Убийца волшебников

Бони.

- Мари, – Бони осторожно отстранился, – хотел бы я чтобы всего этого не было.

- Что ты имеешь в виду? – ее тело напряглось в его объятиях. Он понял, что она еле сдерживает себя, но все же делает вид, что спокойна. Это было даже немного печально, что она не могла обмануть его. Бони обнял ее крепче, но она высвободилась и привстала.

- Можешь сказать, что у тебя на уме, – попросил он.

- Сначала сам набрасываешься с поцелуями, а потом сожалеешь, неужели ты все еще ведешь себя как подросток. Какой капец! Мужчина в колдовском мире собирается поступить как мой первый парень. Мне не тринадцать лет, меня таким не возьмешь.

- Я не хотел тебя бросать, – слегка улыбнулся Бони, – но наши отношения это проблема.

- А у нас есть отношения?

- А как ты это называешь?

Она ухмыльнулась, так она делала, когда считала кого-то очень глупым. Он видел такую улыбку много раз. Бони хотел бы быть глупым. На одно мгновение ему захотелось, чтобы Марианна обозвала его дураком, разъяснила все как правильно, как она делала это на занятиях. И он мог бы просто поверить, и следовать за ней. Он бы подчинялся воле Марианны до конца своей жизни.

Но эти колючие как иголки мысли проткнули его сердце, а потом тут же исчезли. Он бы не признался сам себе, что боится их.

- Ты меня слушаешь вообще, Бони? Але, мой хороший.

Бони кивнул.

- Так почему ты считаешь, что наши отношения это проблема?

- Да потому что у меня сейчас важное задание, и так будет постоянно, пока я не умру. Нужны ли тебе такие отношения?

- Бони, – мягко сказала она, проведя рукой по его щеке, – отношения – это не когда люди занимаются любовью, а когда люди доверяют друг другу. И если ты не будешь доверять мне, то у нас ничего не получиться.

В таком случае в его жизни никогда не было отношений. Ведь Бони никому не доверял.

Оранжеватый рассвет коснулся высоких окон амбара. Солнце здесь почти не давало тепла, Бони с каким-то сожалением вспомнил те яркие золотые лучи, плавящие камни в Неро-Импере - столице Империи Оборотней. Он шел в королевский дворец по белокаменным улицам и любовался густыми кронами деревьев. Оборотни не могли жить без леса по старым привычкам и старались создавать как можно больше природных островков в техногенных городах, которые они построили.

Вдруг своим чутким слухом Бони уловил шаги, к дверям амбара приблизились люди и уже отпирали замок. Он вскочил, успев сообщить Марианне, чтобы она спряталась. Она поспешно натянула пальто и юркнула в темный угол, где складировались корабельные снасти.

Двери отворились, впустив свет и холодный воздух в темное помещение, которое на эту ночь стало его прибежищем. Вошли двое. Это был Зефир Фон Облак и Агнит Ван Брекер. Бони не сомневался, что все так и будет. Он ухмыльнулся, глядя в карие глаза ректора, с торжественной злобой взирающего на него.

- Курсант Бонифаций Ирбис Оборотень По Ту Стороны Реки Воклес! Что вы здесь забыли? Вы что были на складе всю ночь? В нарушении комендантского часа да еще и дисциплинарных распоряжений?! – рявкнул Ван Брекер.

Фон Облак промолчал, казалось, он не обращал внимания на Бони. Его взгляд рассредоточился, как будто он взирал в пустоту и не находился здесь. Словно его не особо интересовал оборотень. Тогда что же он тут делает. Неужели ищет Марианну. Если ее сейчас обнаружат, то ей не избежать наказания. Бони не хотел утянуть ее вместе с собой. Но в то же время он не понимал необходимости ее нахождения здесь. У него здесь была работа, а она только рискует собой. Пожалуй, это не безопасно и не рационально для нее. Он мог бы спрятать ее так, что никто никогда бы не узнал о ее существовании. И они могли бы быть вместе и никто не смог бы им помешать.

- Господин контр-адмирал, – хрипло произнес Бони и откашлялся, – я выполнял ваши предписания по отбыванию наказания, но меня случайно заперли в амбаре.

- Как вы смеете еще и лгать, господин оборотень! Я велел вам два часа вечернего времени чистить днище в доках! А вы обманом и подлостью проникли на склад, где хранятся важные запчасти, что вы здесь разнюхиваете?

- Кроме останков погибших кораблей здесь ничего нет.

- Не смейте мне перечить и выдумывать жалкие оправдания как школяр. Где ваш куратор, госпожа Колдовская!? Почему она не проследила за вашей работой?!

