Эхо над бездной
Металлический скрежет обшивки под давлением глубины сливался с пульсирующим сигналом радара. Десятки точек на экране НАТО сжимали кольцо. В замкнутом пространстве субмарины запах озона и страха стал почти осязаемым.
— Они готовят серию глубинных бомб, — голос Нико в наушниках Элены дрожал от статики. — Если они ударят в этом секторе, нас просто расплющит о скалы. Резонанс в замкнутой впадине — это верная смерть.
Риккардо тяжело поднялся, опираясь на плечо Луки. Его лицо было серым, но взгляд — тем самым, который заставлял капо всей Италии склонять головы.
— Консул, — прохрипел Дон, глядя на члена Совета. — У тебя есть прямая линия с Брюсселем?
— Была, — Консул горько усмехнулся, вытирая кровь со лба. — Пока ваш тесть не превратил мою базу в пыль. Сейчас мы для них — призраки, укравшие ядерный архив. Они не будут слушать. Они будут стирать.
Элена медленно подошла к центральному пульту связи. Её пальцы коснулись сенсорной панели. Она видела графики частот, видела, как архив «Омега» пульсирует внутри системы, словно живое сердце.
— Они не будут слушать слова, — тихо произнесла она. — Но они услышат музыку.
— Элена, нет... — Риккардо сделал шаг к ней. — Если ты откроешь канал, они запеленгуют нас за секунду.
— Они и так нас видят, Риккардо. Но они думают, что мы — террористы с бомбой. Им нужно показать, что мы — те, кто держит их всех за горло.
Она посмотрела на Нико через камеру терминала.
— Нико, выведи мой аудио-интерфейс на все открытые частоты НАТО. Включая гражданские каналы. Пусть это услышит каждый адмирал в радиусе пятисот миль.
— Элена, это безумие... это глобальный шантаж! — воскликнул хакер, но его пальцы уже лихорадочно летали по клавиатуре. — Канал открыт. Через пять секунд Сицилия, Мальта и половина Европы услышат твой сет.
Элена надела наушники. Она вызвала из памяти самый сложный, самый «грязный» трек из своего архива. В нем были зашифрованы не просто номера счетов, а личные переговоры министров обороны, записи, которые могли обрушить правительства десяти стран.
Она нажала «Play».
Низкочастотный гул, похожий на стон раненого зверя, ушел в бездну, а затем, через спутниковые ретрансляторы, ворвался в динамики военных кораблей над ними.
— Говорит Элена Витале, — её голос, спокойный и холодный, наложился на ритмичный бит. — В этом звуковом потоке — первые десять страниц архива «Омега». Если первая глубинная бомба коснется воды, я запущу скрипт автоматической публикации полной базы в Даркнет. Каждые пять минут тишины я буду выдавать по одному коду доступа к вашим секретным операциям.
Она сделала паузу, чувствуя, как Риккардо подошел сзади и положил руку ей на плечо. Его присутствие давало ей силы не сломаться.
— Первый код ушел, — произнесла она. — Проверьте счета министерства финансов Франции. Там только что стало на миллиард евро меньше. У вас десять минут, чтобы отозвать флот и дать нам коридор к Сицилии. Время пошло.
На экране радара точки замерли. Десятки стальных монстров над ними застыли в нерешительности.
— Ты только что объявила войну всему миру, — прошептал Консул, глядя на неё с нескрываемым ужасом и восхищением.
— Нет, — Элена сняла наушники. — Я просто установила правила игры. На этой глубине мы все диджеи своего ада.
Внезапно субмарину тряхнуло. Не от взрыва. От мощного магнитного захвата.
— Элена! — заорал Нико. — Это не НАТО! Это... это частный флот! Подводный док «Левиафан»! Твой отец... он не на катере! Он под нами! Его субмарина-матка зажала нас в клещи!
Из динамиков рубки раздался смех Стефано Витале, искаженный помехами:
— Хороший сет, дочка. Весь мир слушает. Но ты забыла, кто учил тебя сводить треки. Я иду за своим архивом.