Безопасное место.
Через полчаса они оказались в старом охотничьем домике на краю леса. Кол осторожно уложил Еву на кровать, задернул плотные шторы и зажёг несколько свечей.
— Уютно, — попыталась пошутить она, но голос дрогнул.
— Лучше, чем в логове ведьм, — он усмехнулся, доставая из шкафа плед. — Сейчас согреешься. И поешь.
— Вампирская кровь? — она криво улыбнулась.
— На этот раз — обычный бульон, — он достал из холодильника кастрюлю. — Я не настолько бессердечен, чтобы кормить тебя кровью на завтрак.
Пока он разогревал еду, Ева осматривалась. Домик был маленьким, но обжитым: книги на полках, сухие травы у окна, камин с потрескавшимися кирпичами.
— Это твоё место? — спросила она.
— Моё убежище, — кивнул он, ставя перед ней миску с горячим бульоном. — Здесь никто не станет искать. Особенно если учесть, что я сам забыл о нём лет сто назад.
***
Ева сделала глоток, и тепло медленно разлилось по телу. Она посмотрела на Кола — он сидел напротив, скрестив руки, и наблюдал за ней с непривычной серьёзностью.
— Почему ты пришёл? — тихо спросила она. — После всего, что я сделала…
— Потому что ты не одна, — повторил он слова, сказанные в часовне. — И потому что я задолжал тебе объяснение. Настоящее. Без масок.
Она опустила ложку:
— Говори.
Кол глубоко вдохнул, будто собираясь с мыслями.
— Когда я нашёл тебя ребёнком, твоя сила уже проявлялась. Неконтролируемая, опасная. Ты могла уничтожить себя и всех вокруг. Я… решил взять это под контроль. Не ради экспериментов. Ради твоей безопасности.
— И стёр мои воспоминания, — её голос дрогнул.
— Да, — он не отвёл взгляда. — Потому что ты бы не позволила мне помочь. Ты всегда была такой — упрямой, бесстрашной, готовой броситься в бой, не думая о последствиях.
Ева молчала. В его словах не было оправданий — только правда, горькая и честная.
— А теперь? — спросила она наконец. — Что будет теперь?
— Теперь мы найдём способ вернуть твою силу, — твёрдо сказал он. — И покараем тех, кто посмел её забрать.
***
— Как? — она сжала край пледа. — Они сильнее. Их магия…
— Их магия — это их слабость, — перебил он. — Они работают по правилам. По древним ритуалам, по книгам, по традициям. А я? — он ухмыльнулся. — Я нарушаю правила. Всегда.
Он достал из ящика стола потрёпанный фолиант.
— Что это? — удивилась Ева.
— Сборник запретных знаний, который я когда‑то выменял у одной очень вредной ведьмы. Там есть кое‑что о том, как возвращать утраченное. Но нам понадобится время. И твоя помощь.
— Даже без магии? — она горько усмехнулась.
— Особенно без магии, — он наклонился ближе. — Потому что настоящая сила — не в заклинаниях. Она в том, чтобы не сдаваться.
***
За окном сгущались сумерки. Ева чувствовала, как внутри разгорается слабый, но упрямый огонь. Не магия — что‑то другое. Решимость.
— Хорошо, — сказала она, поднимая взгляд. — Что дальше?
Кол улыбнулся — на этот раз искренне.
— Дальше мы подготовимся. А потом… — он щёлкнул пальцами. — Покажем этим дамочкам, что бывает, когда трогают не тех.
В его глазах вспыхнул знакомый азарт — тот самый, что всегда заставлял её злиться, но и восхищаться. Ева глубоко вдохнула, чувствуя, как страх отступает.
— Ладно, — она выпрямилась. — Но если мы собираемся это сделать, у меня есть условие.
— Какое? — он приподнял бровь.
— Никаких больше секретов. Даже если это «для моей безопасности».
Кол помолчал, затем кивнул:
— Обещаю. Никаких секретов.
И в этот момент Ева поняла: несмотря на всё, что случилось, она больше не одна. И это — самое главное.
***
Кол разложил на столе фолиант, пыльный и потрёпанный, с выцветшими золотыми буквами на обложке — «Arcanum Vetustum: запретные знания и пути обхода». Страницы шелестели, словно живые, когда он переворачивал их резкими движениями.
— Вот, — он ткнул пальцем в размытый рисунок руны. — Это ключ. Не к возвращению силы, но к каналу, через который её забрали. Если мы проследим путь, сможем… скажем так, перекрыть кран.
Ева прищурилась, вглядываясь в символы:
— Ты уверен, что это сработает? Выглядит как…
— Как бред сумасшедшего? — Кол ухмыльнулся. — Именно. Но ведь именно такие штуки и работают, когда официальная магия бессильна.
