До аплодисментов

Джейн проснулась только в полночь. Голова была тяжелой, а во рту пересохло. Выйдя на кухню, она застала подруг: те сидели в полумраке, о чем-то напряженно перешептываясь, но при ее появлении мгновенно замолчали.
Джейн непонимающе перевела взгляд с одной на другую.
- Тебе звонил Джек, - нарушила тишину Сидни, кивнув на телефон. - Раз десять, не меньше. Был в полной панике, требовал отчета. Я даже отправила ему твое фото, где ты спишь, для убедительности, иначе он бы уже спецназ сюда прислал.
Джейн лишь слабо улыбнулась. Забота Джека сейчас казалась ей единственным якорем в этом безумии.
- Кэсси, у тебя есть что-то покушать? - спросила она, присаживаясь за стол. - Кажется, я со вчерашнего дня ничего не ела. Сил совсем нет.
Подружи снова переглянулись, обмениваясь странными взглядами, но спорить не стали. Они начали быстро накрывать на стол, выставляя тарелки и разогревая ужин. Джейн ела молча, чувствуя, как жизнь понемногу возвращается в тело. Но когда она почти доела, Кэсси, которая все это время нервно крутила в руках кружку, не выдержала.
- Джен... тут такое дело, - начала она, понизив голос. - Тебе еще один «Ромео» звонил. Незнакомый номер. Называл тебя карамелькой, расспрашивал, где ты...
Джейн резко перестала жевать. Кусок застрял в горле. Она медленно подняла глаза на подруг, и те увидели, как в них мгновенно вспыхнул и погас ледяной ужас.
- Кто он? - в лоб спросила Сидни, внимательно наблюдая за ее реакцией. - Голос у парня такой, будто он тебя насквозь видит. И на Джека ему явно плевать.
Джейн сглотнула и заставила себя пожать плечами, хотя сердце забилось где-то в районе горла.
- Один придурок, не обращайте внимания. Одноклассник, - коротко бросила она, стараясь, чтобы голос звучал буднично. - Просто возомнил о себе слишком много.

- Почему он называет тебя карамелькой? - Сидни прищурилась, не сводя с подруги подозрительного взгляда.
- Не знаю - Джейн всплеснула руками.- Сложно понять, что у этого придурка на уме. Он просто издевается, понимаешь?
- А номер? - тихо спросила Кэсси. - Откуда у него твой личный номер?
Джейн горько усмехнулась и отодвинула тарелку.
- Я никому не даю свой номер, Кэсс. Но вспомни Джека - его разве это когда-то останавливало? В той школе у парней вроде Сент-Клера слишком много связей. Я не удивлена, что он его узнал. Удивлена только тому, как быстро он начал им пользоваться.
Она замолчала, разглядывая свои дрожащие пальцы, а потом выдохнула всё, что копилось внутри:
- А насчёт субботы... У него вечеринка в загородном клубе. Он пригласил нас с Джеком, при всех, в столовой. Я не хочу туда, девочки. Видеть его не могу! Но Филипп так технично надавил на Джека... Сказал, что Джек тиран, что он запрёт меня дома и не даст «вдохнуть свободы». Вы же знаете Блэквелла. Он теперь из принципа потащит меня туда, чтобы доказать, что это не так.
Джейн замялась, её голос стал совсем тихим:
- Я бы смогла отказаться. Сказать Джеку, что мне плевать на их игры, что я никуда не поеду... Но мы с Филиппом...
- Что?! - в один голос выдохнули подруги. Кэсси даже выронила полотенце.
- Он пришёл ко мне на работу вчера, перед самым закрытием, - быстро заговорила Джейн, пряча лицо в ладонях. - Весь в крови... Господи, вы бы видели его лицо! Там живого места не было. Я... я помогла ему. Промыла раны, обработала всё. Кажется, я ничего плохого не делала, просто человеческая жалость, но... Когда Филипп уехал, почти сразу приехал Джек. И я увидела его руку. Костяшки были разбиты в мясо.
Она подняла на подруг полные ужаса глаза.
