Потомок Хаоса

Монотонный гул мотора убаюкивал, но мысли шерифа не давали покоя. Спустя сорок минут напряженной езды, шоссе выплюнуло патрульную машину в свет Ривертона - мегаполиса, который не имел ничего общего с Джерико, кроме общей административной границы штата. Контраст между этими двумя мирами резал глаза. Джерико остался позади - тихий, пахнущий сырой древесиной и хвоей, миниатюрный, знакомый до каждой скрипучей половицы на каждом крыльце. Здесь же округ менял свое лицо, превращаясь в холодную маску из стекла, неона и бетона. Небоскребы вонзались в небо, закрывая солнце, а бесконечное движение машин напоминало муравьиный рой. Формально это была всё ещё её территория, её юрисдикция, но сам город - уже нет. Он был чужим, хищным.

Подъехав под дневным солнцем к месту ночного происшествия, Ричи пришлось петлять по лабиринту узких, замусоренных переулков «забытого района». Здесь, у подножия элитных высоток, жизнь текла иначе. Сантьяго резко затормозила у оградительной ленты. Она заглушила мотор, пару секунд собираясь с мыслями, и вышла из машины. Дверь захлопнулась с тяжелым, глухим стуком, эхом отразившимся от кирпичных стен.

Ричи фыркнула, чувствуя, как городской смог забивает легкие. Она сняла свою широкополую шляпу шерифа, провела рукой по аккуратно заплетенным косичкам, стянутым на затылке, и устало потерла виски. Её темные глаза, обычно проницательные и строгие, сейчас выражали глубокую усталость. Накинув шляпу обратно и поправив форменную куртку, на которой тускло блеснула звезда, она направилась к группе полицейских, столпившихся возле груды искореженного металла.

- Будь проклят тот день, когда я вообще согласилась на эту должность... - выдохнула Ричи, нервно сжимая кулаки. Голос её звучал хрипло. - Ну что, нашли хоть что-нибудь стоящее внимания?

К ней подошёл следователь - молодой мужчина с уставшим лицом, держащий в руках папку с предварительными данными. Он выглядел растерянным.

- Нет, шериф. Честно говоря, глухо, - он покачал головой. - Кроме знакомых нам отпечатков ничего нового. Однако, есть нюанс. Это угнанная машина. Экспертиза показала, что помимо отпечатков Айзека на руле присутствуют пальчики одного из штатных сотрудников «NovaCore».

Сантьяго нахмурилась, её взгляд стал жестче.

- «NovaCore»...- процедила она сквозь зубы. - Айзек решил теперь в Ривертоне творить беспредел? Прекрасно. Я в крошечном Джерико никак не могла загнать его в угол, он ускользал как тень, а в этом муравейнике искать его, всё равно что пытаться найти иголку в стоге сена.

- Мы можем запросить доступ к камерам видеонаблюдения на соседних улицах, - неуверенно предложил следователь.

Ричи горько усмехнулась, глядя на разбитую камеру на столбе неподалеку.

- Можете. Пытайтесь. Но это бесполезно, и ты сам это знаешь. Он чертовски умён. А с его способностью... Ему отключить городские камеры проще, чем два пальца об асфальт. Мы увидим только помехи.

Мужчина озадаченно почесал затылок, переминаясь с ноги на ногу.

- Может, расклеим объявления? Ориентировки по району?
Ричи проигнорировала этот наивный вопрос. Её внимание переключилось на вторую машину, превратившуюся в бесформенную груду железа. Она медленно подошла к ней, осматривая повреждения.

- Чья вторая тачка? - резко спросила она, не оборачиваясь.

- Местных кварцевых дилеров, мэм.

Сантьяго резко развернулась, её брови поползли вверх от удивления.

- Кварцевых дилеров? Серьезно? - переспросила она, словно не веря своим ушам.

- Да, шериф. У них давняя вражда с «NovaCore», делят рынок или что-то вроде того. Но вот как Айзек Найт причастен к этой корпоративной войнушке... загадка.

- Загадка, которая мне совсем не нравится, - отрезала Ричи. Она на мгновение задумалась, глядя на высокое здание где-то вдалеке, откуда еле виднелся логотип корпорации. - Выясни всё, что сможешь, и наведайся в эту компанию. Надави на них. Они явно знают больше, чем говорят, и прикрывают свои задницы.

