11
Весь день Джек превратил в свое персональное шоу «Тень медалистки». Он не переходил границы, не хватал её за руки, но его присутствие было повсеместным и абсолютно невыносимым.
В коридоре он возникал из ниоткуда, как только она закрывала шкафчик.
- Позволь, я помогу тебе с этим грузом знаний, - он с обезоруживающей улыбкой перехватил у неё стопку тяжелых справочников.
- Джек, я сама справлюсь, - Джейн попыталась забрать книги, но он ловко поднял их выше своего плеча, заставляя её чуть ли не подпрыгнуть.
- Не будь такой эгоисткой, Джейн. Дай мне почувствовать себя полезным хотя бы пять минут в день. Это полезно для моей кармы, - он подмигнул ей так лукаво, что пара стоявших рядом девушек едва не выронили телефоны.
В столовой, как только она садилась за самый дальний стол, он уже был там, пододвигая ей стакан свежего сока.
- Витамины, отличница. Твой мозг потребляет слишком много энергии на то, чтобы придумывать способы меня игнорировать. Подкрепись.
- она что-то - буркнула не поднимая глаз.
- А я не просил тебя быть такой колючей, но мы оба имеем то, что имеем, - он вальяжно откинулся на стуле, не сводя с неё внимательного, искрящегося взгляда. - Кстати, ты знала, что когда ты злишься, у тебя забавно дергается левое ушко?
Джейн невольно коснулась уха, и тут же поняла, что он пошутил. Его тихий смех заполнил пространство между ними, и она, к своему ужасу, почувствовала, как уголки её собственных губ предательски дрогнули.
На следующем переходе он снова оказался рядом, буквально вжимая её в поток учеников, так что она чувствовала тепло его плеча.
- Джек, у тебя нет своих уроков? - выдохнула она, пытаясь сохранить дистанцию.
- Мои уроки подождут. Сейчас у меня практика по теме «Как не дать идеальной девушке сбежать в мир формул», - он наклонился к самому её уху, обдавая жаром. - Ты сегодня пахнешь лавандой и... упрямством. Потрясающее сочетание.
Джейн чувствовала, как её броня осыпается мелкой крошкой. Его харизма была как цунами - можно было пытаться строить дамбы, но волна всё равно накрывала с головой. Он был невыносимо обходителен, открывал перед ней каждую дверь с таким галантным поклоном, будто они были на королевском приеме, а не в обычной школе.
- Джек, люди смотрят, - прошептала она, когда он в очередной раз театрально пропустил её вперед.
- Пусть смотрят, - он улыбнулся так открыто и ярко, что Джейн на секунду забыла, как дышать. - Пусть знают, что у этой школы есть свой охранник. А у охранника - очень сложная, но очень интересная работа.
К концу дня она была вымотана не уроками, а этой бесконечной игрой в «кошки-мышки», где кот был слишком обаятельным, а мышка... мышка начинала ловить себя на мысли, что ей нравится это внимание
Джейн не просто уходила - она катапультировалась из здания школы. Кожа на затылке горела: она почти физически ощущала, как за спиной нарастает его присутствие. Тяжёлое, уверенное, заполняющее собой каждую молекулу воздуха.
- Не от меня ли убегаешь, Золушка? - раздался за спиной бархатный, вибрирующий смех. - Смотри, хрустальную туфельку потеряешь, придётся возвращаться. Я ведь подниму. И не отдам.
Она не обернулась. Лишь прибавила шагу, но Джек в три прыжка нагнал её. Сегодня он был в ударе - неугомонный, искрящийся какой-то темной, шальной энергией.
- Насколько я помню, сегодня у тебя выходной в кафе, - он бесцеремонно заглянул ей в лицо, нарушая все мыслимые границы. От него пахло мятной жвачкой и тем самым морозным азартом, который она научилась узнавать из тысячи. - Какие грандиозные планы? Будем зубрить химию до кровавых мальчиков в глазах? Или, может, напишем эссе по литературе на тему «Почему Джек - лучший парень в этой школе и окрестностях»?
