Тайна лесных котов

Чума страшна, когда черна,

И ночь за ночью - так без сна.

Закрой глаза, сначала вдох

А после выдох - и до трех.

***

Клац. Клац. Клац.
Так звучит приближающаяся пасть Смерти, которая гонится за серым котенком. Тино оббегает толстые стволы деревьев, перемещаясь между ними небольшими прыжками. Едва его лапы касаются корней одного дерева, он тут же отрывается и перескакивает на следующие.
Стук. Стук. Стук.
Так бьется его живое сердце, яростно перегоняющее кровь, только чтобы котенок не попал в лапы черного чудища. Дыхание сбилось, темп бега замедлился - силы на исходе. Мойра знает, сколько Тино уже бежит. Может, пора сдаться?
Кап. Кап. Кап.
Слюна тянется из пасти Смерти - черная и тягучая, словно грязная и стухшая кровь. Морда у чудища звериная, но аура у него другая - изуродованная. Глаза - безжизненные, мрачные, но не злые. Так если не злые, то от чего же Тино бежит?
Треск. Треск. Треск.
Раздается звук под лапами котенка, и он падает, приземляясь в болотную тину. Вязко-вязко, тяжко-тяжко. Пытаясь ухватиться за кусок земли, Тино вскидывает лапу, но не дотягивается. На него смотрят два уголька-глаза чудища, на морде ни капли эмоций. До чего же тупое выражение, думает Тино.
Хлюп. Хлюп. Хлюп.
Трясина тянет вниз: хочет забрать к себе, хочет подчинить его. Тино молчит, не зовет на помощь. Яркий и неприятный свет бьет по глазам. Он тут один. Он тут умрёт.

***

Кошмар ушел, оставив неприятное и липкое чувство страха после себя. Взбудораженный Тино часто глотал воздух, оглядываясь вокруг. Чудища нет, рядом лежит черная кошка - Чернобровка, или Лили, как она попросила себя называть. Принюхавшись, котенок не нашел ни намека на тот запах из сна - гнилого и мертвого. У рядом лежащей кошки не стекает черная слюна. Она сопит, иногда вздрагивая, ведь сон мам с неугомонными детьми часто неспокоен, а потревожить его может любой шорох и шум.

- Снова кошмар? - сонно спросила Лили и придвинулась к испуганному котенку, - Ты всё упрямишься, но моё молоко успокоило бы твой сон. Все лекари знают - нет лучше лекарства, чем молоко, которым матери вскармливают неокрепших малышей.

Смущенный Тино тряс головой. Лили не первый раз предлагает ему, уже подросшему котенку, выпить молоко. Словно он маленький и не может справиться с какими-то снами. Это не были кошмары изначально, ведь каждое сновидение начиналось не с погони или драки. Каждую ночь Тино снится гнездо, как у птиц, и оно теплое, уютное и родное. В нем играют или спят братья и сестра. Каждую ночь Тино оказывается рядом с родными, но они не видят его и не слышат, как бы он ни кричал и ни бегал вокруг них. Стоит Тино начать привлекать к себе внимание, гнездо становится холодным и чужим, а жители его обращаются в черных чудищ, которые потом долго еще гонят Тино прочь. Из гнезда.

- Как знаешь, Тино, - пожала плечами Лили и опустила голову на лапы, прикрыв глаза, - Но если передумаешь - дай знать.

Тино абсолютно уверен: Лили не желает зла, даже наоборот. Она слишком хорошо относится к Тино, заботясь о нем, как о собственном ребенке. И Тино с благодарностью принимал всё: еду, нравоучения, ласку и жалость, с которой Лили смотрит на него. Лучше быть хоть с кем, чем одному. Взамен он возится с котятами, заменяя им старшего брата и приглядывая за непослушными малышами.

- Доброе утро, - прошептал Тино, увидев чью-то черную морду, скрытую тусклым туманом.

За деревом стоял Хлыст, пришедший по привычке и своему долгу проверить пленного котенка. Как долго он стоял, ожидая, когда его заметят, было сложно сказать, но ближе кот не подходил - не хотел будить кошку. Между ними не было дружбы, но и врагами друг друга они не считали. Просто коты, которым суждено жить бок о бок, избегая любых возможностей открыться и показать слабости, чтобы не ввязаться в неприятности в жестокой лесной жизни.

