Good man

Чонгук не спал всю ночь. Сон не шёл, зато мысли набивались в голову, как китайцы в час пик в вагон поезда. И мысли все о прошлом дне. Есть ли стёрка для стирания мыслей? Она сотрёт всё так, чтобы ни у кого не осталось воспоминаний, даже у него самого. Чтобы он открыл глаза, и всё как было.

В голову влезло самое неприятное воспоминание о Техёне в раздевалке. Его потерянный вид. Чонгук стоял за спинами удивлённой толпы школьников, вжатый в стену, и смотрел на Техёна. Чонгук не мог поверить, что Техёну нечего было сказать. Хотя бы одно единственное словечко, заступиться за себя. Чонгук поймал себя, когда стал пробираться сквозь людей, чтобы встать рядом с Техёном, а лучше впереди него, закрыть своей спиной и всю боль и обвинения принять на себя.

Но толпа дышала друг другу в спины, не протолкнуться. А потом Чонгук смог рассмотреть руки Техёна, свой кроссовок и мешок со стеклом, о котором кричал Хёнбин. Когда всё внутри обрывается, будто летишь в обрыв, есть шанс остаться в живых? Но вместо ответа его ждали только глаза Техёна полные боли и сожаления – всё.

Техён прошёл мимо, не поднимая головы. Как приговорённый к смертной казни.

«Значит, виноват? – спрашивал себя Чонгук. – Значит, по правде виноват?»

Чонгук на ватных ногах вышел из раздевалки, прошёл мимо других школьников. Его кто-то пытался остановить, кто-то пытался заговорить, но Чонгук оставался аморфным, и от него отстали. Чонгук вернулся в школу. В кармане завибрировал телефон, но сейчас не было никаких сил и желания слушать кого-либо, что-то объяснять, отвечать на расспросы. Единственное, что Чонгук смог сделать, написать Чимину, что «позже поговорим». Ноги сами привели Чонгука в западное крыло, на третий этаж. Тут располагался кабинет директора. До встречи с Техёном Чонгук был здесь частым гостем.

Чонгук сел на пол за углом от рекреации, где тёмная массивная дверь вела в царство директорского назидания и шкафу с кубками и медалями: школа у них должна быть первой во всём. Даже в катастрофах вселенского масштаба.

Чонгук решил для себя, что дождётся Техёна и всё узнает у него. Долго не пришлось выжидать: щёлкнул замок, шорохов шагов, всё затихло. Чонгук пополз по стене вверх, на ноги.

– Теперь он от тебя отстанет.

Голос Юнги ударил наотмашь. Чонгук рукой заскользил по стене, пытался ухватиться за гладкую поверхность, не в силах поверить в то, что услышал. Но становится в миллион раз больнее от слов, услышанных следом.

– Теперь-то да, отстанет...

Чонгук сорвался с места рысью. Прыжком преодолел один лестничный пролёт, второй, третий. Он не обращал внимания на гудение в ногах при приземлении, он даже радовался, что может сделать себе физически больнее настолько, чтобы боль рядом с сердцем не была столь выжигающей.

Дома Чонгук отказался от обеда, чем привёл маму в катанический ступор. Отца не пустил в комнату, сославшись на дикую усталость, и вообще уже почти заснул. Но Чонгук лежал час, второй, третий, пятый, смотрел в потолок и изнывал от болезненных мыслей. Так провалялся всю ночь, а на утро разбитый пошёл в школу.

К нему подходили все кому не лень с вопросами о Ким Техёне.

– Он настолько завидовал тебе?

– Чем ты его так обидел?

– Не удались отношения?

– А стекло было настоящим или бутафорским?

Чонгук с трудом добрался до класса, и одноклассники тоже не дали ему житья. Столпились около его парты, обсуждали сумасшедшего Ким Техёна и бедного Хёнбина. К началу урока Чонгук хотел блевать и от первого, и от второго имени.

На следующей перемене Чимин подхватил Чонгука под локоть и вывел из класса. Они дошли до автомата с напитками в конце коридора. Чимин купил себе банку с виноградным соком, Чонгук от напитков отказался.

– А как же молоко? – волне искренне и без подколов спросил Чимин. – Ты нашёл другой способ, чтобы расти?

– Мне это больше не нужно, – промямлил Чонгук и скатился по стене на пол. – Не знаю, что мне делать дальше.

– Логично. – Чимин сел рядом с ним. – Дополнительные занятия тоже приостанавливаем?