Джейн внезапно замерла. Резко, как вкопанная. Она повернулась к нему, и на её лице расцвела самая милая, самая ослепительная улыбка в её арсенале. Улыбка, способная остановить сердце любого.
- О, у меня есть отличные планы, Джек. Они называются «Отвали от меня». А если тебе не нравится это название, есть альтернатива: «Это не твоё собачье дело». Выбирай любое по душе, - её голос был сладким, как патока, но в глазах плясали острые, ледяные искры.
Джек даже не моргнул. Напротив, его ухмылка стала шире. - Какая острая девочка, - прошептал он, сокращая расстояние так, что их разделяли лишь сантиметры. - Тебе идёт этот гнев, Джейн. Он делает тебя... осязаемой. Он медленно обвёл взглядом улицу, демонстративно задерживаясь на деталях.
- Твоя остановка на другой стороне, медалистка, - заметил он, кивнув на её привычный маршрут. - Ты заблудилась или в твоём навигаторе случился критический сбой?
- С чего ты взял, что я еду домой? - парировала она, поправляя сумку. Внутри всё дрожало, но она крепко держала маску.
Джек сощурился, едва сдерживая смех. Он сделал шаг к ней, сокращая расстояние до опасного минимума. Его голос стал ниже, приобретая ту самую вкрадчивую, собственническую хрипотцу:
- А куда же ты тогда, милая? - выдавил он, почти безупречно копируя её ядовитую вежливость.
- Не твоего ума дело! - отрезала Джейн, чувствуя, как адреналин ударяет в голову. - Может, у меня свидание?
Джек остался стоять на тротуаре, глядя ей в след. Он видел, как она сердито дернула плечом, как быстро мелькали её кеды. Его забавляло её сопротивление, но больше всего его цепляло то, что она явно что-то затеяла.
Слово «свидание» подействовало на Джека как детонатор.
Он замер на тротуаре, глядя в её удаляющуюся спину. Внутри всё мгновенно перекосило от бешеной, удушающей ревности. Воздух стал горячим, а в ушах зашумело так, будто он внезапно оказался в эпицентре шторма. Его «вежливая девочка» только что не просто послала его - она вогнала ему под рёбра раскалённый нож и провернула его дважды.
- Свидание? - прошептал он сам себе, и этот шёпот был опаснее крика.
Он не верил ей. Его интуиция орала, что она блефует, что она просто хочет причинить ему боль в ответ на его давление. Но в то же время сама мысль о том, что какой-то другой парень будет смотреть на её «медовую» улыбку, что кто-то другой коснётся её руки, заставляла его кости буквально ныть от жажды разрушения.
Джек не пошёл за ней сразу. Он чувствовал, как азарт борьбы превращается в нечто гораздо более тёмное.
- Ну давай, принцесса, - процедил он сквозь зубы, - поиграем в свидание.
Он медленно развернулся к своей машине. Джек знал этот район как свои пять пальцев. Каждая подворотня, каждый тупик были ему знакомы. Если она думала, что может просто уйти в «противоположную сторону» и исчезнуть, она глубоко заблуждалась.
Он сел в салон, с силой захлопнув дверь. Мотор взревел под его тяжёлой ногой. Джек не собирался её отпускать. Он собирался найти этого «невидимого кавалера» и показать ему, что бывает с теми, кто заходит на его территорию. А если кавалера не окажется... что ж, тем хуже для Джейн.
Он медленно тронулся с места, выезжая на дорогу. Его глаза сканировали тротуар в поисках её знакомой фигурки. Он чувствовал странную смесь ярости и болезненного восхищения: она набралась смелости ударить его по самому больному.
- Ты сама выбрала эту сторону, Джейн, - прошептал он, сворачивая в переулок, чтобы перерезать ей путь. - Посмотрим, как долго ты продержишься.
