4.
Прошла неделя.
Ничего кардинально не изменилось. Ник продолжал быть таким же беспринципно раздражающим, как и раньше, но в последнее время его вмешательство стало немного меньше. Он писал короткие смс, иногда пытался пошутить, иногда кликал её, называя его привычными кличками — «куколка», «неугомонная», «маленькая неприятность».
Один раз он даже написал:
«Блин... думаю, может тебе ещё что-то придумать. Как насчёт «забавная»? Что скажешь?»
Это её просто взбесило.
— Пусть уже лучше будет «так», чем «ещё и забавная», — выпалила Эми в ответ. — И чтобы ты не называл меня так.
Конечно, Ник не прислушался.
Брат всё чаще пропадал на работе, объясняя, что «последнее время много дел, нужно разрулить всё, через пару дней будет проще». В свободное время они всё же выбирались на прогулки — вдвоём или втроём с подругами, если кто-то мог.
Эми проводила неделю привычно: убиралась, готовила, встречалась с подругами, гуляла, иногда занималась делами по дому. В целом всё шло спокойно, но бывали моменты, когда она невольно вспоминала Ника — и это раздражало. Иногда ей казалось, что на долю секунды она улавливает его запах — смесь кожи, легкой свежести и чего-то неизменно «его» — и это тоже её злило.
Почему этот подонок не выходит из головы? — думала Эми, перебирая тарелки на кухне.
Сегодня вечером она закончила уборку и приготовила ужин. Брат прислал смс:
«Буду поздно, возможно даже под утро. Дела по работе. Не скучай. Люблю😘.»
Эми расстроилась — хотела с ним поговорить, но придётся ждать. Несмотря на это, брат всё равно шутил в смс, интересовался её днём — и это немного поднимало настроение.
Она сидела в комнате, перелистывая телефон, когда вдруг услышала резкий рев мотора. Сначала подумала, что это её воображение, но звук усилился, и сердце немного подпрыгнуло.
— Нет... не может быть... — пробормотала Эми, вставая у окна.
И тут она увидела: Ник на байке, прямо возле её дома.
— Что за... с какого перепугу он тут? — пробормотала Эми. Раздражение мгновенно выстрелило. — Брат же на работе!
На парковке стоял Ник, байк слегка покачивался под ногами, он снял шлем и ухмыльнулся.
— Куколка, привет. — сказал он, ухмыляясь.
— Брат на работе, ты зачем тут? — нахмурилась я.
— В курсе, — он пожал плечами. — Но я за тобой. — Хочешь прокатиться? — слегка наклонившись на байке, поинтересовался он.
— Нет. — коротко ответила я.
— Может, всё-таки да? — нахмурился он, словно пытаясь читать меня.
— Почему так настаиваешь? Это что-то поменяет?
— Может быть... — сказал он, качнув головой. — Но скорее нет. Просто подумал о тебе. Брат сказал, что ты дома сидишь, пока он на работе. Вот и подумал: может, всё-таки согласишься?
— А смысл? Твоя компания... знаешь ли, не очень приятная. — вздохнула я.
Он только улыбнулся:
— Просто хотел показать тебе одно место.
— Какое место? — уточнила я.
— Да не важно... — сказал он с лёгкой загадкой.
— Нет, подожди... — пробормотала я. — Какое ещё место? Ты приехал это сказать — и сейчас просто уедешь? — спросила я, раздражённо скрестив руки.
Он ухмыльнулся, скрестив руки:
— Ну ты же не хочешь.
— О, господи... ладно, — пробурчала я. — Интересно. Хорошо. Только подожди немного, я переоденусь.
— У тебя есть пять минут, — сказал он, заглядывая мне в глаза. — Я жду.
Я забежала в дом, чуть растерявшись, быстро переоделась, надела шорты джинсовые и топ, причесалась, взяла сумку и вышла
— Всё готово, — сказала я, сжав зубы от раздражения и едва скрывая лёгкую злость.
— Отлично, — ухмыльнулся он. — Тогда поехали
Я села на байк, чувствуя лёгкий запах табачного дыма и его свежести, смешанный с запахом кожи — что-то одновременно раздражающее и неуловимо притягательное. Он слегка подтянул меня за руку, чтобы я прижалась к нему сильнее, и я невольно ощутила, как его тело немного напряглось.