- Я не идиотка. Я сразу поняла, кто превратил лицо Филиппа в это месиво. И я не стала говорить Джеку о визите Сент-Клера. Побоялась новой драки. А теперь Филипп думает, что у нас с ним есть «общий секрет». И он пользуется этим, чтобы душить меня этой тайной.
Сидни медленно опустилась на стул напротив неё.
- Джен...Если Джек узнает об этом от Филиппа, а не от тебя, он решит, что ты его предала
Джейн тяжело вздохнула- Я хотела всё рассказать, честно... - прошептала она подругам.- Но Филипп будто чувствует это. Он зовет Джека в самый неподходящий момент, перебивает. У меня ощущение, что он специально бережет ту сцену в кафе только для нас двоих.Джейн устало потерла виски.
- Завтра у них сборы, уезжают на несколько дней на игру. Хоть отдохну от них обоих. Побуду в тишине.В этот момент телефон снова ожил. Джек.
- Алло? - тихо ответила она.
- Оу, принцесса! - голос Джека в трубке вибрировал от нежности и скрытого облегчения. - Наконец-то ты проснулась. Как ты? Как себя чувствуешь? С тобой всё хорошо? Я места себе не находил, Уокер меня едва удерживал, чтобы я к тебе не ворвался.
- Да... всё нормально. Я только недавно проснулась, сейчас вот кушаю у девчонок, - Джейн старалась, чтобы голос не дрожал.
- Маленькая моя, ты же сегодня и не обедала толком, - в его тоне прорезалась та самая опека, от которой ей становилось и тепло.- Хочешь, я приеду прямо сейчас? Привезу тебе что-нибудь вкусное? Из того ресторана, который тебе нравится?
- Нет-нет, Джек, не нужно. Кэсси уже накормила меня, я правда поела.
- Детка, я так соскучился... - выдохнул он, и Джейн представила, как он сейчас сжимает руль, не в силах усидеть на месте.
- И я, - почти машинально отозвалась она, чувствуя укол вины.
- Завтра рано утром я уезжаю на сборы на несколько дней, - продолжал Джек. - Не увижу тебя до самой пятницы.Джейн... я уже у дома Кэсси. Можешь выйти хотя бы на пять минут? Просто обнять тебя перед отъездом. Пожалуйста.
Джейн замерла. Она посмотрела на Сидни, та лишь красноречиво закатила глаза, мол: «Ну конечно, он уже здесь».
- Хорошо... - выдохнула Джейн. - Я сейчас выйду.
Она накинула куртку и вышла в прохладную полночь.Свежий ночной воздух немного отрезвил Джейн, но как только она вышла из подъезда, её окутало знакомое тепло. Джек уже стоял у машины. Увидев её - бледную, в наспех накинутой куртке и с заспанными глазами, - он тут же шагнул навстречу и крепко, но осторожно прижал к себе.
- Мой ангелочек, ты такая бледная... - его голос прозвучал с нескрываемой болью. Джек аккуратно коснулся губами её щеки, вдыхая запах её волос. - Ты совсем не отдыхаешь, Джейн. Работа, дом, эта чертова школа... Ты выматываешь себя до капли.
Он отстранился лишь на сантиметр, чтобы заглянуть ей в глаза, и его большие ладони согрели её лицо.
- Детка, что я могу сделать? Просто скажи. Хочешь, я поговорю с твоим менеджером? Или найду тебе репетиторов, чтобы ты не сидела над учебниками до рассвета? Только скажи, я сделаю всё.Джейн слабо улыбнулась, чувствуя, как от его искренней заботы в груди разливается щемящее чувство. На фоне ядовитых слов Филиппа, Джек сейчас казался ей единственным спасением.
- Не нужно, Джек... - тихо ответила она. - Просто будь рядом. Этого достаточно.
Джек снова обнял её, на этот раз сильнее, словно пытаясь защитить от всего мира и от самого себя.
- Ладно, принцесса, заходи скорее, а то на улице холодно. Обещай, что сейчас же ляжешь в кровать, хорошо? Тебе нужно восстановиться.
