новая жизнь
Зима закончилась быстрее, чем им хотелось.
После Рождества жизнь будто ускорилась. Война, которая ещё недавно казалась чем-то далёким, теперь стояла почти у их порога.
Дом Поттеров всё чаще превращался в место собраний Ордена Феникса. На столах лежали карты Британии, свитки с донесениями, письма от агентов.
Вечерами за окнами горел свет, и иногда обсуждения продолжались до глубокой ночи
.
Волан-де-Морт усиливал свои атаки.
Исчезали семьи магов. Разрушались дома. Министерство всё чаще выглядело беспомощным.
Но несмотря на всё это… жизнь продолжалась.
И в их маленьком круге друзей появлялась новая жизнь.
К марту стало ясно, что Марлин уже почти не может участвовать в миссиях
.
Регулус не отходил от неё ни на шаг.
— Ты ведёшь себя так, будто я стеклянная, — однажды сказала Марлин, наблюдая, как он в третий раз проверяет защитные чары на доме.
— Я веду себя так, будто у нас скоро будет ребёнок, — спокойно ответил он.
Она улыбнулась.
— Хорошо. Тогда продолжай.
Дом на холме постепенно наполнялся вещами для малыша.
Маленькая кроватка. Одеяла. Игрушки, которые Марлин находила в лавках.
Однажды Сириус принёс странного плюшевого гиппогрифа.
— Это лучший подарок, — заявил он.
— Он пугающий, — сказала Лили.
— Он героический!
Регулус только закатил глаза.
Тем временем новости становились всё мрачнее.
Однажды вечером Орден снова собрался в доме Поттеров.
Дамблдор стоял у окна, глядя на ночной сад.
— Волан-де-Морт ищет что-то, — тихо сказал он.
— Или кого-то, — добавил Грюм.
Римус нахмурился.
— Вы думаете, он готовит что-то большее?
Дамблдор повернулся.
— Я уверен.
В комнате повисла тяжёлая тишина.
И тогда Дамблдор сказал:
— Есть кое-что, о чём я должен рассказать.
Он попросил Джеймса и Астрею остаться.
Когда остальные ушли, Дамблдор медленно сел.
— Несколько месяцев назад одна ведьма произнесла пророчество.
Джеймс нахмурился.
— Пророчество?
— Да.
Дамблдор говорил спокойно, но его голос был серьёзным.
— Оно касается Волан-де-Морта… и ребёнка, который однажды сможет его остановить.
Астрея почувствовала холод.
— Какого ребёнка?
Дамблдор посмотрел на них.
И произнёс слова, которые навсегда изменят их жизнь:
— Ребёнок родится у тех, кто трижды бросил вызов Тёмному Лорду… родится в конце седьмого месяца…
В комнате стало тихо.
Джеймс медленно сказал:
— Вы думаете… это может быть наш ребёнок?
Дамблдор не ответил сразу.
— Возможно.
Астрея сжала руку мужа.
— А ещё?
— Есть и другие семьи, подходящие под пророчество.
Но даже так… тень страха уже появилась.
Весна пришла вместе с новыми тревогами.
Но в доме на холме готовились к совсем другому событию.
Марлин должна была родить.
Регулус в эти дни был ещё более напряжённым, чем обычно.
— Ты хуже Сириуса, — сказала Марлин.
— Это невозможно.
Но однажды ночью всё началось.
Лили была первой, кто понял.
— Регулус!
Он появился в комнате через секунду.
— Что случилось?!
— Пора.
Через несколько часов весь дом был наполнен светом, чарами и напряжённым ожиданием.
Сириус ходил по гостиной, словно загнанный зверь.
— Почему это так долго?!
Римус спокойно ответил:
— Потому что дети не появляются по щелчку.
— Это ужасно.
Через некоторое время дверь открылась.
Лили вышла первой.
И улыбнулась.
— Поздравляю.
Регулус даже не понял сразу.
— Что?..
— У вас сын.
Он застыл.
— Сын…
Когда ему дали малыша, он смотрел на него так осторожно, будто держал самое хрупкое сокровище в мире.
Маленький, с тёмными волосами.
Марлин устало улыбнулась.
— Ну?
Регулус тихо сказал:
— Он идеальный.
Сириус подошёл ближе.
— Покажи племянника.
Он наклонился и тихо сказал:
— Добро пожаловать в семью, маленький Блэк.
Дом на холме наполнился детским смехом и тихими ночами.
Регулус неожиданно оказался очень спокойным и заботливым отцом.
Марлин часто смеялась, наблюдая за этим.
— Никогда бы не подумала.
— Я тоже, — признался он.
Но в это же время война становилась всё ближе.
Нападения происходили всё чаще.
Иногда ночью над долиной вспыхивали далёкие огни заклинаний.
И каждый из них понимал:
их дети родились в мире, который ещё только предстоит спасти.
Но пока…
у них были дом, семья и надежда.
И этого было достаточно, чтобы продолжать бороться.