Она шла на встречу с подругами с тем редким чувством лёгкости, которое возникает, когда знаешь, что сейчас можно выдохнуть. Она давно их не видела и скучала по этим разговорам, где можно смеяться до слёз, перебивать друг друга и не объяснять каждую паузу.Они ждали её в маленькой кофейне с круглыми столиками и окнами в пол. Внутри пахло ванилью и свежей выпечкой. Она заметила их сразу, махнула рукой слишком энергично, как подросток, и они рассмеялись, увидев её.
Объятия были шумными и искренними.
- Ты куда пропала вообще?
- Мы уже решили, что ты ушла в монастырь.
- Или вышла замуж и скрываешь это!
Она смеялась, отмахивалась, садилась, снимала куртку. Подруги тут же заговорили наперебой.
Кэсси рассказывала, как учитель перепутал презентации и пол-урока обсуждал чужие слайды про разведение лам, пока класс старательно делал вид, что так и задумано.
Сидни хохотала, вспоминая, как пролила кофе на нового парня из параллели, а он, не растерявшись, сказал, что это лучший способ познакомиться.
Кто-то вспомнил школьный бал, нелепый танец физрука, контрольную, которую все списали у одного и того же человека и одинаково ошиблись.
Она слушала, не перебивая. Просто сидела, улыбалась и ловила это чувство нормальности. Будто ничего сложного не происходит. Будто жизнь снова проста.
Когда смех немного утих, Кэсси наклонилась ближе:
- Ладно, а теперь твоя очередь. Ты пропала, выглядишь загадочно и молчишь подозрительно. Что у тебя?
Она вдохнула. Вот он, момент.
Она уже открыла рот, уже собиралась рассказать всё, как вдруг почувствовала знакомое напряжение, словно воздух рядом с их столом стал плотнее.
Джейн почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног. Весь уют и тепло дружеской встречи мгновенно испарились, стоило Джеку возникнуть из ниоткуда. Его присутствие за этим маленьким круглым столиком было подобно грозовой туче в ясный день.
- Моя милая врунишка, - протянул он, вальяжно отодвигая стул и усаживаясь рядом с Джейн так близко, что их плечи соприкоснулись. - Неужели ты хотела скрыть от меня своих прекрасных подруг? Это некрасиво, Джейн. Или ты просто меня ревнуешь и боишься, что я переключу своё внимание на них?
Он ослепительно улыбнулся девочкам, и Джейн с ужасом заметила, как её подруги замерли, завороженные его наглой харизмой. Кэсси и Сидни переглянулись с немым вопросом в глазах: «Кто этот бог, и почему наша тихая Джейн скрывала его от нас?»
- Ой, - Кэсси первая обрела дар речи, густо покраснев. - А ты... ты из её новой школы?
- Можно и так сказать, - Джек небрежно закинул руку на спинку стула Джейн, собственническим жестом обозначая свою территорию. - Я тот, кто следит, чтобы ваша подруга не слишком сильно зарывалась в свои учебники.
Джейн чувствовала, как по шее ползет жар. Она сжала чашку с остывшим латте так сильно, что пальцы побелели.
- Джек, - процедила она сквозь зубы, не поворачивая головы. - Мы здесь вообще-то занимаемся «девичьими разговорами». Тебе здесь не место.
- Разве? - он ничуть не обиделся, напротив, он подмигнул Сидни, которая уже вовсю рассматривала его часы и дорогую куртку. - По-моему, я отлично вписываюсь. Девочки, вы не против, если я угощу вас десертами? Джейн всегда забывает поесть, когда увлекается... чем бы то ни было. - ты же любишь фисташковый пирог моя милая?
Подруги, окончательно сраженные его напором и щедростью, дружно закивали. Джейн поняла: она проиграла этот раунд. Джек не просто пришел за ней - он решил очаровать её прошлое.