Приказ прозвучал безапелляционно. Не дожидаясь ответа, шериф развернулась и направилась обратно к своему автомобилю. Салон встретил её относительной прохладой и запахом старой кожи. Сев за руль, она достала рацию из бардачка. Пальцы привычно нажали тангенту.

- Приём, Джерико. Доложи обстановку, - произнесла она, вглядываясь в лобовое стекло.

Сквозь легкий треск помех пробился голос её помощника, оставшегося временно за главного:

- Шериф, в городе всё тихо. Даже слишком. Никаких происшествий. Селены Крестон по-прежнему не видно, никаких следов.

Сердце Ричи пропустило удар. Тишина в Джерико пугала её больше, чем беспорядок в Ривертоне.

- Это совсем не хороший знак... - прошептала она, скорее себе, чем в эфир, затем добавила громче: - Я выдвигаюсь обратно в Джерико. Прямо сейчас. Если здесь будет хоть какая-то зацепка об Айзеке, мне доложат немедленно. Но мне самой торчать тут и искать его бесполезно... Я нужна там.

- Понял вас, шериф. Ожидаю.

Связь прервалась. Ричи уже потянулась к ключу зажигания, когда в боковое стекло кто-то деликатно постучал. Она вздрогнула, подняла тяжелый взгляд и увидела того же следователя. Опустив стекло, она вопросительно посмотрела на него.

- Вы уже уезжаете, мэм?

- Да, - устало кивнула Сантьяго, сжимая руль. - Пока я бегаю здесь за этим психопатом, пытаясь разгадать ребусы, я теряю драгоценное время. Время, за которое могла бы поймать десятки таких же, как он, но у себя дома.

Она сделала паузу, глядя куда-то сквозь полицейского.

- Если найдете его след, хоть малейший намек, доложите мне лично. Чувствую, что к Джерико приближается что-то очень нехорошее... Тучи сгущаются, и нельзя терять ни минуты.

- Я вас понял, шериф. Удачной дороги, - офицер козырнул и отступил.

Ричи кивнула, включила заднюю передачу. Машина плавно сдала назад, развернулась, подняв облако пыли, и выехала обратно, пробираясь теми же узкими коридорами прочь из города небоскребов. Она спешила в свой тихий деревянный городок, который, как ей казалось, замер в ожидании бури.

***

В это время в этом же городе, в соседнем, не менее престижном районе, расставила свои изящные, но железные клешни ещё одна крупная акула бизнеса. Это была не просто компания, а целая империя эстетики - креативно-дизайнерская корпорация «Coffin Style». Здесь не просто шили одежду; здесь управляли мозгами индустрии моды, создавая визуальные коды, которым подчинялись миллионы. Разработка коллекций, арт-дирекшн, закрытые показы - всё это рождалось в стенах здания, чье название звучало как мрачная ирония. «Гробовой стиль». Символичное имя, уходящее корнями в личную историю. Основательница этого бизнеса, решив выйти из тени матери, выстроила своё королевство, где независимость, имя и статус были возведены в абсолют.

Едва переступив порог, Селена ощутила, как воздух изменился. Здесь пахло не просто дорогим парфюмом и кожей, а стерильной, пугающей роскошью. Дизайн интерьера «Coffin Style» выглядел не просто стильно - он был болезненно идеальным. Пространство напоминало операционную для небожителей: каждый стол, каждая хромированная полка, каждый дизайнерский стул стояли с геометрической точностью, словно их положение выверяли лазерным уровнем. Никакой асимметрии. Никакого хаоса.

Холодный искусственный свет падал ровными, хирургическими полосами, отражаясь в черно-белых глянцевых поверхностях пола и стен. Здесь не было места теням или случайной пылинке. Казалось, всё вокруг подчинено жестоким законам нечеловеческой логики. Но под этой безупречной, ледяной оболочкой вибрировала скрытая тревога. Идеальный порядок чужд живой природе, он противоестественен, а значит, это был порядок, насильно навязанный чьей-то волей. Волей той самой личности, чей разум требовал абсолютного контроля.

Селена поднялась на пятый этаж на лифте. Стеклянные двери бесшумно разъехались, впуская её в святая святых. Она подошла к нужному кабинету и деликатно постучала. Приоткрыв тяжелую дверь, она заглянула внутрь. Просторный зал был залит светом. Сотрудники, склонившись над столами и манекенами, работали без передышки, словно заведенные механизмы. В воздухе висело напряжение, плотное, как туман.