Он потянулся к заднему сиденью машины и достал несколько пакетов.
- И вот... - он протянул их ей с мягкой улыбкой. - Я принес любимые сладости твоих подруг. В знак благодарности за то, что они так о тебе заботятся. И твой любимый фисташковый пирог. Съешь хоть кусочек перед сном.
Он еще раз нежно поцеловал её в лоб и проводил до самых дверей подъезда, дожидаясь, пока щелкнет замок. Джейн вернулась в квартиру к девочкам, неся в руках эти пакеты.

Дорога до тренировочной базы на школьном автобусе превратилась для Джека в пытку. Сидеть в замкнутом пространстве с Сент-Клером было невыносимо, и единственным способом не сорваться была видеосвязь с Джейн.
Джейн сидела в тишине школьной библиотеки. На экране её телефона Джек выглядел немного уставшим, но его взгляд теплел, как только он видел её лицо.
- Привет, принцесса. Чем занимаешься? - тихо спросил он, стараясь игнорировать шум парней в автобусе.
- Привет... Читаю. Мне сегодня сказали, что я буду представлять школу на Олимпиаде. Нужно подготовиться, - Джейн слабо улыбнулась, и в её глазах промелькнула гордость.
Джек расплылся в искренней, широкой улыбке, от которой по его лицу разбежались морщинки.
- Я и не сомневался. Ты справишься, детка. Ты у меня самая умная, я буду болеть за тебя громче всех.
Но идиллия длилась всего секунду. Филипп, который до этого сидел через проход, вальяжно пересел поближе и бесцеремонно вклинился в кадр, заглядывая в телефон Джека через его плечо. На его побитом лице расплылась та самая липкая, торжествующая ухмылка.
- О, привет, карамелька! - выкрикнул он, и его голос в тишине библиотеки прозвучал как гром среди ясного неба. - Опять учишься? Смотри, мозги не расплавь, а то на тусовке в субботу будешь скучной.
Джейн замерла, её пальцы судорожно сжали край книги. Она увидела лицо Джека - оно мгновенно окаменело, а глаза налились темным свинцом.
- Сгинь, Сент-Клер, - процедил Джек, пытаясь отодвинуть телефон, но Филипп только сильнее навалился на его плечо, почти касаясь щекой его щеки.
- Да ладно тебе, Блэквелл, я же из лучших побуждений! - Филипп подмигнул Джейн прямо в камеру. - Не переживай о своем парне, Джен. Я лично прослежу за ним эти пару дней. Буду следить, чтобы он тратил всю свою энергию только на тренировки, а не на дешевых шлюх, как он привык делать раньше.
Воздух в автобусе будто выкачали. Лиам Уокер, сидевший сзади, резко подался вперед, предчувствуя взрыв.
Джек, не говоря ни слова, резко сбросил вызов. Экран телефона Джейн погас, оставив её в звенящей пустоте библиотеки, а в автобусе Джек медленно повернулся к Филиппу. Его лицо было мертвенно-бледным от ярости, которую он больше не мог сдерживать.

Филипп не шелохнулся. Он лишь шире растянул разбитые губы в улыбке, глядя прямо в бешеные глаза Джека. В этом взгляде не было страха перед кулаками - там был холодный расчет наследника, который знает истинную цену каждого удара.
- Хочешь меня ударить? - лениво протянул он, игнорируя то, как Лиам Уокер сзади вцепился в спинку сиденья. - Давай, Блэквелл. Я даже не против.
Джек замахнулся, его бинты натянулись, готовые снова окраситься кровью, но Филипп даже не моргнул. Он подался вперед, и его голос стал похож на змеиное шипение.
- Слышал, твой отец и мой недавно подписали контракты? Многомиллионная сделка, Джек. Как думаешь, как отреагирует дядя Ричард, когда узнает, что его единственный наследник подрался в автобусе... ради официантки?
Джек замер. Слово «официантка» ударило его сильнее любого кулака. Филипп бил в самую суть: для их мира Джейн была никем.
