Тайна штата Оклахома [18+]

Туннель был тесным, душным и абсолютно черным. Дэвид двигался наощупь, прижимаясь спиной к шершавому, холодному камню. Его рана, приглушенная мазью Моррисона, напоминала о себе тупой, ноющей болью с каждым шагом. В руке он сжимал обсидиановый кинжал, и его мягкое, внутреннее свечение было единственным источником света, едва разгоняющим непроглядный мрак. Он освещал лишь его руку и пару сантиметров вокруг, создавая призрачное, сияющее пятно в абсолютной тьме.

Позади, сквозь толщу камня, доносились приглушенные, искаженные звуки. Еще один выстрел. Затем — яростный, пронзительный визг, полный боли и ярости. Моррисон сделал свое дело. Он купил ему время. Ценой, которую Дэвид боялся осознать.

Он шел, не зная куда, не зная, сколько времени прошло. Минута? Час? В этой вневременной темноте все ориентиры терялись. Воздух был спертым, пахлым пылью и вековой затхлостью, но, слава богам, без того сладковатого смрада тления. Это был человеческий ход. Построенный теми, кто пытался бороться.

Наконец, впереди показался слабый отсвет. Не фосфоресцирующий, не зеленый, а серый, тусклый. Дневной свет. Он ускорил шаг, почти бежал навстрежу ему, спотыкаясь о неровности пола.

Отверстие было завалено камнями и корнями, но между ними были щели. Он протиснулся, раздирая куртку о острые края, и вывалился наружу, на свежий, влажный воздух.

Он лежал на земле, задыхаясь, впитывая в себя прохладу и запах леса после дождя. Он был жив. Он был на поверхности. Он огляделся. Он находился в гуще леса, в полумиле от дома Моррисона, как тот и обещал. Дом был виден в просвете между деревьями, мрачный и безмолвный. Ни криков, ни выстрелов. Все было кончено.

Он поднялся на ноги, его тело протестовало против каждого движения. Он посмотрел на свой окровавленный, запыленный комбез, на дрожащие руки. Он был измотан, ранен, но жив. И у него была цель.

Найди Картера.

Шериф. Человек, который предпочел сделку с дьяволом, чтобы сохранить свой жалкий, иллюзорный покой. Человек, который, по словам Моррисона, хотел власти. Он служил не только из страха. Он что-то замышлял.

Дэвид понимал, что не может просто пойти в участок. Его там ждали. Или не ждали, но он был официально объявлен опасным преступником. Ему нужен был другой путь. Ему нужна была информация. И ему нужно было оружие. Настоящее оружие.

Пистолет остался у Моррисона. От него остался только обсидиановый кинжал. Этого было мало.

Он вспомнил про Мэйбл. Про ее ястребиные глаза и готовность говорить. Она ненавидела Картера. Она могла помочь.

Он двинулся через лес, держась подальше от дорог, направляясь обратно в город. Он шел, как призрак, прячась в тени деревьев, его радар был настроен на малейший звук или движение. Лес, однако, был пустынен. Ни птиц, ни зверей. Словно все живое бежало от этого места.

Через полчаса он вышел на окраину Крик-Фоллс. Он обошел его и подошел к забегаловке «У Мэйбл» с тыла, через грязный дворик с мусорными баками. Было уже за полдень, основная волна завтрака схлынула.

Он подождал, пока грузовик мясника не отъехал от задней двери, и быстро юркнул внутрь, в подсобку. Он прижался к стене, прислушиваясь. Из зала доносились приглушенные голоса. Пахло моющим средством и жареным жиром.

Он подождал, пока Мэйбл не зашла в подсобку за банкой солений. Когда она увидела его, ее глаза расширились от ужаса. Она отшатнулась, чуть не выронив банку.

— Ты?! — прошептала она. — Все говорят, ты напал на шерифа, ранил его, взорвал дом Моррисона!

Дэвид устало покачал головой. Так, значит, Картер уже состряпал версию.

— Это ложь, Мэйбл. И ты это знаешь. Картер работает на них. На те твари, что живут в доме Моррисона и на болотах.

Она смотрела на него, ее грудь тяжело вздымалась. Затем ее взгляд упал на его окровавленное плечо, на грязь на его одежде, на дикую, изможденную решимость в его глазах.

— Господи помилуй, — выдохнула она. — Что они с тобой сделали?

— Неважно. Мне нужна твоя помощь. Мне нужно найти Картера. И мне нужно оружие.

Мэйбл молчала, борясь с собой. Страх был написан на ее лице. Но под ним читалось и другое — давно копившаяся ненависть к шерифу и ко всему, что он олицетворял.

— Он не в участке, — наконец сказала она, понизив голос. — Он у себя дома. Говорят, он ранен. У него сломана переносица. Он никого не принимает.

— Где его дом?

— На холме, на выезде из города. Одинокий белый дом с зеленой крышей. Не промахнешься. — Она помолчала. — Оружие... в моем грузовике, за дверью. Под сиденьем. Старый револьвер моего покойного мужа. И патроны.

Дэвид кивнул, чувствуя, как камень спадает с его души.