— Помнишь, я не люблю медленно ехать? — сказал он, ухмыляясь и смотря на меня в зеркало.
Я только закатила глаза, но байк уже рванул. Ветер бил в лицо, волосы развевались, дыхание учащалось. Я пыталась удержать равновесие и одновременно не давать виду, что меня слегка трясло от напряжения.
— Ник, ну скажи хотя бы куда мы едем, — пробурчала я, раздражённо глядя в сторону, хотя знала, что прямого ответа не будет.
— А смысл? — ухмыльнулся он, слегка прибавляя газу. — Пусть будет сюрпризом.
Я фыркнула и попыталась его подтолкнуть локтем, но он только смеялся. С каждым рывком байка моё раздражение росло, но и любопытство тоже — чертовски противоречивое чувство.
Через некоторое время мы свернули с главной дороги. Передо мной открылся вид, который буквально лишил меня дара речи. Мы стояли на краю обрыва: город вдали тянулся огнями, закат окрасил всё в мягкие золотисто-розовые и фиолетовые оттенки, ветер трепал волосы, а тишина делала всё вокруг нереальным.
Ник наблюдал за моей реакцией, удовлетворённо ухмыляясь:. Он слегка наклонился ко мне:
— Ну что... хотя бы сейчас ты довольна?
Я стояла, не в силах сразу ответить, впитывая каждый оттенок заката и свежий ветер.
— ...Да... — наконец выдохнула я.
— Только «да»? — поддразнил он.
— Ну... это красиво. Честно. Я... даже слов не нахожу, — призналась я, смущённо отводя взгляд.
— Вот так-то лучше, — сказал он, довольный моим замешательством. — Я знал, что тебе понравится.
Я кинула ему саркастический взгляд:
— Знала бы я, что «сюрприз» — это обрыв с видом на весь город, я бы согласилась раньше.
— Согласна, что без меня ты бы сюда не добралась? — хитро спросил он.
— Ну... может, и добралась бы, — с улыбкой ответила я, хоть и ощущала, как он всё равно доволен своей игрой.
Мы устроились на небольшой склон с мягкой травой. Ветер играл моими волосами, и я слегка дрожала от ветра. Ник заметил это почти сразу:
— Держи, — сказал он, снимая свою ветровку и протягивая её мне. — Не замерзай.
Я надела её поверх топа, тепло окутало плечи.
— Спасибо, — пробурчала я, слегка смущённо, но стараясь не показывать, что его забота тронула меня.
Мы сидели молча, наблюдая, как закат окрашивает город в мягкие золотисто-розовые и фиолетовые оттенки. Тишина была почти неловкой, но уютной.
— Почему ты вообще решил показать мне это место? — спросила я наконец, всё ещё не поднимая глаз от горизонта.
Он улыбнулся, будто предугадывая мой вопрос.
— Когда мне было тяжело... — начал он тихо, — я случайно наткнулся на это место. Это было поздно вечером, после одной из тех дней, когда ничего не ладилось. Просто ехал по городу, пытался отвлечься, и случайно свернул на эту дорогу. Сначала хотел уйти обратно, но потом увидел этот склон, с этого же места открывался весь город.
— И что? — перебила я, слегка насмешливо, но с интересом. — Ты просто приехал сюда и сидел?
— Да, — кивнул он. — Садился на траву, смотрел на огни города, слушал ветер. Тут можно просто быть собой, — сказал он мягко, — ни перед кем не притворяться, не играть роли, не думать, что кто-то оценивает. И знаешь, с этим воздухом, этим видом... всё кажется легче.
Я повернулась к нему, наконец поднимая взгляд:
— Но почему ты решил поделиться этим со мной? — спросила я, приподняв бровь. — Это же твое место, уверенна оно для тебя много значит.
Он улыбнулся хитро:
— Просто подумал, вдруг тебе тоже стоит увидеть это. Ты часто думаешь, что всё должно быть под контролем... а тут можно просто расслабиться. И... может быть, я хотел, чтобы ты увидела меня немного другим.
— То есть... без надоедливых шуток и поддразниваний? — уточнила я, слегка насмешливо.