Их с Тино разделяло шагов десять, поэтому острый слух не дал тихим словам раствориться в воздухе. Хлыст безмолвно кивнул и подозвал к себе, поскребя сырую землю. Он никогда не звал Тино по имени - только молча, жестами. А сегодня еще и выглядел мрачнее тучи, даже через туман виднелась его недовольная морда: глаза потемнели, брови схмурены, а рот плотно сжат. От злости или от страха?

Тино, тихо переставляя лапы, чтобы не угодить на какой-нибудь сухой сук и не издать громкий звук, обходил Лили и её котят. Дети мирно сопели и их черные брюшки, которыми они лежали вверх, спокойно поднимались и опускались. «Жаль, что так не может быть всегда», - подумал Тино и содрогнулся от одной этой мысли. Нехороший сон и нехорошие предчувствия - не к добру.

- Я ухожу, - буркнул черный кот, когда они с Тино отошли подальше, - Чернобровка будет приглядывать за тобой. Вытворишь чего - ей хуже будет.

- Куда? - спросил Тино, нервно пошевелив усиками.

- Не твоё дело, малой. Много знаешь - хвост короче. Будь тише воды и... ты и так ниже травы.

- А у тебя хвост длинный, - задумчиво произнес Тино, рассматривая Хлыста с хвоста до макушки, - И глаза злые-злые, как у Хворного зверя.

- Позаговаривай мне зубы, умник, - хмыкнул кот и тупо уставился в туман, - Откуда тебе знать, как выглядят чудища? Вот я видел. Одного. С мертвыми глазами и черной пастью.

- Знаю. И слюна у них капает черная и вонючая, и сами они пахнут, как испорченные яйца.

Тино фукает, вспоминая кошмар, и мечтает забыть запах гнили, исходящий от преследовавших его чудищ. Было в этих зверях что-то знакомое, что он видел и не один раз, но вспомнить что именно - сложно. Может, это его память так играет с ним, подсовывая выдуманные факты, чтобы крутить у себя в голове картинки, где Тино бежит, а его догоняют. Снова и снова.

- Сегодня сложный день, - голос у Хлыста глухой, он обрывается и кот застывает в поиске воздуха, чтобы продолжить выдавливать подходящие слова, - Вождь хочет встретиться с тобой. Для ритуала.

- Какого такого ритуала?

Тино напрягся. Его тело - пружина, застывшая в напряжении, и если её отпустить, она тот час отлетит и уже не будет в порядке. Навсегда застынет, так и не разжавшись. Когда ты оказываешься один в месте, наполненном своим и чужим страхом, сам не замечаешь, как все мышцы собираются и готовятся «бить или бежать». Он один, похищенный и забытый в темной и страшной дыре. Неделя - столько он прожил в Черном клане и столько же не видел свою семью. А может, им больше не нужен такой никудышный брат и сын?

Хлыст, видя перед собой маленького и сжавшегося котенка, усмехнулся, обнажил передние клыки. Таким он нравился Тино больше. Когда уголки его пасти поднимаются наверх, чувствуется, что не ты один на грани краха. Не один строишь из себя каменную статую - бесстрашную и бесчувственную. Хлыст и Тино - духовные братья, друзья по несчастью, и котенок отчетливо слышит, видит и чувствует это. В отражении его совсем невеселых глаз читается боль от унижений и одиночества. В молчаливости его пасти слышится страх, что его осудят, не поймут или бросят. Запах безнадеги - так пахнет болото, в котором тонет по ночам Тино - исходит от застывшего с грустной ухмылкой кота.

Связь между ними еще не крепка, может распасться в любую секунду, но Тино знает, что Хлыст - лучший вариант для спасения из плена. И эта нить, которая роднит их, не должна оборваться, а для этого придется узнать боль и страхи кота глубже.

- Чего нос повесил? Выбора то у тебя все равно нет. А ритуал этот... каждый его проходит, когда сюда попадает.

