Поездка в прошлое

"Est-ce qu'il y a un démon à l'intérieur de moi?"
                                         Нацуко.              

Постепенно ночь побеждала день, и небо становилось темным полотном, на котором сверкали маленькими точками звёзды.

Нацуко шел спокойной походкой, придерживая Хоки за плечо. У обоих на лице царила усталость, только вот сна ни в одном глазу. Говорить о чем-то не хотелось вовсе. Хоки и так долго ругался на Нацуко за его глупые, как ему показалось, розыгрыши. Мужчина лишь улыбался уголками губ и молчал. В голове была лишь одна мысль: как только он, Нацуко, уйдет от Хоки навсегда, то ему очень пригодятся и скучные нравоучения, и предсказания, и... катана?

Нацуко покачал головой, прекрасно понимая, что отдавать Хоки катану очень неразумно. Мало того, что он кендзюцу от слова совсем не владеет, так ещё сама катана все равно вернётся обратно к Нацуко из-за проклятия. А если и не вернётся, то Хоки просто не сможет контролировать "желания" катаны. К тому же, разве Хоки отпустит Нацуко просто так? Ага, как же. Об этом можно только мечтать!

Всё это время Хоки наблюдал за задумчивым Нацуко. Давно он не видел своего проводника в таком долгом размышлений. Хотелось прокрасться к нему в голову и узнать все тайны, но Хоки не Иноджин, чтобы проникать в чужой разум. А почему бы нет?...

"Обязательно попрошу Иноджина или Сая научить меня подобной технике. А может сразу через Ино-сан..." – подумал Хоки.

Внезапно Нацуко свалился с ног и уткнулся лицом в землю. Хоки смог удержать равновесие, поэтому Нацуко не удалось утянуть мальчика за собой.

– Нацуко, ты устал? Может передохнём? – спохватился Хоки и присел рядом.

– Хоки-кун... – Нацуко присел на земле и нахмурил узкие черные брови. – Хочешь, я тебе ногу сломаю, чтобы у тебя навсегда исчезло желание ставить мне подножки?!

– Что? Я ничего не делал, ты сам упал! – резко поднявшись на ноги, оправдывался мальчик.

– Не делал он... А кто тогда? – Нацуко встал. – Здесь кроме нас никого больше нет!

Хоки оглянулся по сторонам и уставился себе под ноги.

– Смотри! Вот из-за чего ты...

– Кошель, серьёзно? – усмехнулся Нацуко и поднял заинтересовавшую вещь. – На удивление, полный. Кто же такой растяпа?

– Нацуко, оставь его здесь, пусть лежит, – с опаской произнёс Хоки, снова оглянувшись по сторонам.

Нацуко искоса посмотрел на мальчика, как бы упрекая:

– Я что, на вора похож? Мне эти деньги как черепахе палатка нужны, – Нацуко небрежно бросил кошелек на землю. – Всё, пошли. Здесь неподалеку есть деревня, шумно в ней правда, зато не надо беспокоиться насчёт каких-нибудь бандюг, которые не постесняются обворовать, пока мы спим под открытым небом.

– Что у нас воровать? – удивился Хоки. – У меня только боевое снаряжение, а у тебя проклятая катана и обгоревший плащ... Зачем им это?

– Ладно, ты прав, – нехотя согласился Нацуко. – Но мне спокойнее, когда есть крыша над головой. Пойдем.

Хоки побрел следом за Нацуко, ощущая напряжение в ногах. Слишком долго они шли без отдыха. Хоки уже позабыл, что такое тихий вечер на диване с книгой в руках после таких долгих приключений.

В деревне, больше похожей на яркий, шумный городок, отовсюду слышались песни, по улицам шли десятки людей. Это немного напрягало и Хоки, и Нацуко.

– Господи, я надеюсь, что стены в гостинице толстые... – устало произнёс Нацуко, придерживаясь левой рукой за ножны.

– Светло, как днём... – выдохнул Хоки.

