Письмо перед смертью || Детектив

Меня зовут Аринада. Мне 22 года, и я — сирота. Моя жизнь не была лёгкой, но я научилась находить радость в самых простых вещах. Сейчас я учусь в колледже и работаю в цветочном магазине своей тёти. Этот магазин — не просто место работы, а мой маленький мир, где я чувствую себя нужной и любимой.

Моя тётя Элла — удивительный человек. Она приняла меня, когда я осталась одна, и с тех пор стала для меня не только родственницей, но и настоящей подругой. В её магазине я научилась многому: от ухода за растениями до общения с клиентами. Каждый день я открываю для себя что-то новое, и это наполняет мою жизнь смыслом.

После занятий я вернулась в наш цветочный магазин. Сняв пальто, переоделась в рабочую форму и повязала фартук. Сегодня был особенно напряжённый день — впереди 8 марта, а значит, поток покупателей не убывал с самого утра.

Я увлеклась подготовкой букетов, когда услышала стук в дверь.

— Здравствуй, Клэф, — на пороге стоял почтальон. Чуть полноватый, с мягкой улыбкой и вечно мятым конвертом в руке. Напоминал плюшевого мишку, особенно в этой своей потертой куртке.

— Привет, как ты? Как тётя? — я взяла у него письма. Он пожал плечами, пробормотал что-то о погоде, поболтал пару минут и ушёл.

Я вернулась к прилавку, привычно пролистывая стопку писем. Рекламные брошюры, счета... и одно письмо без обратного адреса. Адресовано мне. Почерк был незнакомый — чёткий, почти каллиграфический.

Сначала я решила, что это что-то из колледжа. Но внутри оказался короткий, странный текст:

«Дорогая Арианда, я давно за тобой наблюдаю. Знаю, как много ты пережила. Но скоро я сделаю твою жизнь легче

С любовью
Твой поклонник. »

Меня будто окатили ледяной водой. Руки задрожали. Сначала я хотела выбросить письмо, списав всё на розыгрыш или ошибку. Но чувство тревоги крепло. Через пару часов я решилась — и пошла в полицейский участок.

На стойке меня выслушали, и, слегка переглянувшись, порекомендовали обратиться к Артуру Гастингсу.

- Если вы не ищете стандартных ответов - он ваш человек. Он никогда не скажет, что вы "всё придумали".

Я постучала. Дверь открыл мужчина лет двадцати пяти. Высокий, с лёгкой небритостью, в костюме. От него пахло кофе и немного - табачным дымом.

- Мисс Арианда? Проходите, я уже ждал вас, - сказал он, как ни в чём не бывало.

Я замерла.

- Вы знали, что я приду?

Он усмехнулся уголком губ.

- Если кто-то наблюдает за вами - значит, вы стали частью чьей-то игры. А такие игры я изучаю давно.

Я протянула ему письмо. Он внимательно прочитал, покачал головой и достал блокнот.

- Вам ничего не приходит в голову? Кто мог бы это написать?

- Нет. Никто. У меня нет ни врагов, ни особых знакомых. После смерти родителей я почти ни с кем не общаюсь.

Гастингс задумчиво посмотрел в окно.

- Тогда будем искать. Но предупреждаю - чем ближе к ответу, тем опаснее становится путь. Вы готовы?

Я кивнула. И в этот момент за окном мелькнула чья-то тень. Кто-то наблюдал за нами.

С момента, как пришло письмо, прошло два дня. Вроде бы всё шло своим чередом — дом, работа, привычные разговоры. Но внутри нарастало чувство тревоги, как будто надвигается что-то неизбежное.

Рабочий день закончился, и мы с тётей Габриэлой поспешили домой. Вечер выдался на удивление тёплым — за ужином мы листали старый фотоальбом моих родителей. В этих кадрах было много боли, но и столько нежности. Я любила слышать её истории — о маме, о папе, о прошлом, которого мне так не хватало.

— Дорогая, я понимаю, что никогда не смогу заменить тебе их, — тихо сказала тётя, пряча в голосе грусть.

Я лишь покачала головой.

— Но ты и не должна. Я знаю, как ты стараешься, и люблю тебя ничуть не меньше, — проговорила я, и увидела, как её глаза наполняются слезами.

Она сжала мою руку, но тут в тишине раздался стук в дверь. Было поздно. Тётя поднялась посмотреть, кто мог пожаловать в такой час. А я снова мысленно вернулась к таинственному письму. Всё чаще ловила себя на мыслях о Артуре — он приходил почти каждый день, интересовался, как я, как держусь. Иногда казалось, что его забота не имеет отношения к письму. Или я просто придумываю лишнее?

Дверь скрипнула, и в комнату вошла тётя — бледная, как стена, с лицом, полным ужаса.

— Твой дядя Филип... его убили.

Она зарыдала. Горько, безутешно. Несмотря на всё, каким бы он ни был — она потеряла ещё одного близкого человека. Всю ночь я сидела с ней, обнимала, молча гладила по спине. Утро пришло тяжёлым, и я отправились к детективу Гастингсу.

— Письмо оказалось не шуткой, мисс, — сказал он, глядя на меня сверху вниз. Его рост, как и телосложение, были внушительные. — Расскажите, пожалуйста, подробнее о вашем дяде.

— Его звали Филип Ломбард. Ему было шестьдесят пять, он никогда не был женат, работал на заводе...

— Прошу прощения, — перебил он, — но здесь случай особенный. Я понимаю, что о мёртвых либо хорошо, либо никак... Но, боюсь, это не тот случай.

Я кивнула. Говорить было тяжело, но его взгляд был проницателен и требовал правды.

— Если честно... он был неравнодушен к молодым девушкам. Именно он должен был взять надо мной опеку после гибели родителей. Но случилось нечто, из-за чего я настояла, чтобы этого не произошло.

Я замолчала, сжав руки в кулаки. Артур, стоявший рядом, мягко коснулся моей ладони. Это дало мне силы продолжить.

— Он смотрел на меня... иначе. Когда я приехала к нему, позволял себе вольности. Я всякий раз отказывала. В ту ночь я прибежала к тёте в слезах. Не волнуйтесь, он не успел... ничего сделать.

На лице Гастингса отразилась ярость. Он сдерживал её, но я видела, как побелели его пальцы, сжавшиеся в кулак. Артур же смотрел с пониманием и без тени осуждения.

— Кто-нибудь знал об этом? — спросил детектив.

— Только тётя. Мы хранили это в секрете.

— Понятно. Скажите, вам что-то говорит красная роза?

— Это мои любимые цветы... А почему?

— Одна роза была оставлена на месте убийства.

Моё сердце ёкнуло. Лицо побледнело, губы задрожали.

— Арианда, — произнёс Гастингс, — я снял дом по соседству. Думаю, будет разумно, если я начну сопровождать вас — на работу, на учёбу, домой. Ради вашей безопасности.

Я пыталась возразить, но он был непреклонен. Так начались наши ежедневные встречи. Он оказался интересным собеседником — умным, сдержанным, надёжным. Тёте он тоже приглянулся, она часто приглашала его на чай.

Но спокойствие длилось недолго.

Новое письмо.

«Арианда, надеюсь, ты рада, что я избавил мир от одного подлеца. Не бойся — таких станет меньше. Я обещаю. И твой новый друг не помеха.
Со всей любовью,
Твой поклонник.»