— Не совсем, — ухмыльнулся он, — но хотя бы без гонок на байке прямо по краю обрыва.
Я не смогла сдержать смешок, слегка толкнув его локтем:
— Ну, спасибо, что хотя бы это... но всё равно ты идиот.
Он лишь усмехнулся, глядя на горизонт:
— Идиот? Подумаешь. Зато здесь ты, куколка, не злишься, а просто наслаждаешься видом.
Я посмотрела на него, пытаясь сохранять серьёзное лицо:
— Молчу... но это не значит, что я теперь с тобой согласна на всё, — сказала я, снова глядя на закат.
— Ну да, — пожал он плечами, — но хотя бы сейчас, — кивнул на вид перед нами, — я рад, что ты здесь.
Я глубоко вздохнула, наконец отпуская часть напряжения:
— Ладно... это действительно очень красиво.
— Вот видишь? — сказал он, слегка улыбаясь. — Сюрприз удался.
Мы снова замолчали, сидя на траве, наблюдая за тем, как огни города постепенно загораются, а закат медленно растворяется в темноте.
— Так... а что ты обычно делаешь, когда не гоняешь на гонках или не показываешь людям секретные места? — наконец спросила я, всё ещё не сводя глаз с горизонта.
Ник усмехнулся:
— Обычно? Слушаю музыку, иногда гоняю один, чтобы успокоить голову... ещё иногда просто еду по городу без цели. А ты?
— Я... учусь на архитектора, хотя сейчас лето и каникулы, пытаюсь не застрять в рутине, — ответила я с небольшой усмешкой. — Иногда прогуливаюсь по старым местам, вроде этого.
— Вот, видишь? — сказал он, слегка наклонився ко мне. — У нас что-то есть общее: оба любим находить тихие уголки, куда никто не сунется.
Я подняла бровь:
— «Уголки, куда никто не сунется»? Но почему то ты решил меня сюда привезти.
Он ухмыльнулся:
— Хм... не обольщайся сильно.
Я слегка рассмеялась, ощущая, как напряжение сходит с плеч.
— Ладно, расскажи что-нибудь странное о себе, а то скучно сидеть молча.
— Странное, говоришь? — Ник подумал, улыбаясь. — Когда мне было лет четырнадцать, я пытался самостоятельно разбирать двигатель старого скутера соседа. Результат? Скутер никогда не завёлся, а сосед неделю пытался понять, что с ним случилось.
Я хихикнула:
— Ну..Теперь понятно, откуда у тебя тяга к гонкам — с детства к технике.
— Именно. — Он кивнул. — А ты? Что-то забавное из твоего детства?
— Забавное... — я немного задумалась. — Когда мне было лет восемь, я пыталась «помочь» маме готовить, и случайно превратила суп в почти клей. Мама не убила меня только потому, что смеялась больше, чем злилась.
— Ха, вот это я понимаю. Ранний талант к разрушению порядка, — подшутил он, а я снова рассмеялась.
— Не только разрушению, — заметила я, поддразнивая его. — Иногда я умею чинить то, что сломала.
— Хм... обещаю, не буду проверять это на байке, — сказал он с лёгкой ухмылкой.
Мы снова замолчали, но теперь молчание было совсем другим: не напряжение, не неловкость, а спокойное ощущение, что рядом с тобой человек, с которым можно просто быть.
Ветер всё так же трепал волосы, а горизонт медленно темнел. Я смотрела на огни города, а Ник, сидя рядом, иногда улыбался, глядя на меня, словно наслаждаясь тем, что смог поделиться этим местом.
. — А ты... всегда такой спокойный, когда наедине с собой?
— Не всегда, — усмехнулся он. — Иногда нужно сбежать от всего, чтобы снова почувствовать себя живым.
— Сбежать? — переспросила я, заинтересованно поворачиваясь к нему. — А куда сбегаешь?
— Вот сюда, — сказал он, указывая на обрыв и город вдали
Мы сидели на траве ещё несколько минут, просто наблюдая за огнями города.
— Ну что, — наконец сказал он, вставая, — хочешь увидеть «обзор» с чуть большего высоты?
— «Обзор»? — переспросила я, слегка настороженно. — Ты же не собираешься меня ещё куда-то тащить?