– Н-нет, – Чонгук в последнее время улучшил свои отметки. Отличником пока ещё не стал, но на твёрдые четвёрки перебрался безвозвратно. Чонгук больше не плавал в темах, Чимин очень много ему помогал и досконально всё объяснял. И Техён.

Мысли о Техёне Чонгук сразу постарался выжить из головы.

– Баскетбол значит всё? – опять спросил Чимин.

– Баскетбол? Нет. Мне нравится играть.

Чимин утвердительно кивнул.

– Вот и разобрались, что тебе делать. Учиться, заниматься баскетболом и не пить молоко.

Следующие два урока Чонгук просидел на автомате. Его спрашивали, он отвечал. Про вчерашнее не распространялся. И вообще постарался все переживания спрятать глубоко в себе.

На большой перемене Чимин, как у них теперь это заведено, оккупировали большой стол в столовой и разложили там учебники. Чонгук чувствовал себя лучше. Чимин как-то на себя взял всё управление, что с ним бывало крайне редко, и Чонгук не приходилось долго думать и размышлять над своими действиями.

– Значит вчерашняя тема, – Чимин подвинул Чонгуку учебник алгебры, – и её подводные камни. Голос Чимина эхом пронёсся по столовой и затих. Чонгук поднял от учебника глаза и огляделся.

На входе замерли Ким Техён и Мин Юнги. Капитан выглядел как обычно – безэмоционально и пофигистически. Чего не скажешь о президенте студсовета.

– А чего ты такой бледный, Ким Техён? Расстроен, что не смог в кроссы стекло затолкать?

Чонгук нашёл смельчака за секунду. Парень из класса постарше. Он сидел со своей компанией, и они улыбались, как один, нахально и с вызовом.

– Ким Техён, если тебе так кроссовки понравились, можно было мирно попросить, а не убивать сразу.

Столовая негромко засмеялась тут и там. Но в основном школьники пока сохраняли молчание.

– Сначала Хоби поплатился за свою популярность, теперь Чонгук отгребает. Техён, ты прямо как самака богомола – спариваешься, а потом самцы дохнут.

Чонгук со всей силы шарахнул по столу. Столовая опять погрузилась в молчание. Даже поварихи застыли с кастрюлями в руках.

Ким Техён развернулся и вышел. Юнги прошёл к раздаче. Сегодня давали тушеную сладкую тыкву и гальби, кимчи, соус для кимчи и риса, жареные колбаски, рис, водоросли, суп из мальвы, йогурт. Юнги, не глядя, взял два подноса, дополнительно купил две бутылки воды и тоже пошёл на выход.

– Юнги, тебе самому не отвратительно общаться с тем, кто чуть не прикончил твоего игрока? Совесть не мучает?

Юнги даже не обернулся.

– Так, у нас осталось двадцать минут, успеем разобрать тему, – Чимин заботливо подтолкнул тетрадь под руку Чонгука.

– Что за история с Хоби? – Чонгук посмотрел на Чимина. Друг отодвинулся от Чонгука, спрятал руки в карманы и уставился в стол. – Почему все постоянно говорят об этом? Я не помню этой истории совершенно.

– Конечно, не помнишь. Ты уезжал с родителями в Таиланд, и в школе тебя не было. – Чимин говорил странным, отстранённым голосом и продолжал смотреть в стол. – Техёна и Хоби поймали в туалете. В недвусмысленном виде. Техён взял всю ответственность на себя, но на это даже не обратили внимания. Ведь не он стоял со спущенными штанами и резинкой на члене. – Чимин замолчал, перевёл дыхание и продолжил: – Хоби был отличником, президентом студсовета, занимался плаванием – одним словом, гордость школы. Но из-за Ким Техёна его выкинули, как подзаборную шавку. Ну и, конечно, если тебя выгнали из школы, то твоя жизнь закончилась.

Чонгук вспомнил первую встречу с Техёном. Разорванная рубашка, клуб, запах блю кюрасао.

– И никто не стал слушать Хоби. Директор, дисциплинарный комитет – никто не заступился. Все выступили против Хоби. – Голос Чимина дрожал, он явно хотел расплакаться. – Родительский комитет предлагал исключить обоих, но директор заступился за Техёна. Кимы же богатенькие, и им закон не писан. И он, – Чимин сглотнул, – остался. И занял место Хоби. Стал президентом студсовета, заполучил любовь и уважение всех учителей.

