13 часть: Утро после
Часть 15: Утро после
23/12/1994
Ава проснулась от того, что сквозь опущенные веки пробивался тёплый солнечный свет. Первое, что она ощутила, — это тепло другого тела, прижатого к её спине. Твёрдые, но расслабленные мышцы, ритмичное дыхание, шевелящее её волосы, и тяжёлая рука, лежащая на её талии.
Она медленно открыла глаза. Комната была залита утренним светом, пылинки танцевали в золотых лучах. Они всё ещё лежали на диване в гостиной, сдвинутом поближе к остывшему камину. Плед сполз с них, обнажив её спину и его руку, загорелую на фоне её бледной кожи.
Она осторожно, стараясь не разбудить его, повернулась. Тео спал на боку, его лицо было обращено к ней. Во сне он выглядел моложе, все морщинки напряжения вокруг глаз и рта сгладились. Длинные тёмные ресницы отбрасывали тени на щёки. Его губы, такие твёрдые и уверенные вчера, сейчас были мягко приоткрыты. Одна прядь коричневых волос упала на лоб, и у неё возникло почти неконтролируемое желание смахнуть её.
Она лежала и смотрела на него, и в её груди распускалось тёплое, нежное чувство, такое острое, что оно граничило с болью. Воспоминания о прошлой ночи нахлынули на неё — не как смутные образы, а как яркие, почти осязаемые ощущения. Шёпот в темноте, дрожь в её коленях, когда он снял с неё блузку, мурашки от прикосновения его губ к её шее, всепоглощающий огонь, когда их тела соединились...
Она чувствовала лёгкую боль в мышцах в тех местах, о существовании которых даже не подозревала. Непривычную чувствительность кожи. И странное, глубокое чувство умиротворения, как будто какая-то важная часть вселенной наконец встала на своё место.
Тео пошевелился во сне, его рука на её талии непроизвольно сжалась, притягивая её ближе. Он что-то пробормотал неразборчивое, и уголки его губ дрогнули в подобии улыбки. Ава замерла, боясь пошевелиться, боясь спугвать этот совершенный момент.
Но через несколько минут его дыхание изменилось, стало более осознанным. Он медленно открыл глаза. Какое-то мгновение в них читалась лёгкая дезориентация, затем взгляд сфокусировался на ней, и его глаза потемнели, наполнились тем же благоговейным изумлением, что и вчера.
— Доброе утро, — прошептал он, его голос был хриплым от сна.
— Доброе утро, — ответила она, и её собственный голос прозвучал тихо и немного смущённо.
Он приподнялся на локте, его свободная рука нашла её руку под одеялом. Его пальцы переплелись с её пальцами — тёплые, твёрдые, знакомые.
— Ты в порядке? — тихо спросил он, и в его глазах читалась неподдельная забота. — Я не... мы не...
Она не дала ему договорить, поднеся его руку к своим губам и поцеловав костяшки пальцев.
— Всё в порядке, — сказала она твёрдо, глядя ему прямо в глаза. — Всё более чем в порядке.
На его лице расцвела медленная, сияющая улыбка, которая заставила её сердце ёкнуть. Он наклонился и поцеловал её — не страстно, как вчера, а нежно, почти робко, как будто заново узнавая вкус её губ.
— Я боялся, что это был сон, — признался он, лёжа рядом с ней и глядя в потолок.
— Я тоже, — согласилась Ава.
Они лежали так некоторое время, наслаждаясь тишиной утра и близостью друг друга. Солнечный свет становился всё ярче, заливая комнату тёплым янтарным сиянием.
— Я никогда не чувствовал себя так... цельно, — сказал наконец Тео, поворачиваясь к ней на бок. — Как будто я всю жизнь искал свою недостающую часть и наконец нашёл. Как будто до этого я был лишь тенью, эхом, а теперь обрёл плоть и кровь.
Ава прижалась к нему, чувствуя тепло его тела через тонкую ткань его рубашки, которую он, видимо, натянул на себя ночью.
— У меня такое же чувство, — призналась она. — Как будто все пазлы в моей жизни сложились, и картина наконец обрела смысл.
Когда они наконец поднялись, солнце уже было высоко. Они вели себя немного неловко, как два подростка, впервые осознавшие новую границу в своих отношениях. Ава сходила в свою спальню за свежей одеждой, а Тео воспользовался ванной комнатой гостиной.
Когда она вернулась, уже одетая в свежие джинсы и тёплый свитер, он стоял у окна, глядя на заснеженные земли Хогвартса. Он был одет в свои вчерашние брюки и рубашку, но выглядел удивительно собранным. Увидев её, он улыбнулся, и неловкость рассеялась.