— Расслабься, — ухмыльнулся он, подавая мне руку. — Просто чуть выше, чуть ближе к краю. Тут безопасно, я проверял.
Я вздохнула и взяла его руку, ощущая лёгкое напряжение, но и любопытство. Он аккуратно подтянул меня к себе, и мы начали подниматься по небольшой тропинке, ведущей чуть выше склона.
Когда мы оказались на небольшом возвышении, передо мной открылся вид, который буквально захватывал дыхание. Огромный простор — закат окрашивал небо в золотисто-розовые и сиреневые оттенки, городные огни будто рассыпались по долине, а ветер усиливал ощущение свободы.
— Вау... — выдохнула я, немного ошеломлённая. — Я... это невероятно.
Ник наблюдал за моей реакцией, и его ухмылка стала чуть шире.
— Ну как? Стоило ли терпеть от меня «неугомонную»? — сказал он с лёгким поддразниванием.
—Ладно, сегодня стоило, — пробормотала я, всё ещё не отводя взгляд от пейзажа. — Это... реально красиво.
— Вот так-то лучше, — сказал он, довольный моим замешательством. — Я знал, что тебе понравится.
— И что дальше? — спросила я, наконец обернувшись к нему. — Ты просто показал место?
— Просто хотел, чтобы ты увидела. Иногда такие вещи стоят того, чтобы остановиться и посмотреть вокруг.
Я слегка кивнула, всё ещё вдыхая воздух и наслаждаясь тишиной. Молчанье снова вернулось, но теперь оно было совсем другим — лёгким, уютным, почти доверительным.
Ветер, закат, огни города — и мы просто стояли рядом, без слов, без давления, просто... наблюдали.
Мы медленно спускались по тропинке к байку. Я чуть не потеряла равновесие на неровной земле, но Ник мгновенно подхватил меня за руку, удержав.
— Я же говорил, — ухмыльнулся он, — маленькая неприятность в действии.
— Твои шутки бесконечны, — пробурчала я, всё ещё пытаясь выровнять дыхание.
— Ну что, домой? — спросил он, когда мы подошли к байку.
— Да, — кивнула я.
Мы завелись и тронулись. Ветер бил в лицо, но теперь он уже не казался таким резким — после заката воздух стал прохладным и мягким. Я держалась крепче, а Ник слегка ускорял байк, чувствуя, как я балансирую.
— Держись, — коротко сказал он, и мы мчались по дороге к дому, с огнями города позади.
Когда подъехали, я сразу вспомнила, что сегодня готовила ужин — что-то вкусное, на что меня вдохновило настроение. Вдруг меня осенило: почему бы не пригласить его поесть?
— Эй, — сказала я, слегка растерявшись, — хочешь зайти? Я сегодня кое-что готовила.
— Если честно... почему бы и нет? — ухмыльнулся Ник. — Ты ведь не каждый день готовишь, верно?
Мы зашли в дом, и привычная атмосфера мгновенно вернулась — шутки, поддразнивания, короткие перепалки. Но теперь в каждом из нас тихо оставалось ощущение: Ник может быть другим, если захочет.
Мы сели за стол, я поставила блюдо, а он с интересом разглядывал его.
— Ого... — сказал он, пробуя первое. — Ты реально умеешь готовить.
— А, спасибо... — я слегка улыбнулась, заметив, как ему действительно понравилось. — Я делаю это нечасто, но готовить — тоже одно их моих хобби.
— Хорошее хобби, — сказал он, и тут же не удержался: — Но мне кажется, даже твой талант не спасёт, если я буду голодать, пока ты болтаешь.
— Ешь уже, — с улыбкой сказала я, слегка подталкивая его ложкой.
Мы вместе ужинали, потом перешли на чай. Часы показывали уже 23:57, когда вдруг раздался скрип двери — вернулся Алекс.
— Эй, — удивилась я. — Ты говорил, что, возможно, только под утро вернёшься.
Брат удивлённо посмотрел на Ника, но они просто обменялись братскими приветствиями, а я заварила чай и для Алекса.
Мы сели втроём.
— Получилось освободиться раньше, — сказал Алекс, улыбаясь. — Хорошо, что я успел.
