Милосердный.
" Проклятая шаурма ты, Хоки-кун..."
Нацуко.
Несколько дней прошли незаметно, как капля дождя перед носом. Ничего особо не случалось. В Конохе царили тишина и порядок. Посидеть бы на крыше какого-нибудь домика вечерком и понаблюдать за деревенской суетой... Да как бы не так! За всё это время Хоки не мог спокойно ни спать ни есть. Мальчика беспокоили две мысли: первая - где Нацуко, а вторая - где достать техники с другими стихиями. Вопрос бы сразу решился, будь бы Нацуко рядом, но после небольшой ссоры он куда-то запропастился и возвращаться не торопится. Откровенно говоря Хоки это раздражало не по-детски. Паренёк кипел от обиды на своего проводника, безумно хотелось его поколотить при первой же встрече. Сначала за грубую реакцию на предсказание, если же оно окажется ещё и верным, то Нацуко достанется в двойне больше из-за "недосказанностей", а потом за свое долгое отсутствие.
Одно радовало: тренировки с восьмой командой уже давали свои плоды. Сначала генины как-то отстранено относились к новому товарищу, но быстро освоились. Правда, иногда внутри Кибы и Хоки пробуждаются внутренние "лидеры", из-за чего потом приходится туго, не только на тренировках, но и на миссиях. Куренай, конечно, отсчитывает обоих учеников, но... урок не впрок.
После очередной миссии ранга С молодой чуунин возвращался домой. Приближался вечер, но предзакатного солнца не было видно из-за свинцовых туч. Хоки задрал голову к небу и уставился в самую высь. Постояв так полминуты, мальчик подметил, что скорее всего вечером будет не хилый дождик. Хотелось, чтобы он шел всю ночь, убаюкивая своим ритмом капель о крыши домов. Вдруг, с неба стали падать маленькие капельки, постепенно заставляя одежду мальчика покрываться крохотными точками. Хоки пожал плечами, мол, я был прав, и поторопился вернуться к себе в уютную квартирку. По мере приближения к дому дождь стал увеличиваться в силе и размере. Когда паренёк открывал дверь ключом, уже насквозь промок, до нитки, как говорится. Две каноничные прядки Хоки можно было выжимать, в принципе, у мальчика был такой вид, будто он в одежде в душ ходил. Мокрая маска прилипла к щекам, из-за чего те безумно чесались и было неприятно. В обуви вообще чавкало, что уж тут говорить о сырых эластичных бинтах, которые создавали безумный дискомфорт ногам? Поэтому первым делом Хоки скинул себя мокрую обувь и бинты и уселся на пороге, наслаждаясь свободой. Сняв промокшую жилетку, мальчик принялся отжимать свои прядки, из-за чего на полу появились небольшие лужицы.
- Ну и погодка, правда? - раздался чей-то звонкий голос из кухни.
Мальчик вздрогнул от неожиданности, ибо ключи от этой квартирки были только у него, да и окна все были закрыты. Кто же мог это быть? Обладатель столь звонкого, даже молодого голоса явно был не Нацуко. По спине Хоки пробежал холодок.
" Неужели опять из АНБУ? ", - подумал паренёк, встав на ноги и медленно крадясь у стенки. - Сейчас только их и не хватало."
В этот раз Нацуко рядом не будет, поэтому неизвестно на что пойдет другой анбу при допросе. К тому же, один из них обещался прийти в скорое время. Неужели в этот день, в этот час, в эту минуту?...
Хоки подобрался ко входу на кухню, но не спешил переходить через порог. Оставшись за стенкой, мальчик достал кунай и принялся ловить отражение постороннего человека на металле. Правда, из-за дождевой тучи, которая враз вогнала Коноху в сумерки, Хоки увидел лишь черную тень, сидящую за столом.
- Эй, невежливо заставлять гостей ждать... Выходи, - посмеялся обладатель звонкого голоса.
Хоки подметил, что прятаться бесполезно, и, набравшись смелости, сказал:
- А я тебя в гости не приглашал. Кто такой? Чего тебе от меня надо?
