Время снять маски

Алекс

Саундтрек: Sam Hunt - Break Up in a small town

Теперь, когда все документы были подписаны, я стал официально владельцем клуба до совершеннолетия Вики. Это был интересный опыт: иметь бизнес стоимостью несколько десятков миллионов долларов и одновременно заканчивать школу. И за эти трудные месяцы я настолько пропитался отторжением к Скале и альпинизму в принципе, этого стало так много в моей жизни, что меня буквально тошнило при мысли, что мне занимать эту должность еще очень долго. Сестре я старался этого не показывать, но она со своими дедуктивными навыками, которые присущи не только ей, а еще кое-кому, раскусила меня.

- Ты читал письмо? - спросила она, когда мы вместе ехали в школу: она на занятия, а я для написания тестов.

- Ты бы узнала первой, - ответил я, глядя в окно.

- Чем больше ты тянешь, тем сложнее будет прочитать. Я свое прочла.

Прошло полтора месяца, как я получил письмо. И я даже открыл его, но руки не слушались, я просто не мог себя заставить достать белую бумажку с его почерком. Не мог. Апрель уже близился к концу, я смотрел на жизнь, которая шла мимо меня, и осознавал, что время неумолимо быстро бежало. Кажется, вот был декабрь со всеми его потрясениями, хорошими и плохими событиями, радостью и горем, а теперь уже распустились листья и стало тепло. Вот бы проспать так все эти годы, чтобы потом начать жить своей жизнью.

- И что там? - спросил из вежливости я, хотя примерно понимал содержание письма.

- Ну...- замялась сестра. - Папа несколько раз написал о том, что любит меня, что доверяет мне альпклуб целиком и полностью вне зависимости от того, как я и ты им распорядимся. Желает мне найти свою любовь и не торопиться с выбором.

Любовь? Серьезно? Вообще не в духе отца. А вот "не торопиться с выбором" - явно камень в мой огород.

- Хочет, чтобы мы всегда поддерживали отношения с тобой, что бы ни случилось, потому что семья - это самое важное.

- Чертов лицемер, - не удержался я.

- Мы так и не знаем, что тогда произошло. Только то, что рассказала Эмме ее мама, - мягко остановила меня Вики.

- Так, погоди, - до меня долго доходило. - Я не ослышался, отец оставляет за нами право решать судьбу Скалы, так?

- Да, похоже, что так.

И мы оба на время ушли в свои мысли.

- Слушай, Алекс, - начала сестра вдруг. - Мы ведь так и не обсудили это...То, что ты чувствуешь относительно желания отца возглавлять альпклуб, пока я не стану совершеннолетней. Мне кажется, что это тебя тяготит. То, что ты должен бросить все, чтобы помогать мне.

Я закрыл глаза. Очень мне не нравился этот разговор, но сестре я не врал никогда.

- Да, Вик. Я никогда не горел желанием заниматься клубом, ты же знаешь. В этому году я только начал задумываться, кто я и чем хочу заниматься, благодаря...Эмме. И я ничего не решил на тот момент, когда все завертелось. Поэтому я не очень рад этому долгу и этим обязанностям, но и других планов у меня вроде как тоже не появилось.

- Еще довольно много времени ждать, пока я вырасту, Алекс.

- Ничего, мы справимся вместе, - успокоил я сестру и заткнул надоедливый голос в моей голове, который каждый день жалобно просил прекратить эту пытку с альпклубом.

Пользуясь моментом, я перевел разговор на Эмму. Вики, конечно, давно рассказала мне об их встрече, и о том, какими были отношения Эммы с ее мамой сейчас. Об этом мрачном типе она умолчала, а гордость не позволила мне спросить тогда. Но сейчас, когда даже до меня дошли слухи, я уже не сдержался.

- Она сказала, что они друзья, - пожала плечами Вики.

- А ты не заметила ничего странного? - мне нужны были подробности.

- Я не шпионю за ней, Алекс, у меня куча своих дел, - деловито ответила сестра.

- Но ты шпионишь за Джеем или как там его, - нет, принципиально никогда в жизни я не произнесу его имя правильно.

Вики скорчила рожицу, которая явно говорила о том, что я подловил ее. Еще бы она не знала, с кем встречается парень, на которого запала половина школы.

- Ну они всегда вместе, но не держатся за руки, не целуются, не обнимаются там. Не делают ничего такого, что делали вы с Эммой, когда встречались.

- Вот и хорошо, - не сдержался я и дал свой комментарий.

- Алекс, слушай, - начала Вики протест.

- Не надо.

