Хвост Времени

Голова раскалывалась. Виски сжимало невидимыми тисками, каждая пульсация отзывалась тупой болью в затылке. Сознание пробивалось сквозь густой туман, пытаясь ухватиться за обрывки мыслей. Вчера? Какое было число? Что случилось? Память была пустой, зияющей дырой. Лишь смутное ощущение долгой дороги, задание... и ничего больше.

Глаза открылись с восьмой попытки, веки казались свинцовыми. Вечер. Густые сумерки окутывали знакомые очертания. Прохладный воздух щипал кожу. Магнолия. Но... не та. Улица была узнаваемой, но детали не сходились: меньше домов, иное расположение деревьев, какая-то непривычная тишина. Они же уезжали из города.

Эйван Дреер поежился, пытаясь отогнать озноб и ломоту во всем теле. Боль была глухой, разлитой, но ее нужно было игнорировать. Он с трудом поднялся на локти, потом сел, опираясь спиной о что-то твердое – каменную ограду? Огляделся. Знакомая улица... но не совсем. Они были в Магнолии, хотя еще вчера... вчера?.. уезжали на задание. Однако детали не сходились: фонари были старомоднее, деревья моложе, а дом напротив, который должен был быть трехэтажным, стоял скромным двухэтажником.

Слева послышался низкий, хриплый стон. Рейнольд? Парень лежал в траве неподалеку, вид у него был потрепанный, одежда мятая, лицо бледное под слоем пыли. Эйван резко развернулся, превозмогая боль, и подполз к брату.

– Хей. Рей, очнись, – Эйван легонько тряхнул его за плечо.

Рейнольд мгновенно открыл глаза и сел, отшатнувшись. Его взгляд метнулся вокруг, прежде чем остановился на младшем брате.

– Эв? Что за хрень? – голос был хриплым от напряжения, но на губах тут же мелькнула привычная усмешка. Для Эйва это было почти облегчением: если бы Рей ответил спокойно и без сарказма, стоило бы заподозрить неладное – или подмену. Он всегда был язвой, но своей язвой и близким человеком.

– Я ничего не помню, – честно признался Эйван, глядя брату прямо в глаза. – Только то, что мы уезжали на задание. И все.

Рейнольд пристально всматривался в его лицо, голубые глаза сканировали на предмет лжи. Они никогда не были особенно близки. В детстве  постоянные драки за игрушки, за место за столом, за внимание отца. Но Эйв знал: если бы кто-то со стороны попробовал его обидеть, Рей влепил бы обидчику так, что мало не показалось.

Он помнил, как старший брат, стиснув зубы, лупил очередного ухажера Селины, доведшего ее до слез. Язвительный, грубоватый, но как старший брат – безупречный. Признаться в этом вслух? Ни за что. Может, лет через десять, когда у Рея будут свои дети и жена... если, конечно, найдется кто-то, кто выдержит его скверный характер. Хана Штраус, например? Эйван скептически хмыкнул про себя.

Резкий вздох вернул его к реальности. Рейнольд огляделся, его взгляд стал жестче, деловитее.

– Ты в порядке? – спросил он, уже поднимаясь на ноги, слегка пошатываясь.

Эйв заторможенно кивнул.

– Тогда поднимайся и пошли будить остальных, – Рейнольд бросил короткий взгляд в сторону, где лежали Селин и Корделия, и направился к ним, слегка прихрамывая.

Эйван поднялся, отряхиваясь. Взгляд невольно зацепился за старшую Драгнил. Вспыльчивая, резкая, но чертовски красивая. Когда-то, в раннем подростковом безумии, он по ней тайно вздыхал. Смешно вспоминать. Куда мальчишке до ровесницы Селины и Рейнольда? Его первая, так и не случившаяся любовь тихо угасла. Он помнил, как подбрасывал ей анонимные записочки с глупыми стишками. Она их получала, порой мило улыбалась, рассказывала что-то Селин, а ему было просто приятно знать, что она их читает.

Сейчас, глядя, как Рейн осторожно трясет за плечо сначала Селин, а затем подходит к Корделии, Эв поймал себя на мысли:  почему они вообще перестали общаться? Маленькая Кори была в их доме своим человеком. Потом что-то сломалось. Она приходила – только к Селине, в комнату. Общие чаепития с конфетами и смехом остались в далеком прошлом. Странно.