— Спасибо, Мэйбл.

— Не благодари. Просто... покончи с этим. Покончи со всем этим. Я не хочу больше хоронить соседей, которые «случайно» утонули на болотах.

Она отвернулась и вышла обратно в зал, делая вид, что ничего не произошло.

Дэвид подождал минуту, затем выбрался тем же путем, каким пришел. Грузовик Мэйбл, старый «Форд», стоял за углом. Он открыл дверь, нашел под сиденьем тяжелый, зачехленный револьвер «Смит энд Вессон» и коробку с патронами. Он проверил барабан — все шесть гнезд были полны. Он сунул револьвер за пояс и патроны в карман.

Теперь — к Картеру.

Он снова ушел в лес, двигаясь по окраине, пока не достиг холма на выезде из города. Дом был именно таким, как его описали — одинокий, белый, с зеленой крышей. Он стоял в отдалении, окруженный ухоженным газоном, который сейчас казался зловещим в своей обыденности. Ни одной машины, кроме внедорожника шерифа, который стоял в открытом гараже.

Дэвид наблюдал за домом с опушки леса в течение получаса. Никакого движения. Никого. Картер был там один. Раненый. И, вероятно, напуганный.

С наступлением сумерек он решился. Он пересек газон быстрыми, бесшумными перебежками и прижался к стене дома, под окнами. Он заглянул в гостиную. Темно. На кухне горел свет. Он увидел Картера.

Шериф сидел за кухонным столом, спиной к окну. На его лице был большой лейкопластырь, закрывавший переносицу. Он пил что-то из стакана, вероятно, виски. Его плечи были ссутулены, поза выдавала усталость и напряжение.

Дэвид проверил заднюю дверь. Она была заперта. Передняя, скорее всего, тоже. Окно. Оно было приоткрыто для проветривания.

Он медленно, бесшумно приподнял раму и протиснулся внутрь, оказавшись в темной столовой. Запах жареной еды, чистящего средства и слабый, но узнаваемый запах крови. Он вытащил револьвер и двинулся на звук.

Он вошел на кухню так тико, что Картер услышал его лишь тогда, когда ствол револьвера уперся в его затылок.

— Не двигаться, Бен, — тихо сказал Дэвид. — Руки на стол.

Картер замер. Его спина напряглась. Он медленно опустил стакан и положил ладони на стол.

— Батт, — его голос был хриплым, усталым. — Я знал, что ты вернешься.

— Где Моррисон? — спросил Дэвид, не отводя ствол.

— Мертв. Или хуже. Они забрали его. После того, как ты сбежал. — Картер горько усмехнулся. — Ты оставил его там, приятель. Как и я предсказывал.

Боль и вина, острые как нож, кольнули Дэвида. Но он не поддался.

— Он сделал свой выбор. Как и ты. Только он выбрал смерть с честью. А ты выбрал роль прислужника.

— Я выбрал выживание! — резко обернулся Картер, несмотря на ствол. Его лицо было искажено гримасой ярости и боли. — Выживание для этого города! Для моей семьи!

— Не врать! — рявкнул Дэвид, ударяя его рукоятью револьвера по уже поврежденной переносице.

Картер вскрикнул, схватился за лицо. Кровь просочилась сквозь пластырь.

— Моррисон сказал, что ты хочешь власти. Как ты ее получишь, Бен? Что ты задумал?

Картер, хрипло дыша, смотрел на него снизу вверх. В его глазах была дикая, отчаянная решимость загнанного в угол зверя.

— Они... они обещали, — просипел он. — Если помочь им получить тебя... они дадут силу. Настоящую силу. Не просто быть сторожем. А быть... хозяином. Хозяином этого места.

Так вот оно что. Картер не хотел просто выживать. Он хотел править. Он продавал души других в обмен на место у трона древнего зла.

— Ты сумасшедший, — с отвращением сказал Дэвид.

— Нет! Я — реалист! — Картер внезапно рванулся. Его рука метнулась не к оружию, которое лежало на столе, а к пуговице на своем мундире. Он нажал на нее.

Из другой комнаты донесся низкий, вибрирующий гул. И тотчас же воздух на кухне сгустился. Запах озона и тления заполнил помещение. Электрический свет замигал, затем погас, оставив их в темноте, которую прорезал лишь луч уличного фонаря из окна.

— Они здесь, — с торжеством в голосе прошептал Картер. — Я вызвал их. Они придут за тобой. И на этот раз, тебе не убежать.

Дэвид отступил от стола, озираясь. Тени в углу комнаты зашевелились, стали гуще. Послышался знакомый скрип.

Он был в ловушке. Снова. Но на этот раз он был готов. У него был револьвер. И у него был обсидиановый кинжал.

Он посмотрел на Картера, который смотрел на него с победоносной ухмылкой.

— Сначала я разберусь с тобой, — холодно сказал Дэвид. — А потом — с ними.

Он поднял револьвер. Не для того, чтобы стрелять в тварей. Для того, чтобы покончить с предателем.

Выстрел грохнул в маленькой кухне, оглушительно громкий.