До свидания, мистер Лойт.
- Да, я здесь. - Ледяные зрачки накрывает ширма неизвестной мне эмоции. - Не ждала? - Прячет искрящийся восторг в тени ехидства.
- Нет, - не задумываясь выдыхаю, - я...яя, - возможность пользоваться лингвистическим багажом, который в меня вложили родители помахала ручкой, собирая чемоданы. - Что ты здесь...почему здесь?
- Я тоже очень рад тебя видеть. - Мои плечи обдает холодом пристального внимания, которое пряталось под ресницами.
- Можешь не притворяться. - Взмахиваю ладонью, цокая каблуками мимо глыбы. От его терпкого аромата внутри слышится громкий звук клокотанья.
- Ну конечно, это ведь только тебе дозволено делать. - Усмехается, останавливая длинными пальцами своего низкого голоса.
- Извини?
- Хочешь в очередной раз начать спорить со мной? - Делает шаг навстречу, - но это не я сбежал тогда. - Эти слова бьют мятным ароматом по щекам.
- Ой, бедненький...убивался, наверное. - Слегка посмеюсь я.
- Не думал, что вы, мисс Рокс, настолько... - Сталь отдаленности поражает спинной мозг.
- Что? Какая? - Начинаю злиться, - как вы оскорбите меня на этот раз, мистер Лойт?
- Убеждаюсь в очередной раз, какими же удивительными и смешными могут быть новенькие. - Могут быть новенькие? Ну конечно, никто и не ждал, что скала хранит обет безбрачия и целомудрия. В холодных радужках танцует блеск горящих ламп, который привлекает и влечет, - вести себя несносно, виня при этом меня - становится вашим стилем жизни, мисс Рокс.
- А вот здесь промах. - Складываю руки на груди, - я виню только себя, мистер Лойт. Я позволила вам подобраться ближе, теряя бдительность. Это лишь моя ошибка. - Смотрю в глаза, стараясь сохранять строгий и уверенный вид, пока сердце отчаянно бьется о стену ребер в желании поцеловать сжатые губы. Скала одет в угольно черный костюм и белоснежную рубашку, пару пуговок которой, расстегнувшись соблазнительно выделяли теплую кожу шеи и ключиц. Не моргая, пытаемся заглянуть в душу друг друга, чувствуя, что от стен отскакивают искры наэлектризованного воздуха.
- Черт...этот комбинезон, - он сглатывает, медленно прогуливаясь глазами по моей фигуре.
- Да, я знаю, нетрадиционный выбор, - стряхивая с себя озадаченность появлением глыбы, опускаю глаза вниз, поглаживая бедра руками.
- Да, нетрадиционно, - констатирует факт, выгибая бровь, - но желание его сорвать появляется совсем не из-за этого. - Буквы, из которых складывается приложение выбивает весь запас воздуха из моих органов дыхания, устраивая на щеках пожар.
- До свидания, мистер Лойт. - После минуты попыток найти достойный ответ с не подающим при этом признаков жизни мозгом, отвечаю, застревая одной ногой в глубине извилистых лабиринтов голубых глаз.
- Всего доброго, мисс Рокс. - Прохожу мимо, чувствуя кожей магнетизм тела этого парня. Сердце ускоряет свой ритм, дребезжа, как барабан стиральной машины при отжиме. - Наплевать, пошло оно все! - Слышу его плевок словами, после чего моя голова разворачивается, а мятное дыхание проникает в горло.
Ролан Лойт прижимает мое тело к себе, целуя. Кожа спины покрывается мелкими мурашками, которые эхом распространяются по нервам от колебаний крыльев бабочек внизу живота. Сильные ладони сжимают талию пальцами, пока я пытаюсь сопротивляться, отодвигая сильную мужскую грудь. Сумка выпадает из моей хватки, которая упирается в обжигающую строгость жесткой ткани дорогого костюма. Все гормоны калейдоскопом водят хороводы на подкорке мозга. Сейчас моя душа потеряет рассудок от переполняющего ее диапазона различных чувств, мысли то и дело путаются в голове...