- Добрый день... - голос Селены прозвучал чуть тише обычного, нарушая звенящую тишину. - Я по поводу концепта дизайна платья. Обращалась к вам пару дней назад.

Одна из девушек, стоявшая у манекена, резко вздрогнула и оторвалась от ткани. В её губах была зажата иголка, а на шее висела измерительная лента. Увидев гостью, она поспешно выплюнула иголку в магнитную подушечку на запястье, сорвала ленту и, натянув на бледное от усталости лицо профессиональную, «глянцевую» улыбку, поспешила к двери. Движения её были нервными, отточенными страхом.

- Да-да, добрый день! - защебетала она, стараясь скрыть дрожь в голосе. - Мы как раз заканчиваем последние штрихи. Если не ошибаюсь, вы одобрили концепт ещё в прошлый раз, верно?

- Верно, - кивнула Селена, проходя осторожно внутрь.

- Замечательно. Проходите, пожалуйста. Нам нужно снять точные мерки, чтобы отправить данные в ателье. Каждый миллиметр важен.

Девушка резко развернулась к коллегам. Улыбка мгновенно сползла с её лица, сменившись маской строгостью. Она яростно замахала руками, беззвучно приказывая всем замолчать и навести порядок, потому что клиент - это святое, а любой лишний звук мог разрушить иллюзию совершенства.

В офисе работали четверо, и, несмотря на творческий процесс, который обычно подразумевает обрезки тканей и разбросанные эскизы, здесь было пугающе чисто. Порядок царил даже в пик рабочего хаоса. Карандаши лежали по цветам, лоскуты ткани были сложены в ровные стопки. Это настораживало Селену больше, чем любой беспорядок. Это было похоже на безумие, до которого хозяйка этого места доводила своих сотрудников.

Селена небрежно бросила свои личные вещи - сумочку и солнцезащитные очки - на ближайший полированный стол и взошла на небольшой круглый пьедестал перед огромным зеркалом в пол. Девушка-модельер тут же подскочила с лентой, начиная быстрые, но аккуратные замеры.

Стоя на возвышении, Селена заметила в отражении зеркала странную сцену. Один из сотрудников, молодой парень, подошел к её оставленным вещам. Он осторожно и уверенно, словно сапер, разминирующий бомбу, расправил перекрутившийся ремешок на её сумке. Затем он перевязал небрежно накинутый шелковый зеленый платок, формируя идеальный, симметричный узел. Напоследок он взял её очки, сложил дужки строго параллельно друг другу и, достав микрофибру, маниакально протер стекла, убирая невидимые отпечатки.

Селена тихо ухмыльнулась, наблюдая за этим театром абсурда. «Дрессировка здесь на высшем уровне», - подумала она.

- Всё, замеры сделаны, - выдохнула девушка, выпрямляясь и вставая рядом с Селеной, глядя на неё через зеркало. - Мы немедленно отправим данные в швейный отдел. К завтрашнему дню всё будет готово. Забрать платье вы сможете в правом крыле на первом этаже.

- Справятся за сутки? - искренне удивилась Селена, приподняв бровь. - Это довольно сложный крой.

- Мы работаем быстро и качественно, - отчеканила девушка заученную фразу, - Для наших клиентов мы делаем всё точно в срок. Без исключений.

- Благодарю. Не буду вас отвлекать от... работы.

Селена улыбнулась работникам и подошла к столу. Парень, который наводил порядок, уже держал её вещи наготове. Он протянул сумку и очки в легком поклоне, словно лакей королевы. Селена с опаской взяла идеально чистые предметы, стараясь удержать на лице дрогнувшую от смешка ухмылку.

Как только тяжелая дверь кабинета закрылась за её спиной, она услышала, как внутри снова началась суматошная, тихая возня.

Селена надела свои безупречно протертые темные очки, откинула волосы назад и нажала кнопку вызова лифта. Коридор встретил её абсолютной, вакуумной тишиной, лишь изредка нарушаемой приглушенными голосами, доносившимися из-за плотно закрытых дверей других офисов. Она опустила взгляд. Черный пол был настолько отполирован, что она видела свое отражение четче, чем в воде. Даже её дорогие лакированные туфли на фоне этого покрытия казались матовыми и тусклыми.