- Для твоего отца малышка Джени - лишь временный каприз, - продолжал Филипп, смакуя каждое слово. - Ты же знаешь Ричарда Блэквелла. Ему плевать на твои чувства. Один звонок моему отцу с извинениями - и тебя запрут в закрытой школе в Швейцарии, подальше от «плохого влияния». Ты - инвестиция, Джек. А инвестиции не женятся на девочках с окраины.
Филипп откинулся на спинку сиденья, поправляя воротник.
- Убери руки. Ты же не хочешь, чтобы твоя карамелька осталась совсем одна, пока тебя будут «исправлять» под присмотром охраны отца? В отличие от тебя, мне позволено всё. Моя семья примет любую, кого я приведу в дом, лишь бы я не скучал. А ты... ты на поводке, Блэквелл.
Джек медленно опустил руку. Его трясло от ярости, но слова про отца попали в цель. Он понимал: если он сейчас сорвется, Филипп просто наберет номер, и Джейн исчезнет из его жизни навсегда по приказу собственного отца.
- Она не игрушка, - прохрипел Джек, и его голос сорвался.
- Для тебя - нет. А для твоего чека на обучение? - Филипп осклабился. - В субботу в клубе будет твой отец, Джек. Он будет смотреть, с кем ты танцуешь. И я очень сомневаюсь, что он одобрит твой выбор. А я... я буду там, свободный и готовый предложить ей то, что ты никогда не сможешь ей дать - официальный статус.
Лиам Уокер осторожно коснулся плеча Джека:
- Он провоцирует тебя. Не давай ему этого козыря. Сядь.
Джек сел, уставившись в окно. Он чувствовал себя загнанным зверем. Филипп был прав: его «грязное» прошлое, все эти клубы и выходки - отец прощал ему всё, пока это оставалось внутри их круга. Но Джейн была «чужой». И в субботу эта правда должна была вскрыться перед всеми.

Эти два дня стали для Джейн настоящим испытанием тишиной. Без низкого, обволакивающего голоса Джека и его вечного «принцесса», доносящегося из динамика телефона, воздух в школе казался пресным и холодным. Она пыталась уйти с головой в подготовку к Олимпиаде, засиживалась в библиотеке до темноты, но ловила себя на том, что то и дело гипнотизирует экран смартфона, ожидая хотя бы короткого сообщения.
Ей не хватало его дурацких шуток, от которых она то краснела, то смеялась до слез. Не хватало того чувства абсолютной защищенности, которое он дарил ей одним своим присутствием. Даже его собственнический взгляд, который иногда её пугал, сейчас казался ей теплым одеялом, без которого она чувствовала себя беззащитной перед миром. Липкий шепот Филиппа всё еще эхом отдавался в голове, и только голос Джека мог выжечь эту грязь, но Джек был далеко.
Вечерами в кафе она работала на автомате, постоянно оглядываясь на входную дверь, хотя знала - он не придет. Без его забинтованных рук, сжимающих стакан с кофе, это место потеряло для неё всякий уют. Она чувствовала себя не «свободной семнадцатилетней девушкой», а половинкой чего-то целого, которую внезапно оторвали и оставили замерзать.
Но в это же время на спортивной базе в нескольких сотнях километров от города реальность была совсем другой.
Команда Джека разгромила соперников, и «золотая молодежь» не собиралась праздновать это скромно. В арендованном элитном коттедже гремела музыка, которая заглушала любые мысли. Это была вечеринка, масштаб которой могли позволить себе только дети владельцев корпораций: бесконечные реки дорогого алкоголя, приглашенные модели и та самая атмосфера вседозволенности, от которой Джек так отчаянно пытался сбежать ради Джейн.
Джек сидел в кожаном кресле в углу огромной гостиной, вертя в руках стакан с виски. Он не танцевал. Его взгляд то и дело возвращался к экрану телефона, где на заставке улыбалась его «принцесса».
Вечеринка в коттедже продолжалась, но для Джека она превратилась в бесконечный парад искушений. Филипп, словно заправский сводник, каждые десять минут подталкивал к его креслу новую девушку. То это была гибкая гимнастка с платиновыми волосами, то дерзкая рыжая в полупрозрачном топе.
