Мышки и Атлант
Раннее утро... это же надо было так извратиться! Обычно в это время я, как спящая красавица, жду своего принца в лице будильника, чтобы проснуться ближе к обеду. А тут - конюшня, лошадиный пот и перспектива общения с людьми, которые, скорее всего, не знают, что такое «саркастический юмор».
А воздух-то какой! Сладкий, свежий, аж в носу щекочет. Если бы не это предательское солнце, пытающееся прожечь сетчатку глаза, я бы даже сказал, что утро неплохое. Почти. Поправил куртку и поплелся дальше.
Подниматься, конечно, было подвигом, достойным Геракла. Просто не хотелось, тем более мама еще спала. Вот просто физически, тело налилось свинцом, мозг отказывался функционировать, а душа, кажется, тихонько выла где-то в районе пяток. Еще лежа на кровати, я с трудом разлепил глаза и уставился в потолок, пытаясь понять, как я докатился до жизни такой. До жизни, где приходится просыпаться в пять утра ради лошадей.
Последний раз это было на сборах. Не знаю... все равно скучаю по всей этой спортивной романтике.
Кроули этот, тренер новоиспеченный, небось, уже часы считает. Наверняка, воображает, как я, старая гвардия, буду пыль глотать, пока его юные дарования скачут галопом. Ага, щас. В отличии от его бездарей, у меня хотя бы талант есть.
В животе неприятно засосало. Я же знаю, что буду сравнивать себя с ними. Буду ловить каждое их движение, каждое слово. Буду анализировать, искать недостатки, чтобы хоть как-то подпитать свое угасающее эго. Мерзко, конечно, но ничего не могу с собой поделать. Это зависимость, как у наркомана. Только так я выживу.
Я, наверное, эгоист. Да, точно. Самовлюбленный, грубый эгоист. Но при этом я... чувствую. Слишком много чувствую. Вижу чужую боль, понимаю чужие страхи. И это, черт возьми, самое ужасное. Голова порой болит от количества мыслей.
Я остановился у ворот конюшни. Глубокий вдох. Выдох. Так, Юра, соберись! Улыбнись и маши рукой. В конце концов, это не твои похороны. Пока.
Надо перестать себя жалеть. Это самое отвратительное. Нужно просто войти и начать работать. В конце концов, лошади не виноваты, что я такой мудак. И они, как никто другой, чувствуют фальшь.
Дальше всё, словно на перемотке старой кассеты. Тяжелая, скрипучая железная воротина, засыпанная гравием дорога, деревянная дверь в конюшню, из которой тянет знакомым запахом сена и навоза... Все лица и морды до боли знакомые: сонные конюхи, ленивые лошади, жующие сено. Манеж пустой, ворота распахнуты, словно приглашают меня на казнь.
Как только переступил порог, меня чуть не сбило с ног волной... чего-то странного. Нет, не запаха навоза, хотя и он там присутствовал. Волной напряжения, раздражения и... какой-то безысходности, что ли. Зрелище было, мягко говоря, обескураживающее. Четыре фигуры, словно сбежавшие из разных провальных фильмов и... Кроули.
Вместо привычных понтов со спонсорскими логотипами и спортивной формы - обычные конюшенные тряпки, видавшие виды. Заношенные куртки, вылинявшие джинсы, живописно заляпанные грязью и, вероятно, лошадиными слюнями. Кажется, они одевались в темноте и на ощупь.
Все они выглядели так, будто их вытащили из постели посреди ночи. И, судя по их лицам, ночь была далеко не сахар. Не выспавшиеся, нервные, недовольные... но, на удивление, тихие. Что-то обсуждали, аккуратно собравшись в кучку на трибунах, словно планировали ограбление века.
Я замер, наблюдая за этим печальным собранием. Они были так погружены в свой внутренний мир, что даже не заметили моего появления. И это было даже немного обидно.
Я откашлялся, привлекая к себе внимание. Получилось как-то громко и неловко, будто я сорвал голос на похоронах. Все пятеро вздрогнули и повернулись ко мне.
Тут же Джордан усмехнулся, повернулся к Никите, к тому самому гопнику с задатками интеллигентного мафиози, и прохрипел: «Вот и Волков. Я тебе говорил, придет, - затем взглянул на наручные часы и хмыкнул, - без пяти. Пунктуальность — второе имя бывших чемпионов. Или первое? Забыл...»