Голос, как удар тонкой веткой по телу, пронзил тело и заставил невольно вздрогнуть, отогнав все мысли. Хлыст смотрел на Тино и продолжал держать ухмылку, будто приклеенную к его морде. Глаза же его оставались грустными и голубыми, как выплаканное кем-то море. Пустое. А может мертвое.

- Дядя Хлыст, а меня когда-нибудь спасут? - пропищал Тино и попытался отзеркалить улыбку кота, но вышло плохо - и уголки расслабились, позволив грусти завладеть мордочкой котенка.

- Почем я знаю, мелочь, - буркнул кот, - И не зови меня здесь так - никому хорошо не будет. Еще подумают, что мы с тобой дружбаны и... И глаза свои опусти в землю, не надо на меня так глазеть.

Проглотив обиду и уткнувшись глазами в землю, Тино послушно последовал за Хлыстом, который повел его через поляны лагеря. Если бы не деревья, гниющие на каждом шагу, это место звалось бы пустыней. Стояла утренняя тишина, вокруг ни одной души, только капли дождя редко стучат по влажным камням. Туман мягко огибает все вокруг, душит своей влажностью. Вдыхая, Тино чувствует напряжение в легких. Выдыхает облачко теплого пара и стучит клыками. Клац-клац. Тихие звуки стука обретают силу и проносятся эхом по лагерю, который реагирует и отвечает Тино. Деревья, болезненно склонившись, гнут голые ветки к котенку, почти касаясь спины. Стоит поднять глаза, думает Тино, и его схватят и запрут в тюрьме из прутьев.

- Не отставай, - голос Хлыста звучит громче навалившегося страха и отрезвляет Тино, - Почти дошли.

Хлыст, озираясь по сторонам, идет походкой неуверенной, как нашкодивший котенок. Иногда он останавливается и прислушивается, вглядываясь вдаль. Кого или чего Хлыст ждет Тино не может знать. Недолго помявшись на месте они продолжают идти. Пока наконец черный кот не останавливается и, обернувшись к Тино мордой, шепчет ему три слова:

- Не разочаруй, мелочь.

И отходит, давая Тино рассмотреть место, куда его привели. Тино не смотрит туда, он провожает взглядом черного кота, своего будущего спасителя. Пока тот не растворятся в тумане, начинающем сгущаться вдали. Только тогда голова котенка вертится, а глаза и нос изучают, ищут подсказки.

Неизвестность страшит любого, а уже напуганного она глотает целиком. И чтобы Тино не съели - неизвестность надо разрушить. Его глаза ищут, но туман старательно прячет всё: деревья, камни, котов, правду. Нос безуспешно пытается найти следы хоть кого-нибудь, но чувствует только сырость и собственный страх. Чего я боюсь, думает Тино и воспоминания, как яркая вспышка, озаряют его. В них Жако мучается от страха высоты, а на помощь ему приходит Элизабет с советом. Нужно просто идти и делать то, что боишься. Тино боится неизвестности, одиночества. Если стоять как вкопанный на одном месте, эти страхи никуда не уйдут, сколько бы ты не осматривался вокруг себя.

Лапы щупают землю, проверяя не пропадет ли она, если наступить на неё. Наши страхи делают нас слишком мнительными. Поэтому Тино недоверчиво нюхает дерево, проверяя не муляж ли это. Нет, деревья здесь очень странные и с каждым днем кажутся всё живее и живее. Иногда они шепчутся между собой, но шепот их до того скрипуч, что Тино даже не пытается подслушивать. Да и сама мысль безумная. Говорящие деревья лишь вымысел его больного сознания, которое тоскует по родным и беззаботной жизни.

Стук. Что-то падает рядом с котенком. Это неровный камушек с острыми гранями. Лапа сама потянулась к нему, чтобы толкнуть и отбросить подальше, но стоило это сделать и Тино подскакивает, шипя и проклиная себя. Порез саднит, красная жидкость толчками выходит из ранки. Зализывав лапу и остановив кровь, Тино уже без надежды поднимает голову и видит перед собой большую каменную стену с мордой неизвестного животного на ней. Это не кот и не лиса. Черты были смазаны - ветер и время сточили камень. Во лбу у зверя зияла дыра: правильная, шестиугольная. Через неё рос плющ с неказистыми и маленькими цветами, обрамляя морду своими зелеными стеблями.