– А что случилось с Хоби?

– Ушёл с позором из школы, устроился на стройку, – отчеканил Чимин, неожиданно подрываясь с места. – Занимается шабашками. Поэтому я тебя предупреждал, что влюбляться в Техёна – плохая идея.

Чонгук проводил Чимина взглядом. Он совершенно перестал понимать, что происходит.

На тренировку Чонгук пришёл ещё более подавленным. Ребята по команде ни о чём не спрашивали, за это Чонгук хотел расцеловать их. До начала тренировки обсудили домашнюю работу, игру НБА, похолодание и приближающийся спортивный фестиваль.

– Надеюсь, как и в прошлом году будут фейерверки и костёр, – мечтательно протянул один из ребят.

– Я вам сейчас устрою и костёр, и фейерверк на поле. Никакого отличия не будет.

Юнги начал тренировку с разминки. Они все побежали. На десятом круге открылась дверь в спортзал, сердце Чонгука пропустило удар, но это была Нарин. Она бесшумно пробралась на трибуну и уткнулась в свои записи. Тренировка продолжилась в обычном темпе, но Техёна не было. Он не появился не в середине, не в конце тренировки.

Под конец тренировки Чонгук разозлился. Лупасил по мячу со всей силы. В какой-то момент ребята перестали принимать от него пасы, потому что отбили себе руки. Юнги свернул тренировку и всех отпустил. Нарин пошла за ребятами в раздевалку с листочком. Наверное, обновляла данные по весу. Она строго следила за актуальностью данных.

– Чонгук, есть минутка?

Чонгук бросил мяч через всё поле в корзину. И попал. Чонгук сел на трибуне рядом с Юнги.

– Я пойму. Если ты больше не захочешь быть в клубе.

– Я хочу.

Юнги вскинул голову.

– Да? Отлично. Я думал... Ладно, неважно.

– Техён больше не будет приходить на тренировки? – спросил Чонгук, сам удивляясь своему вопросу. Ему Техён хотел подсыпать стекла, а он переживал, будет ли Техён появляться в спортзале.

– А оно нужно? – вопросом на вопрос ответил Юнги.

– Если он хотел от меня избавиться, неужели не нашлось способа гуманнее?

– Кто тебе сказал, что он хотел избавиться от тебя?

– А как это ещё выглядит?

Юнги промолчал. Из раздевалки вышла Нарин, ребята из команды попрощались и ушли скопом.

– Чонгук, пришла твоя форма. – Нарин достала из сумки шуршащий пакет и вручила Чонгуку. В отличной ситуации Чонгук бы обрадовался этой форме, уткнулся и нюхал – запах новых вещей изумителен. Но сейчас кроме удивления и разочарования не было никаких эмоций. – Иди, примерь. И сразу скажи, если не подойдёт.

Чонгук в раздевалке всё померил. Форма сидела отлично, нигде не перетягивала, была как вторая кожа. Чонгук без интереса окинул себя в зеркале, снова переоделся, вышел в зал.

– ... его даже не опрашивали? – взволнованный голос Нарин подсказал Чонгуку слиться с обстановкой и не издавать ни звука не при каких обстоятельствах.

– Нет, Нарин. Там было столько людей, а у Техёна в руках кроссовок и стекло – картина прозрачнее некуда.

– Но так нельзя! Хёнбин на каждом углу треплется, как ловко он подставил Техён. И мы спустили ему это с рук.

Юнги шикнул на неё. Они замолчали, явно прислушиваясь к шагам и движению.

– Нарин, очнись. Техёна ненавидит вся школа из-за ситуации с Хоби. Хёнбин теперь для них местный герой. Никто не будет разбираться.

Всхлип Нарин заставил Чонгук собраться с мыслями. Пакет с формой выпал из рук, Чонгук вышел из своего угла и встал напротив Юнги и Нарин.

– Где живёт Техён?

Юнги стукнул себя по лбу.

– Так и знал, что так всё и будет. Техён не хочет тебя видеть и слышать.

– Мне без разницы. Я спросил адрес. – Чонгук пепелил взглядом Юнги.

– Я не подставлю друга, – Юнги покачал головой. – Он ясно сказал, чтобы никаких адресов я не давал.

– Мне нужен адрес Техёна, я всё неправильно понял.

Юнги с ног до головы прошёлся по нему оценивающим взглядом.

– Ты сделал выводы, Техён сделал выводы. Адрес не получишь. Тренировка окончена, Чонгук.