Он наклонился к её уху и прошептал так тихо, что слышала только она:
- Пять минут, Золушка, - прошептал он ей на ухо, и в этом шёпоте слышался азарт игрока, который точно знает, что сорвёт куш. - Дай мне пять минут, и я докажу твоим подругам, что я - лучшее, что случилось с тобой в этой школе. А может, и в жизни.Джейн посмотрела на него в упор, пытаясь найти в его глазах хоть каплю человечности, но там плясали черти.
Кэсси, окончательно размякшая под действием его обезоруживающей харизмы и двойного шоколадного чизкейка, который Джек так вовремя подогнал к столу, заговорщицки прищурилась:
- Ой, да ладно тебе, Джейн! Чего ты скромничаешь? Теперь-то понятно, почему ты так резко забыла про Адама. А мы-то думали, ты из-за этих учебников в монастырь подашься!
Воздух в кофейне мгновенно стал разреженным. Рука Джека, вальяжно покоившаяся на спинке её стула, на секунду окаменела. Джейн почувствовала, как мышцы на его плече, прижатом к её собственному, натянулись, словно стальные тросы. Джек медленно, пугающе плавно повернул голову. Его улыбка не исчезла, но она изменилась - теперь она была похожа на лезвие бритвы: тонкая, острая и смертельно опасная.
- Адам? - протянул он, и это имя в его устах прозвучало как приговор. Он смаковал каждый слог, будто пробовал на вкус нечто безнадёжно испорченное. - О-о-о... Так это была та самая «первая любовь», значит?
Он впился в Джейн взглядом. В его глазах больше не было игры. Веселье выгорело дотла, оставив после себя лишь тёмное, пульсирующее любопытство, за которым клокотала лавина неуправляемой ревности. Джейн почувствовала, как горло перехватило спазмом - она поняла, что Кэсси только что подписала Адаму приговор, а её саму лишила последних шансов на мирный вечер.
Джек подался ещё ближе, так что их дыхание смешалось. Его пальцы, всё ещё лежавшие на спинке стула, медленно скользнули вниз и едва коснулись её шеи - мимолётное, почти невесомое движение, от которого у Джейн по позвоночнику пробежал электрический разряд ужаса.
- Ты никогда не упоминала это имя, милая, - голос его стал хриплым, вибрирующим от подавленной ярости.Он посмотрел на подруг, но взгляд его оставался ледяным.
- Девочки, расскажите мне ещё об этом... Адаме. Мне очень важно знать, с кем меня сравнивают. Особенно, когда сравнение явно в мою пользу, верно?Он ждал. И Джейн знала: любой ответ подруг сейчас станет искрой, которая взорвёт это хрупкое перемирие в клочья.
- Это было сто лет назад, Кэсси! - поспешно выкрикнула Джейн, надеясь оборвать этот разговор на взлёте, но подругу уже несло.
- Ну как сто лет? - вставила Сидни, и каждое её слово падало в тишину кофейни, как гильотина. - Практически несколько месяцев назад ты все время говорила о нем.
Джек издал короткий, сухой смешок - звук, от которого у Джейн по позвоночнику пробежал ледяной мороз. Он придвинулся ещё ближе, так что его бедро плотно, почти интимно прижалось к её колену. Джейн чувствовала его жар сквозь ткань джинсов - это прикосновение было одновременно и кандалами, и обещанием шторма.
- Значит, «Адам», - тихо, почти ласково повторил он, глядя только на Джейн. Его взгляд был пугающе сосредоточенным. - Тот самый, который «любезно» увез тебя после работы? О-о-о, первая любовь действительно не ржавеет, да, отличница?
Джейн гордо вскинула подбородок, изо всех сил стараясь не выдать дрожь в руках, которые теперь лежали на коленях под столом.
- Это тебя не касается, Джек. Мы просто старые знакомые, - процедила она.