Ощущение горячих губ, языка и рук на моем теле смешивается с морозным дыханием мяты и ароматом терпкого парфюма, что дурманит хлеще алкоголя. Страстно смакуя изгибы моего рта, скала запускает руку в волосы, что вызывает громкий выдох одобрения. Огибая своими пальцами красивую мужскую шею, начинаю действовать, полностью выключая пакет здравого смысла, выбрасывая руководство пользователя в ловушку белоснежных зубов Лойта. Целую парня в ответ также напористо, детально изучая каждую клеточку губ, отдаваясь инстинктам, которые ключиком завело наивное сердце. Всякое расстояние между нами просто перестает существовать.
Растворяюсь в смешанном дыхании, тесных движениях и быстром сердцебиении.
Звуки изысканной музыки становятся лишь фоновым шумом, на которое совершенно не хочется обращать внимание, особенно когда ладонь темноволосого медленно ползет на бедро. Мастерство поцелуя, которым владеет этот голубоглазый нахал раскрывается, как цветок на солнце, заставляя желать еще и еще. От соприкосновений с жесткой челюстью скалы, внутри горят пожары и взрываются вулканы. Однако, когда белоснежная улыбка скалы прикусывает мою нижнюю губу, моя мозг экстренно начинает работать, вынуждая оторваться от Ролана.
- Что ты вытворяешь?! - Пытаюсь оттолкнуть от себя виновника моего сбитого дыхания и размазанной по лицу помады.
- То, чего нам обоим хотелось. - Расплывается в слишком самодовольной улыбке.
- Ты сумасшедший кретин, - наклонившись, поднимаю сумку. - Не смей больше никогда так делать!
- Как пожелаете, мисс Рокс. - Отходит от меня в сторону, так что я перестаю ощущать головокружительный аромат его парфюма. - Теперь то вы знаете, чего себя лишаете. - Абсолютно спокойно выговаривает парень, поправляя прическу и стирая следы недавнего поцелуя. Задыхаюсь в густой смеси эмоций, осознавая, что это всего лишь часть его плана, как подсадить меня еще сильнее на персону великого Ролана Лойта.
- Именно потому что знаю...., - начинаю я, но темноволосый меня перебивает.
- Я тебе не верю. - Еще сильнее злюсь, понимая, что я тоже не верю себе. Со стороны мое лицо наверняка выглядит глупым.
- Ты мож...
- Вита! - Голос крестной появляется слишком неожиданно, от чего я дергаюсь.
- Да? - Суетливость забегала глазками по территории вокруг, ища способы не раскрывать тайну происходящего, но пылающие угли страсти и злости в размазанных полосах красной помады не дают этого сделать.
- Почему ты так долг...оу, - женщина останавливается в паре метров от меня, натыкаясь глазами на груду скалистых булыжников в черном пиджаке.
- Я уже иду, - отгоняя тетю обратно к столу.
- Здравствуйте. - Подозрительно прищуривая глаза, Карина здоровается с Лойтом. Ну почему она появляется так неожиданно в самый неподходящий момент?
- Добрый вечер, миссис... - Повисает немой вопрос, мимолетной паузой которого я пользуюсь как единственной возможностью прекратить это все.
- Тетя, - зову я черное платье с интересующимися глазами, - мне стало нехорошо. Давай уедем домой? - Всеми фибрами души кричу ей: "пожалуйста!".
- Не хорошо? - Скользит взглядом по моим губам и подбородку. - Я думаю тебе стоит подправить помаду, - улыбается, делая вид, что не понимает, что именно здесь происходит, - она слегка смазалась. - А я пока пойду попрощаюсь с Уайтами, тебе бы тоже следовало это сделать.
- Обязательно, я приду через минуту.