Тот лишь фыркнул, сложив руки на груди, всем своим видом демонстрируя, что ему глубоко плевать на пунктуальность этого Волкова.
- Доброе утро, Волков, - улыбнулся Кроули, обводя рукой трибуны, - давай поднимайся, и мы поговорим.
Я поднялся к ним на трибуны и присел ниже этих "Атлантов" , стараясь занять поменьше места. Вон наверху Влад, все такой же длинный, нервный и мрачный, словно ему сегодня к зубному. Рядом... забыл, блин... девушка, в общем, Эльвира? Элеонора? Чуть ниже, прямо за спиной тренера сидит Никита, и, на удивление, выглядит опрятнее всех, не смотря на вечно отталкивающее выражение лица. Ну и рядом с Кроули этот мелкий.. Даня вроде.
- В общем, знакомься. Владислав, Элька, Никита, ну и Яков, — пробормотал заученную фразу Джордан.
Все кивнули, кто-то буркнул что-то невнятное. Даже не посмотрели толком. Лишь Даня, который на самом деле Яков, улыбнулся и встрепенулся.
Я сглотнул. Не то чтобы я боялся этих гопников, но... что-то давило. Атмосфера какая-то спертая. Словно в комнате воздух откачали.
- Доброе утро, - пробормотал я, чувствуя себя школьником, которого вызвали к доске без подготовки. - Очень приятно....
В ответ - звенящая тишина. Настолько ощутимая, что можно было резать ножом и продавать кусками втридорога. Джордан медленно обернулся к своим подопечным и рявкнул так, что я невольно дернулся и чуть не ляпнул: «у аппарата». Хорошо, что вовремя прикусил язык.
- АЛЕ! Земля вызывает! Что за похоронное бюро?
Те, словно по команде, вздрогнули и нестройным хором забормотали: «доброе... доброе утро... угу... доброе..».
- Так, Шер ами, листочки на базу, - скомандовал Кроули и перевел взгляд на Влада.
Шер ами? Это он так Влада называет? Интересно, за какие заслуги?
Влад молча вытащил из кармана два мятых листика и протянул тренеру.
- Как из жопы, ей богу, - усмехнулся Кроули, - так, поглядим мы сейчас, Юра, на твои достоинства...
Сижу, ноги ватные, голова чугунная. В голове одна мысль: «Где мой вискарь и почему я не на рыбалке?» Да и ребятам явно не лучше. Выглядят так, будто сейчас все разом отрубятся, прямо тут, на трибунах. Кроме Кроули, разумеется. Этот, похоже, колу с кофеином пьет. Хорошая такая бодрящая жижа. Пил, когда на сборы с Надеждой выезжал.
Пока у всех внимание притуплено, решил получше присмотреться к своим новым приятелям. Ну-ка... а у Джордана, вон, в ухе серьги блестят, ну е-мае, чего только не увидишь. Влад в порыве нежности решил уложить голову Эльвиры (или как ее там) себе на плечо, та брезгливо фыркнула и пихнула его в бок. Джордан обернулся, нахмурился, вернулся к чтению. Видимо, решил, что лучше не вмешиваться в разборки этих двух голубей. Никита, развалившись на сидении, очень внимательно разглядывал меня сквозь ресницы. Сверлит взглядом, как будто прикидывает, где у меня самые слабые места, чтобы потом туда как следует зарядить. Я невольно рукой накрыл свое больное колено. А Яша с интересом читал вместе с Кроули, заглядывая ему через плечо. Что там на этих листках? Моя карточка медицинская? Или все статьи, по которым меня должны посадить?
Пока я ковырялся в своих мыслях, как алкаш в кармане, Джордан вдруг засмеялся, да не просто засмеялся, а язвительно заржал, с какой-то злорадной насмешкой. Будто ему только что сообщили, что доллар упал, а у него все сбережения в евро.
- «Исключительный талант.»! На, смотри. Хотела талантливого, получай! - скривился Кроули, протягивая несчастный листочек Элеоноре.
Остальные "Атланты" тут же потянулись, чтобы тоже посмотреть.
