротко вскрикивает и падает на пятую точку, торопливо бормоча и указывая пальцем вперёд:
— Хошиюки, что это за лошади такие? Они меня пугают. Ты знаешь, кто это?
— Я их не вижу, — признаётся тот, слегка нахмурившись, однако к парню подходит и руки на плечи успокаивающе кладёт. — Лошади? Очень жуткие?
— Худые, как скелеты, — торопливо сообщает тот, нервно сглотнув. — Хошиюки, извини, давай уйдём отсюда поскорее.
— Если ты хочешь, — пожимает плечами тот, помогая Костеренко подняться на ноги и уводя его за плечи подальше, заметив, выдохнув:
— Кажется, я понял, кого ты видел. Не бойся, они безобидные и даже могли бы прокатить тебя на себе, если бы ты захотел, я думаю. Просто мне не дано их видеть, в отличие от тебя.
— Правда? — недоверчиво уточняет у него Никоша. — Ты меня разыгрываешь, тебе ведь тоже видны эти лошади.
Хирано на это только качает головой с грустной улыбкой и крепко обнимает парня, прежде чем спросить:
— Прости за вопрос, но кто умер у тебя на глазах?
— Мама с папой, — тихо признаётся тот, прижимаясь к однокурснику и кладя голову ему на плечо. — Не люблю вспоминать. А как ты узнал об этом?
— Ещё раз прости, — вздыхает тот, поглаживая парня по волосам, прежде чем выдохнуть, наконец:
— Ты видишь фесталов. И прекрасно понятно, почему я не могу их заметить: эти необычные лошади видимы только для тех, на чьих глазах произошла чья-то смерть. Мне даже жаль, что ты можешь их видеть.
Костеренко ничего не отвечает и, наконец, они уходят в сторону нужного им загона, где Никоша отодвигает задвижку и торопливо освобождает гордых магических существ, позволяя им покинуть своё временное пристанище. Разумеется, Хошиюки помогает ему в этом "преступлении".
— А теперь бежим отсюда, — высказывается он, едва подростки заканчивают свою "освободительную миссию".
И, разумеется, оба тут же со всех ног спешат убежать как можно дальше от загона, взявшись за руки, пока их не поймали за запрещённым действом. Тихий счастливый смех вырывается из их ртов, и когда оба добираются до совятни, Никоша выдыхает восторженно:
— Смотри, как парят! Просто невероятно!
— Да уж, ничуть не жалею о сделанном, они кажутся действительно счастливыми, будучи свободными, — соглашается с улыбкой на губах Хирано. — Пожалуй, занятие у нас было не совсем романтическое, но я ничуть не жалею. Что-то в этом есть. Не хочешь сходить покормить Кракена, раз такое дело?
Костеренко торопливо кивает в ответ, и оба в самом деле со всех ног спешат на озера, перед этим забежав в столовую и захватив немного разных вкусностей: мало ли, что водному обитателю может нравится. И вот вскоре они уже сидят на берегу и вовсю угощают Кракена, который, выпустив из воды щупальце, захватывает угощение, довольно машет им, а затем утаскивает то под воду.
— Я ничуть не жалею, что мы решили этим заняться, — признаётся с довольной улыбкой Костеренко, на что Хошиюки отвечает с улыбкой:
— Рад, что тебе нравится наше маленькое увлечение. Вообще, я часто здесь бываю в свободное от нашего общения время, теперь, думаю, мы можем заниматься этим вместе. Извини, я не был уверен, что ты поймёшь то, что я делаю.
— Я понимаю, — отзывается с улыбкой Никоша. — Именно поэтому я хочу, чтобы ты от меня больше ничего не скрывал. Давай делать это вместе.