- Нет, я скажу, - она была очень упряма, когда хотела. Как и Эмма, - Она твоя сестра, блин. Да, у вас было прошлое, но теперь все иначе, и тебе нужно забыть о ней. Отпусти ее.

- Я присматриваю за ней, - я задумчиво прикусил губу. - Типа как старший брат.

- Ага, - ни на секунду мне не поверив, произнесла Вик. - Как будто я не вижу. Заканчивай с этим, старший брат.

Подловила, чертовка. Я много думал об Эмме. Практически всегда, даже когда надо было заниматься действительно другими важными делами. И, конечно, я не мог примириться с мыслью, что она моя сестра. Господи, о чем мы говорим? Единственная девушка, которая вызвала во мне интерес не только сексуального характера, оказалась моей сестрой, где справедливость? И она же единственная девушка, с которой я не занялся сексом. И чем рутиннее становилась жизнь сейчас, когда все эти крышесносные события закончились, тем больше я думал о том, что произошло между нами с Эммой. Я испугался серьезных отношений и не был к ним готов, боялся делиться с ней своими чувствами и переживаниями об отце, хотя она была единственной, кто могла бы мне тогда помочь. Я так привык вариться в этом один, что не думал, что Эмма действительно готова помочь и выслушать. Я боялся, что она не поймет, что я отпугну ее своей слабостью... Вместо этого я снова связался с Мел и начал выпивать - делал все привычное, потому что боялся нового. И сейчас, когда несколько месяцев мы практически не общались с Эммой, я осознал, как же я по ней скучаю и как много всего я сделал неправильно. Оказывается, Эмма и тут была права. Мне просто нужно было...время. Чтобы понять, что я люблю ее и совершил ошибку. Люблю. Но какой во всем этом толк теперь?

Четвертого мая у Эммы день рождения. Ей исполнится восемнадцать, и она сможет воспользоваться деньгами отца. Я искренне надеялся, что после всего, что наговорила ей мама, она съедет из их дома или выберет колледж в другом городе. Но вместе с этим я так не хотел ее отпускать... Но и быть для нее просто братом я не смогу, это издевательство над нашим прошлым. И все-таки что-то подарить я просто обязан, хотя в этот день она сможет купить себе практически все. Я ломал над этим голову несколько дней, периодически крутя в руках кулон, как будто он мог дать мне ответ. Мне хотелось, чтобы у нее была обо мне память, хоть она и не хочет продолжать со мной общаться, и я ее в этом не могу винить, но то, что было между нами - этого не изменить. Я вспоминал эти несколько месяцев и улыбался: она дерзко вскидывает носик с вызовом спрашивая "Так кто мы друг для друга, Алекс?", а потом я ее целую, давая все ответы, вспоминаю ее ловкую отработку на мне на мастер-классе по самообороне, ее милый румянец каждый раз, когда я смотрел на нее за все эти годы, наши тайные переглядывания и переписки, когда у нас был свой маленький мир, наш неслучившийся первый раз в клубе и потом у нее дома, ее неловкие, трепетные прикосновения ко мне и, конечно, нашу ссору в лагере, и примирение. И ответ пришел в мою голову при этом воспоминании.

Может, мы больше не можем быть вместе, но я не хочу, чтобы Эмма вспоминала наши отношения только через призму плохого, думая, что она не значит для меня ничего.

Еще я давно должен был сделать кое-что. И наконец, собрался с мыслями и встретился с Мел. Но теперь совсем по другой причине. Я должен был узнать правду.

Мел, как у нас повелось в январе, принесла бутылку вина вечером, когда пришла в Скалу. С того вечера в Рокет Хаусе я не пил, потому что, черт бы побрал этот алкоголь, он творил со мной какую-то хрень, я не помнил того, что говорю и делаю. Второй раз я подвел Эмму с этим и не намерен сделать это снова. Я не притронулся к бокалу. Сначала мы говорили обо всем подряд, я поделился новостями о Скале и о том, что не собираюсь никуда поступать в этом году. О нашем внезапном родстве с Эммой, разумеется, я умолчал, а то об этом узнали бы все на этой чертовой земле. Мел же взахлеб рассказывала о сплетнях в школе, о Эйдене и Сэме, которые разочарованы во мне как в друге и были лучшего обо мне мнения. Конечно, она не забыла упомянуть о сплетнях о Джеймсе и Эмме, о том случае в кафе, явно не просто так, а чтобы посмотреть на мою реакцию. Я старался не подавать виду, что меня это хоть как-то волнует. И это был лучший момент.

- А ты веришь в эти сплетни, Мел? - спросил я как бы невзначай.