В ответ послышался приглушённый смешок. Хоки передёрнуло. " Почему он смеётся? Лично мне не до смеха...", - пронеслось в голове у мальчика.
- Отвечай! А потом... потом убирайся отсюда.
- Во-первых, я не мужчина, а женщина, - послышался ещё один сдавленный смешок, - А во-вторых, за такое грубое отношение с гостями можно отхлебнуть немало горя. Ты же ведь не знаешь, кто может оказаться твоим гостем, так? А в-третьих, я тебе не ровесница, чтобы ты со мной разговаривал на "ты", несносный мальчишка.
Хоки не решался выходить из-за своей стены, тем более после заявлений гостьи. Сжав кунай покрепче в руке, мальчик заговорил:
- Извините, я не знал. Кто вы такая и что вам от меня нужно?
- Так то гораздо лучше. Стоило разок одёрнуть, и ты сразу исправился, хороший мальчик. Мне нет смысла представляться тебе. Дело в том, что Нацуко-семпай просил тебе передать кое-что, - женщина положила небольшой свёрток на стол, - А теперь расскажи-ка мне, чем ты его обидел? Я уже несколько дней на нем улыбки не вижу.
- Нацуко? Вы с ним знакомы?
- Можно и так сказать, - с усмешкой отозвалась женщина.
Хоки медленно вышел из-за стены, показавшись в дверном проёме.
- А как вы с ним познакомились? Нацуко мне ничего о вас не говорил...
Женщина подперла щеку рукой и уставилась в окно.
Хоки понял, что она это обсуждать не собирается. Из-за темноты мальчик не мог как следует разглядеть свою гостью. Всё ещё не решаясь подойти ближе, Хоки тихо спросил:
- Не подумайте, что я вас прогоняю, но почему вы не уходите? Разве Нацуко просил что-то ещё передать?
- Ого как загнул, и не подцепишься, - посмеялась женщина. - Но сначала ты ответь на мой вопрос, а потом уже я на твой.
Хоки нехотя рассказал о предсказании старушки и реакции Нацуко на это предсказание. Женщина, выслушав мальчика, засмеялась мелодичным смехом, словно серебряные колокольчики.
- Я так и знала, что он опять из-за какой-нибудь чепухи хмурый как туча ходит.
- Значит, вы с ним давно знакомы? - поинтересовался Хоки, подойдя к столу.
- Нет, относительно недавно. Может неделю, может меньше... - задумчиво произнесла женщина.
- Понятно... - замялся Хоки.
- Я у тебя пережду ливень, а потом уйду, не переживай. Кстати, Нацуко-семпай просил передать тебе ещё... - женщина достала небольшой блокнот и перелистнула пару страничек, - Ага, вот... С АНБУ вопрос решен, они тебя больше беспокоить не будут, и ещё... Господи, включи свет, ничего не видно! - капризно сказала женщина.
Хоки беспрекословно выполнил просьбу, после чего уселся рядом за стол и уставился на свою гостью.
- И ещё, - продолжила та, но остановилась, быстро пробежавшись глазами по записанному, женщина снова рассмеялась.
- Ясно, значит ничего интересного, - хмыкнул Хоки, ибо прекрасно знал, как Нацуко любит подтрунивать над ним. - Наверняка, опять какую-нибудь ерунду попросил исполнить.
- А у тебя случайно нет копий моих записей? - улыбнулась женщина. - Это и правда та ещё ерунда... Сам почитай.
Она протянула Хоки свой блокнот и с довольной ухмылкой уставилась на мальчика.
Записанное в блокноте гласило:
« Если многоуважаемый Хоки Такетори соизволит выполнить следующие задания, то Я с радостью вернусь в его грубое, невоспитанное общество:
• Принести к моему поместью 13 кг моркови самого дорогого сорта и съесть всю эту морковь у меня на глазах.
• Набрать в самой чистой реке воды и принести ее в моё поместье. Сосуд, в котором будет вода, должен быть с дырявым донцем...»