Пока она ждала лифт, наблюдая за медленно ползущими цифрами на табло, в дальнем конце коридора послышался грохот. Дверь одного из кабинетов распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. Следом раздался жесткий, ритмичный стук каблуков, похожий на удары молотка.
Из-за угла стремительно вышла высокая, утонченная фигура. Она шла быстро, разрезая воздух, а за ней, семеня и спотыкаясь, бежали двое сотрудников, на ходу пытаясь оправдаться и показывая какие-то папки. Женщина резко остановилась, выхватила эскизы из рук парня. Её глаза, подведенные темными тенями, сверкнули яростью. Она впилась взглядом в бумагу.

- Это не подходит, - ледяным тоном произнесла она, отшвыривая первый лист на пол. - Этот эскиз тоже отвратителен. В моё отсутствие вы решили, что можно скармливать мне посредственность?

- Прошу прощения, мэм, мы переделаем...

- Крой платья убожество. Цвет грязь, - продолжала она, не повышая голоса, но каждое её слово хлестало как пощечина. - Этот дешевый блеск вокруг декольте совершенно неуместен. Он старит даже бумагу. Мне страшно представить этот кошмар на живом человеке. Вы хотите похоронить репутацию моего бренда? Переделать.

Её тон был строг, холоден и не терпел возражений. В её облике сквозила темная, готическая элегантность, а во взгляде читалась та самая искра безумия, которая заставляла сотрудников дрожать.

Селена медленно повернула голову. Сквозь темные очки она смотрела на знакомый профиль и не верила своим глазам.

- Офелия? - произнесла она, снимая очки. Голос эхом прокатился по коридору. Она прищурилась, словно пытаясь сфокусировать зрение и чётче разглядеть знакомую фигуру, будто не ожидала её увидеть.

Офелия замерла. Её плечи напряглись, будто она услышала голос призрака из прошлого. По её телу пробежал холодок. Секунду она стояла неподвижно, спиной к Селене, переваривая услышанное. Затем она сделала резкий, дерганый кивок головой своим сотрудникам - жест, означающий «исчезните». Те, не смея перечить, мгновенно растворились в боковых проходах. Наконец, Офелия медленно обернулась. Её лицо, бледное и прекрасное, выражало смесь презрения и настороженности.

- Боже, кого я вижу... - протянула Селена с неприкрытой издевкой, делая медленные, уверенные шаги навстречу. - Ты всё-таки вышла в свет из своего склепа?

- Что ты тут делаешь? - спросила Офелия. В её голосе не было радости, только холодная враждебность.

- А я разве нахожусь в черном списке? - невинно поинтересовалась Селена.

- Обязательно исправлю это упущение, - отрезала хозяйка «Coffin Style», скрестив руки на груди.

- Не ожидала тебя здесь увидеть.

- Не делай вид, будто ты здесь случайно, - Офелия сузила глаза, её взгляд сканировал Селену, ища изъяны в одежде. - Ты пришла сюда только ради личной встречи.

- Раскусила, - хитро улыбнулась Селена, морща нос. - Твоя проницательность всё так же остра.

Офелия смотрела на неё сверху вниз, всем своим видом демонстрируя, кто здесь хозяйка. В её глазах плескалась тьма, контролируемая лишь усилием воли.

- Мне лишние уши не нужны, - процедила она, оглядываясь по сторонам на пустой коридор, который казался ей полным шпионов. - Поэтому, если хочешь высказаться - я послушаю тебя. В последний раз.

Офелия резко развернулась, взметнув полами пиджака, и быстрым шагом направилась в конец коридора, к ближайшей двери. Селена двинулась следом, наслаждаясь моментом. Офелия распахнула дверь первого попавшегося кабинета. Внутри работали люди. Увидев босса, они подскочили со своих мест, роняя карандаши.

- Вон! - рявкнула Офелия. - Все, живо!

Ей не пришлось повторять дважды. Сотрудники, хватая свои вещи в охапку, послушно и молниеносно покинули помещение, не смея задержаться ни на секунду, оставляя двух хищниц наедине в идеальном, стерильном пространстве.

Дверь кабинета закрылась с тяжелым, глухим щелчком, отрезая стерильное пространство офиса от внешнего мира. Селена, оставшись одна с хозяйкой этого места, медленно обернулась по сторонам.