Он достал из ящика стола набор тонких серебряных игл, пузырёк с чернилами из жжёного обсидиана и кусок чёрного воска.
— Нам понадобится твоя кровь. Не много. И твоя воля.
***
Они расположились у камина. Кол начертил на полу пентаграмму углём, добавив по углам руны из книги. Ева села в центр, чувствуя, как холод камня пробирает до костей.
— Готовься, — предупредил Кол. — Будет… непривычно.
Он взял иглу, быстро и точно надрезал её палец. Кровь выступила алой каплей. Кол собрал её в маленькую чашу, добавил чернила и начал наносить смесь на руны, шепча заклинание:
— «Per sanguinem et voluntatem, viam aperire, quod ablatum est redire».
Воздух сгустился. Руны вспыхнули тусклым зелёным светом, а затем по ним пробежала волна, будто по воде. Ева почувствовала, как что‑то *тянется* изнутри — не боль, а странное ощущение, будто невидимая нить начала вибрировать, связывая её с чем‑то далёким.
— Это канал, — прошептал Кол, глядя на мерцающие символы. — Они оставили след. И мы пойдём по нему.
Глаза Евы закатились. Она видела тёмный зал с семью колоннами, алтарь, на котором стоит хрустальная чаша с её кровью, ведьмы Тенебрис, их руки сплетены в замысловатом жесте, а губы шепчут слова, от которых воздух дрожит, в центре зала — вихрь, поглощающий алую дымку, поднимающуюся из чаши.
— Они используют её… как топливо, — прошептала Ева, выходя из транса. — Для чего‑то большого.
Кол нахмурился:
— Для ритуала. Но какого?
Он снова уткнулся в книгу, листая страницы с лихорадочной скоростью. Наконец, нашёл:
— «Sacrificium Animi»— жертвоприношение души. Они хотят использовать твою силу, чтобы открыть портал в… — он замолчал, затем тихо добавил: — В место, откуда даже я не смог бы тебя вытащить.
***
Ева сжала кулаки. Страх был, но теперь к нему примешивалась ярость.
— Значит, мы разрушим их план.
— И как? — Кол приподнял бровь. — У нас нет армии, нет союзников, только я, ты и эта книга.
— Зато у нас есть преимущество, — она улыбнулась, и в этой улыбке промелькнуло что‑то от прежней Евы. — Мы знаем, чего они хотят. А они не знают, что мы знаем.
Кол рассмеялся:
— Обожаю, когда ты становишься такой… опасной. Ладно. Наш план: найти место ритуала, проникнуть незамеченными, разрушить алтарь до начала церемонии, — он сделал паузу, …и желательно не умереть.
— Четвёртый пункт — самый сложный, — заметила Ева.
— А ты сомневаешься во мне? — он театрально вскинул руку. — Я — первородный вампир. Бессмертный, неуязвимый, и чертовски обаятельный.
— И слегка сумасшедший, — добавила она.
— Именно это делает меня непобедимым.
***
Они отправились ночью. Кол вёл её через лес, обходя ловушки и сторожевые руны, которые ведьмы расставили вокруг своего убежища.
— Откуда ты знаешь, где они? — спросила Ева, перепрыгивая через поваленное дерево.
— У меня свои источники, — он подмигнул. — Скажем так, у Тенебрис есть… недовольные.
Через час они стояли перед часовней. Окна были заколочены, дверь заперта на ржавые цепи, но Кол лишь усмехнулся:
— Думаешь, это остановит меня?
Он рванул цепи голыми руками, и металл заскрипел, разрываясь. Дверь распахнулась с грохотом.
Внутри царил полумрак. В центре зала горел алтарь, а вокруг него стояли семь фигур в чёрных плащах. Они обернулись, и главная ведьма прошипела:
— Вы опоздали. Ритуал начался.
***
Кол бросился вперёд, его движения были молниеносны. Он схватил одну из ведьм, швырнул её в стену, затем развернулся к другой, ломая ей руку.
Ева, лишённая магии, действовала иначе. Она схватила серебряный нож со стола и метнула его в хрустальную чашу. Лезвие вонзилось в край, и сосуд треснул, начав медленно течь.
Ведьмы закричали. Их заклинание сбилось, а вихрь в центре зала начал пульсировать, угрожая взорваться.
— Разрушьте алтарь! — крикнул Кол, отбиваясь от троих сразу.
Ева подбежала к каменному столу. Её руки дрожали, но она собрала всю волю в кулак и ударила по нему ногой. Камень треснул.
Вихрь взвыл. Энергия хлынула обратно, ударив в ведьм. Они закричали, их тела начали распадаться на чёрные клубы дыма.
***
Когда всё закончилось, в зале осталась лишь тишина. Алтарь был разрушен, руны погасли, а от ведьм Тенебрис — ни следа.
