Железная птица Пустошей
Мы пролежали под бетонным козырьком несколько часов, вжавшись в холодный камень, пытаясь хоть как-то восстановить силы. Уинстон, благодаря усилиям Фрайпана и нашему скудному запасу медикаментов, наконец впал в беспокойный, но всё же сон. Его раны были грубо перевязаны, но хотя бы кровотечение удалось остановить.
Я не спала. Лежала, прижавшись спиной к Ньюту, и слушала его ровное дыхание. Его присутствие было единственным, что не давало мне сойти с ума от усталости и страха. Томас и Арис дежурили по очереди, их силуэты были напряжёнными и бдительными у входа в наше укрытие.
Перед самым рассветом нас всех вывел из полудрёма резкий, непривычный звук. Не ветер, не щелканье шизов. Это был отдалённый, но нарастающий гул. Похожий на рёв вертолёта, но... грубее, ниже, с металлическим скрежетом.
Томас, дежуривший в эту смену, мгновенно вскочил на ноги.— Всем тихо! — его шёпот был подобен удару хлыста. — Прячемся! Глубже!
Поднялась тихая суматоха. Мы подхватили спящего Уинстона и вжались в самый тёмный угол нашего укрытия, за груду обломков. Сердца колотились где-то в горле. Что теперь? Охрана Приюта? Что-то новое?
Гул нарастал, заполняя собой всё пространство. И вот, над линией руин, низко пронеслась... машина. Это был не вертолёт. Это был огромный, ржавый винтокрыл, нечто среднее между самолётом и вертолётом. Его корпус был покрыт слоями ржавчины, заплатками и угрожающими шипами. Из открытого бокового люка свисали стволы чего-то, очень похожего на пулемёты.
Он пролетел так низко, что мы почувствовали вихрь воздуха, поднявший тучи пыли. И на секунду мы увидели фигуру в люке. Крупный мужчина в потрёпанной кожаной куртке, с шальными тёмными волосами и густой бородой. Его глаза, острые, как у хищника, на мгновение встретились с нашими спрятавшимися взглядами. Казалось, он смотрит прямо на нас.
И он крикнул. Его голос, усиленный каким-то рупором, прорвался сквозь рёв моторов и донёсся до нас обрывками:— ...шевелитесь... порог... уже здесь... ищут...!
Затем винтокрыл, который он назвал «Берг», набрал высоту и скрылся за руинами, его гул постепенно затих в направлении востока.
Несколько секунд в нашем укрытии царила оглушительная тишина. Потом все заговорили разом.
— Что это было?! — выдохнул Джеф, его глаза были круглыми от изумления.
— Он сказал... «Порог»? — переспросил Арис, смотря на Томаса. — Это... это же ПОРОК! W.I.C.K.E.D.!
— Они уже близко, — мрачно констатировал Минхо, сжимая в руке импровизированное оружие — кусок арматуры. — Этот тип их предупредил.
— А кто он такой? — спросила я, всё ещё чувствуя на себе тот пронзительный, дикий взгляд.
— Не знаю, — покачал головой Томас. — Но он указал направление. Восток. Туда, где, по словам Ариса, эти «Правая Рука».
— Значит, он один из них? — с надеждой спросил Уинстон, который проснулся от шума и смотрел на всех испуганными глазами.
— Или просто очередной сумасшедший, летающий на хламе по Пустошам, — скептически заметил Фрайпан. — Может, он нас за приманку принял и ведёт прямиком в лапы к ПОРОКУ?
— У нас нет выбора, Фрайпан! — резко сказал Томас. Его лицо было решительным. — Сидеть здесь — значит ждать, когда они найдут нас по следам или с помощью сканеров. Этот... «Берг»... это первый признак жизни, не желающей нас убить или посадить в клетку. Мы идём на восток. Сейчас же.
Возражений не последовало. Даже Ньют, обычно такой осмотрительный, молча кивнул. Альтернативы действительно не было.
Мы быстро собрали наши жалкие пожитки. Рассвет только-только начинал окрашивать небо в грязно-розовые тона, когда мы выбрались из-под укрытия и двинулись в путь.
День был мучительным. Солнце, поднявшись выше, стало невыносимым. Раскалённый воздух дрожал над землёй, песок осыпался, забиваясь в обувь и слепя глаза. Мы шли, почти не разговаривая, экономя силы и влагу. Я шла рядом с Ньютом, и он то и дело поглядывал на моё перевязанное плечо, но я молча кивала, давая понять, что всё в порядке.
— Интересно, что это за «Берг» такой, — нарушил молчание Джеф, пытаясь отвлечься от жары. — Выглядел как летающая помойка.
— Зато летающая, — парировал Арис. — В этом мире любое работающее транспортное средство — уже чудо.
— А этот парень... — Тереза шла рядом с Томасом, её голос был задумчивым. — Он выглядел... диким. Но не злым.
— Дикость в этом мире — признак здравомыслия, — мрачно проворчал Минхо. — Доверять никому нельзя.
— Но он предупредил нас, — не сдавалась Тереза.
— Может, ему просто скучно, и он решил понаблюдать, как стая щенков бежит от волков, — Фрайпан вытер пот со лба. — Чтобы потом сделать ставки, кого съедят первым.
— Хватит, Фрайпан, — тихо, но твёрдо сказал Ньют. — Нам и так тяжело. Не нужно усугублять.