В центре этого царства перфекционизма, в массивном вращающемся кожаном кресле, восседала Офелия. Ее платиновые волосы, прямые и гладкие, словно шелковое полотно, создавали резкий контраст с темной обивкой кресла. Бледная, почти прозрачная кожа лица казалась фарфоровой маской, на которой застыло выражение абсолютного, пугающего спокойствия. Офелия даже не удостоила гостью взглядом. Ее тонкие пальцы с безупречным маникюром перебирали документы, оставленные на столе сбежавшими сотрудниками. Она педантично выравнивала стопку бумаг, словно малейшее отклонение от симметрии причиняло ей физическую боль.

- Ты зашугала бедных сотрудников до смерти, - голос Селены нарушил звенящую тишину. Она сделала несколько шагов вперед, цокая каблуками по мрамору. - В их глазах читался первобытный ужас. Как эта компания вообще держалась в твои годы отсутствия, если ты правишь ею как тиран?

Офелия, не отрываясь от созерцания какого-то графика, лишь уголком губ изобразила подобие ухмылки. В ее движениях чувствовалась механическая точность.

- В этом и заключается сила моей компании, Селена. Моё физическое присутствие здесь совершенно не обязательно, - ее голос звучал ровно, с легкой прохладцей, будто она диктовала завещание. - Механизм отлажен до совершенства. Она будет процветать в любом случае, пока я держу шестеренки в тонусе. Я лишь заглядываю сюда по важным делам, чтобы подтянуть гайки.

- Интересно, - протянула Селена, скептически оглядывая помещение. Ее взгляд скользнул по минималистичным картинам на стенах. - Ты всё это сама воздвигла?
Офелия наконец подняла глаза. В их глубине плясали тени, выдавая то, что скрывалось за фасадом успешной бизнес-леди.

- А ты думала, я безвылазно в подвале сидела, считая трещины на потолке? - парировала она, слегка склонив голову набок. Светлые пряди скользнули по плечу. - Не забывай, что, несмотря ни на что, обучение в Неверморе я всё-таки закончила на отлично.

- Верно, - коротко кивнула Селена, признавая этот факт. Она поправила лацкан своего тёмно-синего пиджака, который сидел на ней как влитой, подчеркивая ее строгую, но притягательную натуру.

- Вы с Айзеком давненько не одаривали меня визитами, - Офелия вернулась к бумагам, но ее пальцы чуть сильнее сжали край листа. - Что-то случилось, или вы наконец перестали вести этот бессмысленный детский сад?

Селена медленно прошла вдоль длинного стола переговоров, касаясь кончиками пальцев его лакированной поверхности. Она чувствовала, как воздух в комнате наэлектризован. Это было место не просто бизнеса, а одержимости.

- В прошлый мой визит ты была более дружелюбно расположена ко мне, - заметила она, останавливаясь и внимательно изучая профиль Офелии.

Офелия подняла взгляд, и на мгновение ее «фарфоровая маска» треснула, пропуская наружу острую, как бритва, иронию. Она улыбнулась, но глаза оставались холодными.

- Дружелюбно? - переспросила она с тихим смешком. - Считай, это было моим прощальным подарком. Актом милосердия. Я искренне надеялась, что тот визит уже будет последним и наши пути разойдутся навсегда. Видимо, я ошиблась в расчетах.

Селена перестала ходить кругами. Она подошла вплотную к столу хозяйки кабинета и, упершись в него обеими руками, резко подалась вперед, нависая над Офелией. Её темные волосы упали на лицо, а взгляд стал тяжелым, пронзительным, серьезным и острым, как скальпель.

- Кажется, я тебя на первой нашей встрече предупреждала, - начала она низким, вибрирующим от напряжения голосом. - Я дала тебе шанс на искупление своих ошибок. Шанс переписать историю. Но ты удачно проигнорировала мои слова и просто тянешь время. В итоге сама не помогаешь, и Уэнсдей не ведёшь по нужному пути, оставляя её блуждать в потемках. Ведёшь двойную игру, Офелия? Какая твоя цель?

Офелия откинулась на спинку кресла, скрестив руки на груди. Её поза выражала защитную закрытость, хотя лицо оставалось бесстрастным.