- Касается, милая. Всё, что касается тебя, касается меня, - он перевёл взгляд на Кэсси, и его голос стал вкрадчивым, обволакивающим, как яд. - Расскажи-ка мне, Кэсси... а какой он, этот Адам? Такой же «правильный», как наша Джейн? Или он просто мастерски притворяется защитником?
Джейн с ужасом поняла: он не остановится, пока не выпотрошит из них каждое воспоминание. Джек методично, с ледяной улыбкой хищника, собирал досье на своего соперника, не сводя при этом торжествующего, жадного взгляда с пылающего лица Джейн.
Сидни, в отличие от восторженной Кэсси, была единственной, кто не поддался магии его харизмы.
- Джейн, тебе не кажется, что нам пора? - холодно отрезала Сидни, глядя на Джека с нескрываемым подозрением.Но Кэсси было не остановить. Ослеплённая его вниманием, она продолжала любезничать, вбрасывая в топку его ревности новые факты об Адаме.
- Ой, Сид, ну подожди! Джек такой интересный. Расскажи, Джек, а в вашей школе все такие... - она замялась, краснея, - такие уверенные в себе?
- Нет, Кэсси, - Джек лениво откинулся на спинку стула, но его рука на спинке сиденья Джейн теперь сжимала дерево так сильно, что оно едва не трещало. Его взгляд по-прежнему прожигал Джейн насквозь. - Только те, кто точно знает, чего хочет.
Джек буквально упивался своей властью. Джек не просто не собирался уходить - он окончательно утвердился в роли хозяина этого стола. Он подливал девушкам чай, рассыпал комплименты и заставлял их смеяться, но его колено по-прежнему плотно прижималось к ноге Джейн, напоминая ей, о себе.
- Знаешь, Джейн, - Джек вдруг наклонился к ней так близко, что его дыхание опалило мочку её уха. Голос стал низким, интимным, отрезая подруг от их двоих. - Мне начинает здесь нравиться. Твои подруги гораздо откровеннее тебя. Оказывается, у нашей «святой» медалистки столько скелетов в шкафу... Интересно, что ещё я узнаю, если мы посидим здесь ещё часик?Джейн чувствовала, как стены кофейни медленно сжимаются. Воздух стал тяжёлым, пропитанным его самоуверенностью. Она перехватила сочувственный, тревожный взгляд Сидни и поняла: медлить нельзя. Если она сейчас не прекратит этот фарс, Джек вытянет из болтливой Кэсси всё, вплоть до цвета её первого детского дневника.
- Хватит, - выдохнула она. Её голос прозвучал неожиданно твёрдо, разрезая его вкрадчивый шёпот. - Джек, ты получил, что хотел. Ты пришёл, ты всё разузнал. Теперь уходи. Пожалуйста.
Джек лишь медленно приподнял бровь, и в его глазах вспыхнул опасный, почти безумный азарт. Он явно не собирался отступать так просто.
- Уйти? Когда самое интересное только началось? - он демонстративно повернулся к Кэсси, игнорируя протест Джейн. - Кэсси, скажи мне, а этот Адам... он ведь тоже считал Джейн своей «маленькой тайной» или выставлял её напоказ, как трофей?Сидни не выдержала. Она с грохотом поставила чашку на блюдце, и её холодный взгляд впился в Джека.
Джек медленно перевёл взгляд на Сидни. Его улыбка не исчезла, но стала ледяной.
Кэсси, совершенно не чувствуя, как почва под ногами превращается в зыбучее болото, беззаботно ляпнула:
- Она никогда не показывала своих чувств... Может, поэтому он и начал отношения с Натали.
Сидни громко фыркнула, выражая всё своё презрение к этой патовой ситуации, а Джек пришёл в абсолютный, почти пугающий восторг. Его глаза опасно, лихорадочно блеснули.