И тут началось. Эта шайка залилась, как стадо гиен, учуявших запах добычи. Отличное начало... Буду работать в цирке.
— Хорошо тут про тебя твой Сергей Петрович написал! — давясь от смеха, вытирал слезы Джордан, - я аж прослезился.... даже тушь потекла.
- Как есть, так и написал, - пробормотал я.
- Это мы видим. Только вот в талант мы слабо верим, - хмыкнул Влад.
- Какой у тебя тренер красноречивый, Господи! - нахмурилась Эльвира, разглядывая этот несчастный лист, - у вас тут все талантливые? Или ты один такой особенный?
Бред какой-то... В Надежде еще говорили, что без таланта ты никто. Остальное - пыль. Что ж, посмотрим, докажу, что они ошибаются.
Гиены ржали, не успокаиваясь. Влад скалился в усмешке, Эллен молчала, но прожигала меня своим ледяным взглядом, будто выискивала этот самый "исключительный талант" на моей физиономии. Или, наоборот, констатировала его полное отсутствие, Никита громко фыркал, словно застоявшийся жеребец. А Яша нервно теребил рукава кофточки, тихо улыбаясь куда-то в пол, словно извиняясь за своих товарищей.
В итоге, Эльвира, очевидно налюбовавшись моей рекомендацией, взглянула на нее в последний раз и, не распрощавшись, сунула ее Владу в карман.
- Заткнулись! - рявкнул Джордан, обрывая веселье, — эти дифирамбы ничего не значат. Мне важны результаты. Бондарь про тебя тут тоже самое начирикал. Слов нет, эмоций тоже, - выдохнул Кроули, держа в руке второй листочек.
- Все как обычно, все талантливые, все молодцы, - пробормотала Эллен, словно повторяла давно заученную фразу. Интересно она хоть раз в жизни говорила что-то, кроме заученных фраз?
- Нам нужны не талантливые, нам нужна воля и желание переть вперед, - выдавил Никита, обернувшись к девушке, - а этот явно и умом не блещет, - голос его какой-то излишне басистый, натужный, будто он специально понижает тембр, чтобы казаться круче. Явно он не настоящим разговаривает. Пытается закосить под плохого парня.
— Там и про самоуверенность написано. Думаю, что это не плохо, - ворвался в разговор Влад, и тут я заметил, что он еще и картавит на букву «р»... Так, стоп. У нас тут полный набор: нервный дирижер, ледяная королева, гопник с басом и улыбчивый коротышка. Кого не хватает для полного счастья? Точно! Самовлюбленного уголовника.
- Знаешь, Юр... - заговорил Джордан, переводя тяжелый взгляд на меня. Появилось такое ощущение, будто на мои плечи взвалили огромный тюк сена и еще сели сверху, - у меня складывается ощущение, что ты ни черта из себя не представляешь. Тут же все как по шаблону написано.
Яша молчал, сидя рядом с тренером, слушая командные обсуждения с таким сосредоточенным видом, будто решал судьбу мира. Или таблицу умножения. Зато у него в глазах горел энтузиазм. Может быть, он единственный, кто действительно рад здесь находиться? Или просто боится сказать что-то не то?
- Не я эти рекомендации писал. Я вообще не в курсе был.
- Я так посмотрю, ты вообще не понимаешь, что здесь происходит, да? - фыркнула девушка, будто мы сейчас решаем мировой вопрос.
- Ладно, Мышки... ждем Анну, и там уже решаем. Юркин результат мы уже видели, - Кроули кивнул на меня, будто я был экспонатом в музее.
«Мышки»? Это он их так ласково зовет? Или это производное от «Мы»?
- Идите проспитесь, а то вот-вот кто-нибудь развалится, а я с Юрой побеседую, - скомандовал Кроули. "Ага, а потом меня расстреляют, как отработанный материал", - подумал я, с тоской глядя на уходящие спины "Мышек".
Ну что ж, будем посмотреть, какие достоинства во мне найдет этот Джордан. Может, хоть посмеемся вместе. Или поплачем. Или может, хоть виски нальет. Или сразу пристрелит?
-Пойдем, поможешь мне лошадей собрать, - пробормотал Кроули, поднимаясь с места.
-Иду, - хотелось продолжить диалог и я добавил, - а «Мышки».. это вы их так ласково или...