Эйван встряхнул головой, пытаясь прогнать ненужные мысли и боль. Пора действовать. Он поднялся и направился к Кире Рэдфокс, которая лежала чуть поодаль. Его сестра уже подошла к Кайлу, присев рядом.

Кира. Синие волосы растрепаны, лицо в пыли, брови нахмурены даже во сне. "Дядя Гажил мне голову точно оторвет," – с легкой дрожью подумал Эйванарень. Он аккуратно прикоснулся к ее щеке.

– Кира? Кира, очнись.

Девушка застонала, ее веки дрогнули, затем открылись. Темно-синие глаза сфокусировались на Эйве, мгновенно став настороженными.

– Эйван? Что мы здесь делаем? – голос был хриплым.

– Понятия не имею, – честно пожал плечами парень. – Ты в порядке? Вставай, нам других надо приводить в чувство.

– Уже не надо, – раздался знакомый ленивый голос сбоку. Кайл Фернандес, опираясь на Блейза, смотрел на них. Хана и Никси, поддерживая Мию, уже стояли рядом с проснувшейся Селин и Рейнольдом. Блейз Драгнил выглядел бледным, но на ногах держался ровно. – Все в сборе. Более-менее живые.

Они сбились в кучу под раскидистым деревом на окраине знакомой, но какой-то непривычно пустой площади. Селись кто как мог – на корточки, на траву, прислонившись к стволу. Напряжение висело в воздухе густым туманом. Все выглядели измотанными и растерянными.

– Кто-нибудь что-то помнит? – первой нарушила тишину Никси. Ее обычно жизнерадостное лицо было серым от усталости, под глазами – темные круги.

– Я помню, но смутно, – Селина провела рукой по лицу. Ее пальцы нащупали что-то в кармане куртки. Она вытащила старую, потертую карту из черной кожи. Перекрещенные черные полосы, странные символы в центре. – Эта штука... лежала подо мной.

– Что за чертовщина? – Блейз нахмурился, приглядываясь к карте. – Никогда не видел ничего подобного.

– Может, кто-то еще что-то вспомнит? – Рейнольд сидел, поджав колени, его взгляд скользил по лицам собравшихся, острый и оценивающий.

– Лично мне кажется, – Корделия Драгнил откинула голову на ствол дерева, закрыв глаза. Она выглядела изможденной, – что мы были под общей иллюзией. Или... воздействием. И у нас… частичная потеря памяти. Провал. – девушка открыла глаза, и ее взгляд на миг встретился с взглядом Рейнольда, прежде чем она отвела глаза. – Я чувствую… пустоту. И ощущение, что забыла что-то очень, очень неприятное. Что-то тяжелое.

– Почему ты так решила? – Кайл откинулся на траву, закинув руки за голову, пытаясь казаться расслабленным, но напряжение читалось в каждом мускуле его шеи. – Может, мы просто здорово вчера оторвались в новом баре? А карту кто-то подбросил для "атмосферы".

Кира Рэдфокс, сидевшая рядом с Эйваном, потупила взгляд, отбрасывая прядь синих волос со лба.

– В баре, Кайл-сан? С таким похмельем, как будто мы всю ночь кутили? Отец бы тогда устроил взбучку вам всем,– она потерла висок. – Нет, тут что-то серьезнее этих тусовок. Я чувствую… остаточную магию. Сильную. Чужую. Как запах гари после пожара.

– Интуиция, – пожала плечами Кори. – И ощущение тяжести здесь, – она приложила руку к груди. – Предлагаю не гадать на кофейной гуще. Вернемся в гильдию. Там разберемся, проверим архивы заданий, поговорим со старшими.

– Вообще, тут куча странного, – Эйв решил поделиться своими наблюдениями. – Вот эта площадь. В нашей Магнолии здесь штук десять таких деревьев. А тут – одно. И домов вокруг… меньше. Как будто… не достроили еще.