Чонгук схватил свои вещи из раздевалки и кинулся в кабинет студсовета, но время уже было позднее, и там было темно и пусто. Кабинет директора закрыт. В учительской тоже никого. Сколько пройдёт времени, чтобы оббежать весь район? А постучаться во все двери? Справиться ли он до комендантского часа?

В любом случае нельзя терять ни секунды.

Чонгук уже успел добежать школьных ворот, когда его окликнула Нарин. Она тоже стоял у выхода, в руке держала форму Чонгука.

– Ты забыл. Она подошла? – Чонгук взял форму, не глядя, пихнул её в сумку и кивнул, собираясь попрощаться и кинуться на поиски дома Техёна. – Стой! Вот.

Нарин затолкала бумажку в ладонь Чонгука.

– Его адрес. Пожалуйста, поговори с Техёном. Он большой притворщик, когда дело касается его чувств.

Чонгук сорвался с места, не поблагодарив Нарин. На ходу развернул бумажку, быстро проверил адрес на карте, где находился дом Техёна.

По пути Чонгук остановился около цветочного магазина, потому что увидел золотые цветы, как маленькие звёзды. Он купил букет, не задумываясь.

Ожидаемо дом, где жил Техён, был огромным и за высоким кирпичным забором. Чонгук спрятал букет за спину и позвонил в звонок. Над звонком висела камера. Из динамиков раздался голос:

– Чего надо?

– Я к Техёну. К Ким Техёну.

– По какому вопросу?

– Он мой... Он мой репититор. Я принёс книги, которые он мне одалживал.

– Сейчас уточню, минутку. – Голос замолчал, а через секунду динамик захрипел вновь. – Техён сказал, что никакие книги не ждал. Так что вали-ка, парниша, на все четыре сторону.

Чонгук скривился. Понятно откуда Юнги нахвастался этого дерьма.

– Скажите Ким Техёну, чтобы немедленно вышел и всё объяснил мне. Я не собираюсь никуда уходить!

– Эй, парниша, не нарывайся.

– А то что? Бить будете? – Чонгук расхрабрился. – Зовите своего молодого господина сюда, и скажите, что Чон Чонгук и пальца не сдвинет, пока он не выйдет.

– Ну, парниша. Ты нарвался.

Хрип в динамике прервался. За забором скрипнула дверь, а затем отворились ворота. Двухметровый амбал вышел и одной рукой оттолкнул Чонгука. Тот перелет всю улицу и ударился о стену чужого дома.

– Вали отсюда, побирушка. Нечего отвлекать молодого господина.

Чонгук встал напротив амбала.

– Я сказал, при каких условиях уйду.

Амбал занёс руку над головой, чтобы дать Чонгуку подзатыльник или пощёчину, но в воздухе щёлкнул дверной замок, и из ворот выскочил Техён. В обычной футболке и брюках с ободком на голове, из-за которого волосы топорщились на голове в разные стороны и выглядели до неприличия мило.

– Че Ушвик, спасибо, дальше я сам разберусь.

Амбал тут же опустил руку.

– Я, господин, если что за камерами. Буду следить.

Амбал, подозрительно поглядывая, скрылся во внутреннем дворе.

– Разбор полётов можно перенести на завтра?

– Можно, – сказал Чонгук и вытащил из-за спины букет.

Техён уставился на цветы.

– Мне? За что?

– За то что усомнился, – Чонгук глядел прямо в глаза Техёну, не имея никакого морального права отпустить взор. Только смотреть. Только так может для Чонгука наступит какое-нибудь облегчение. – Я не должен был сбегать. Как я могу считать себя хорошим человеком и пытаться заслужить твою любовь, если моё доверие ровно обвинению бывшего любовника?

– Чонгук, я...

– Техён, мне очень жаль. Пожалуйста, дай мне шанс. Я больше никогда не усомнюсь в твоём выборе, – Чонгук перевёл дыхание и с надеждой заглянул в глаза Техёна. – Могу я завтра после тренировки сесть с тобой и позаниматься? Могу снова здороваться?

Техён протянул руки, забрал букет и уткнулся в него носом, делая вдох.

– Чонгук-ши, цветы прекрасные.

«Неправда, – подумал Чонгук, – это ты прекрасен, а они – ни капельки».

После этого вечера всё вернулось на круги своя: Техён приходил на тренировки, помогал по возможности Чонгуку с новыми темами, но чаще пропадал в студсовете – фестиваль был не за горами. Чонгук тренировался много и усердно занимался. Пил вместо трёх коробочек молока — уже четыре.