Когда изящная фигура крестной скрывается за поворотом, а в уши долетает эхо басистой усмешки, желание провалиться под землю усиливается с геометрической прогрессией. Делая глубокий вздох, достаю из сумочки зеркало, чтобы стереть косметический продукт, но когда вижу свое отражение, чуть не роняю все, что держу. "Красный велюр" распластался вокруг рта, оставляя следы, похожие на кровавые. Складывалось ощущение, что я только что пообедала диким лосем, взъерошенные волосы и затуманенный взгляд добавляли правдоподобности. Тяжело выдыхаю, пока ехидная ухмылка ледяной горы прожигает мне спину. Решая, что с наглого старшеклассника достаточно внимания с моей стороны, которого он явно не заслуживает, начинаю поправлять прическу, полностью расправившись с помадой, игнорируя его присутствие. Когда мое лицо снова принимает вид человеческого, я направляюсь к столу, вокруг которого давно можно было собрать полицейских с собаками, ведь меня не было вечность. Уверенно шагать модельной походкой от бедра на длинных каблуках ватными ногами сейчас представлялось невыносимой пыткой.
Оставаясь между двумя горячими точками на карте всеобщего веселья, я старалась прийти в себя. Музыка заполняет все пространство. Виски начинают пульсировать болевыми ощущениями, слишком много событий и мыслей для недавно отключившегося мозга. Сердце екает укором, когда я понимаю, что во второй раз проиграла в борьбе с слишком сильным противником. Второй раз дала слабину. Второй раз сдалась. Этот парень имеет веское преимущество надо мной - я имею чувства к этому засранцу.
Наполненная живыми и трепетавшими чувствами душа надламывается, когда догадка о том, что это все для глыбы - лишь игра, подтверждается недавними словами и действиями.
- Вита, - радостное облегчение вырисовывается на лице блондина улыбкой, когда он видит меня, от чего мне хочется убежать. - С тобой все в порядке?
- Да, - благодарно за проявление заботы улыбаюсь я, но голова становится болезненнее с каждым движением. - Просто что-то голова разболелась. Наверное с непривычки, я же редко бываю на таких мероприятиях. - Пожимаю плечами, успешно придумывая отмазку. Мимо проплывает тень змея искусителя и Филипп, будто инстинктивно оборачивается в его сторону. Уровень взаимной ненависти, которого достиг наэлектризованный между ними воздух мог испепелить любого. Два льва, один из которых оказался на чужой территории. Слишком опасный вариант развития событий.
Обращая маленький тлеющий уголечек интереса в сторону глыбы, падаю в пропасть загипнотизированности его походкой, грацией и энергетикой мужчины, который мог бы возглавить не один список в журналах, в которых перечисляются списки самых горячих холостяков и кумиров молодежи. Поцелуй, который полностью сбил меня с толку, казалось, не отразился на его уверенности и самодостаточности абсолютно никак, что задевало еще сильнее.
- Ну да, - звучит свежий бриз голоса ванильного и я отрываю приклеившееся внимание к голубоглазому с характерным звуком липучки , - у меня первое время тоже были мигрени. - Старается держать себя в руках, не показывая ничего, кроме хорошего настроения. - Уверена, что не хочешь попробовать десерт? Его вот-вот подадут. - Спасибо, Филипп, но свою порцию я уже отведала.
- Нет, но в следующий раз обязательно. - Стараюсь быть вежливой.
- Следующий раз? - С надеждой смотрит на меня.
- Да. - Придется брать ответственность за чушь, которую извергает мой рот.
- Это замечательно! - Блондин обнимает меня, бережно окольцовывая руками. В этот момент я снова натыкаюсь на колкость злости в ледяных глазах. Неожиданность перемены настроения удивляет меня. Ты слишком хорошо манипулируешь мной, Ролан!
- Что ж, - начинаю, когда руки сероглазого отпускают меня, - все было просто волшебно. Огромное спасибо за вашу гостеприимность! - Смотрю на мистера Уайта, улыбаясь.