Кол, слегка потрёпанный, но живой, подошёл к Еве:
— Ну что, жива?
Она рассмеялась, затем закашлялась:
— Жива. Но… — она коснулась груди. — Моя сила… она возвращается?
Он мгновенно кивнул:
— Да. Медленно, но верно. Ты снова станешь собой.
Ева посмотрела на него. В её глазах читалась благодарность, но и что‑то ещё — нечто, что они оба давно скрывали.
— Спасибо, — тихо сказала она.
Кол пожал плечами, но в его улыбке было тепло:
— Не благодари. Это только начало. Теперь нам нужно решить, что делать дальше.
***
Утро в особняке началось с аромата свежесваренного кофе и приглушённых голосов. Ева сидела у окна в малой гостиной, наблюдая за игрой солнечных лучей на мозаичном полу. В дверях появился Кол — в небрежно расстёгнутой рубашке и с чашкой в руке.
— Ну что, спящая красавица, готова к новому дню? — он плюхнулся в кресло напротив. — Или сначала требуется доза сарказма для бодрости?
— Если это твой способ предложить завтрак, то я согласна, — Ева слегка улыбнулась. — Хотя, признаться, от твоего сарказма я уже почти привыкла получать удовольствие.
Кол театрально приложил руку к сердцу:
— О, ты ранишь меня! Я ведь стараюсь изо всех сил быть невыносимым.
В этот момент в гостиную вошла Ребекка с подносом:
— Хватит флиртовать, вы двое. Я принесла еду, пока Элайджа не решил, что нам всем полезнее голодать ради духовного просветления.
Она поставила поднос на столик, и в воздухе разлился аромат тостов и ягодного джема.
***
— Итак, — Ребекка села, скрестив ноги, — какие планы на сегодня? Я уже успела насчитать три подозрительных личности у ворот. Либо это поклонники моего обаяния, либо…
— Либо агенты Тенебрис, — закончил Кол, накладывая джем на тост. — Что, в общем‑то, не исключает первого варианта.
Ева нахмурилась:
— Ты серьёзно? Они уже здесь?
— Пока только разведчики, — Кол пожал плечами. — Но это значит, что они знают: ты вернулась. И это… интересно.
— Интересно в плохом смысле? — уточнила Ева.
— В очень плохом, — кивнул он. — Но не волнуйся, мы подготовились. Элайджа установил дополнительные руны, я добавил пару сюрпризов для непрошеных гостей. А Ребекка…
— А я, — перебила Ребекка, — выяснила, кто из местных ведьм продаёт информацию. И, сюрприз‑сюрприз, одна из них явно работает на Тенебрис.
Позже, когда Ева и Кол вышли в сад, их догнал Элайджа. Он шёл неторопливо, но в его взгляде читалась привычная сосредоточенность.
— Кол, — мягко окликнул он брата, — можно тебя на пару слов?
Кол вздохнул, но кивнул:
— Конечно, мой мудрейший братец. Только не читай мне лекцию о том, что я слишком беспечен. Я и так знаю.
Элайджа сдержал улыбку:
— Речь не о беспечности. Я хотел спросить… — он помедлил, подбирая слова, — ты уверен, что это правильное решение — держать Еву здесь? Она ведь не просто союзник. Ты сам знаешь.
Кол замер. В его глазах мелькнуло что‑то неуловимое — не раздражение, а скорее… задумчивость.
— Знаю. Но это не меняет фактов. Она в опасности, а здесь она под защитой. И… — он усмехнулся, — если ты намекаешь на то, что я к ней неравнодушен, то да, это так. Но это не слепота. Это просто… выбор.
Элайджа кивнул, будто подтверждая свои мысли:
— Просто будь осторожен. Чувства могут стать уязвимостью. Особенно сейчас.
— Я знаю, — Кол посмотрел на брата. — Но если я не буду рядом, кто‑то другой займёт это место. А я не хочу, чтобы это был кто‑то, кому я не доверяю.
Тем временем Ева бродила по саду, пытаясь уловить отголоски своей новой силы. Она закрыла глаза, сосредоточилась — и вдруг почувствовала: воздух вокруг неё дрогнул. Невидимая волна прошла по траве, заставляя листья шелестеть в унисон.
— Получилось, — прошептала она.
Рядом раздался голос:
— Неплохо. Но можно лучше.
Она обернулась. Перед ней стоял Элайджа, держа в руках старинный фолиант.
— Это записи нашей матери.. Эстер, — он протянул книгу. — Здесь описаны случаи трансформации магической энергии. Возможно, ты найдёшь что‑то полезное.
— Спасибо, — Ева взяла книгу, ощущая тяжесть кожаного переплёта. — Ты веришь, что я смогу это контролировать?
— Верю, — просто ответил он. — Потому что ты не одна.