- Джек, ну посмотри на неё! - Филипп в очередной раз возник рядом, подталкивая к нему очередную модельную красавицу. - Она же глаз с тебя не сводит. Расслабься, Блэквелл. Я могила, клянусь. Твоя принцесса даже не узнает, что ты тут просто... отдыхал.
Джек даже не поднял головы. Он медленно крутил в руках пустой стакан, глядя в одну точку.
- Слушай, Сент-Клер, - его голос прозвучал низко и опасно. - Иди уже развлекайся сам. Тебе мало этого зоопарка? Возьми их всех и проваливай в свою комнату.
Филипп на мгновение замер. Он медленно отпустил руку девушки, и его лицо на секунду лишилось привычной маски издевательства. Он посмотрел на танцующую толпу, на алкоголь, на полуобнаженные тела, и в его взгляде промелькнуло что-то похожее на глубокую, разъедающую тоску.
- Эххх... - он тяжело вздохнул, и этот звук был на удивление искренним. - Не могу. Знаешь, Джек... в последнее время все мои мысли гуляют где-то далеко. Ни одна из этих кукол не цепляет. Пустота.
Филипп поправил воротник, его глаза лихорадочно блеснули под светом неоновых ламп.
- Ладно, забей. Пойду спать... Надеюсь, мне приснятся... хорошие сны. Ты ведь понимаешь, о ком я? Контраст черных волос на белой подушке... это всё, что я вижу, когда закрываю глаза.
Он сделал шаг в сторону лестницы, но внезапно остановился и обернулся к Джеку. Его ухмылка стала кривой и болезненной.
- Может... пожелаешь мне спокойной ночи, чемпион? Вдруг твое благословение поможет мне увидеть её во сне еще четче?
Джек сжал кулаки так, что кости хрустнули. Он ничего не ответил, лишь проводил Филиппа взглядом, полным такой ненависти, что воздух вокруг, казалось, начал плавиться. Филипп ушел вверх по лестнице, оставляя Джека один на один с этой тихой, липкой угрозой.

Филипп запер дверь на замок, отсекая гул басов и пьяные выкрики за стеной. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только его тяжелым дыханием. Он сел на край кровати и вызвал номер, который уже выучил наизусть.
Один раз. Второй. Третий. Тишина.
Он набрал в четвертый раз, и как только послышался щелчок соединения, в трубке раздался резкий, сонный и злой голос Джейн:
- Если я не беру трубку, это означает, что я не хочу с тобой разговаривать! - выпалила она. - Сент-Клер, у тебя совесть есть? Время три часа ночи!
Филипп тихо рассмеялся, откидываясь на подушки и прикрывая глаза. Этот звук - её настоящий, живой гнев - подействовал на него лучше любого алкоголя.
- Оу, какая колючая... - протянул он, смакуя каждое слово. - А что, Блэквелл не научил тебя манерам? Или он сейчас слишком занят, чтобы следить за твоим языком?
Джейн хотела сбросить вызов, её палец уже дрожал над красной кнопкой, но следующий вопрос Филиппа заставил её замереть.
- Кстати, ты не интересовалась, что сейчас делает твой парень? - вкрадчиво спросил он. - Тут такая вечеринка, Джен... Надеюсь, он всё-таки сдержал свой пыл перед той брюнеткой. Знаешь, у неё такие же длинные волосы, как у тебя, только взгляд... куда более опытный.
На том конце провода повисла тяжелая, удушающая тишина. Филипп почти физически чувствовал, как у Джейн перехватило дыхание.
- Что молчишь, карамелька? - прошептал он. - Неужели ты думала, что он будет сидеть в углу и рассматривать твою фотографию, пока вокруг столько соблазнов?
- Не называй меня так! - выплюнула она, и в её голосе послышались слезы пополам с яростью. - И не смей врать мне про Джека. Я знаю, какой он.