- Мне рассказала Джейн, у которой на глазах все и произошло. Чему тут не верить? - недоумевала моя бывшая подруга. - Алекс, у твоей бывшей девушки рыльце в пушку. Думаю, я все-таки была тогда права, она шлюха.

Я стиснул зубы, но промолчал. Так было надо.

- А ты нет? - спокойно спросил я.

Мелани удивленно уставилась на меня.

- Ты меня шлюхой называешь? Алекс, ты обалдел? Не тебе меня судить.

- Я просто пытаюсь разобраться, помоги мне, Мел. - Я налил ей еще вина. - Ты встречалась с этим...Дареном, или как там его, осенью, да?

- Было дело.

- И рассталась с ним сразу после своего дня рождения, когда мы с тобой проснулись вместе.

Мел молчала, ожидая продолжения.

- То есть формально ты была с ним в отношениях, но была не против со мной переспать, так получается?

- Я всегда относилась к тебе по-особенному, ты же знаешь, Алекс, - пыталась оправдаться Мел.

- Это не меняет сути. Ты тогда тоже шлюха. Но о тебе почему-то так никто не говорит в школе, а Эмму травили несколько месяцев, а, благодаря вам с Джейн, травля продолжается и сейчас. Что, если Эмма распустит такие слухи о тебе? Что скажут твои родители, которые верят, что ты святая. Я вот думаю, мой отец тебе что-то заплатил, чтобы ты переспала со мной тогда, он ведь так хотел поженить нас и ему так не нравилась Эмма, как и тебе. Было такое?

- Нет! - выкрикнула Мел, ее чертовски разозлило то, что я считал ее с отцом в сговоре.

- Потому что, если он тебе заплатил или что-то пообещал, то ты тем более повела себя как шлюха, Мел, ты продалась! - я повысил голос, мне надо было на нее надавить.

- Да я не шлюха! - наконец, прорвало ее. - Мы не спали, ясно? Я сделала так, потому что это я так хотела, а твой отец ни при чем, он просто всегда хорошо ко мне относился. А я всегда хотела, чтобы ты был со мной. И подстроила все, чтобы ты расстался с этой Эммой..

А потом уже совсем тихо добавила:

- Я всегда тебя любила, Алекс.

Я встал, потому что из-за напряжения уже не мог сидеть. Подошел к окну. Я знал, я понимал, что ничего не было тогда. И вот, спустя полгода я, наконец, узнал правду.

- Что было на балу-маскараде? - тихо спросил я. - В прошлом году.

- О чем именно ты спрашиваешь? - уточнила Мел осторожно.

Я повернулся к ней, выглядела она замученной и очень расстроенной, такой, какой я не видел ее очень давно. Ее искренних и честных эмоций я так давно не видел.

- Я пришел на бал с тобой.

- Да.

- С кем была Эмма?

Пауза.

- Мел, от твоего ответа зависит буквально все. Ты была мне прекрасным другом какое-то время, но ты наломала так много дров. Если ты реально любишь меня, скажи мне правду.

Она вздохнула.

- Она стояла рядом с подружкой и ее парнем.

- Она пришла одна?

- Да. Ждала тебя, - Мел виновато опустила голову.

Господи, они втроем мне врали. Видимо, у каждого были свои мотивы избавиться от Эммы. Уже тогда.

- Последний вопрос. Ты знаешь, с кем она потом танцевала?

- Да. Макэвой.

- Они там познакомились? Как он вообще там оказался? Джейн тебе должна была рассказать, - вот это было для меня новостью...

- Она только сказала, что привела его как своего парня на этот бал, твоя подружка облила его колой, когда рыдая, унеслась в туалет, а потом он пригласил ее танцевать на глазах у Джейн. Больше ничего не знаю. Хватит меня пытать, Алекс.

По ее щекам текли слезы. Никогда не видел, как она плачет.

- Спасибо, - выдавил я.

Я злился в этот момент на всех, но больше всего на самого себя, потому что я сам был во всем виноват, отдавая самые важные моменты своей жизни на волю случая. Какое-то время мы молчали, потом я решился сказать:

- Мел, я тебе очень благодарен за все, у нас были прекрасные годы дружбы и классный секс, но...

- Ты меня не любишь. Я знаю.

- Да. Мне жаль.

- И мне, - но спросить, люблю ли я Эмму, ей не позволила гордость.

Мел забрала сумку и оставшуюся бутылку вина.

- Не пей больше, чтобы не пропустить то, о чем будешь потом сожалеть, Алекс.

- Не буду, Мел.

И мы расстались, и теперь уже окончательно.