- Надеюсь, что тебе стало плохо не от нашей стрепни. - Смеется.
- Конечно нет, все было очень вкусно!
- Верно! Вы были очень щедры! - Заканчивает Карина.
- Был? - Александр приподнимает брови. Это флирт?
- Вы всегда очень щедры, но сегодня особенного.
- Двери нашего дома всегда открыты для вас. - Целует руку тети, пока та светиться, как новогодняя гирлянда.
- До свидания. - Беру аккуратную прическу за руку, ведь нехватка свежего воздуха сжимает мне нутро.
- До свидания.
- Я провожу, - активизируется Филипп, начиная шагать рядом со мной. Сил на протесты не остается и я решаю промолчать. Замечая мое состояние и медленный темп, парень обнимает меня за плечи. Слишком заботливый рыцарь.
Когда двери открываются и свежий воздух касается моей кожи, наполняя легкие, я едва не падаю в обморок. Мурашки воинственными отрядами бегут по телу, принося облегчение с каждым вздохом. Спускаться по ступенькам оказалось еще более сложной задачей, ведь ватные колени стали дрожать, будто всю Новую Зеландию атаковало землетрясение. Сильная мужская рука, помогающая сохранять человеческую осанку, казалась слишком лишней в данный момент.
- Можно с тобой поговорить, - приостанавливает меня сероглазый, с просьбой смотря на Карину.
- Да, - стараюсь сохранять самообладание, подавляя желание накричать на него.
- Причина, по которой тебе стало плохо не связана с появлением Лойта? - Ну вот, самый не подходящий вопрос в данную минуту.
- Не стоит задавать вопросов, на которые не хочешь знать ответов. - Выговариваю я, смотря на пальцы ног.
- Я так и думал. - Шипит парень, - вполне в его репертуаре: появиться и все испортить. - Злость сочилась из под раздутых ноздрей.
- Это не как не сказалось на том, что этот вечер изначально был невыносимым. - Протестую я.
- В каком это смысле? Что было не так?
- Филипп, - измучено выдыхаю я, - я не хочу говорить на эту тему. Я хочу домой, - растираю пальцами виски, - поэтому если никаких важных вопросов больше не будет, я пойду. - Разворачиваюсь, но руки сероглазого останавливают меня, обнимая.
- Извини меня. - Шепчет мне в волосы, - напиши как доедешь. - Выпутываюсь из хватки его доспехи, смазанно кивая.
- Обязательно, - выброшу телефон в реку по дороге.
Мне катастрофически нужен отдых. Голова раскалывается, мышцы горят от перенапряжения, кожа отчаянно просит смыть макияж лёгким покалыванием.
- Пока, Филипп.
-Доброй ночи, Вита. - Преободряюще машет рукой, улыбаясь.
Ныряя под железный щит, моё тело касается прохладного сидения автомобиля крестной, и опорно-двигательный аппарат впервые расслабляется, принимая то положение, которое ему хочется. Транспорт дребезжит, пробуждаясь от сна, стряхнув пыль, как сонный кот, когда тонкие пальцы Карины проворачивают ключи. Местность плавно течёт за стеклом, постепенно ускоряясь, а я сглатывая ком собравшихся сомнений и напряжения, прислоняю лоб к холодном окну. Воздух пропитан цветочным ароматом французских духов тёти, от приятного скрежета молекул которого по слизистой дыхательных путей, я закрываю глаза. Пытаюсь раствориться в родном запахе, забывая обо всех проблемах, однако при малейшем шолохе волос терпкость до боли знакомого парфюма терзает отделы мозга, которые отвечают за страх. Сидя на переднем сидении обычного серого автомобиля, я чувствовала страх, расстроенность и грусть, которых никогда не было в моем сознании. Всё чувства перемешались, как коктейль в чаше профессионального бармена.