- Да неужели? - Филипп усмехнулся, и его голос стал похож на змеиное шипение. - Ты знаешь того Джека, которого он тебе показывает. А я вижу его сейчас. Как я могу не называть тебя карамелькой? Ты же такая сладкая, Джен... Даже когда пытаешься казаться сильной.
- Ты больной, Филипп, - прошептала она. - Тебе лечиться надо. Оставь меня в покое.
- Оставить? - он перевернулся на бок, вглядываясь в темноту комнаты. - Не могу. Малышка Джени... я соскучился. По-настоящему. По тому, как ты морщишь носик, когда злишься. По запаху той перекиси в кафе.
- Замолчи! - выкрикнула Джейн и резко сбросила вызов.
Раздались короткие гудки. Филипп еще долго лежал с блаженной улыбкой на лице, слушая тишину. Ему было плевать на победу команды. Его личная победа была в том, что последним, кого Джейн услышала перед сном, был не её «идеальный» Джек, а он. С этой мыслью он наконец провалился в глубокий, спокойный сон.

Джек проснулся с гулом в голове, который отдавался в висках при каждом движении. В комнате было душно, а в памяти - сплошные провалы. Он медленно повернул голову и замер: рядом с ним на кровати кто-то лежал.
Сердце Джека пропустило удар, он едва не схватил инфаркт от ужаса. Резко откинув одеяло, он зажмурился, ожидая увидеть одну из тех девиц, которых подсылал Сент-Клер, но вместо этого увидел... Лиама.
- Какого черта ты тут делаешь?! - рявкнул Джек, отпихивая друга ногой.
Уокер нехотя приоткрыл один глаз и запустил в Джека подушкой.
- Да завали ты! Забыл, как я тебя тащил на своем горбу через весь коридор? Ты вчера вырубился прямо на барной стойке, едва не разбив физиономию о стаканы. Скажи спасибо, что я не бросил тебя там на растерзание фанаткам.
Джек облегченно выдохнул, чувствуя, как гора свалилась с плеч. Значит, Филипп проиграл - Джек не притронулся ни к одной из тех девчонок. Быстро приняв ледяной душ, чтобы окончательно прийти в себя, они с Лиамом спустились в столовую на завтрак.
Там уже вовсю кипела жизнь. Филипп сидел во главе стола, выглядя подозрительно свежим и бодрым, окруженный пацанами из команды.
- Хреново выглядишь, Блэквелл, - лениво бросил он, едва Джек сел за стол. - Видимо, барная стойка оказалась жестче, чем твоя кровать.
- Не твое дело, Сент-Клер, - отрезал Джек, принимаясь за кофе.

Лиам Уокер сел рядом, бросая на Филиппа подозрительный взгляд. Атмосфера за столом была пропитана типичным для раздевалки цинизмом. Брайан, пережевывая омлет, восторженно обратился к остальным:
- Слушайте, я тут недавно в клубе одну цыпу увидел, просто нереальная! Сука, номер тогда не дала, строила из себя недотрогу... Но вчера я увидел её здесь, на вечеринке, и мы с Тейлором её по очереди прямо в гостевой комнате...
Взрыв хохота сотряс стол. Парни обменивались сальными шуточками, обсуждая подробности, пока Джек чувствовал, как внутри него закипает тошнота. Каждый раз, когда они говорили о «недотрогах», он невольно вспоминал Джейн и те грязные слова, что Филипп шептал ему на тренировке.
- А ты, Филипп, где вообще был? - Тейлор вытер слезы от смеха и обернулся к Сент-Клеру. - Ты будто испарился в самый разгар веселья. Упустил всё мясо!

Филипп лишь загадочно ухмыльнулся, бросив мимолетный, колючий взгляд на Джека.
- Да так... решил лечь пораньше, - спокойно ответил он, отпивая апельсиновый сок. - И вам советую. Будете такими же бодрыми и довольными, как я сегодня. Иногда тишина и правильные мысли приносят куда больше удовольствия, чем шумная толпа.
Джек замер. Ему не понравился этот тон - слишком уж спокойным и «довольным» выглядел Сент-Клер после вчерашнего поражения.