А под мордой восседало другое чудище - рыжее, безумное и уродливое. Тино даже усомнился, а кот ли это. Там, где должен быть нос - лишь две дырки, там, где у обычного кота два уха - ничего. Длинная шерсть комьями лежала на шкуре, придавая еще более неприятный вид неизвестному коту.

Туман, предатель, не спрячет Тино, он уже растворился, оставив после себя прохладу и влагу. Черные глаза смотрят прямо на Тино и под их гнетом хочется сжаться. Мурашки бегают от головы до хвоста - и так по кругу. Всё тело напряглось, как перед битвой, в которой ты сражаешься за свою жизнь, и шерсть невольно встала дыбом.

- Посмотрите... - пронесся шепот котов из Черного клана, - чего шерсть поднял? Киса хочет драки?

- Да он просто наложил уже! - подхватил кто-то, - Сейчас к маменьки побежит!

Сначала рассмеялся один кот, а через пару секунд раздался звучный хохот толпы. Даже уродливый кот хрюкал, пытаясь издавать звуки похожие на смех. Теперь туман ничего не скрывает и Тино видит всё, что было скрыто. Черные коты сидят на расстоянии, собрался весь Черный клан. Тут и Лили, и Хлыст, опустивший голову. Тино не обидно от слов здешних котов, их желчь не может прожечь его сердце. Оно еще верит - сбежать можно, нужно лишь немного подождать и постараться.

- Знаешь ли ты, кто я такой? - прожигая взглядом своих темных глаз спросил незнакомец.

- Нет, - честно ответил котенок.

Уродливый кот подошёл поближе и облизнулся. Из пасти вытекла слюна, она повисла на подбородке. Кап. Мутная жидкость упала, впитавшись в землю. Тино пытаясь не скривиться от отвращения и страха, сделал шаг назад.

- Досадно, - рассмеялся кот, - Я - глава этого клана! Великий и непревзойденный Хмуролик! Единственный, кто способен спасти этот лес от страшной болезни и неразумного зверья.

Хлопая глазами Тино смотрел на расширяющиеся и сужающиеся отверстия носа, не в силах отвести взгляд. Рот бессвязно проронил слова, которые потонули в хохоте котов, смотрящих на котенка с насмешкой и нескрываемым любопытством. Десятки глаз сверкали в неплотном тумане, морды же их оставались неузнаваемыми, безликими. Все присутствующие коты серые или черные - тусклое царство тьмы.

- Уже завтра все четверо избранных будут в моих лапах. Правда, Мор? - снова облизнувшись спросил Хмуролик.

- Так точно, - выкрикнул черный кот и обратился уже к толпе, а не к вожаку, - И головы предателей украсят наш лагерь, и мы испьем их кровь до последней капли, братья и сестры.

Толпа ликующе завопила и заклацала зубами, предвкушая вкус крови. Эту жажду Тино прочувствовали на себе. Мурашки пробежали по холке, отдавая то мертвым холодом, то диким жаром. Беспомощно посмотрев на Хлыста, Тино пытался отыскать в глазах кота помощь, но встретил лишь мутный взгляд куда-то вдаль.

- А пока у нас есть один из избранных, зачем терять время? - продолжил Хмуролик и снова уставился на Тино. Жадно, безумно блестели его глаза похожие на темное небо, - Пора избрать ему новое имя и принять в нашу семью.

Подойдя почти вплотную, Хмуролик положил лапу на голову котенка, застывшего от ужаса. В горле застряло нечто мешающее прокричать: "Нет, меня зовут Тино и я не собираюсь вступать ни в какую семью, мне и своей хватает!". А рыжий кот, хитро щурясь, улыбался и, кажется, всё идет в точности так, как он и планировал.

Легкий ветерок всколыхнул шерсть котов, будто пытался успокоить их своими прохладными прикосновениями, остудить озлобленных и надменных зверей, но от ветра огонь лишь распаляется. Так и толпа стала лишь злее, и кто-то выкрикнул:

- Да зачем нам нужен такой слабак! Бросить его в лес и делов...