Я слегка нервничала: *Наверное, не стоило говорить, что Ник показывал мне это место и что мы обсуждали...* Но решила просто сказать правду по минимуму:
— Мы кстати катались, — ответила я.
— Неужели вы поладили? — удивился брат.
— Это ненадолго, — с лёгкой усмешкой ответил Ник.
— Ага, до завтра— подтвердила я.
Алекс слегка закатил глаза и рассмеялся, и мы втроём тихо посмеялись, возвращаясь в привычный ритм, но с ощущением, что сегодня был особенный вечер.
Позже, уже лёжа в своей комнате, я не могла сразу уснуть. В голове крутились мысли о сегодняшнем вечере, о том, как Ник был спокойнее, почти другим, и как мне это... странно понравилось. Но вслух я себе ничего не говорила — просто ворочалась, думая о том, как иногда один человек может удивить тебя, даже если раздражает большую часть времени.
Вдруг завибрировал телефон. Я вздрогнула: кто может писать в три ночи? Экран показал его имя.
«Не спишь?» — прочитала я сообщение от Ника.
Я хмыкнула, и подумала: *А, кто бы ещё писал в три ночи?* и быстро набрала ответ:
— Собираюсь. А что?
— Я тоже, — пришёл ответ почти мгновенно. — Но думал о тебе.
Я нахмурилась: «Опять?» — печатала с лёгким раздражением, но уже не с злостью.
— Ну да, — прислал он. — Вспоминал, как ты ругалась на меня.
— Хм... я же тебя предупреждала, — написала я с ухмылкой. — Не думай, что, то что было сегодня пройдёт для тебя безнаказанно.
— Обещаю, — ответил он через пару секунд, — что в следующую встречу буду сидеть тихо и не доставать тебя. Почти...
Я фыркнула: «Почти — ключевое слово».
— Ага, — прислал он, и я почувствовала, как на лице появляется лёгкая улыбка, хотя сама себе говорила, что это просто общение, ничего больше.
— Ладно, — написала я. — Давай спать. Завтра длинный день.
*Хм.. не отвечает. Ладно, всё, сплю*,— мелькнуло в голове.
И вдруг — звонок.
Я нахмурилась, посмотрела на экран...
Ник.
— Серьёзно?.. — пробормотала я и всё же взяла трубку.
— Чего тебе? — спросила я не грубо, даже с лёгкой улыбкой.
— Маленькая неприятность, — отозвался он сразу. — Просто хотел услышать твой голос. Особенно тот, где ты злишься на меня перед сном.
— Сегодня не получится, — ответила я. — Сегодня на тебя злиться не за что. К сожалению. Или к счастью — ещё не решила.
Он тихо усмехнулся:
— Ого. Это уже прогресс. Надо запомнить этот день.
— Не обольщайся, — фыркнула я. — Он редкий.
— Жаль, — протянул он. — Но ничего, я уже привык быть причиной твоего плохого настроения.
— Поверь, ты справляешься с этим отлично, — ответила я.
— Тогда я спокоен, — сказал он. — Значит, всё на своих местах.
Мы обменялись ещё парой подколов — коротких, привычных, почти автоматических. Ни пафоса, ни неловкости. Просто разговор, который почему‑то не хотелось обрывать.
— Ладно, — сказал он через несколько секунд. — Спокойной ночи. Пусть тебе приснится, как ты на меня кричишь... или бьёшь. Ты же об этом мечтаешь.
— Вообще-то нет, — усмехнулась я. — Сегодня я даже не думала тебя ударить.
— Только сегодня? — тут же подхватил он и засмеялся.
— В обычные дни ты меня бесишь гораздо больше, — честно ответила я. — Так что да.
— Принято, — сказал он. — Тогда будем считать, что сегодня был выходной.
Мы ещё пару минут поболтали о каких-то мелочах, ни о чём конкретном — просто чтобы не вешать трубку сразу.
— Ладно, Эми, — наконец сказал он. — Спи.
— Спокойной ночи, Риверс, — ответила я и отключилась.
Я отложила телефон, уставилась в потолок и поймала себя на мысли, что засыпаю с лёгкой улыбкой.
И это почему‑то раздражало меня ещё больше, чем он сам.