- Моя цель это жить настоящим, а не цепляться когтями за старые, прогнившие обиды, Селена, - отчеканила она. - У меня есть всё, чего я добивалась: власть, деньги, статус. И я не позволю кучке призраков прошлого всё это разрушить. Если тебе так нужен Гримуар, тогда ищи его сама. Рой землю, переворачивай архивы. Я дала Уэнсдей сведения о том, что это такое и для чего он нужен. Гудди рассказала ей об Аргусе и его разрушительной силе. Я сделала достаточно. Более чем. Дальше сами, я на эту суицидальную игру не подписывалась.

- Играешь в недотрогу? - прищурилась Селена.

- После твоей смерти долгие годы была тишина и покой, - голос Офелии стал жестче, в нем прорезались истеричные нотки, которые она тут же подавила. - Ни ты, ни твои предки не терзали мозги людям. Мир дышал свободно. Но тут ты вдруг воскресла, и я почему-то оказалась виновата во всех смертных грехах. Селена, я дала этому миру тридцать спокойных лет жизни. Мне должны быть благодарны за такой подарок, а не требовать новых жертв! - с гордостью, граничащей с высокомерием, ответила Офелия и нарочито вернулась к чтению бумаг, всем видом показывая, что разговор окончен.

Селена не выдержала. Её взгляд словно озверел, вспыхнув опасным огнем. Она резким движением прижала ладонью бумаги, которые держала Офелия, прямо к столу. Звук удара ладони о дерево эхом разлетелся по кабинету. Офелия вздрогнула, вынужденная отвлечься от своей показной занятости.

- Знай, ты сама выбрала себе финал, Офелия, - прошипела Селена ей в лицо. - Я давала тебе шанс на искупление, но ты, вижу, совершенно ни о чем не жалеешь. Твоя душа так же черства, как и этот кабинет. Мортиша свой путь выбрала, не мешая своей дочери в этом опасном деле, пока ты спрятала уши в тени от страха, дрожа за свой комфорт. Запомни: не вини меня в дальнейших событиях. Ты сделала свой выбор.

Офелия медленно вытащила руки из-под ладони Селены, брезгливо разглаживая помятый лист.

- От Мортиши это было ожидаемо...слаба духом. Она всегда любила драму, - фыркнула она, стараясь сохранить лицо. - Почему ты вдруг взялась за старую месть? Разве тебе не нужно сейчас искать Гримуар, чтобы спасти себя и мир? Или твои приоритеты сбились? - всё так же спокойно говорила Офелия, игнорируя прямые угрозы, хотя внутри у неё всё сжалось в тугой узел.

Селена выпрямилась, поправляя воротник рубашки.

- Когда я овладею Гримуаром мертвых и навсегда избавлюсь от Аргуса, ценой будет моя жизнь, в этом я абсолютно уверена, - произнесла она с пугающей фатальностью. - А идти на верную смерть, не прихватив с собой старых «друзей», будет просто невежливо. Это вопрос этикета.

Уверенность на лице Офелии пошатнулась. Её идеальная улыбка дрогнула, а в глазах мелькнул животный страх. Она поняла, что Селена не блефует.

- Что ж... удачи, - сухо ответила Офелия, резко вставая из-за стола и указала рукой на дверь. - Если это всё, можешь идти. У меня много работы.

Селена выпрямилась во весь рост, взяла свою сумку и уверенной походкой направилась к выходу. Но, уже открыв дверь и взявшись за ручку, она остановилась. Медленно обернулась. На её лице сияла широкая, торжествующая улыбка, от которой у Офелии похолодело внутри.

- И да, чуть не забыла... - протянула Селена мягко, словно вспомнив о незначительной мелочи. - Твой сын тоже входит в мои планы.

В кабинете повисла мертвая тишина. Офелия замерла, словно её поразил паралич. Зрачки расширились, поглощая радужку.

- Это тебе мой первый ход в партии, - продолжила Селена хищно, наслаждаясь произведенным эффектом. Она достала темные очки и неспешно надела их. - Дальше ход за ходом будет шах и мат.

С этими словами она вышла из кабинета, захлопнув дверь.
Уверенность с лица Офелии пропала мгновенно, словно смытая волной цунами. Она открыла рот, чтобы выкрикнуть вслед девушке пару ласковых, проклясть её, остановить, но слова застряли в горле комом. Тело и разум переполняли тревога и липкая, удушающая паника от услышанного. Удар в самое уязвимое место.