– Я это тоже заметил, – кивнул Рейнольд, резко поднимаясь на ноги. Он отряхнул брюки. – Значит, домыслы Корди не лишены оснований. Ладно, философию оставим на потом. А теперь – пошлите. Пока не стемнело совсем. – Он протянул руку Селин, помог ей подняться.

Остальные, кряхтя и постанывая, последовали его примеру. Корделия легко подхватила на руки засыпающую Мию. Группа, больше похожая на отряд выживших после кораблекрушения, тронулась в сторону здания гильдии "Хвост Феи".

По дороге напряжение немного спало, уступая место попыткам хоть как-то отвлечься от тревожной реальности. Эйван, как всегда, включил свой режим "скорой помощи настроению".

– Ну что, команда, – он хмыкнул, потирая виски. – Чувствую себя так, будто меня переехал говорящий кот за рулем повозки. Главное, он не требовал денег. Только мою память прихватил – видимо, как сувенир.

Кира фыркнула, пытаясь скрыть смех, но карие глаза искрились. – Эйв, ты всегда знаешь, как комично шуткануть в мрачный момент. – Даже если шутки хуже твоего самочувствия.

– Это мой дар, – парировал парень, шагая рядом с ней и нарочито выпрямляя спину. – И мое проклятие. Представь, просыпаешься с ощущением, что твою голову использовали как наковальню, а внутри – как кошки нагадили после своей смены на караул ночью, и при этом тебе обязательно нужно придумать очередной каламбур. Жизнь жестока.

– Ммм, – подхватил Кайл, который чуть поодаль замер у небольшого фонтана на одной из площадей. Он разглядывал его с искренним изумлением. – Вот это да. Эв, смотри! Фонтан! Тот самый, который снесли лет… эдак тринадцать назад? Помнишь, как ты, будучи сопливым пацаном лет пяти, решил проверить его глубину с разбегу? – Фернандес обернулся, ехидно улыбаясь. – А там оказалось чертовски глубоко! Мы тебя вылавливали всем составом гильдии, включая старика Макарова, который матерился. Ты тогда откашлял полведра воды и заявил, что будешь ныряльщиком.

Эйван покраснел, но тоже усмехнулся. – Ох, не напоминай! Я потом месяц боялся даже луж. А дед после этого случая начал носить с собой веревку. На всякий пожарный, говорил. Хотя больше для устрашения, наверное.

Хана, шедшая рядом с Блейзом, томно взмахнула ресницами в сторону проходившего мимо молодого парня с тележкой. Тот, встретив ее взгляд, смущенно покраснел и чуть не уронил мешок. Штраус улыбнулась своей самой ослепительной, чуть загадочной улыбкой. – Мир полон интересных… перспектив, – заметила она, ни к кому конкретно не обращаясь. – Даже в таких… необычных обстоятельствах. Нужно просто уметь видеть.

– Хана, – вздохнула Никси, качая головой, но с легкой улыбкой. – Твоя целеустремленность восхищает. Прямо как у Блейза с его творчеством. Кстати, – она перевела взгляд на молодого человека, – а ты Кори уже дал почитать свой новый набросок? Тот, про теневых охотников? Там же очень крутой поворот в середине!

Парень нахмурился, слегка смутившись. – Эм… Корделия? Ты… не успела посмотреть? Я оставлял его на столе в твоей комнате.

Кори, неся Мию, лишь слегка покачала головой. – Ой, Блейзи, я не успела. Дядя Лекс наказал не вовремя.

– Зря! – воскликнула Никси. – Там очень интересно! Особенно про ту ловушку с зеркалами! Блейз, ты гений!

Рейнольд и Селин шли чуть впереди, не участвуя в перепалках. Девушка то и дело поглядывала на карту в руке, ее лицо оставалось серьезным. Парень же шел, напряженно вглядываясь в знакомые, но какие-то неуловимо иные улицы.

– Перестаньте, – Рей обернулся, его голос был резким, но без злобы. – Болтовня не поможет. Идите быстрее. Чем скорее окажемся в гильдии, тем лучше. Мия, не спи.

Девочка на руках у Кори слабо крякнула, уткнувшись носом ей в плечо. И девушка прижала ее чуть крепче.