- Вита, - аккуратно обращается ко мне крестная, - расскажи мне, что происходит?
- Я не хочу об этом говорить. - Тихо произношу я, практически шепча.
- Не сейчас?
- Да.
- Хорошо, - соглашается женщина, - ты не против, если я включу радио?
- Как хочешь, это же твоя машина. - Давящая тишина внезапно начинает действовать на меня, раздражая. - Да, включи радио.
Когда рука сосредоточенного чёрного платья настраивает громкость, по очереди нажимая на несколько кнопок, я обращаю внимание на звезды. Манящие, далёкие и скрывающие в себе огромное количество тайн. Холодные, горячие, пустынные и газовые, они сталкиваются, совершенно внезапно, оставляя следы и отметены навсегда. Каждая из маленьких горящих бусенок напоминает мне его глаза. Каждый холм, мимо которого мы проезжаем, под звуки новостных сводок, будто разговаривают со мной его басом. Каждое дуновение ветра целует меня в лицо его губами, охлаждая запахом мяты. Все ночные пейзажи, будто пропитаны детальными напоминаниями о нем, пазл за пазлом...
Но вот в чем парадокс, каждая деталь дневного пейзажа этого города напоминает мне о Филиппе. Доброте, с которой он относится к природе и лошадям. Упорстве, с которым он идёт к своим целям. Заботе, с которой он относится ко мне каждый день, требуют того обстоятельства или нет.
Голубые глаза, словно воды Атлантики замораживают, влекут опасностью, тайнами и силой. А вот серые согревают свежестью летней травы, зовя на пикник под ярким солнцем. Что мне делать? Какой выбор окажется правильным? Глыба, который испытывает меня каждую встречу, задевая, манипулируя и искушая? Или же Уайт, чьи доспехи бережно перекрывают мне кислород своеими хорошими качествами?
Вся трогичность в том, что струны души поют одну мелодию, от неё сложно избавиться или заменить. Чувства есть, процесс запущен. Целуя меня сегодня, Ролан Лойт нажал на нужные рычаги, дав начало движению неизвестного для меня конвейера. Хотя, кого я пытаюсь обмануть, он сделал это, целуя меня впервые.
В уши на крыльях маленьких ночных фей залетает информация о том, что дома во всю бушует циклон, принося зиму, а я могу думать лишь о том, что находится рядом с глыбой схоже с тем, как ловить снежинки во время вьюги - сложно и вся кожа немеет от холода, но если вдруг удаётся, то это прекрасное создание природы оказывается в твоих руках всего несколько секунд. Великолепно, но мимолетно. Никогда не знаешь, что будет дальше и повториться ли это вновь.
- Приедешь домой, а везде сугробы. - В пустоту говорит Карина, пытаясь обратиться ко мне. - Надо же!
- Угу, - на автомате издаю звук я.
Упоминание дома втыкает очередную иглу в моё чувство вины. Последний раз звонок родителям состоялся по прилёту. Они, наверное, ужасно скучают и переживают, пока я развешиваю на каждую ветку этого города свои сопли о парне, которому нравится играть моими чувствами. Завтра обязательно поговорю с мамой и папой, посвящу весь день для этого,а пока моим главным желанием является смыть с себя весь этот день.
***
С первыми лучами, пробудившего меня солнца, хватаю телефон, лёжа под одеялом и нажимаю на самый любимый и родной номер из всех возможных вариантов.
- Мама, - весело проговариваю я, когда гудки заканчиваются. - Извини, что не звонила. Как дела? Как папа? - Отсутствие ответов, застревает в моем горле волнением. - Мам?
- Здравствуй, солнышко. - Хрипло.
- Ты плакала? - Начинаю беспокоится, резко садясь на кровать.
- Вита, не переж...
- В чем дело?
- Твоему отцу стало хуже, - сдаётся мама, - вчера случился очередной приступ. - В глазах застывают слезы. Земля уходит из под ног, пока колебания гонга бьют в голове.