Среди ярких вывесок, разноцветных фонарей и громкого фейерверка на темном небе можно было потеряться. Глаза разбегались при виде красочных зрелищ то тут то там, порой и не заметишь, как ноги сами поведут на громкий концерт или выступление проворного фокусника, и ты ничего не можешь с этим поделать.

– Хоки-кун, не отходи далеко. Потеряешься, а мне потом искать тебя, – Нацуко взял мальчика за руку и повел сквозь толпу к ближайшей гостинице.

Хоки шел неохотно, ибо хотелось рассмотреть все краски этой деревни. Не одно так другое приковывало к себе внимание, заставляя реагировать как сорока на блестящую вещицу.

– Нацуко, не тяни так, ты мне форму растянешь! – возмущался Хоки, когда его чуть ли не тащили вперёд мимо громкоговорящих, слегка на веселе людей. Все они здесь собрались с одной целью – как следует отдохнуть и расслабиться.

Вся улица была заполнена танцорами, иллюзианистами и прочими людьми, умеющими развлекать публику. Каждый мастерски выполнял свою работу, за что получал горы золотых монет и бумажных купюр. Что в этом такого? И человек заработал себе на жизнь и народ повеселил, все счастливы и довольны. Что ещё нужно, чтобы жить достойно а этом городке?

– Тогда как мне ещё тебя довести до Страны Чая в целости и сохранности, если ты упёртый, как осел? – стараясь сдвинуть Хоки с места, в ответ возмутился Нацуко.

– Ладно, пошли, – сдался мальчик и потянул Нацуко за собой.

– Сразу бы так!

Заселившись в одном из номеров гостиницы, Нацуко сразу же загнал Хоки в кровать, объясняя это тем, что, мол,  время позднее, всем детям спать пора. Однако сам вернулся спустя час-два, при этом ни словом не обмолвившись о ночной прогулке, после которой преспокойно лег в кровать, отвернувшись к стене.

– Нацуко, – прошептал Хоки, приподнявшись на локтях.

– Мне надо тебе колыбельную спеть, чтобы ты заснул, или как? Я устал. Никогда так не уставал почти за один месяц, и все из-за тебя, поэтому, если в тебе осталось хоть капля сострадания, оставь меня в покое, – с ноткой раздражения проговорил Нацуко, накрывшись одеялом по самый подбородок.

Хоки обиженно хмыкнул и тоже отвернулся к стене.

В последнее время Нацуко чересчур много бухтит, это ни для кого не секрет. Но разве он, Хоки, виноват, что его перебросило в другое время? В этом стоит винить людей, которые не предусмотрели этого и никто иной, как они, должны понести за это ответственность. Не надо валить все шишки на крайнего человека, тем более если это ребенок. Детское сознание трудно предугадать, и слава богу Хоки не из тех, кто предпочитает убегать от проблем весьма... специфическими способами.

– Наверно, мне не стоило соглашаться на предложение Шестого... – тихо произнёс Хоки, совершенно не беспокоясь, что Нацуко его услышит. – И почему мне выпала такая честь? Наверняка, это Сай посоветовал, кому же ещё, правда, зачем?

– Ты прекратишь бубнить, я тут пытаюсь уснуть, а твои "бу-бу-бу" мне очень мешают, – проворчал Нацуко.

– Тогда я лучше выйду, поговорю сам с собой и мне станет легче, а ты можешь дальше продолжать спать, будто ничего не происходит! – Хоки вскочил с кровати, еле выбравшись из одеяла-кокона, и вышел в коридор, громко захлопнув за собой дверь.

Охраны у входа в гостиницу не было, и мужчина на ресепшене тихонько дремал, поэтому Хоки без особого труда вышел на крыльцо и уселся на ступеньку.