Бони промолчал, пусть лучше они сами найдут Марианну, чем он выдаст ее, ведь она будет злиться на него за это.

- Она здесь, – заявил Фон Облак и поднял глаза.

Губы Бони едва заметно скривились, он посмотрел исподлобья на дальзоковца. Говорил же, что он подлый и вертлявый тип, а Мари ему доверяла.

- Что?! Какого морского духа она здесь забыла?! Неужели...- взорвался Ван Брекер завертевшись на месте как волчок, казалось еще чуть-чуть и из его ушей пойдет пар.

- Она здесь, со мной, – ответил Фон Облак.

Марианна.

Я стояла в тени за длинными досками, упирающимися в сводчатый потолок. И не могла пошевелиться. Ноги приросли к полу, пальцы оцепенев впились в неровную деревянную поверхность. А в горле пересохло. И увы...все это не было метафорой или следствием страха.

Нет. Я не управляла своим телом по чужой воле. Как только Зефир и Ван Брекер вошли в амбар, я почувствовала странное оцепенение. Сначала я пряталась сама, но затем из пола ко мне подкралась неведомая сила и пробрала меня до самых костей. Это было страшное чувство, полностью потеряв контроль над своим телом, я ощущала себя беспомощной хрупкой статуэткой. Чужая воля сковывала мои движения и даже голосовые связки. Свободными от пут оставались лишь мысли, которые подобно испуганным птичкам бились о стенки черепной коробки, не находя никакого выхода из этой клетки.

Я четко слышала весь разговор контр-адмирала и Бони, цепенея от страха. Наконец, когда Зефир сказал, что я здесь, мое тело само по себе, двинулось с места. Рассекая воздух, тяжелый словно кисель, я двинулась вперед и оказалась возле разговаривающих. Неужели это Бони что-то сделал со мной, но какова его цель. Мне хотелось взглянуть прямо в его лицо, но вместо этого глаза уставились на Ван Брекера.

- Господин контр-адмирал Ван Брекер, – губы двигались сами по себе, горло сжал спазм, но тем не менее это говорила я, – вчера вы поручили мне проследить за выполнением наказания провинившихся курсантов: Фон Облаком и Оборотнем. Вечером после положенных двух часов мы добросовестно вместе с курсантом Фон Облаком отправились назад в казармы, казалось, что курсант Оборотень также отправился туда же. Но утром его не было в казарме, на это обратил внимание Фон Облак, он рассказал мне, и вместе мы отправились сюда, так как я заподозрила неладное. Пока я искала в доках, вы встретились с Фон Облаком и нашли оборотня на складе. Возмутительно, однако я подозревала это. Несомненно, это моя вина.

- Естественно ваша! – выкрикнул Ван Брекер и уставился на Зефира, в ответ он развел руками и кивнул.

- Как вы собираетесь это объяснить, курсант Бонифацй? – взревел Ван Брекер, развернувшись к Бони.

- Я уже все объяснил, – сообщил Бони.

Мне очень хотелось узнать что происходит и зачем Бони так поступил со мной. Но мне не удавалось даже повернуться в сторону коварного оборотня. Я ощущала себя большой пластиковой куклой, у которой не вертится шея. Черт, да как он посмел делать что-либо против моей воли, строить свои хитровыдолбанные планы, даже не предупредив. Я такого не приемлю. Я вскипела. Волна гнева, наполнив меня с головы до ног, теплом разлилась по всему телу. Я вдруг отчетливо представила то самое видение: Северная Звезда, не мигая, смотрит на меня своими холодными голубыми глазами и говорит: "Смею предположить, что этот оборотень тебя и убил!" Не знаю, что он задумал, но мне не нужна его забота. Сковывавшие мои движения таинственная сила стала мне отчетливо видна, как будто я находилась в прозрачном коконе. И вот от моих усилий она покрылась сетью трещин. Тонкие синие губы Северной Звезды дрогнули в улыбке:

"Я дарую тебе силу, чтобы ты была свободной, чтобы ты могла то, чего теперь не могу я". Не знаю слышала ли я эти слова или придумала сама. Но трещины расползлись по всему телу, невидимые для остальных, но ощутимые для меня, и с хрустальным звоном лопнули. Моя внутренняя сила вырвалась на свободу как маленький ядерный взрыв.

Волосы Ван Брекера взмыли в воздух как от порыва ветра. Он удивленно уставился на меня, а Зефир сдавленно охнул. Я развернулась к Бони. Он смотрел на меня во все глаза. Его зрачки расширились, казалось, он был озадачен моей силой.