- Девушка? - протянул он, смакуя каждое слово, словно обкатывая на языке чужое унижение. - Неужели ты позволила подвезти себя несвободному мужчине? Где же твоя гордость, моя милая? Где твои принципы отличницы?
Джейн стиснула зубы так, что скулы остро проступили на бледном лице. Сидни, мгновенно забыв о Джеке, во все глаза уставилась на подругу:
- Адам приезжал к тебе?! Сюда?!
- Я хотела вам об этом рассказать, пока не пришёл... - Джейн осеклась, бросив на Джека взгляд, полный концентрированного яда.
- Так расскажи сейчас? - Джек вальяжно откинулся на спинку стула, но его пальцы впились в дерево так, что оно едва слышно хрустнуло. Он не сводил с неё победного, жадного взгляда. - Ведь у нас нет друг от друга секретов, не так ли, маленькая врунишка?
Джейн поняла: бежать бесполезно. Ловушка захлопнулась, и единственный способ выбраться - взорвать её изнутри. Она сделала глубокий, судорожный вдох и, глядя Джеку прямо в зрачки, чеканя каждое слово, как удары молота, выпалила:
- Да. Он приехал за мной в школу. Подвёз до работы. Звонит и пишет мне.Приехал в кафе, чтобы проводить до самого дома. А в конце... - она сделала паузу, наслаждаясь тем, как расширяются его зрачки, - он поцеловал меня. В щёку. И я хотела спросить у девочек, почему он вдруг меня заметил спустя столько лет? Теперь ты доволен, Джек?
В кофейне будто разом выключили звук. Гул голосов, звон посуды, шум кофемашины - всё исчезло. Джек замер. Его маска самоуверенного хозяина положения не просто дала трещину - она осыпалась, обнажая сырую, первобытную ярость.
Слова о поцелуе - пусть даже мимолётном, в щёку - ударили по нему сокрушительной волной ревности. В его голове эта картинка разрасталась до масштабов катастрофы. Воздух между ними заискрил от напряжения; химия их противостояния стала настолько плотной, что её можно было коснуться рукой. Джек молчал, но его бешено пульсирующая жилка на виске говорила громче любого крика.
Джек взял себя в руки с пугающей быстротой. Его лицо превратилось в маску из застывшего воска, и только голос, ставший на октаву ниже и вибрирующий от скрытой угрозы, выдавал бурю внутри.
- Вот видишь. Можно же быть хоть иногда честной, - произнес он, и в его глазах вспыхнул недобрый огонек. - Хотя бы со своими прекрасными подругами, Джейн. Раз уж со мной ты предпочитаешь играть в прятки.
Сидни сидела в гробовом молчании, переводя ошеломленный взгляд с Джейн на Джека. Пазл в ее голове никак не складывался. А Кэсси, наконец осознав, какую лавину она только что спустила с гор, втянула голову в плечи и виновато уткнулась в пустую тарелку.
- Прости... - едва слышно прошептала она, не смея поднять глаз. - Я, кажется, случайно проболталась тогда ... Ну, про твои чувства к Адаму. Он спрашивал где ты учишься.
- «Кажется»? - с едким сарказмом переспросила Сидни, но ее голос потонул в тяжелой ауре, исходящей от Джека.
Джек перестал улыбаться. Совсем. Его взгляд стал острым и холодным, как хирургический скальпель. До него дошло: Адам действует не вслепую. Он знает. Знает о ее чувствах, знает о ее преданности в прошлом и теперь расчетливо использует это, чтобы вернуть ее в нужный момент. Это больше не была случайная встреча - это была спланированная осада его, Джека, территории.
Он медленно повернулся к Кэсси, и от его вкрадчивого тона у той по спине побежали мурашки.
- Так значит, Адам в курсе, что он - ее «первая любовь»? - Джек смаковал каждое слово, превращая его в яд. - И теперь, когда его девушка ему наскучила, он решил поиграть в благородство и утешить медалистку? Как... трогательно.