– Так, – решительно произнёс Хоки и сложил руки в замок. – Допустим, Сай попросил Шестого доверить эту миссию  мне. Помнится, что эта посылка была от загадочного адресата, который настаивал, чтобы эту посылку доставил чуунин. Глуповато со стороны бывшего Хокаге доверять посылку такой зелени, как я, тем более, если не известно содержимое посылки... Может там бомба... или ещё чего похуже! В добавок отправить хотели всю 25-ую команду, но остановились на одном человеке, на мне, – Хоки замолк ненадолго, после чего резко вскочил на ноги. – Почему я не думал об этом раньше? Почему не сразу, в вагоне? Это же очевидно... Была бы Хако рядом, то обязательно бы заметила эти несостыковки, но нет же! – Хоки опустился обратно на ступень. – Я ничего не могу без своей команды... – мальчик задрал голову к небу: – Это вы хотели проверить, да, господин Шестой?

В голове вертелся лишь один вопрос: почему? Где же он так оплошал, чтобы получить такое наказание? Что мешало просто усомниться как всегда в возможностях 25-ой команды и доверить эту посылку совершенно другому чуунину, более опытному? Зачем эта игра, если не известны правила? А если бы Хоки просто досидел в вагоне, пока не нашли бы те самые преследователи, то что бы было тогда? Подумаешь, не встретил 7-ую команду, не грозила бы смерть от меча Забузы, не было бы встречи с Нацуко и всех этих изматывающих приключений! А всё из-за этого деревянного ящика!

– Тук-тук, есть кто дома? – раздался голос за спиной. Нацуко постучал костяшками пальцев по косяку дверей и, зевнув, присел рядом.

Хоки уткнулся носом в колени и закрыл голову руками.

– Ты что, плачешь? – Нацуко широко улыбнулся и склонил голову вниз, чтобы разглядеть лицо Хоки, но попытка была тщетна. – Хм, а я бы на твоём месте слезы не ронял, а то на утро проснешься с распухшим лицом, и... глаза будут... болеть.

Тишина.

Нацуко, подперев щёку рукой, сонно наблюдал за тлеющими огоньками ночного городка у подножия холма, на котором находила гостиница.

– Ты слишком тихо плачешь, Хоки-кун. Я ничего не слышу, поэтому не жди, что тебя пожалею. Плачь громче! Чтобы весь мир слышал, как тебе больно, как тебе жалко самого себя, – Нацуко краем глаза посмотрел на Хоки, который неизменно сидел в своей позе. – Возможно, ты когда-нибудь слышал об этом, но я все же скажу. Любые эмоции надо высвобождать, не всегда их удается скрывать под маской. Рано или поздно наступит тот самый предел, та последняя капля, и здравствуй эмоциональный срыв. Используй любую возможность выпадать свои эмоции. Многие творческие люди выражают свои эмоции с помощью своего творчества. Музыканты с помощью музыки, танцоры с помощью танцев и подобное. А уж если у тебя нет подобных увлечений, то почему бы не заорать что есть мочи посреди людей, а потом как ни в чем не бывало идти дальше по своим делам? Пусть на тебя посмотрят, как на сумасшедшего, но, поверь, тебе станет легче. Как бы ни была прочна плотина, в ней всегда найдется маленькая брешь, через которую спустя какой-то промежуток времени прорвется всё, что накопилось.

– Со мной всё нормально, хватит меня утешать, – приглушённо отозвался Хоки.

– Нормально? Ты называешь это состояние нормальным?! – внезапно вспылил Нацуко. – Все вы подростки такие, говорите: "Нормально, нормально!", а потом что? Потом то что?! Ничего у тебя не нормально, хватит врать... Я не слепой, вижу всё. Знаешь сколько у меня таких "подопечных" с крыш бросалось?

Хоки чуть выпрямился и слегка покачал головой.

– Угу, вот и нечего тебе знать, – буркнул Нацуко. – Иди-ка ты спать, дорогой мой! Думаешь всё, думаешь, а толку от твоих размышлений ноль. Круглый такой, пустой и бесполезный, – Нацуко обвел в воздухе пальцем овал. – Как в твое время придём, так и прижмем к стенке всех участников этой сложнообъяснимой ситуации. Уж после всего этого я сидеть и молчать не собираюсь! Такой тарарам в вашей Конохе наведу, устанете разгребать!...