Мы шли часами. Пейзаж почти не менялся — бесконечные дюны, изредка прерываемые остовами машин и скелетами зданий. Вода в наших флягах таяла на глазах.Конечно, вот новая глава, где группа действует самостоятельно.
---
Путь в горы оказался куда более изнурительным, чем мы могли представить. Солнце палило немилосердно, а зыбкий песок под ногами казался живым существом, который скоро поглотит нас. Мы шли уже несколько часов, ориентируясь лишь на общее направление на восток и смутные воспоминания Ариса о карте.
Сначала Уинстон просто отставал, тяжело дыша. Его лицо было серым от боли, а губы потрескались. Он молча терпел, опираясь на Джефа и Фрайпана. Но с каждым шагом вверх по песчаному склону его ноги подкашивались всё сильнее.
— Я... я просто... присяду на минутку... — выдохнул он, и его голос был слабым, как шелест сухого листа.
Он не просто присел. Его ноги подкосились, и он рухнул на горячий песок без сознания.
— УИНСТОН! — Джеф бросился к нему, тряся за плечо. — Эй, старик, держись!
Фрайпан тут же наклонился, проверяя пульс.— Он горит! — его голос прозвучал тревожно. — Инфекция. Раны... в этой грязи и пыли... всё только усугубилось. Ему нужен покой и настоящие антибиотики, а не эта бодяга из аптечки.
Все столпились вокруг, лица у всех были мрачными. Минхо, сжав кулаки, смотрел на бескрайнюю пустыню, словно ища в ней ответа.
— Носилки, — твёрдо сказал Томас, скидывая с плеча свой рюкзак. — Сделаем из палок и курток. Будем нести по очереди.
Работа закипела. Арис и Минхо отправились искать подходящие жерди, а мы с Ньютом и Терезой стали снимать свои куртки, чтобы сплести из них подобие гамака. Работали молча, сосредоточенно. Мы не могли оставить его.
Носилки получились кривыми и ненадёжными, но это было лучше, чем ничего. Мы понесли Уинстона, сменяя друг друга каждые пятнадцать минут. Это был ад. Вес его тела, даже такого худого, казался невыносимым в сочетании с палящим зноем и сыпучим песком.
Через пару часов мы наткнулись на небольшой каменный развал — остатки какого-то древнего забора или фундамента. Тень от камней была просто спасением.
— Привал! — скомандовал Томас, и его голос звучал хрипло от усталости. — На пятнадцать минут. Не больше.
Мы аккуратно опустили Уинстона в тень. Фрайпан снова приложил ко лбу Уинстона мокрую (теперь уже тёплую) тряпку, но тот даже не шевельнулся. Его дыхание было поверхностным и частым.
— Ему совсем плохо, — прошептал Джеф, сжимая руку бесчувственного Уинстона. — Мы теряем его...
— Не говори так, — резко оборвала его Тереза. — Мы не можем его потерять.
Томас, тяжело дыша, отойдя от группы, поднялся на самый высокий камень и вгляделся в даль, по направлению к едва виднеющимся на горизонте сиреневым вершинам гор. Ньют подошёл к нему.
— Много ли ещё? — тихо спросил Ньют, следя за его взглядом.
Томас не сразу ответил. Он стоял, вытянувшись в струнку, его фигура на фоне неба казалась одинокой и хрупкой.— Ещё немного, — наконец сказал он, но в его голосе не было уверенности. — Совсем немного.
— Звучит не очень убедительно, — мягко заметил Ньют.
Томас спрыгнул с камня и направился от группы вперед, чтобы обследовать одному обстановку.
---
Томас стоял спиной к группе, его плечи были напряжены под тяжестью непростого решения. Вдруг он почувствовал чьё-то присутствие. Оборвавшись, он увидел Терезу. Её лицо было бледным, а глаза широко раскрытыми, будто она увидела призрака.
— Томас... — её голос был едва слышным, дрожащим шёпотом. — Я... я всё вспомнила.
Он замер, уставившись на неё. «Всё» — это слово повисло между ними, тяжёлое и многообещающее.
— Что ты вспомнила? — тихо спросил он, боясь спугнуть момент.
— Всё, — она повторила, и слёзы покатились по её щекам, оставляя чистые полосы на запылённой коже. — Лаборатории. Тесты... Нас. Ты был таким маленьким. Я... я была выше тебя, хах. Я всегда заступалась за тебя, когда другие дети дразнили...
Она говорила быстро, обрывисто, выплёскивая обрывки воспоминаний, как будто боялась, что они снова исчезнут.
— Томас, нам нужно вернуться.Пока не поздно.
Она схватила его за руку, её пальцы были ледяными.
— Что!?Тереза, что ты несешь?
Убрав свою руку, воскликнул Томас
— Ты не понимаешь, все было хорошо пока ты не..
— Что я не понимаю? — перебил ее Томас, не дав закончить предложение.
Она так и не смогла продолжить свое предложение, ведь вдалеке, за гребнем песчаной дюны, резко и отчётливо прозвучали два выстрела. Не громкие, как из крупнокалиберного оружия, а сухие, щёлкающие. Пистолетные.
Всё замерло. Спор, сомнения, воспоминания — всё это разом улетучилось, сменившись знакомым, леденящим душу страхом.
Томас резко дёрнул голову в сторону звука, его тело мгновенно напряглось, готовое к действию. Взгляд Терезы стал пустым, все её доводы разбились о простую и жестокую реальность выстрела в пустыне.
Возвращение перестало быть вариантом. Сейчас речь шла только о том, чтобы выжить до заката.