Глава 7. Осколки тишины
Мерьем
Тот вечер начался с необъяснимой тревоги. Я вышла из аптеки после короткой смены — мне нужно было забрать кое-какие книги. В темном переулке меня ждали. Это не были грабители; они не тронули сумку. Они били прицельно, жестоко, сопровождая каждый удар словами: «Передай привет от Клэр. Тебе здесь не место».
Когда я упала на холодный асфальт, острая, разрывающая боль внизу живота заставила меня закричать, но звук застрял в горле. В тот момент, теряя сознание, я всё поняла. Я поняла, что во мне была жизнь, и я её только что потеряла.
Максимиллиан
— Господин Стил, ваша жена в больнице, — Хейз вошел в мой кабинет, и его лицо было бледным как полотно. — На неё напали. Состояние тяжелое.
Я замер. Ручка в моих пальцах хрустнула. Внутри всё закричало: «Беги к ней!», но в этот момент в дверях появилась Клэр. Она улыбалась, поправляя безупречную укладку.
— Макс, дорогой, ты же не собираешься бежать в государственную клинику из-за обычной уличной стычки? — пропела она. — У нас через час подписание контракта. Она просто хочет, чтобы ты её пожалел. Обычная манипуляция.
Я посмотрел на Клэр, потом на Хейза. Страх показаться слабым, страх признать, что Мерьем стала для меня чем-то важным, победил.
— Пусть врачи делают свою работу, — холодно ответил я. — Мы едем на встречу.
Я не пришел. Ни в ту ночь, ни на следующий день.
Мерьем
Я очнулась в белой палате. Пустота внутри меня была физически ощутимой. Врач долго что-то говорил о «прерванной беременности на раннем сроке», о травмах и восстановлении. Я не слушала. Я смотрела на пустую тумбочку возле кровати. Ни цветов, ни записки. Ни его.
Когда зашла Еленика, задыхаясь от слез, я натянула на лицо маску безразличия.
— Что случилось, Мерьем? Что врачи говорят? — она схватила меня за руку.
— Просто ограбление, — мой голос был сухим и чужим. — Сильные ушибы. Скоро выпишут.
— И всё? — Еленика вглядывалась в моё лицо. — Больше ничего?
— Больше ничего, — отрезала я.
Я приняла решение в ту же секунду. Никто не узнает. Никто не разделит со мной эту потерю. Это будет моя личная могила. Если Максимиллиан не нашел в себе сил прийти, когда я была на грани смерти, он не заслуживает знать, что он убил собственного ребенка своим безразличием.
«1 декабря. Больница.
Сегодня я умерла. Та Мерьем, которая верила в любовь, которая пыталась спасти монстра, которая надеялась на чудо — её больше нет. Осталась только оболочка.
Я потеряла ребенка. Моего маленького, невидимого ангела, который был единственным светлым пятном в этом кошмаре. И я рада, что он не родился. В этом доме, рядом с таким отцом, у него не было бы шансов на счастье.
Максимиллиан не пришел. Это его последний подарок мне. Теперь я свободна. Свободна от надежды, от любви, от желания что-то доказать. Я вернусь в его дом, но он встретит там другого человека. Я буду его идеальной тенью. Я буду его самым страшным кошмаром, потому что он никогда не узнает, какую цену я заплатила за его "победу"».
Максимиллиан
Я вернулся домой поздно. Весь день контракт валился из рук. Я зашел в пустую спальню Мерьем. Запах её духов еще витал в воздухе, смешиваясь с запахом старых книг.
На столе лежал её дневник. Я протянул руку, хотел открыть его, но в последний момент отдернул. «Не сейчас», — подумал я. — «Завтра она вернется, и всё будет как прежде. Она поплачет, я промолчу, и мы продолжим нашу игру».
Я не знал, что «как прежде» уже не будет никогда.