Почувствовав, что теперь могу делать, что хочу я сообщила:

- Господин Ван Брекер, то есть, господин контр-адмирал Ван Брекер, я хочу сообщить, что курсант Бони...

Тут я осеклась. А что говорить-то? Я как-то не подумала, что не могу спасти Бони, не выдав себя.

- Я вас слушаю, госпожа Колдовская? У вас есть что еще сообщить о похождениях этого курсанта?

- Ну я, – замялась я, Бони смотрел на меня, словно осужденный, ожидая приговора.

- Даже не знаю что сказать, – перебил меня Зефир, я, наконец, посмотрела на него, впервые его лицо казалось мне не таким совершенным как обычно. Кожа побледнела, под глазами залегли голубые тени. Он смотрел на меня как на экспонат в музее, с холодным интересом. Меня от его взгляда пробрала дрожь. Как будто он видел меня насквозь как рентген. Волосы на голове зашевелились я почувствовала, как холодные щупальца той неведомой силы вновь прокрадываются ко мне, обхватывают щиколотки. Я напряглась, сжав кулаки, ну нет, я не позволю. Энергия возмущения исходила из самой моей груди и окутывала тело. Щупальца скользкие, холодные испуганно отступили.

Победоносно я взглянула на Бони. Он никак не отреагировал. Закрывшись в себе, он выглядел так будто сейчас не решается его судьба. Расслабленно он расстегнул верхнюю пуговицу мундира.

- Долго я должен ждать? – закончил мысленную дуэль Ван Брекер, – госпожа Колдовская, вам есть что сказать? Вы достаточно ясно осветили происшествие. О вас мы поговорим позднее не в присутствии курсантов.

- Господин контр-адмирал, я думаю, что ...

Я вновь замолчала, поймав предупреждающий взгляд Зефира. Внезапно мне стала понятна игра его взглядов. Если сейчас я опровергну сказанное, то меня ждет такое же наказание, что и Бони. Если только станет известно, что я провела ночь вместе с курсантом на складе, меня погонят отсюда поганой метлой, как собственно и этого кота. Что же мне делать. Может, сказать, что Бони заперли здесь случайно. Но какие у меня доказательства. Весь вид Ван Брекера говорил о том, что он собирается уничтожить Бони, и если я только дам ему шанс, то и меня вместе с ним. Кажется, он ни на шутку удивлен, что я на этот раз ни при чем. Как поступить? Куда я пойду, если меня выгонят, зачем Бони устроил это, он заставил меня оболгать его и выгородить себя. Это что еще за благородство. Но теперь, вырвавшись из-под его воли, я понимала, что не могу сказать правду, не навредив себе.

- В общем, мне нечего добавить, – виновато потупившись, сообщила я. Если Бони сам хотел этого, почему я ощущаю себя предательницей.

- Превосходно! Госпожа Колдовская, более не тратьте мое драгоценное время. Курсант Бонифаций Ирбис Оборотень По Ту Стороны Реки Воклес будет отчислен сегодня же из Военно-Морской Академии Дальзока по нескольким дисциплинарным нарушениям высшей тяжести. Фон Облак, зайдите через час подписать протокол, как и вы, госпожа Колдовская. Курсант Бонифаций, я предоставлю вашему начальству отчет, - мстительно заявил Ван Брекер, – я имею в виду вашего императора, о вашем провале. Если надо отчитаюсь перед Светлым Советом. До скорого!

Развернувшись на на пятках, Ван Брекер, весьма довольный, каким я видела его впервые за наше короткое знакомство, отправился восвояси. Зефир поспешил за ним.

- Бони! – я подняла брови, – что, черт возьми, происходит?

- Об этом я хотел бы спросить тебя также, – ответил он, в его тоне читалась злоба.

- Зачем ты подстроило это?

- Подстроил что? Успокойся, Мари, я не виню тебя, хотя я бы мог выдать тебя, потому что я считаю что тебе здесь не место. - Ты не должна находиться в этой академии, в этой стране и рядом с этими людьми, которые просто используют тебя как марионетку.

- Что ты несешь? Кто еще меня использует?

Брови на лице Бони сложились домиком, он обхватил своими руками мои плечи:

- Мари, ты должна уйти из этого места. Ты находишься здесь в большой опасности. К сожалению, я не могу рассказать тебе всего, но прошу поверь мне и послушайся хоть раз. Сделай, как я сказал. Признайся ректору, что была со мной, и мы уйдем вместе. Я обеспечу тебя всем. Спрячу от посторонних глаз и опасности. Мы, – он облизнул пересохшие губы, – сможем быть вместе. Я все устрою.