Матч перенесённые с Христианской школой состоялся, и команда Юнги выиграла в сухую даже без Чонгука. Он сидел на скамейке запасных, как ему обещали.

В один из погожих дней, когда Чонгук дремал на перемене, краем уха он услышал возбуждённые переливы девчачьих голосов, из которых Чонгук смог разобрать: «у ворот», «смелый», «какой он стал красавчик».

Чонгук пропустил бы мимо ушей этих «красавчиков», если бы не сорвавшиеся с парт девочки и весёлый визг:

– Хоби, у ворот!

Чонгука как ветром сдуло. Он высунулся в открытое окно, пытаясь разглядеть людей внизу. Школьники высыпались на улицу и повизгивали от удовольствия.

– Чего высматриваешь? – спросил Чимин и тоже посмотрел вниз.

– Говорят, у ворот Хоби.

Чонгук не успел моргнуть, как Чимин испарился. Чонгук пошёл вниз. Толпы набежало как на какой-нибудь концерт рэпера местного разлива. Впереди мелькнула макушка Чимина, он, как танк, пёр сквозь толпу, пока не вышел на пустое пространство, оставленное специально для одного человека. Толпа стояла вокруг одного парня: высокого, симпатичного – мечта баскетбольной команды, сквозь футболку угадывалась развитая мускулатура, а на лице улыбка – в тридцать два зуба.

– Хоби, расскажите, как вы?

– Хён, вы восстанавливаться?

– Хоби, вы подкачались?

– Хён, это вы недавно были на «Попался!»?

Хоби не растерялся от такого повышенного внимания. Он улыбался, пожимал протянутые руки, как айдол пожимает руки обычным плепсам, но глазами хён продолжал кого-то выискивать в толпе. И этот кто-то вышел к нему, и толпа, до этого волнующаяся разными звуками, притихла.

– Техён.

– Хоби.

– Рад видеть тебя.

– И я.

– Ты подрос.

– Много молока пил.

– Это заметно. – Тут Хоби вытянул руки и заключил Техёна в объятия. Толпа ухнула, Чонгук сжал кулаки и сделал шаг вперёд, но его опередили. Чимин оказался рядом с обнимающимися и толкнул Хоби со всей силы.

– Почему ты обнимаешься с этим уродом, Хоби?

Хёны уставили на Чимина.

– Чимин, что случилось?

– Что случилось? – Он ткнул в сторону Техёна. – Этот урод сломал тебе жизнь. Тебе пришлось всё бросить, а сейчас – «рад тебя видеть»? – Чимин не контролировал свой крик. Хоби посмотрел на Техёна.

– Чимин, давай спокойно всё обсудим. Без крика.

Хён в примирительном жесте протянул руки к Чимину. Но тот их оттолкнул, подошёл вплотную к Техёну.

– Хёнбин правильно сделал, мразь. Не терпится увидеть, как тебя вышвырнут из школы. – Чонгук аккуратно подобрался к Техёну, пока Чимин кричал на него, встал рядом, оттеснив друга и закрыл Техёна собой. – А ты не смей защищать его. То что ты по уши влюблён в него, никак не умоляет всей херни, что он сделал.

Для Хоби это стало последней каплей, он схватил Чимина и дёрнул.

– Чимин, успокойся. Давай поговорим. Я всё могу объяснить. И тебе придётся наконец выслушать.

Чимин как-то быстро сдулся, успокоился. Чонгука тронули за плечо.

– Спасибо, – прошептал Техён на ухо хубэ, а потом громче. – А теперь расходимся, здесь вам не цирк.

Толпа нехотя начала расползаться.

– Я пойду отпрошу Чимина у учителя, – сказал Техён.

– Меня тоже, – Чонгук не собирался сидеть на уроке, когда Техёна могут обидеть или сказать что-то нехорошее.

– И тебя, – не стал спорить Техён. Чимин и Чонгук забрали вещи. Техён извинился перед учителем.

– А мы не вниз? – спросил Чонгук, когда Техён прошёл мимо лестницы.

– Нам нужно зайти ещё за одним человеком.

Техён довёл их до класса, где сейчас у него и его класса был урок.

– Учитель, заберу Юнги. Нам нужно подать онлайн-запрос на участие баскетбольного клуба, без капитана не справимся.

