Его дар - его же проклятие

     Неизвестно, сколько бы продлилась эта немая сцена, но тут у Джона зазвонил телефон. Это был его агент, до которого дошли слухи, что Ватсона прямо из дома забрали копы и увезли в участок. Джон хотел было спросить, как его агент умудряется все всегда узнавать, но решил, что сейчас разборки не уместны.

Пока он говорил по телефону, инспектор вызвал Оливера и приказал ему привезти «банкира» для беседы.

Постаравшись вкратце объяснить ситуацию, Джон попрощался с агентом, пообещав перезвонить, когда покинет участок. Положив трубку, он подумал, что вряд ли будет перезванивать.

— Простите, это мой агент, — извиняющимся тоном сказал Джон. — Я вам еще нужен? Или мне можно оставить показания и идти?

— Определенно, вы нам нужны, — ответил за инспектора Шерлок. — И просто показаний будет недостаточно. Думаю, инспектор согласится, что вы довольно неплохо рассуждаете, — Лестрейд в подтверждение кивнул. — Как я уже говорил однажды инспектору, мне невыносимо общество идиотов, даже если они могут быть источником важной информации. Поэтому, допросы я обычно оставлял инспектору и его подчиненным, но вы — другое дело. Да, вы не идиот и, думаю, что работая вместе, мы справимся быстрее, намного быстрее, чем я изначально предполагал.

Вся эта речь вызвала у Ватсона странное желание рассмеяться, настолько сильное, что он едва сдержался, но на лице все равно возникла улыбка. Потому что по какой-то непонятной причине Джон был рад, да, он был чертовски рад услышать эти слова.

— То есть, вы хотите узнать, помню ли я еще какие-нибудь детали? Что-то, чего нет в записях с камер? Какие-нибудь мелочи, о которых меня не спросит обычный человек, но которые могут оказаться важными, не так ли? — спросил он, решая сразу выяснить, что детектив имеет в виду под помощью.

— Да, но не только. Еще я хочу чтобы вы кое-куда со мной пошли, — ответил Холмс. — В одно место, где мы вполне вероятно сможем найти зацепки, а может быть и самих преступников.

— Вы говорите о том ночном клубе, где в ночь перед ограблением отдыхал погибший грабитель? — уточнил Джон.

— Да, именно о нём, — сказал Шерлок, улыбаясь. — Вижу, вы тоже заметили на его руке печать.

Наблюдая за происходящим, Лестрейд почувствовал себя еще неуютнее, чем при обычном разговоре с Холмсом. Раньше он успокаивал себя тем, что детектив такой один — исключение из общей массы, феномен природы, — а значит то, что он не понимает его полностью — совершенно нормально. Но сейчас, наблюдая за тем, как доктор Ватсон легко воспринимает все сказанное Холмсом, за тем, как они непринужденно рассуждают над деталями этого дела, инспектор вдруг почувствовал себя идиотом.

— А вы знаете, печать какого заведения была на парне? — спросил Джон с легким беспокойством. Ему-то этот клуб был знаком, но признаваться в этом совершенно не хотелось.

— Знаю и собираюсь уже сегодня вечером туда сходить. А вы составите мне компанию, — спокойно сообщил Холмс.

Джон вдруг почувствовал себя ужасно старым, но чем-то идея этого безумного гения ему приглянулась. Взвесив все за и против, он все-таки кивнул. Довольный его согласием Холмс направился к выходу, сообщив, что будет ждать Ватсона вечером у входа в то самое заведение. И, уже взявшись за ручку двери, подмигнул и сообщил адрес.

После этого, Джон провел в участке еще целый час в обществе сержанта из команды инспектора Лестрейда, давая показания по всей форме и заполняя протокол. На выходе он заметил Оливера, спешащего в кабинет инспектора с обеспокоенным, но в то же время предвкушающим видом, как у мальчишки на пороге приключения. Машинально отметил: «стажер, первое расследование, вернулся без «клиента» за которым его послали, взбудоражен, похоже, тот исчез». Ватсон тут же выкинул его из головы и отправился домой, размышляя всю дорогу, что ему надеть в тот клуб и почему он вообще согласился.

***

В то же самое время, на другом конце города в довольно обшарпанном номере скромного отеля пропавший работник банка сидел в старом, таком же обшарпанном кресле, на полу возле которого стояла ополовиненная бутылка виски.

Выглядел он чертовски плохо. Впрочем, сочетание ранения, лекарств и алкоголя мало кого красит. Волосы его были взъерошены, а повязка, наложенная на ухо, пропиталась кровью. Усталость, потеря крови или, скорее, совокупность этих фактов, придали коже мертвенно-бледный оттенок, а под глазами очертили ужасные темные круги.

Он был одет в белую рубашку и темные брюки, в которых еще угадывалось их качество, но одежда выглядела крайне неряшливо. Возможно, из-за того, что он в ней спал, возможно, из-за пятен крови, создававших довольно угнетающее впечатление.

На столике возле кресла лежал телефон и револьвер. Взяв телефон, он набрал номер и приложил его к здоровому уху. Сперва были гудки, но вскоре ему ответили.

— О, ты таки выбрался, — обрадовался женский голос.

— Нет, я попался, — ответил он и, подняв с пола бутылку, сделал пару глотков. — Я оплошал и босс сообщил мне об этом вчера вечером, — сказав это, он посмотрел в сторону двери, у которой до сих пор стояла коробка, от одного вида которой его передернуло. — Знаешь, я не дома. Прячусь в каком-то вшивом отеле, а он мне прислал голову моего любовника. Прямо сюда. Чертову голову, а еще записку о том, что следующая пострадавшая голова будет либо моя, либо моей сестренки. Поэтому, сестричка я...

— Стоп, что ты собрался делать? — перебила его напуганная девушка.

— Не бойся, сестренка, я сделаю то, что надо, — сказал он и попытался улыбнуться, но получилось не особо хорошо. Затем облизнул пересохшие губы и, наконец-то произнес то, ради чего звонил. — Знай, я тебя всегда любил, — сказав это, он отключил телефон.

Встав с кресла, он отправился на кухню, засунул телефон в микроволновку и включил ее. Нельзя было допустить чтобы кто-то вышел на его сестру из-за его невнимательности. Вернувшись в комнату, он допил остатки виски и, взяв со столика револьвер, засунул дуло себе в рот.

Затем он нажал на курок. Раздался выстрел — и вот мозги уже второго из компании грабителей банка разлетелись в стороны.

Звук выстрела разбудил старушку, которая рано утром заселилась в соседний номер и после ночи, проведённой в поезде, решила вздремнуть. Перепуганная женщина и вызвала полицию.