— Голоден? — спросила она.
— Умираю с голоду, — признался он с лёгким смешком.
Они спустились в почти пустой Большой зал. За одним из столов сидело несколько семикурсников, увлечённых своими конспектами, но в основном зал был пуст. Они сели за стол Когтеврана, и их колени соприкасались под столом. Каждый случайный взгляд, каждое прикосновение было наполнено новым смыслом, новой глубиной.
За завтраком они разговаривали о простых вещах — о книгах, о погоде, о планах на день. Но под поверхностью этого обычного разговора текло нечто большее — взаимное понимание, новое чувство лёгкости и принадлежности друг другу.
— Что хочешь делать сегодня? — спросил Тео, намазывая маслом тост.
Ава задумалась. Обычно в этот день перед Рождеством гостиная Когтеврана была полна студентов, готовящихся к празднику. Но сейчас...
— Можем просто... быть? — предложила она. — Никуда не торопиться. Ничего не планировать.
Тео улыбнулся.
— Звучит идеально.
Они провели день, бродя по пустым коридорам замка, разговаривая обо всём на свете. Они нашли секретный ход за гобеленом с троллями в балетных пачках и исследовали его, держась за руки. Они поднялись на астрономическую башню и смотрели на заснеженные горы, его рука лежала на её талии, а её голова — на его плече.
Было удивительно, насколько естественно всё теперь происходило. Как будто они всегда были вместе, как будто все предыдущие месяцы вражды и напряжённости были лишь долгим, странным прологом к этому моменту.
Вечером они снова оказались в гостиной Когтеврана. На этот раз они зажгли все свечи, и комната наполнилась тёплым, уютным светом. Ава нашла колоду карт, и они играли в простые игры, смеясь над своими ошибками и подшучивая друг над другом.
Но по мере того как ночь углублялась, атмосфера снова стала меняться. Их шутки становились тише, взгляды — длиннее. Воздух снова наполнился тем самым напряжением, но на этот раз это было не напряжение неопределённости, а отблеск чего-то знакомого и желанного.
Когда Ава зевнула, откладывая карты, Тео мягко спросил:
— Устала?
Она покачала головой, но её глаза выдавали её. Прошедшая ночь давала о себе знать.
— Может, пора? — он кивнул в сторону спальных комнат.
Они поднялись по лестнице в женское крыло. У двери своей спальни Ава заколебалась.
— Ты... ты останешься? — тихо спросила она.
Вопрос повис в воздухе. Остаться снова — это уже был бы сознательный выбор, шаг вперёд в их новых, ещё не определённых отношениях.
Тео посмотрел на неё, его лицо было серьёзным.
— Только если ты хочешь этого.
— Я хочу, — ответила она без тени сомнения.
Комната Авы была такой же, как и всегда — кровать с тёмно-синим покрывалом, книжная полка, заваленная книгами и свитками, стол с разбросанными принадлежностями для уроков. Но сегодня всё выглядело иначе, потому что в ней был он.
Они готовились ко сну с новой, немного застенчивой неловкостью. Ава дала ему одну из своих футболок — она была ему мала, обтягивала плечи, но он не жаловался. Видеть его в своей одежде было странно интимно.
Когда они легли в её кровать, всё снова стало естественным. Он притянул её к себе, её спина прижалась к его груди, его рука обвилась вокруг её талии. Его дыхание было тёплым у неё за ухом.
— Знаешь, — тихо сказал он, — я всю жизнь спал один. В поместье Ноттов у меня была огромная комната, и она всегда казалась мне слишком пустой.
— А сейчас? — прошептала она.
— Сейчас, — его губы коснулись её плеча, — сейчас я наконец чувствую себя дома.
Они лежали в темноте, и их разговор тек легко и естественно, как будто они делали это всю жизнь. Они говорили о своих детских мечтах, о страхах, о надеждах на будущее. Говорили о том, каким они видят свой жизненный путь после Хогвартса.
— Я всегда думал, что моя жизнь предопределена, — сказал Тео. — Обучение в Хогвартсе, продолжение бизнеса отца, брак с чистокровной девушкой... — он замолчал, его рука сжала её. — Теперь я не уверен ни в чём. Кроме того, что хочу быть с тобой до конца своих дней
Ава прижалась к нему.
— А я хочу изучать магические артефакты. Как папа. Не что бы потом висит этот бизнес, нет, для того что бы просто знать. Чтобы понимать, как работает магия в разных культурах.
