Точка излома
Подвал поместья не был похож на элитный фитнес-клуб. Это был стерильный бетонный бункер, залитый холодным неоновым светом, пахнущий резиной и старым железом. Когда Вивьен вошла туда ровно в шесть утра, Джейс уже был там.
Он был без футболки. На его спине, перекатываясь под кожей как живые узлы, бугрились мышцы. Вся его левая лопатка была покрыта старым ожогом — рваным, неровным, напоминающим карту ада. Тот самый пожар, о котором он говорил.
Он отрабатывал удары по тяжелой груше. Глухие, костедробильные звуки ударов эхом отскакивали от стен.
— Подойди, — бросил он, не оборачиваясь.
Вивьен сделала шаг вперед. На ней были короткие шорты и спортивный топ. Она выглядела слишком хрупкой для этого места, как бабочка, залетевшая в камеру пыток.
— Ты сказала, что хочешь быть соучастницей, — Джейс наконец остановился и повернулся к ней. По его груди стекал пот, блестя в неоновом свете. — Но соучастник — это не тот, кто стоит в стороне и красиво выглядит. Это тот, кто может выжить, когда план летит к чертям.
Он подошел к ней вплотную. Его рост и мощь подавляли.
— Твой отец не просто вор. У него есть целая сеть «безопасников». Если мы пойдем на прием, тебя попытаются увести. Тихо. Без шума.
Он внезапно, без предупреждения, схватил её за горло — не сжимая, но блокируя пути к отступлению. Вивьен задохнулась от неожиданности, её спина ударилась о холодную бетонную колонну.
— Что ты сделаешь, когда чья-то рука зажмет тебе рот в темном коридоре? — прорычал он. — Будешь делать реверанс?
— Пусти… — прохрипела она, пытаясь оттолкнуть его каменные предплечья.
— Нет. Бей меня.
— Джейс…
— Бей! — его голос хлестнул как кнут. — Или возвращайся в свою комнату и жди, когда тебя снова продадут кому-то подороже.
В глазах Вивьен вспыхнул огонь. Она не была слабой. Она годами танцевала через боль, со стертыми в кровь пальцами, под крики хореографов. Она знала, что такое дисциплина боли.
Она резко вскинула колено, целясь ему в пах, но Джейс легко заблокировал удар бедром. Тогда она, используя свою балетную гибкость, вывернулась под его рукой, едва не вывихнув плечо, и со всей силы полоснула ногтями по его лицу.
На его щеке появились четыре красные полосы.