- «Мы». Команда «Мы», - оборвал Джордан выходя из манежа в конюшню, - мы все остались Мышками, а вот ты уже будешь Атлантом. Если останешься у нас, конечно, - бросил он через плечо.
И тут я понял, что попал. "Атлант... который держит на своих плечах весь этот бардак", - подумал я. - "А если не выдержу, то "Мышки" меня сгрызут". Кажется, меня только что завербовали в какой-то конно-спортивный культ. Что ж, посмотрим, кто кого. А пока... пошли собирать лошадей. Может, хоть они окажутся более адекватными, чем эти "Мышки".
Мы вышли из манежа, и Кроули, даже не взглянув в мою сторону, направился прямиком в конюшню. Я, как привязанный, поплелся за ним. Настроение у меня было паршивое.
- И чего это ты за мной плетешься как хвост? - буркнул Кроули, не оборачиваясь, - думаешь, передумаю и обратно в манеж загоню? А ну иди рядом.
Я прибавил и поравнялся с ним. Шаг его был широкий, твердый. Ощущение, будто рядом плыла стена, которая выше меня метра так на два. А по факту ниже на пол головы.
-Так, - буркнул Кроули, даже не поздоровавшись с лошадьми, - вот эти двое поедут с нами.
Он указал на двух коней, стоявших в соседних денниках. Один уже знакомый мне, небольшой и вороной, с белой звездочкой во лбу, явно хорошо кормленный. Второй, точнее вторая - серая в яблоках, крупная и мускулистая. Сразу видно - качки конного спорта. Не те клячи с моего ипподрома. На таких, как эти двое нам даже смотреть запрещали, будто это хрусталь, а не спортивные лошади.
Я скептически оглядел коней. Никакой симпатии к ним не почувствовал. Лошади, как лошади. Четыре ноги, хвост, грива. Что в них особенного? Что их так берегут?
-Это Волк, - Кроули похлопал вороного по шее, - а это Гранта. Запомни. Может, на экзамене спрошу, - хмыкнул Джордан.
- И.. что дальше? - тихо спросил я, внешне оставаясь спокойным, а внутри гадая, что от меня потребуется. Сейчас, наверное, скажет, что нужно кого-нибудь из них поседлать (желательно самого отбитого) и показать ему пируэт или галоп назад. Что, мол, только так он меня возьмет.
- Дальше ты поможешь мне собрать все необходимое, - ответил Кроули, взглянув на меня оценивающим взглядом, — амуницию, щетки... ну, ты знаешь. Ну и в процессе мы с тобой поболтаем.
-Понял...
Отлично. Я теперь ещё и грузчик. Мечты сбываются, блин.
- Может, - попытался я вяло возразить, - может, вы покажете, что и где?.. Я тут как бы... не в теме....
- Не прикидывайся, - перебил Кроули с усмешкой, - вижу, что в теме. Просто притворяешься скромным. Считай это тестом на профпригодность.
Тест на профпригодность... Да я всю жизнь эти тесты сдаю! И каждый раз - на выживание.
- Ладно, - пробормотал я, покоряясь судьбе. — Что берем первым?
- Сначала щетки и скребницы, - сказал Кроули, словно отдавал приказ. — Они в ящике у дальней стены.
И мы принялись собирать щетки и ногавки под тихое фырканье лошадей. Руки мои слегка дрожали, сам не знаю почему. Главное - не показывать волнения, не выглядеть полным профаном. А то сразу поймет, что я тут случайный пассажир.
- То есть вы еще решаете, брать меня или нет? — вдруг вырвалось у меня.
- Да, Юр. Аню посмотрим и там решим, - ответил Кроули, не отрывая головы от ящика, — она вчера первая была, сегодня еще выступает на другой базе. Посмотрим по результатам.
Джордан, ковыряясь в ящике, поднял взгляд на меня и усмехнулся.
- Как свое вчерашнее выступление оцениваешь?
- Я думаю, вы сами все видели.
- Видел. Но хочу твоей личной оценки.
- Отвратительно.
- Хорошо. Еще вопрос. Что будешь делать, если тебя не примем?
- Буду плакать в подушечку и биться в истерике, - нервы уже сдавали, честно говоря. Я и так соизволил им не грубить с утра, хоть и очень хотелось.