— Это звучит прекрасно, — тихо сказал Тео. — И, знаешь... я, возможно, смог бы тебе помочь. У Ноттов есть одна из лучших библиотек по истории магии в Британии. И коллекция артефактов, — он сделал паузу. — Когда-нибудь... она будет нашей.
Слово «нашей» повисло в тёмной комнате, наполненное таким весом и обещанием, что у Авы перехватило дыхание. Это было не просто предположение о будущем. Это было видение. Их общее видение.
Они заснули, сплетясь в объятиях, и на этот раз сон пришёл легко, неся с собой чувство безопасности и принадлежности, которое Ава не испытывала никогда прежде.
24/12/1994
Утро Рождества Ава встретила с ощущением полного, безоговорочного счастья. Она проснулась от того, что Тео мягко целовал её плечо.
— Доброе утро, — прошептал он, когда она открыла глаза. — С Рождеством.
— С Рождеством, — улыбнулась она в ответ.
Они лежали так некоторое время, наслаждаясь близостью и тишиной утра. За окном сияло зимнее солнце, отражаясь от белоснежных склонов.
— У меня есть для тебя кое-что, — сказал Тео, садясь на кровати.
Он протянул ей небольшой, изящно завёрнутый свёрток. Ава с любопытством развернула его. Внутри лежала тонкая серебряная цепочка с кулоном — маленькой, искусно выполненной совой, держащей в лапах ветвь омелы. Глаза совы были крошечными сапфирами.
— Это... прекрасно, — прошептала Ава, проводя пальцем по холодному металлу.
— Омела символизирует мир, — объяснил Тео. — А сова... ну, ты всегда говорила, что восхищаешься их мудростью. — Он взял кулон и застегнул его у неё на шее. — Чтобы ты помнила. О мире, который мы нашли. И о мудрости, которая помогла нам его обрести.
Ава посмотрела на него, и слёзы выступили на её глазах.
— Спасибо. Не только за подарок, а за... всё.
У неё тоже был для него подарок — редкая книга по истории магии, которую она нашла в библиотеке ещё в начале их тайных встреч и с тех пор берегла для особого случая. Он принял её с такой искренней благодарностью, что ей снова захотелось плакать.
Они спустились в Большой зал, где для оставшихся студентов был накрыт праздничный завтрак. За одним из столов сидели те же семикурсники, но сегодня они выглядели более расслабленными. Один из них даже кивнул Аве и Тео, когда они проходили мимо.
После завтрака они решили прогуляться по заснеженной территории. Воздух был холодным и свежим, снег хрустел под ногами. Они дошли до замёрзшего края Чёрного озера и стояли там, держась за руки, глядя на сверкающую на солнце ледяную гладь.
— Я никогда не думал, что моё Рождество будет таким, — сказал Тео, его дыхание превращалось в маленькие облачка пара.
— Каким? — спросила Ава.
— Таким... совершенным, — он посмотрел на неё, и в его глазах отражалось зимнее солнце. — Без притворства. Без необходимости играть роль. Просто... быть собой. С тобой.
Ава прижалась к нему, чувствуя, как её сердце переполняется любовью.
— У меня такое же чувство.
Они вернулись в замок с розовыми от мороза щеками и светящимися глазами. Весь день они провели вместе — читали у камина, разговаривали, просто молча наслаждались присутствием друг друга.
Вечером, сидя в гостиной Когтеврана, Ава думала о том, как много изменилось за эти несколько месяцев. Как из вражды родилось нечто прекрасное и сильное. Как два человека, которые когда-то не могли промолвить друг другу и слова без язвительности, теперь не могли представить жизни друг без друга.
— О чём задумалась? — мягко спросил Тео.
— О нас, — улыбнулась она ему. — О том, как всё изменилось.
— В лучшую сторону, — сказал он, как тогда, в первую ночь.
— Да, — согласилась она. — Определённо в лучшую.
Когда они легли спать в эту рождественскую ночь, Ава знала — что бы ни случилось, как бы ни пытался мир разлучить их, они найдут способ быть вместе. Потому что то, что было между ними, было сильнее любых предрассудков, сильнее любых традиций, сильнее любых страхов.
Они заснули, сплетясь в объятиях, и на этот раз даже сны не могли разлучить их, потому что в реальности они были вместе — две души, нашедшие друг друга в самом неожиданном месте и в самое неожиданное время, но именно там, где должны были быть.
И когда Ава последний раз перед сном посмотрела на спящее лицо Тео, она поняла, что это было только начало. Начало их истории. Начало их жизни. Начало чего-то такого, что было предназначено им судьбой с самого начала.