Глава 12. Стеклянный щит
Уборка заняла почти весь день. Они не разговаривали о высоком, они просто методично вычищали следы её прошлой жизни. Финн выносил мешки с мусором, а Эвелин оттирала поверхности. Видеть Финна с мокрой тряпкой в руках, в его тяжелых ботинках и с хмурым лицом, было странно, но это успокаивало. Это делало его реальным.
К вечеру квартира наконец задышала.
- Мне нужно заскочить к себе, - сказал Финн, надевая куртку. Он помедлил у двери, внимательно изучая лицо Эвелин. - Переоденусь, заберу кое-какие инструменты. Ты справишься час сама?
Эвелин кивнула, вытирая руки о джинсы.
- Иди, Финн. Я не хрустальная.
Он подошел, быстро и властно притянул её за затылок к себе и поцеловал в макушку.
- Дверь на все замки. Никому не открывать. Я серьезно, Эшфорд.
Когда за ним захлопнулась дверь, тишина в квартире показалась Эвелин оглушительной. Она включила старый чайник, пытаясь занять руки. Но не прошло и двадцати минут, как в дверь постучали. Не один раз, а настойчивой, ритмичной чечеткой - так стучали «свои».
Сердце Эвелин упало в пятки. Она подошла к глазку. На лестничной клетке стояли двое: парень в длинном пальто по имени Марк и девчонка с выбеленными волосами, чье имя Эвелин даже не помнила. Её бывшая компания.
- Эви! Открывай, мы знаем, что ты там! - приглушенный голос Марка звучал весело. - Мы принесли тебе подарок на «воскрешение». Джек прислал лучшее из заначки. Бесплатно, в честь того, что ты не сдохла!
Эвелин прижалась лбом к холодному дереву двери. Внутри всё предательски заныло. Тело, еще не до конца окрепшее, вспомнило тот сладкий, липкий покой, который дарили таблетки. «Всего одну, чтобы унять дрожь», - шепнул знакомый голос в голове.
- Уходите, - сказала она, и её голос дрогнул.
- Да ладно тебе, Эв! - девчонка за дверью рассмеялась. - Мы видели, как твой цепной пес уехал. Давай, один глоток, пара затяжек, и мы исчезнем. Ты же знаешь, тебе это нужно. Ты без этого - просто серая тень.
Эвелин закрыла глаза. Она вспомнила губы Финна на своих губах. Вспомнила его сорванный голос, когда он пытался её откачать. Вспомнила грязь, которую они только что вымыли из этой квартиры.
- Я сказала: пошли вон! - в этот раз её голос прозвучал твердо, почти как у Финна.
- Эй, полегче... - Марк ударил ладонью по двери. - Ты нам должна, дорогуша. За тот товар, что ты перевела на пол у Джекса. Открывай, или мы выбьем эту картонку.
Ярость, холодная и острая, поднялась откуда-то из глубины. Эвелин поняла: если она сейчас не закончит это, они никогда не уйдут. Она резко повернула замки и распахнула дверь.
Марк и девчонка не ожидали такой прыти. Они стояли на пороге с идиотскими ухмылками, но Эвелин не дала им вставить ни слова.
- Слушайте меня внимательно, ублюдки, - она сделала шаг вперед, сокращая дистанцию. В её карих глазах не было страха, только чистая ненависть. - Если вы еще хоть раз появитесь у этой двери, или если я увижу ваши рожи в радиусе километра от себя, я позвоню не в полицию. Я позвоню Финну. И поверьте мне, он не будет вежливым. Он размажет вас по этому асфальту, и я буду смотреть, как вы захлебываетесь своими зубами.
Марк нахмурился, его рука потянулась к карману.
- Ты что, страх потеряла, Эшфорд?
- Я его нашла, - отрезала она. - И теперь мне страшно только за то, что я могу снова стать такими же отбросами, как вы. Проваливайте.
Она с силой захлопнула дверь прямо перед носом Марка. Её руки затряслись только тогда, когда замок щелкнул. Она сползла по двери на пол, прижимая колени к груди.
Через десять минут в дверь снова постучали. Спокойно. Два раза.
- Эви, это я.
Она вскочила и открыла. Финн стоял на пороге с сумкой, его взгляд мгновенно сканировал её лицо. Он почувствовал запах чужого парфюма в коридоре.
- Кто здесь был? - его голос стал подозрительно тихим.
Эвелин посмотрела на него. Она выглядела измотанной, но в её взгляде была победа.
- Мусор, Финн. Просто мусор. Я его выставила.
Финн замер. Он медленно поставил сумку на пол, подошел к ней и взял её лицо в свои ладони. Он видел всё - её страх, её борьбу и её триумф.
- Сама? - прошептал он.
- Сама.
Финн закрыл глаза и прижался своим лбом к её, тяжело выдыхая.
- Моя девочка, - выдохнул он.
Он подхватил её на руки, как в ту ночь на вечеринке, но на этот раз бережно. Он посадил её на кухонный стол, встал между её коленями и начал целовать - медленно, глубоко, с какой-то новой, сокрушительной нежностью. Его руки скользили по её талии под свитером, обжигая кожу.
- Я так горжусь тобой, - прошептал он ей в губы между поцелуями. - Ты даже не представляешь, как сильно.
Эвелин обхватила его шею руками, притягивая к себе. В этот вечер в Ванкувере всё еще шел дождь, но в их маленькой чистой крепости впервые стало по-настоящему тепло.