Своей "воодушевляющей", но немного устрашающей речью Нацуко удалось заставить Хоки улыбнуться. Трудно представить, как Нацуко разнесёт в клочки и щепки целую деревню, особенно в тех масштабах, что при Седьмом, но достать всю резиденцию Хокаге и всех ее "жителей" у Нацуко несомненно получится. И это только расспросами насчёт перемещения во времени!

– Как думаешь, что было в той посылке? – спросил Хоки, глядя под ноги. – Что в ней такого, чтобы за ней охотились и при этом "оно" смогло перекинуло меня в прошлое?

– Тебе не кажется, что ты и так достаточно поднапряг свою бедную головушку? – пожал плечами Нацуко. – Может спать?

Хоки нахмурился:

– Ты каким-то чудом видишь моё будущее, и при этом не знаешь, что находится в посылке?

– Я не обладаю бьякуганом, если тебе интересно, к тому же я вижу только твоё будущее, а не будущее посылки.

– Но эта посылка связана со мной, значит я когда-нибудь да узнаю, что она в себе хранит, так почему тебе просто не сказать мне?

Нацуко прикрыл лицо руками.

– Как же с тобой сложно! С чего ты взял, что тебе вообще суждено узнать, что внутри этой посылки?! Может, ты во второй раз умрёшь, может, ты вернёшься в свое время без ее помощи, я не знаю и знать не желаю! Я вижу множество веток твоего будущего, но это не значит, что они все верны. Ты сам, своими руками выстраиваешь свою судьбу, я лишь наставляю на хорошую концовку!

Повисло неловкое молчание, которое длилось до тех пор, пока Нацуко не покинул крыльцо, почти скрывшись за дверью.

– Хоки-кун, не сиди долго, ладно?

В ответ лишь молчание.

– Пока в твоей жизни черная полоса, но скоро она закончится, уж поверь мне... Я тебе перестану надоедать, и ты больше не будешь создавать мне проблем... В твоей жизни появится отец, и все будет хорошо. Вы с ним каждый вечер, словно по старой семейной традиции, будете смотреть на Коноху с высоты монументов Хокаге, поделив между собой фруктовый лёд. М-да, так все и будет...– Нацуко замер в дверном проёме, собираясь сказать что-то ещё, но передумал и тихо скрылся за дверью.

– Интересно, какую историю мне отец расскажет, когда я его увижу? – спросил сам себя Хоки. – Если повезет, то выведаю, где он с мамой пропадал все это время.

Просидев так до рассвета, когда шум в ярком городке у подножия холма постепенно стих, Хоки поднялся на затёкшие ноги и побрел в свой номер. Однако зайти туда мальчику не удалось. Около соседней двери стояла небольшая группа людей, которые обменивались шепотками между собой.

Хоки подошёл поближе и оторопел. Из-под дверной щели сочилась кровь, постепенно нарастая в большое пятно, переходившие в маленький ручеек, стремительно пробегавшего по деревянной половице и прошедшего под дверью номера, который снял Нацуко.

Группа людей, заметив Хоки, сразу обратила свои взгляды на него, а потом на ручеек крови к противоположному номеру.

– Мальчик, шел бы ты отсюда.

– Но я... – замялся Хоки.

– Чего ты там мямлишь, говори чётче! – потребовала женщина в сером кимоно. – Если что-то видел, то тебе лучше остаться здесь до прихода детектива. Он будет с минуты на минуту.

– Нет! Я ничего не видел... Я пойду, наверно, – поторопился сказать Хоки и прошел мимо своего номера.