Внутри что-то оборвалось. Рациональность, которую она так тщательно выстраивала, рухнула. Глаза Офелии налились безумием. Она издала сдавленный рык и, схватив со стола тяжелый органайзер, со всей силы швырнула его в стену. Звук удара и рассыпающихся предметов послужил сигналом к началу бури. От ярости Офелия начала метаться по кабинету. Она смахивала папки, сбрасывала статуэтки, крушила всё, что попадалось под руку. Идеальный, стерильный кабинет за считанные секунды превращался в чистилище хаоса. Бумаги летали в воздухе, как белые птицы во время урагана. Слова Селены, затронувшие самое дорогое, привели её в состояние аффекта. Бешенство застилало глаза красной пеленой. Желание начать действовать против неё, уничтожить угрозу, росло с каждой секундой, пульсируя в висках громким набатом.

Тяжелую, вязкую тишину, повисшую после бури в кабинете, нарушил стук. Три ровных, четких удара. Идеальный ритм, которого требовал порядок этого места, звучал сейчас как издевательство над царившим внутри хаосом.

- Да! - рявкнула Офелия. Её грудь вздымалась, она судорожно пыталась отдышаться, словно только что пробежала марафон. Руки всё еще дрожали от пережитого приступа ярости.

Дверь приоткрылась, и на пороге возник молодой ассистент.

- Миссис Фрамп, к вам пришел человек, которого вы звали... - начал он тихим, почти бесцветным голосом, но замер на полуслове.

Глаза парня расширились от ужаса. Кабинет, который всегда напоминал стерильную палату, выглядел так, словно по нему прошелся ураган. Перевернутые стулья, разбросанные веером документы, осколки дорогого пресс-папье на полу. Для сотрудников, знающих маниакальную тягу начальницы к порядку, увидеть такую картину было дурным предзнаменованием. Парень нервно сглотнул, чувствуя, как холодный пот течет по спине, и замер в ожидании приговора.

Офелия, заметив его взгляд, выпрямилась, натягивая на себя привычную маску ледяного спокойствия.

- Где он? - её голос звучал уже тише, но в нем все еще слышался звон стали.

- Ожидает вас на первом этаже в левом крыле. Как вы и просили, подальше от лишних...

Офелия не дала ему договорить. Она резким, рубящим жестом махнула рукой, и ассистент, поняв намек, растворился в коридоре. Оставшись на секунду одна, Офелия подошла к уцелевшему зеркалу. Белые локоны выбились из уложенной прически, в глазах горел лихорадочный блеск. Дрожащими пальцами она поправила волосы, отряхнула невидимую пыль с безупречной блузки и глубоко вздохнула, запирая своего внутреннего демона обратно в клетку.

Она вышла из кабинета королевой. Возле двери уже выстроился почетный караул: тот самый парень и три девушки-помощницы, бледные от напряжения. Офелия остановилась возле них, окинув группу тяжелым взглядом.

- Вы двое, уберитесь там. И закончите то, над чем работали. А вы, идете со мной.

Все беспрекословно кивнули. Приказы здесь не обсуждались.
Внизу, в просторном холле левого крыла, где свет отражался от белоснежной плитки, стояли двое. Мужчина средних лет в черном одеянии и длинном плаще выглядел темным пятном на фоне стерильного интерьера «Coffin Style». Его поза выражала расслабленную уверенность хищника. Рядом с ним, словно статуя, застыла женщина. На ней было строгое тёмно-синее пальто в пол, подчеркивающее фигуру, и идеально выглаженная белая рубашка, заправленная в брюки с высокой талией. Тёмные волосы были собраны в небрежный, но изысканный пучок, открывающий шею. Весь её облик излучал сдержанную элегантность и опасную силу. Она рассматривала интерьер с легкой, едва заметной усмешкой.

Тишину коридора разрезало быстрое, агрессивное цоканье каблуков. Офелия не шла - она летела. Белая шелковая лента на блузке развивалась от стремительной ходьбы. Светлые волосы обрамляли бледное лицо, на котором застыло выражение холодной решимости. Взгляд её глубоких, темных глаз метал молнии. Сотрудники, семенившие сзади, едва поспевали за ней, а случайные прохожие вжимались в стены, инстинктивно чувствуя угрозу, исходящую от хозяйки здания.

Аргус, увидев приближающуюся фурию, расплылся в широкой улыбке. Он театрально раскинул руки в стороны, словно желая обнять старую подругу.

- Офелия Фрамп! - его голос эхом отразился от стен. - Я рад наконец познако...