Дальше Хоки не стал читать, ибо первые два задания были абсурдны. К тому же несложно догадаться, что Нацуко решил просто поиздеваться над мальчиком. А Хоки не собирается плясать под его дудку.
- Будешь выполнять? - ехидно спросила женщина.
- Ещё чего. Он наверняка пьян был, раз написал такую ерунду. А у меня нет ни времени, ни нервов на его глупые прихоти.
- Нет, он был совершенно трезвый, - возразила женщина. - Ну, как хочешь. Я лишь могу добавить, что он был серьезно настроен, когда велел мне это передать тебе.
- А что это такое? - спросил Хоки, дотронувшись до свёртка на столе.
Женщина, хмыкнув, пожала плечами. Мальчик, сгорая от любопытства, спешно развернул свёрток и достал небольшой амулет. Весьма простенький, в форме веретенообразного круга из серебра, небольшая цепочка, но внимание привлекал синий, как июльское небо, круглый камень.
- Красивый, но зачем он мне? Я же не ношу всякие там украшения... - спросил Хоки, не переставая разглядывать подарок.
- Может, он перед тобой так извиняется? - скучающе предположила женщина, тоже не отрывая взгляда от синего камешка.
- Мне обычных извинений достаточно, - слегка нахмурившись, сказал Хоки и убрал амулет в карман. - Можете передать Нацуко, чтобы он возвращался? Я собираюсь в Страну Чая за одной вещью, а потом домой.
- Хм, мужчины, всегда ищите что-то вдалеке и не замечаете, что у вас всё перед носом, - недовольно хмыкнула женщина. - Разве это не твой дом? Такая уютная квартирка, живи - не хочу... Ну раз так, то ладно уж, я передам твою просьбу Нацуко-семпаю.
- Спасибо.
Спустя некоторое время женщина ушла, хотя на улице до сих пор поливал дождь, и гремела гроза. Хоки же, переборов усталость, поставил сырую обувь на батарею. За несколько минут вскипел чайник, но мальчик так и не нашел в себе сил налить чаю. Даже как-то из головы вылетело. Хотелось одного - завалиться в кровать под ритм дождя и гром. Переодев мокрую одежду, Хоки рухнул на кровать, а после получасового разглядывания потолка уснул.
Правда, поспать долго не получилось. Хоки проснулся от сильного голода. Целый день ничего не есть, конечно, кишка кишке протест устроит. Но несмотря на это, Хоки все равно не собирался вылезать из кровати. Но пустой желудок был другого мнения. Может, минут десять-двадцать он "играл" симфонию "Голод". Не выдержав этого, мальчик вскочил с кровати и направился на кухню. Ночь была в самом разгаре, поэтому было темно, хоть глаз выколи. Нащупав выключатель, паренёк включил свет и схватил первое, что попалось со стола. Какая-то булочка, а может просто свежий хлеб. Не долго думая, Хоки стянул маску до подбородка и принялся жадно поедать хлеб. Голод не тетка, пирожка не подсунет. Довольный желудок наконец-то замолчал. Вот только сон как рукой сняло! Здравствуй, бессонница!
Хоки недовольно уставился на свой живот:
- Доволен? А мне что теперь делать?
В ответ послышалось слабое, удовлетворённое урчание.
Мальчик подошёл к окну и уставился на ночные и пустынные улицы Конохи. Изредка попадались фонари, освещая шатающуюся троицу после какой-нибудь таверны. Их громкий диалог был хорошо слышен даже на другом конце деревни.
Хоки поморщился. Не любил пьяных людей, особенно, если они себя не контролируют. Встряхнув головушкой, словно отгоняя эту мысль, Хоки открыл окошко и забрался на подоконник. Мальчик вдохнул полной грудью прохладный воздух, из-за чего закашлялся. Настроившись на прогулку, Хоки хотел было спрыгнуть на крышу дома чуть ниже, но притормозил. Нехорошее предчувствие снова подсказывало, что лучше сидеть дома, не совать носу на улицу.