Учитель недовольно фыркнул, но уйти разрешил.

– Зачем нам понадобился Юнги? – спросил Чонгук, но его вопрос остался без ответа.

Хоби ждал у школьных ворот.

– Моя машина на углу, угощу вас кофе.

В кофейне Хоби и Техён сели вместе, хотя Чонгук сам порывался с Техёном, но пришлось сесть между Юнги и Чимином. Техён и Хоби заказали себе по чашке кофе, Юнги – морковный сок, Чимин – зелёный чай. Чонгук не захотел ужиматься в угощениях и заказал себе милкшейк с рожком мороженого, палочкой твикса, кит-катом и сникерсом.

– Ни грамма совести, – заметил Чимин, прихлёбывая горячий чай.

– Чонгук, не знаком ещё с тобой, – Хоби протянул руку, Чонгук её пожал. – Очень приятно. Если ты здесь, то история касается тебя напрямую.

– Конечно, я будущий парень Техёна, поэтому обязан быть здесь.

– Ух ты. – Хоби посмотрел на Техёна. – Правда?

– Нет.

– Да, – улыбнулся Чонгук от уха до уха. Он воткнул ложку в милкшейк. – Правда, когда я стану хорошим человеком высоким спортсменом-отличником.

– Вот это требования.

– Техён меньшего и не заслуживает.

Техён промолчал.

– На самом деле, Чимин, прости, что сразу не рассказал, в чём дело. – Хоби перевёл взгляд на Чимина. – Чонгук, не знаю, в курсе ли ты, но Чимин – мой сводный младший брат.

Чонгук посмотрел на Хоби.

– Его брата зовут Джей Хоуп, и они в контрах.

– Меня зовут Джей Хоуп – мамина фамилия и имя, а папа назвал...

– Чон Хосок, – добавил Чимин. – Это лишняя информация. Брат мне поперёк горла, но родители в пример постоянно ставили и сравнивали. Я сравнения ненавижу. А потому когда всё случилось, думал, вздохну спокойно. Но стало хуже. Родители достали меня своей гиперопекой и заботой. И постоянный контроль, контроль, контроль. Они жить без него не могут. Поэтому Техён виноват, что моя жизнь кувырком пошла.

– Это не вина Техёна, а моя.

Чонгук обалдело сомкнул челюсти на палочке твикса и повернулся к Юнги.

– О чём это он? – спросил Чимин, пялясь в сторону Юнги.

– Это не с Техёном был Хосок в тот день, а со мной. – Юнги шумно сделал глоток морковного сока.

– Это шутка? – Чимин не верил своим ушам.

– Нет, – Хоби потёр свой лоб, будто собирался с мыслями. – Тогда я был с Юнги, а не с Техёном.

– Я был несовершеннолетним, а Техён, он... Он первый прибежал тогда в туалет и затолкал меня в кабинку. А сам разыграл это представление.

– Мне не пришло в голову ничего лучше, как притвориться парнем Хосока, – развёл руками Техён.

– Я говорил, что это плохая идея, – подал голос Юнги.

Чонгук переводил взгляд с улыбающегося Хоби на Юнги, который тоже слегка ухмыльнулся. И на Техёна, который просто пил кофе.

– То есть всё это время Техёна получал за ваши сексуальные игрища?

Чимин с осуждением смотрел на сводного брата, пока спустя несколько минут до Чонгука не дошло.

– То есть у тебя не было секса с хёном? – Техён поперхнулся кофе и закашлял со всей силы. – А с тем парнем в клубе?

– В каком клубе? – Техён сначала не понял, а потом как понял. – Это был ты?

– Да, – счастью Чонгука не было предела. Он разулыбался, не мог не улыбаться. Это самый счастливый день – ведь тот день перевернул всю его жизнь, и в ней появился Техён.

– Боже. Мне потом в клубе всю плешь проели, что за парень. Ты всех на уши поставил. У каждого встречного поперечного спросил, кто я и откуда. А откуда я знал, что за парень?

– Теперь можешь смело говорить, что твой парень.

Хоби хохотнул и подтолкнул Техёна локтем.

– А он у тебя на приколе.

– Он не у меня, – тут же ответил Техён и сделал новый глоток кофе. Но Чонгук разглядел, как хён спрятал улыбку в чашке. Как он хотел сберечь это мгновение.

Чонгук ощущал полное счастье. Осталось только узнать результаты экзаменов и выиграть соревнования. Техёну от него не сбежать.