До здания гильдии "Хвост Феи" добрались быстро. Оно стояло на своем месте, но... Эйван замер, как вкопанный, у входа. Остальные тоже остановились, ошеломленно глядя на фасад.

– Странно, – пробормотал Блейз, останавливаясь.

– Да, – согласилась Никси, прищурившись. – Она же… больше была? Или мне кажется?

Здание было узнаваемым, но... меньше. Проще. Не хватало знакомых пристроек, балконов, витражей на окнах второго этажа. Оно выглядело скромнее, моложе, как и весь город.

Кайл, не долго думая, привычным жестом подошел к двери и пнул ее носком сапога. Дверь со скрипом распахнулась. Остальные потянулись следом. Эйван задержался на пороге, окидывая взглядом холл. Освещение было тусклее, мебель проще, знаменитый камин в углу выглядел новее. И тут его взгляд поймал движение наверху лестницы. Золотистая молния, сгусток чистой энергии, рванула вниз, прямо на вошедших – на Корделию, держащую Мию, и на Селину, которая шла следом!

Инстинктивно Эйван было рванулся вперед, чтобы прикрыть их, но не успел – не понадобилось. Рейнольд, стоявший чуть впереди, резко вскинул руку. Молния, словно живая, изогнулась в воздухе и впилась в его ладонь, поглощенная без следа. Лишь легкий запах озона остался в воздухе.

– А, это не Хартфелия, часом?! – раздался знакомый, но куда более молодой и полный надменной ярости голос сверху. Наверху лестницы стоял мужчина. Высокий, мощный, с характерными острыми чертами лица и дикими синими глазами. Лексус Дреер. Но… лет на двадцать пять моложе! Волосы не тронуты сединой, лицо без морщин, только жестче, агрессивнее. – Чертовка! Натворила дел и не появляется в гильдии со вчерашнего дня! Совсем страх потеряла?!

Эйван замер, ощущая, как земля уходит из-под ног. Папа? Молодой? Как?! Он бы никогда не ударил так просто в гильдии, тем более по своим! Не в их времени…

– Старик, какого хрена ты творишь?! – голос Рея прогремел, как гром среди ясного неба, полный ледяной ярости. Его глаза сузились до опасных щелочек. – Совсем с катушек съехал?!

Молодой Лекус Дреер нахмурился, его взгляд, острый как бритва, скользнул по Рейнольду, не узнавая. На губах появилась презрительная усмешка.

– А ты кто вообще такой, наглец? – он медленно начал спускаться по лестнице, и от него явственно повеяло угрозой. – И как ты это сделал? – он кивнул на руку Рея, поглотившую молнию.

– Рей, не надо! – Селин резко схватила брата за рукав, оттягивая его назад. Ее лицо было белым как мел, глаза огромными от шока. – Не сейчас! Тут что-то не то!

Эйван, действуя на автомате, обошел группу, замершую в шоке у входа. Его взгляд упал на Мираджейн, стоявшую чуть в стороне у стойки администратора. Она выглядела почти так же, как он помнил, может, чуть менее усталой.

– Извините, пожалуйста, – парень сделал шаг к ней, стараясь вложить в голос предельную вежливость и беззаботность, хотя внутри все сжалось в комок. – Не подскажете, какой сегодня день? Точнее, число и год? Мы… немного выбились из графика.

Мира удивленно подняла бровь, но вежливо ответила:

– Пятнадцатое мая. 794 год по магическому летоисчислению.

Эйв медленно отступил на шаг, улыбка замерла на его лице, сменившись маской шока. Он обернулся к своим друзьям, поймав растерянные и вопросительные взгляды. Рей перестал кипятить, его взгляд тоже стал понимающим и мрачным.

– Эв? – тихо спросила Селина, видя его лицо.

Эйван подошел к группе, встал рядом с Рейнольдом. Он не смотрел больше ни на кого, только в пол. Его голос, когда он заговорил, был тихим, едва слышным шепотом, предназначенным только для своих, но несущим тяжесть целого мира:

– Мы... в полной заднице. – Он поднял глаза, встретив взгляд старшего брата. – Мы не в нашем городе. И не в нашем времени. Мы... в прошлом. На несколько десятилетий до нашего рождения.