- Я ненадолго, туда и обратно, - успокаивая себя, проговорил мальчик и спрыгнул вниз.
- Ну ты и шлёна, Хоки-кун! - негодующе сказал Нацуко, схватив мальчика за шиворот и затащив к себе на крышу.
- Нацуко! - не сдерживая радости, выкрикнул Хоки и обнял мужчину за шею.
- Господи, да ладно тебе! - пытаясь расцепить руки мальчика, сказал Нацуко. - Мне больно, знаешь ли! Ты меня придушить захотел?
Хоки быстро отпустил Нацуко и, встав на ноги, от души треснул мужчине по голове.
- Получай! Так тебе и надо! - не останавливаясь продолжал мальчик.
- Я тебя сейчас сам поколочу, если не прекратишь! - вскочив на ноги и повернув мальчика в себе спиной, тем самым не давая тому себя ударить, возмутился Нацуко. - Нахал! Как тебе не стыдно? На старшего руку поднимать?
- А как тебе не стыдно просить меня съесть тринадцать килограмм морковки и натаскать тебе воды в дырявом сосуде? А ты меня, между прочим, на произвол судьбы оставил, предатель! Ещё и секреты от меня таишь.
- Какой ранимый, я не могу, - Нацуко закатил глаза, - Ты что, взаправду без меня здесь выжить не сможешь? Неужто я так тебе необходим?
- Я и без тебя хорошо справляюсь, так что не льсти себе, - хмуро отозвался Хоки, выбравшись из хватки Нацуко.
- Молодец, что ещё могу сказать. Может, ты меня в покое оставишь?
- Обязательно, как только ты поможешь мне найти ту самую посылку, из-за которой я попал в это время!
- А самому что, никак? - скрестив руки на груди, поинтересовался Нацуко.
- Никак, - отвёл взгляд в сторону Хоки.
- Если как следует извинишься, то я прощу тебя...
- А я то за что должен извиняться? Это же не я, как последний идиот, отреагировал на предсказание какой-то старухи! Не факт, что это вообще всё правда!
Нацуко нахмурился, видимо, признавал сказанное мальчиком, и уселся на черепицу крыши.
- Да, ты прав, - тихо ответил спустя время Нацуко.
- Ну вот, ты просто привык, что перед тобой все ковриком стелются. Я же так делать не собираюсь...
- Потому что ты у нас с характером? - усмехнулся мужчина.
- Просто не люблю, когда люди считают себя богами всего мира и своевольничают. Если ты решал судьбы других людей, то это не значит, что ты можешь указывать мне, что делать. Для меня ты не какой-нибудь там полубог, а обычный, наглый, самолюбивый человек, чьи прихоти я не собираюсь выполнять.
Нацуко покосился на мальчика:
- Ты ротик то свой прикрой, а то я могу тебя без языка оставить. Я тебя к жизни вернул, второй шанс, можно сказать дал. А могу и отобрать, мне то ничего не будет, а ты пропадёшь.
- Ты же говорил, что если я умру, умрёшь и ты, - обняв колени, сказал Хоки, не воспринимая угрозу всерьёз.
- А я тебе не всё рассказал, чтобы ты опять мне истерику не устроил, - буркнул Нацуко. - Слышал про "мелкий шрифт" в разных договорах, из-за которого многие люди теряют что-то ценное для себя?
- Допустим.
- С тобой так же. Пакт заключен на нашей с тобой крови, поэтому мы оба зависим друг от друга. Ты поставил условие, чтобы я тебя наделил силой, а я поставил своё, что смогу спокойно гулять по миру живых. Но видишь ли, сам пакт и заключается в том, чтобы вернуть обоих в мир живых, поэтому моё условие было озвучено только для тебя, сам же я поставил другое.
- Чего? Какое условие? - нахмурившись, спросил Хоки.