Эндрю, который до этого сидел тише воды и уткнулся в экран, вдруг замер, а его брови поползли вверх. Он медленно поднял голову, обводя парней ошарашенным взглядом.
- Эй, вы че, бессмертные? Нахрена вы все фотографии с вечеринки в общий школьный чат скинули? - выпалил он, не веря своим глазам. - Туда же обычно только объявления о всякой учебной ерунде и расписание олимпиад кидают! Там же предки и учителя сидят!
В столовой мгновенно стало тихо, только чья-то вилка со звоном упала на пол. Парни, как по команде, лихорадочно похватали свои телефоны.
- Ох, черт! - выругался Брайан, листая ленту, которая обновлялась каждую секунду новыми кадрами. - Да там весь компромат! Весь наш «отдых» как на ладони. Кто этот дебил, который нажал «отправить всем»?
Тейлор, прищурившись, увеличил один из снимков и ткнул пальцем в экран, обращаясь к Филиппу:
- Сент-Клер, а ты времени зря не терял! Гляньте, как он на эту брюнетку смотрит... - Тейлор присвистнул. - Как будто сожрать её готов прямо там. Слушай, Фил, милашка же, дашь номер?
Филипп лишь загадочно ухмыльнулся, не сводя глаз с побледневшего Джека. На фото Филипп действительно прижимал к себе темноволосую девушку, и его взгляд был пугающе лихорадочным, жадным, словно он видел в ней кого-то совсем другого.
Эндрю продолжал листать чат, и его лицо вытянулось еще сильнее.
- Ох... Блэквелл, а я-то думал, ты весь вечер в обнимку с барной стойкой провел. А оказывается, ты времени зря не терял!
Он развернул телефон экраном к Джеку. На фотографии, сделанной с очень «удачного» ракурса, была запечатлена сцена: какая-то девица в одном белье танцевала дерзкий стриптиз прямо на столе, а Джек сидел в паре сантиметров от неё. В кадр попал момент, когда она, изгибаясь, почти касалась его лица, а чья-то тонкая женская рука собственнически покоилась на плече Джека.
Выглядело всё так, будто Джек - главный зритель этого шоу, и он явно получает удовольствие.
- Это не то, что вы думаете, - процедил Джек, чувствуя, как внутри всё леденеет. Он понимал: этот чат сейчас читает вся школа. И Джейн, которая сидит в библиотеке и верит его словам о «просто тренировках», увидит это первой.
Филипп лениво откинулся на спинку стула, наслаждаясь тем, как по лицу Джека расползается мертвенная бледность.
- Какая жалость, Джек
Джек дрожащими руками включил телефон, и экран тут же взорвался каскадом уведомлений. Десятки пропущенных от Джейн за прошлую ночь... и одно-единственное сообщение, от которого у него перехватило дыхание.
«Джек, я не собираюсь выслушивать твои очередные оправдания. Ты можешь вспылить на меня из-за неотвеченного звонка или из-за придурка, который назвал меня Джени, а я должна послушно ждать, когда ты остудишь свой пыл? Не смей мне звонить. Ты же так хотел на эту чертову вечеринку в субботу. Там и встретимся, но поедем мы по отдельности. И не смей со мной спорить - ты не в том положении».
Каждое слово било наотмашь. Джек лихорадочно нажал на вызов, прижимая трубку к уху так сильно, что заныли костяшки.
- Давай же, Джен, возьми... - шептал он, меряя шагами столовую под злорадным взглядом Филиппа.
«Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети».
- Оу, кажется, карамелька не оценила твой «культурный досуг», - Сент-Клер лениво подцепил телефон Джека двумя пальцами и пододвинул обратно. - «Поедем по отдельности»... Звучит как официальное приглашение для кого-то другого составить ей компанию, не находишь?
Джек медленно поднял голову. В его глазах больше не было просто злости - там была ледяная, концентрированная ненависть.
- Ты это сделал, - прохрипел он. - Ты специально подстроил этот кадр.