Сердце в груди дрогнуло. Мне бы хотелось хотя бы на мгновение поверить, что все так и будет. Что я могу просто скинуть всю ответственность с себя и позволить Бони позаботиться обо мне. Но не он ли говорил мне, что я никому не могу доверять.

- Я не могу так, Бони, – прошептала я, – я не могу подвести всех из-за кого я попала сюда.

- О ком ты говоришь? Ты сошла с ума, Мари, у тебя нет здесь ни друзей ни доброжелателей.

- Вот именно, Бони, – с горечью заявила я, – а я хочу, чтобы они были. Поэтому я останусь.

- Ты ведь не поэтому остаешься, – Бони с досадой убрал руки, мне сразу стало холоднее, – ты просто боишься, что я убью тебя, если мы уйдем вдвоем.

- И это тоже, Бони. Я сказала тебе, что между нами не будет отношений, пока ты не расскажешь мне всего. Ты уже забыл, что ты явился ко мне, чтобы убить? И ты сделал это, но до сих пор ты молчишь, не говоришь мне, кто приказал тебе сделать это. И что будет теперь? Ведь я жива? И я не должна тебя опасаться после этого?

- Я же сказал, что не могу ответить на все эти вопросы, но я гарантирую тебе, что больше не нападу на тебя.

- Даже если и так, что за жизнь ты мне предлагаешь? Куда мы уйдем, я не хочу прятаться от неизвестного врага. Я хочу жить открыто и бороться за свою жизнь сама.

Бони сделал шаг назад. На его лицо упала тень. Он отвернулся. Возможно, я обидела его, но мои слова были справедливыми.

- Подумай о том, что я сказал.

- Куда ты пошел?

Бони, не дожидаясь меня, быстрым шагом направился прочь из склада. Я побежала за ним.

- А ну остановись, я не договорила, – я схватила его за рукав и развернула к себе. Он удивленно смерил меня взглядом, прищурившись.

- Чего ты теперь хочешь?

- Хочу узнать правду, зачем ты заколдовал меня, заставил сказать эти слова? Это твой изощренный план? А теперь делаешь вид, что обижен, зовешь уйти с собой, я ничего не пойму.

Бони аккуратно высвободил руку. Он извлек пачку сигарет с вишневым запахом и закурил, пуская колечки дыма в морозный солнечный воздух.

- Мари, – наконец, хрипло сказал он, – я этого не делал.

Молча он докурил сигарету и ушел. Как оглушенная я стояла несколько минут, пока в док не потянулись рабочие. Я пробежала трусцой мимо них, спеша в казарму. Мысли лихорадочно крутились в голосе, пока я собиралась на занятия. Что же это получается. Если это был не Бони, то кто тогда. Там кроме нас с Бони был только Ван Брекер и Зефир. Неужели... Я вспомнила, как вздохнул Зефир, когда я вырвалась из-под чужого влияния, как он смотрел на меня, как ухмылялся. Неужели это он управлял мной и заставил оговорить Бони.

До первого занятия оставалось около двадцати минут, но я понимала, что в таком состоянии не смогу проводить лекцию. Поэтому бегом, наспех переодевшись, я сбежала по лестнице на первый этаж и отправилась искать Фон Облака. Заметив во дворе Деми Ван Борейантиса, я спросила:

- Деми, не видел Зефира Фон Облака?

Испуганно уставившись на меня, он поморгал и, наконец, словно собравшись с силами, сообщил:

- Он в библиотеке.

Я кивнула и поспешила в форт. Мимо серых коридоров и синих мундиров. Библиотека встретила меня желтоватым светом и затхлым воздухом старых книг. Я вошла, Зефир сидел за столом, что-то записывая в полутьме.

- Зефир, – я подошла ближе, – зачем ты это сделал?

Он не спеша поднял голову, его волосы мягкими волнами упали на плечи, на губах заиграла милая улыбка.

- Я помог тебе, Марианна, не так ли?

- Нет, не так, ты управлял мною, заставил оболгать Бони из-за чего его отчислят.

- Ты забыла упомянуть, что также я вывел тебя из-под подозрения Агнита Ван Брекера. Если бы он узнал, что ты путаешься с этим оборотнем, он бы имел отличную возможность уволить тебя прямо здесь и сейчас.

Зефир встал, он смотрел на меня холодно и в его словах слышалось презрение. Волна стыда обожгла меня, но я приказала себе сдержаться. Это не его дело, с кем я тут путаюсь.