Мор, низко рыча, напомнил своему соклановцу, что не ему решать, кто и где будет. Толпа затихла под напряжённым взглядом Мора, лишь изредка долетал беспокойных шёпот.

Тино, отвлечённый ссорой между котами, не заметил заходящего за спину Хмуролика и не сразу понял, как полетел носом вперёд. Толчок неожиданный и сильный выбил из колеи, отряхнувшись и встав, котёнок посмотрел наверх. Хмуролик пнул его прямо под каменную стену и стоило Тино приблизиться к морде неизвестного животного, она обрела если не жизнь, то осмысленность точно. Задвигались каменные мышцы, состроив озадаченную гримасу. Горевший в глазах белый огонёк смотрел беспристрастно, словно мимо котёнка.

- Великий Дхарий! - подошёл Хмуролик, поклонился и обернулся, чтобы убедиться, что все коты проявили достаточно уважения, - Воля твоя - закон! Потому котёнок, что пред тобой здесь стоит, что избран судьбой, должен пожертвовать своим светом. Да соберутся избранные в краях заброшенных, да свершится древнее пророчество, чтобы спасти всех нас.

Треск. Каменная морда затрещала и, к удивлению Тино, начала говорить. С каждым словом с неё летела пыль, от которой хотелось чихать.

- Слышу-слышу, Луч, только четверо для мира нужны. Лишь один - мало.

Хвост у рыжего кота нервно махал в разные стороны, но улыбка не слезала с морды. Кривая и пугающая.

- Где один - там четверо. Они придут за ним, кровь приведёт их сюда. А если сами не явятся,так что же, приволочет Мор. Четыре солнца обязательно потухнут.

- Выполненная цель - вот что важно. Потуши их, обрати ко мне, а после будет новый мир.

Тино, прокручивал в голове пророчество, которое мама им рассказала, но оно было не таким, в какое верил Чёрный клан. Попятившись назад, Тино облизнулся и понял, что из носа у него текла кровь, но потрясение от говорящего камня отвлекло его от всего насущного. Ему жутко захотелось уйти, желудок неприятно сжался, а когда глаза каменной морды уставились на него, паника накрыла котёнка с головой, но убежать он уже не успел.

Чёрный туман, наползавший от каменной стены, сначала окружил его, а потом накрыл с головой. Резко. Тино не успел даже вздрогнуть, как оказался в темноте. Рядом слышался шёпот котов, тихой голос Хмуролика.

- Белая ночь, - сказал он, - они поплатятся.

- Мы заберём котят, а остальных убьём, - возмущённо отвечал голос Мора, - Я лично пойду и сделаю всё, как надо.

Хлюп. Прикусив свой язык, скорее от обиды, чем от злости, котенок сжался и заплакал - от бессилия. Что может маленький котёнок? Как ему спасти свою семью? Словно услышав мольбу Тино, незнакомый голос прозвучал у него в голове:

Тино, Тино, храбрый котик,
Чёрный уж не смоет дождик.
Твоя шкурка не блестит,
Серой краской не пестрит.

Там где глаз, там и второй,
Но и тот совсем пустой
Хмуролик забрал их свет
Только тьма тебе ответ.

Ты не дай ей отомстить,
Отыщи надежды нить
Средь запутанных тропин,
Средь затушенных рябин.

Продолжая стоять в темноте, не видя ничего, Тино ступил один шаг, чувствуя как стекают по морде капли слез и падают рядом.

- Добро пожаловать в семью, Уголёк, - сказал глава Чёрного клана, - Тебе у нас понравится. Теперь ты часть Чёрного клана.

Смех Хмуролика звучал подобно грому. Ночной кошмар, подумал Тино, он просто продолжается, но скоро закончится. Котёнок откроет глаза, впустит в свой день свет, и проснётся.

Хлыст тихо подошёл, не говоря ни слова. Тино узнал его по запаху, Хлыст его не прятал, как остальные коты в Чёрном клане. Уткнувшись в мягкий бок, Тино зарыдал с новой силой и начал понимать - Хмуролик и правда украл его свет. Лишил его одной из великих радостей жизни - способности видеть.