- Ты мне не хами. В твоих же интересах по уголовке не присесть, - нахмурился Джордан, но от ящика не оторвался.
Отлично. Бондарь ему там расписал все.
- Я не хамлю. Просто скажу честно, я не очень хорошо понимаю, почему так важно, что бы именно вы меня взяли, - пробормотал я, стараясь, что бы голос был твердым как у Кроули. Может, если я буду говорить честно, то он меня поймет, тем более терять мне уже нечего.
- Я понимаю. Я объясню тебе. Просто никто не будет брать себе проблемного спортсмена, прыгающего восьмидесятку с повалами. И к слову, ты у нас хамить быстро разучишься, иначе полетишь, как фанерка над Парижем.
- Тогда я вам зачем?
- Понимаешь ли ты Юра... Погоди, а ты у нас этот... Овод что ли?
-Что? - растерялся я.
Джордан провел пальцем по своему глазу и щеке и улыбнулся.
-Тоже саблей цепанули? Или как?
Я нахмурился. Придурок. Решил пошутить?
-Да, - решил не спорить. Лучше промолчать и сойти за идиота, чем открыть рот и развеять все сомнения.
- Так и знал, - хмыкнул Кроули, - ладно потом расскажешь. А сейчас держи ключ и шуруй в амуничник за седлом. Левое нижнее.
Я взял ключ, беспрекословно оставил щетки и скрылся в коридоре конюшни. Молча я ушел к знакомой мне двери. Давно сюда не заходил. Замок был проржавевшим, словно его специально топили в соленой воде. В замочную скважину с трудом пробивался жалкий лучик света. Вставил ключ.
Повернул. Ничего.
Попробовал еще раз. С тем же успехом. Замок будто заржавел намертво. Или ключ просто не подходил.
Я начал ковыряться, дергать, пробовать разные углы. Ключ упрямо не хотел открывать дверь в мир седел и уздечек. В голове начала зреть крамольная мысль.
Вспомнилась старая поговорка: "Если к двери не подошел ключ - выбей плечом". Силенки у меня еще остались. Можно было бы попробовать.
Уже прикидывал, как буду таранить эту чертову дверь, как вдруг услышал за спиной голос Кроули:
- Что, застрял?
Я обернулся. Он стоял, облокотившись на стену, и усмехался.
- Да вот, что-то ключ не подходит, - раздраженно ответил я, — уже хотел плечом выбивать.
Кроули покачал головой.
- Зачем же так радикально? - сказал он, подходя ко мне, - иногда, если ключ не подходит, это просто значит, что ты не к той двери стучишься.
И тут он сделал то, чего я никак не ожидал.
Вместо того, чтобы начать возиться с замком, он отодвинул в сторону старую, запыленную попону, висевшую на стене. За попоной обнаружилась еще одна дверь. Меньше и неприметнее, чем первая.
- Вот, - сказал Кроули, указывая на скрытую дверь, — я говорил про этот амуничник.
Я вставил ключ во второй замок. Он повернулся легко и плавно. Дверь открылась, обнажив темное, пахнущее кожей и деревом пространство амуничника.
- Понял? - спросил Кроули, глядя на меня с усмешкой.
Я молча кивнул.
- Не всегда нужно ломиться напролом, - продолжил Кроули, - иногда достаточно просто посмотреть внимательнее. Возможно, то, что ты ищешь, находится совсем рядом. Просто скрыто от глаз. И, возможно, эта дверь просто не для тебя. Не стоит тратить силы на то, что изначально обречено на провал. И задавай меньше вопросов. Андестенд?
- Понял... - сказал я, входя в амуничник, - буду иметь в виду. Спасибо. Теперь, где тут это седло?
____________________________________
Снова манеж. Снова эти пять Мышек и я - одинокий Атлант, которого вот-вот сбросят со скалы. Башка раскалывалась на тысячу мелких кусочков. Подъем в пять утра - это жестокое издевательство над организмом, который привык просыпаться ближе к полудню. Так еще и колено свинцом налилось. Джордан отправил меня таскать седла и ящики, будто изначально знал, что я бракованный. Выпендриваться я не стал - не привык.