- Я пожертвовал малым в этой ситуации, – пояснил Зефир, внимательно наблюдая за моим красным лицом, – Агнит хочет избавиться от вас обоих, так как и оборотни и женщины ему поперек горла. Ты не знаешь этого?

- Знаю.

- В отличие от него я могу трезво оценить ситуацию. Я не отношусь к женщинам плохо. Я вообще не ставлю так вопрос. Для меня нет никакого различия в поле.

- Тогда почему находишься в таком месте? – спросила я, почему-то понизив голос.

- А ты почему?

Я сжала губы. Как же с ним сложно. Он всегда знает, как уколоть тебя и задать нужный вопрос.

- Зефир, скажи мне честно, ты подставил Бони? Это ты подстроил эту ситуацию?

Зефир рассмеялся.

- Я бы подстроил все куда более выгодно для меня. Я лишь использовал обстоятельства, и извлек из них наибольшую пользу. Это мой первый для тебя урок, Марианна. Всегда смотри на любую ситуацию как на поле битвы. Но не как солдат, а как полководец. Потому что ты, Марианна, не рядовой, ты командир. Представь любую проблему как плоскость, где люди – это деревянные куклы. И просчитай все варианты. Выясни, что будет выгодно для тебя, если даже кажется, что все складывается не в твою пользу, продумай еще на несколько шагов вперед. Битва - это долговременная игра. Минимизируй свои потери и нанеси противнику больший урон. Или замани его в ловушку, о которой он не будет подозревать. Настоящий полководец никогда не идет в открытый бой, если есть возможность избежать этого.

- Зефир, люди не куклы, и тем более не твои марионетки. Не знаю, что ты задумал. Но мне не нравится, что ты использовал меня.

- Ты сама дала себя использовать. Ты слишком слабая и неумелая для волшебницы. У тебя есть сила, но ты не умеешь ею управлять. Колдовской мир наполнен коварными волшебниками, убийцами, мошенниками и прочими кровопийцами. Все они захотят тебя использовать и убить, как только увидят твою беззащитность.

- Справедливый урок. За это спасибо. Но я хочу вернуться к вопросу Бони.

- А что к нему возвращаться. Тебе он нравился? Я преподал тебе урок, избавив от него. Если не умеешь защищать себя и то, что тебе дорого, ты это быстро потеряешь. Как ты могла спутаться с таким как он. Мерзкое ничтожное существо.

- Замолчи, из-за того что Бони оборотень ты не можешь так обзывать его. И вообще, как смеешь мне указываться с кем мутить. Для вас он враг народа, но я не нацистка как вы. Если собрался помочь, то почему не спросил моего мнения.

- Но я не собирался помогать оборотню. Я сделал тебе одолжение, ты останешься в академии, и если будешь следовать моим советам, то сможешь даже здесь задержаться и достичь кое-каких высот. У тебя есть потенциал.

- Мне не нужны твои советы и так далее! Зефир, очнись, с чего ты взял, что можешь влезать в мою жизнь? Мы еще даже не друзья.

- Я вскипела глядя на равнодушно улыбающегося Зефира, внезапно этот гнев и безвыходность наполнили меня, сила вырвалась неконтролируемым потоком и ударила в Зефира. Его пригвоздило к стене, я приблизилась, чувствуя, как вокруг меня клубятся энергетические волны. На это раз Зефир явно не ожидал такой атаки.

- Марианна, полегче, – сдавленно прохрипел он, – такой поток силы может и убить.

- Вот именно, Зефир. Возвращай все назад.

- Что ты имеешь в виду?

- Иди к Ван Брекеру и скажи ему, что это ты запер Бони на складе. Что он не виноват, поэтому исключать его не за что.

- Я никогда так не сделаю.

Внезапно он что-то сделал и на меня обрушилось золотое свечение. Оно вытеснило поток силы, вытекающий из моих рук, и я упала на пол. Поднявшись я обнаружила, что Зефир уже спокойно и ровно стоял. Мы застыли друг на против друга как дуэлянты.

- Что ж, если Бони отчислят, я думаю уйти вместе с ним. Он пока что тут единственный человек, которому я могу доверять. И он предложил мне уйти вместе с ним. Так что это была наша последняя встреча, Зефир Фон Облак.

Я отвернулась и ушла. На душе было пусто, я ни сказала ни слова правды Зефиру. Мне совсем не хотелось уходить вместе с Бони, ведь я блефовала. Я не верила Бони, а, главное, он не верил мне. Я совсем не знала Зефира и не знала зачем он мне помог таким образом, и стоило ли мне шантажировать его. Возможно, ему просто наплевать, и я потеряю всего, чего достигла.