Договорить он не успел. Офелия подлетела к нему вплотную, и воздух рассек звонкий, хлесткий звук пощечины. Голова Аргуса дернулась в сторону. Ассистенты за спиной Офелии замерли, превратившись в соляные столбы от шока.
Аргус медленно повернул голову обратно. На его щеке наливался краснотой след от удара, но в глазах плясали веселые искры.

- Так это ты Аргус? - спросила Офелия, вкладывая в вопрос всё свое презрение. Она прекрасно знала ответ.

- Верно, - он коснулся щеки кончиками пальцев. - Но прием не самый теплый.

- Потеплее, чем сидение в заточении книги, я уверена, - выплюнула она.

Офелия резко обернулась к своей свите и одним взглядом приказала им исчезнуть. Через секунду в огромном коридоре остались лишь трое: она, Аргус и молчаливая женщина, с интересом наблюдающая за сценой.

- Долго будет продолжаться эта возня с Гримуаром? - строго спросила Офелия, скрестив руки на груди. Она не пыталась смягчить тон, несмотря на то, какое древнее зло стояло перед ней. Её собственное безумие служило ей щитом.

- Ты ведь знаешь, где спрятан Гримуар, верно? - голос Аргуса стал мягким, обволакивающим, похожим на сладкий яд. - Если бы ты только могла рассказать хоть что-то о нем...
Он сделал шаг вперед, и его руки жадно потянулись к вискам Офелии, пальцы задрожали в предвкушении ментального контакта.

Офелия даже не шелохнулась, но её взгляд стал стальным.

- Даже не пытайся, - отрезала она. - Проникнуть мне в голову у тебя не получится. Я не настолько глупа, чтобы, владея такой информацией, идти на встречу с тобой, не возведя ментальные барьеры. Мой разум это закрытая крепость.

Аргус опустил руки, признавая поражение в этом раунде, но улыбка надежды не сходила с его лица.

- Так какие вопросы ко мне тогда могут быть, дорогая? Ты хочешь побыстрее закончить с Селеной, но не хочешь помогать, зная абсолютно всё о книге. Как это понимать? Твоя логика... загадочна.

- Я не против, но и не за тебя, - сухо ответила Офелия. - Я не хочу ввязываться в эти игры. Пути и решения ищите сами. Подсказок о местонахождении Гримуара более чем достаточно в книгах, древних рукописях и легендах. Ищи - и найдешь сам.

Она сделала паузу, и её лицо исказила тень ненависти, вспомнив недавние угрозы Селены.

- Сделай это только поскорее. И покончи наконец с ней!

- Я сделаю это с огромным удовольствием и намного быстрее, чем ты можешь представить, - кивнул Аргус, сверкнув глазами. - Но если бы ты дала хотя бы крошечную наводку...

- Забудь! - рявкнула Офелия, угрожающе наставив на него указательный палец с идеальным маникюром. - Даже во время моего сна, даже под пытками ты не сможешь выудить эту информацию из моей головы, запомни! Я унесу её в могилу.

Она напоследок окинула их двоих презрительным взглядом, развернулась на каблуках и, громко цокая, удалилась прочь, оставив за собой шлейф дорогих духов и тревоги.
Агата, до этого хранившая молчание, проводила её взглядом, слегка прищурившись.

- А она хитра и глупа одновременно, - наконец произнесла она низким голосом.

- Она просто ведёт двойную игру, - ответил Аргус, вздыхая и поправляя воротник пальто. Он направился к выходу, и его шаги гулко отдавались в пустоте. - Думает, что так не примет ничью сторону и останется чистой. В итоге делает лишь хуже самой себе. Но девчонка, на удивление, очень смелая. Или безумная.

- А чего тебя бояться? - хмыкнула Агата, идя рядом.
Аргус резко остановился и посмотрел на неё исподлобья.
- Забываешь, с кем говоришь?

Агата лишь закатила глаза, ничуть не впечатленная.

- Ты четыреста лет гнил в книге, - ядовито напомнила она. - Пока я эти четыреста лет приглядывала за твоим родом, выслеживая ребенка с силой, развивая свои навыки и живя в реальном мире.

- Так хорошо выслеживала, - усмехнулся Аргус, продолжив путь, - что пока она не умерла, ты даже не заметила, что в ней течет хаос, даже убив её мать.

Он покачал головой, открывая дверь на улицу.

- Тоже мне, старинная ведьма.