- Аня первая, - нетерпеливо заявил Никита, ломая тишину, - результаты говорят сами за себя. Думаю, тут все ясно, как божий день.
Ясно ему все. Уверен, что они с этой Аней давно все продумали. Я тут явно лишний. Позвали чисто ящики потаскать.
- Да подожди ты палить из пушки, - отмахнулся от него Джордан, - Влад, листочки где?
- Так я выкинул... - промямлил Влад, краснея.
Выкинул? Гениально! Это он так избавляется от конкурентов? Или просто не любит читать?
- Ну тебя, - фыркнул Джордан и, без доли размышлений, словно нырял в бассейн с мутной водой, заглянул в переполненную мусорку. - Вот он.
И принялся с маниакальным упорством перечитывать помятые рекомендации. Снова и снова, словно искал там тайный код к спасению мира.
Я, конечно, старался держать лицо кирпичом, изображая полное равнодушие. Мол, мне все равно, кого они выберут. Но внутри уже начинал закипать гнев, как чайник на плите. Сколько можно мурыжить? Я же не на кастинг "Мистер Вселенная" пришел, хотя, если честно, я бы и там не спасовал.
Внезапно Джордан резко выдохнул, словно освобождался от непосильной ноши, скомкал рекомендацию окончательно и бросил ее обратно в ведро, которое, казалось, уже умоляло о пощаде.
Ну наконец-то! Сейчас скажет, что я свободен и могу ехать домой досыпать!
- Берем Овода, - выдал он, словно рубил гордиев узел.
Воздух взорвался, словно кто-то кинул гранату в муравейник. Мышки зашипели, загалдели, завозмущались, как стая рассерженных гусей, которым перекрыли доступ к пруду.
- Но Анна! Результаты! Рейтинг! Спонсоры! - заикнулся Никита, явно расстроенный таким поворотом событий.
Вот оно что! Значит, тут еще и спонсоры замешаны. Понятно, почему они так нервничают.
- У Анны слишком много «но», - спокойно ответил Джордан, словно отрезал кусок пирога, - а у этого... — он небрежно махнул рукой в мою сторону, - характер солдата. Сказано - сделано. Прыгнет, куда прикажут, вопросов много задавать не будет.
Характер солдата? Это он про меня? Вот уж не думал, что меня можно так охарактеризовать. Я чуть слюной не подавился от неожиданности. Солдат? Да я больше похож на уклониста! Ну нет, скорее стратег. В Надежде я научился использовать ситуацию в свою пользу, и эти Атланты еще увидят, как это делается.
- Солдат? — Элеонора приподняла свою идеально выщипанную бровь, словно рассматривала подозрительный предмет под микроскопом, - выглядит, скорее, как избалованный щенок, которого пнули с дивана.
- Соглашусь... - тихо шикнул Влад, опустив взгляд.
Щенок? Ну спасибо. Буду знать, как я выгляжу в глазах этой Снежной королевы.
- Зато Бондарь клянется, что он прыгнет с любой высоты. Хоть с Останкинской башни, - парировал Джордан, игнорируя язвительный тон Эллен.
Я мысленно послал Бондарю лучи порицания. Останкинская башня - это уже перебор. В следующий раз он скажет, что я готов прыгнуть на Луну.
- И зачем нам парашютист? - не унимался Никита, ядовито улыбаясь, - мы вроде как конкур культивируем, а не конный бейсджампинг.
Точно мафиози. Этот без криминала ни дня прожить не может.
- Дисциплина, - Джордан многозначительно поднял палец вверх, словно демонстрировал кому-то свою гениальность, - беспрекословное подчинение. Юре это вдолбили в голову так же крепко, как и то, что у него богом данный талант. А это, поверьте, многого стоит.
Дисциплина? Беспрекословное подчинение? Надеюсь, он не собирается превратить меня в вора в законе или убийцу.
- Начало сезона. Мы сильно рискуем, беря его, - напомнила Эля, скривив губы.
- Он такой же как и мы, так в чем проблема? Пройдем этот путь вместе, в любом случае радоваться или страдать мы будем тоже все вместе, - вымолвил Яша.
Я не такой как вы. Я не такой как все. И я это покажу.
Тишина.
-Ну, Овод. Едешь завтра с нами?
-Еду.