- Я освобождаюсь от контракта. То есть, ты зависишь от моей жизни, а я от твоей нет. Проще говоря, если ты умрёшь, то я буду жить, а вот если умру я, то ты пойдешь прямиком за мной, но я вернусь туда, где был до нашей встречи, а ты исчезнешь, даже если о тебе будут вспоминать.
- Это же нечестно, - резко вскочил на ноги Хоки. - А ты неплохо решил устроится за мой счёт!
- Ладно, ладно, не кричи. Я знаю, что подло поступил. И поэтому, я не хотел тебе ничего рассказывать, заранее зная, как ты отреагируешь. Так что не надо из меня самого плохого делать. Обещаю, что о твоей жизни я буду заботится как о своей.
- Я тебя ненавижу, - сжав руки в кулаки, процедил Хоки.
- Аж страшно стало, - с сарказмом проговорил Нацуко. - Ненавидеть меня - это нормально. Я переживу как-нибудь.
- Разумеется, ты только себя любишь, - хмыкнул Хоки.
- А тебя никто не любит, - улыбнулся Нацуко. - Ты даже сам себя не любишь. У тебя ведь никого нет, чтобы тебя любили. Из-за своих подражаний Шестому, ты очень похож на него, в последнее время даже характером. А я его терпеть не могу, вечно надменная рожа, и что ты в нем нашёл? Не удивлюсь, если ты проживёшь всю свою жизнь, прямо как он - в одиночестве.
- Специально это говоришь, да? - улыбнулся Хоки, прекрасно зная, что Нацуко опять издевается.
- Конечно, это специально, чтобы тебя позлить. Давно я тебя в таком расположении духа не заставал, - ехидно сказал Нацуко, не тая улыбки.
- Мне всё равно, можешь не стараться. Просто помоги найти посылку и всё.
- О Господи, и чем тебе здесь не нравится? - прикрыв глаза ладонью, спросил Нацуко. - У тебя тут клан, а ты, бестолочь, даже не додумался поискать его. Жил бы с ними, с восьмой командой на миссии ходил, войну бы увидел, может, поумнеешь после таких времён.
- Мог бы сразу сказать, что не собираешься со мной возвращаться.
- И не буду. Там меня ждёт ровным счётом ничего, как и тебя. А здесь хорошо. Посмотри, как красиво в Конохе ночью! Ты когда-нибудь такую ночь видел в своём времени? Ты ведь как только домой приходил, сразу в кровать. А сейчас прямо в домашнем на прогулку потащился. Чего дрожишь, холодно?
- Ты слишком много говоришь, вот я и продрог, а недавно дождь был. Как тут не замёрзнуть? - обняв себя за плечи, спросил мальчик.
- Теплокровный какой, - Нацуко снял свой плащ и накинул на Хоки, - Ты ещё заболей, чтоб для полной картины.
Мальчик закутался поглубже в теплый плащ и с улыбкой посмотрел на Нацуко.
- Довольный, раздел меня и стоит, жизни радуется, нахал, - поёжился от холода мужчина.
- Вообще-то, ты сам. Я же не виноват, что ты такой милосердный, - улыбнулся сквозь маску Хоки.
- А не мог бы ты повторить? А то я слышал только "наглый" и "самолюбивый".
- Ещё чего, - возмутился Хоки. - Если ты мне ещё горячий чай приготовишь, то скажу.
- Шантажист, неужели понял, что эти слова для меня, как бальзам на душу?
Уже в доме мальчик спросил:
- Так ты поможешь найти посылку? - Хоки прижал к себе кружку с горячим чаем.
- А куда мне деться? Ты меня загрызешь со своими "ненавижу". Но сначала я свожу тебя к твоему клану, посмотришь, может, передумаешь возвращаться в свое унылое время.
- И не надейся! Я к себе домой хочу, - возразил мальчик.
- Посмотрим, как ты запоёшь. Ты ещё ребенок, поэтому потянешься туда, где приласкают и вкусно накормят, - Нацуко сделал глоток чая из своей кружки, - К тому же, я не раз уже наблюдал за твоим кланом. Люди добрые, только мне их глава не нравится. Скупой больно да ещё мальчишек и девчонок сечёт розгами по субботам за провинности.