Завернув за угол, мальчик стал внимательно вслушиваться в разговор людей. Они все разом высказывали свои догадки и подозрения, обвиняя того или другого человека в преступлении. Из-за этого гомона Хоки ничего не мог толком разобрать. Однако, в скором времени пришел детектив: мужчина с серебристыми волосами, торчащими в разные стороны и блестящими в свете настенных фонарей. На его лице царила надменность, даже немного усталость. Из-под нависших прядей волос показывалось два миндалевидных черных, как космос, глаза. Такие пустые, холодные и... пронзительные. Была ещё одна деталь, которую заметил Хоки – у мужчины была бледная, мраморная кожа, но это не было недостатком, наоборот, лишь подчеркивало красоту таинственного детектива.

– Я вас приветствую, господа, в столь чудную ночь в этом шумном городе, – медленно, растягивая каждое слово, произнёс детектив. – Позвольте осмотреть место преступления, это очень поможет в дальнейшем расследовании. Я очень надеюсь, дорогие господа, что вы не затоптали возможные следы преступника.

Хоки почувствовал, как по спине пробежали мурашки, когда мужчина выделил слово преступник и посмотрел в сторону мальчика. Хоки прижался спиной к стене, чувствуя, как пристальный взгляд прожигает спину даже через стену и других людей.

– Я вхожу... – произнёс детектив и повернул дверную ручку.

Хоки выглянул из-за угла, изо всех сил стараясь увидеть картину преступления, но из-за широкой спины детектива ничего нельзя было рассмотреть.

– Господин Кио, это леди Аими, она здесь частая посетительница. Всегда выбирает именно этот номер... – начала говорить старая женщина в темном платье и злобными, как показалось Хоки, ядовито-зелёными глазами.

– Не стоит утруждать себя, госпожа, я сам во всем разберусь и сам всё узнаю. Мне не нужна людская помощь, вы, люди, бессильны против существа, забравшего жизнь этой женщины, – проговорил детектив и коснулся лужицы крови на полу. Пальцы испачкались в ярко-алой крови, и мужчина положил их в рот. Он долго распробывовал вкус человеческой крови, после чего облизнул бледно-розовые, тонкие губы и улыбнулся. – Убийца в этой комнате, – детектив указал на дверь противоположного номера, но сам при этом не повернул головы, разглядывая лужицу крови на полу. – Убийца – мужчина средних лет, имеет длинные, черные волосы, забранные в пучок с помощью серебряной кандзаси. Он носит катану на поясе, имеющую очень... темную историю. Вместе с ним есть маленький мальчик, что не принадлежит этому миру, здесь он чужой.

Хоки вздрогнул.

"Как он это сделал? Он же только испробовал крови леди Аими. Как такое возможно? Нацуко! Зачем ему убивать эту женщину? Он же клялся, что не убьет ни одного человека. Значит, она на него напала или... нет, это глупо! Как она могла причинить мне вред, находясь на втором этаже гостиницы, пока я сидел на улице?"

– Глупец... – процедил детектив Кио. – Он даже не прячет улики... Безмятежно спит, словно и не творил ничего, – мужчина резко повернулся к двери противоположного номера и грубо открыл ее с ноги. Та с громким ударом о стену распахнулась.

– Какое право вы имеете внедряться в чужой номер?! – в мгновение ока Хоки перегородил дорогу детективу, расставив руки в стороны.

– Мне не нужно право, чтобы входить куда-либо. А ты, – мужчина взял Хоки за подбородок и поднял голову мальчика, разглядывая фиалковые глаза-угольки. – зачем защищаешь демона в этой комнате? Глупый мальчик, совсем не разбирается в людях, верит всем, кто подарит ласковую улыбку, – Кио улыбнулся, прикрыв глаза. – А самое главное – ты не из этого мира... Ошибка, которой не должно быть здесь, таким не место в этом мире. Надо немного... подправить это недоразумение.

Детектив достал из ножен на поясе короткий клинок и мастерски покрутил его в руке. Холодный метал словно издавал синеватый свет, едва уловимый для обычного глаза. Не долго думая, Кио замахнулся клинком, придерживая Хоки за плечо, чтобы мальчик не убежал. Одним лёгким движением лезвие клинка почти коснулось щеки Хоки, замерев паре миллиметров. Почти.