- Я просто нажал на кнопку в нужный момент,
Ситуация в столовой накалилась до предела. Пацаны из команды, которые еще пять минут назад ржали над «голыми задницами» в чате, теперь сидели с ошарашенными лицами, переводя взгляд с разъяренного Джека на невозмутимого Филиппа. До них наконец-то дошло, что это не случайный «слив», а спланированная диверсия.
- Филипп, тупой ты кусок говна! - Брайан первым нарушил тишину, с грохотом отодвигая поднос. - Это ты, что ли, слил эти фотографии? Ты хоть понимаешь, что ты сделал?
Тейлор, потирая лицо, добавил с явным беспокойством:
- Чувак, там же всё! Мои родители этот чат мониторят через день. Ты нас всех подставил!
Филипп даже не повел бровью. Он медленно обвел их презрительным взглядом, словно смотрел на надоедливых насекомых.
- Ой, заткнитесь вы, - лениво бросил он, откидываясь на спинку стула. - Все местные газеты и так знают наизусть ваши голые задницы. Вы же там вечно на первых полосах в разделе скандалов. Тоже мне, «невинные овечки» нашлись.
Эндрю, который до этого молча листал сообщения, поднял на него тяжелый взгляд.
- А нахрена ты это сделал, Сент-Клер? В чем прикол? Нахрена подставлять команду и Джека в таком свете?
- В правде, Эндрю... - Филипп сделал паузу, и его глаза лихорадочно блеснули. - Прикол всегда в правде. Я просто показал миру наше истинное лицо. Без фильтров и масок «золотых мальчиков».
Марк, капитан, протер глаза, словно пытаясь проснуться от этого кошмара. Он долго вглядывался в лицо Филиппа, а потом глухо спросил:
- Это же не из-за бабы, Фил? Ты же не настолько поехал кукухой, чтобы рушить репутацию всей команды из-за какой-то девчонки?
Филипп мгновенно преобразился. Его расслабленная поза исчезла, он подался вперед, и в его голосе прорезался ледяной, режущий металл.
- Прикуси свой язык, Марк, пока я его тебе не оторвал, - прошипел он, и в столовой стало слышно, как работает вентиляция. - Не «бабы». А дамы. Имейте уважение, если не хотите, чтобы следующая порция компромата была лично про ваши семейные скелеты в шкафу.Тейлор, не чувствуя, как край пропасти крошится под его ногами, решил вставить свои «пять копеек» в защиту мужской солидарности.
- Слушай, Фил, завязывай, - Тейлор махнул рукой в сторону Джека. - Она же девушка Джека, ты, блядь, понимаешь это? Не очередная девка из клуба, которую можно делить между собой или выставлять на всеобщее обозрение. Вот когда Джек с ней наиграется, тогда и делай что хочешь, хоть в чат кидай, хоть...
Он не успел закончить фразу.
Скрежет ножек стульев по кафелю прозвучал как выстрел. Джек и Филипп, которые секунду назад были готовы вцепиться друг другу в глотки, одновременно и абсолютно синхронно рванулись к Тейлору, встав к нему вплотную с двух сторон.
Джек выглядел так, будто сейчас начнется физическая расправа. Его забинтованные кулаки уперлись в край стола, а лицо превратилось в маску первобытной ярости.
- Тейлор, сука, заткнись, - прорычал Джек, и каждое его слово вибрировало от ненависти. - Если ты еще раз сравнишь мою девушку с шлюхами,которые тебе раздвигают ноги,я лично вырву твой кадык.Я больше не желаю слышать из ваших грязных уст имя Джейн. Никогда. Ты меня понял?И все остальные тоже, - голос Джека прорезал тишину столовой, как лезвие. - Любой, кто еще раз откроет свой гнилой рот, чтобы обсудить её... любую деталь, её работу или это чертово «пари»... вы будете иметь дело лично со мной.Он сделал паузу, и его разбитая губа дернулась в хищном оскале.
- Она - неприкосновенна. Если я узнаю, что кто-то из вас пустил хоть одну сальную шутку за её спиной... вы пожалеете, что вообще родились. Её имя больше не обсуждается. Никогда.