- Да? - вспоминая слова старухи, тихо спросил Хоки.
- Ага, - довольно кивнул Нацуко. - Я ещё тогда подумал, хорошо, что я от контракта отказался, иначе тебя за твой язык уже забили бы до смерти.
Хоки фыркнул от смеха, по-прежнему обнимая кружку.
- А за что он детей так сурово наказывал?
- Ну, помню, девочка, лет десяти, несла кувшин с водой, а ее мальчишки с ног снесли. Кувшин с водой разбился, а детям сначала от матерей попало, а потом их прислуга высекла по приказу главы. А он стоял и улыбался. Знаешь, будто перед тобой самого заклятого врага избивают? Вот так же смотрел, старый козёл. Чего смеёшься? Я тебе что, шутку рассказываю?
- Нет, просто мне в диковинку, что ты умеешь плохих людей от хороших отличать.
- В диковинку ему... - недовольно хмыкнул Нацуко. - Я всех людей ненавижу, которые детей колотят. Если бы анбу тебе что-нибудь сделали, я бы им руки вырвал и закопал живьём. С собаками не найдут. Чего опять смешного? Тебе палец покажи, ты уже по полу будешь кататься, или как?
- Ты это специально говоришь, чтобы себя в лучшем свете показать или ты меня правда защищать бы стал?
- Первый вариант хорош, даже очень, - Нацуко ехидно улыбнулся, - но я выбираю второй. На тебя без слез не взглянешь. Ты после первой же розги в агонии метаться будешь - неженка потому что. Тебя же никто не порол, когда ты в своем времени был. А здесь даже за пролитый чай до полусмерти избивают.
- Значит, я тебе дорог. А ты говорил, что я никому не нужен и меня никто не любит.
- Во-первых, я это специально сказал, а во-вторых, я всех детей люблю, поэтому никого в обиду давать не собираюсь!
- Это твои отговорки, - покачал головой Хоки. - Признай, если бы я страдал, ты бы не вынес этого, вот и всё.
- Губу закатай. Ты таких слов не достоин, - громко поставив чашку на стол, сказал Нацуко.
- Это только пока, но всё же, ты их для меня припрятал, да? Я же знаю! - не унимался мальчишка.
- Спать иди, неугомонный, долго с чашкой обниматься будешь? Она тебя, знаешь ли, долго греть не будет, а ты и глотка не сделал. Продукты только на тебя перевожу, нахлебник.
- И тебе спокойной ночи, Нацуко! - исчезнув в коридоре, сказал Хоки.
- Нахал, неужели у меня научился? - сказал себе под нос Нацуко, сунув грязную чашку под теплую струю воды из крана. - В плаще моем удрал, и как я сразу не заметил?
Когда мужчина закончил мыть посуду, сразу направился в комнату к Хоки. Зайдя без стука, Нацуко крикнул:
- Вор малолетний, немедленно возвращай мне плащ. Ты хоть знаешь сколько он... - Нацуко осекся, увидев спящего мальчика под своим плащом. - ... стоит.
Нацуко скрестил руки на груди, размышляя, забрать ли свою вещь у спящего ребёнка или нет.
- Терпеть тебя не могу, совсем ещё шкет, а по больному умеет бить, - недовольным шепотом проговорил Нацуко, усевшись на стул перед кроватью мальчика. - Вот сейчас закатаю, как шаурму, будешь знать, нахал. Или на улицу вынесу, пусть народ любуется. Под одеялом то не спится, надо у людей плащи сдирать, хороший план, Хоки-кун. Мстишь и не краснеешь.
Хоки что-то сказал невнятное и перевернулся на другой бок.
- Не дай бог, ты его помнёшь, я тебя на растерзание главе клана Такетори оставлю, - с болью в глазах сказал Нацуко. - Ладно, так уж и быть, спи, наслаждайся, но учти, это в первый и последний раз!