7. Ты все равно красавец, пусть и безносый
Знаю-знаю, о чём вы думаете: «Ну, ты даёшь, Магнус. Это было та-а-к глупо!».
Спасибо. Бывает.
Обычно я не разгуливаю по столбам пламени, но в этот раз внутренний голос уверял меня, что огонь мне не навредит. Странно, но я все ещё оставался в сознании. Мне даже не особо-то и жарко было, хотя асфальт у моих ног превращался в кашицу.
Экстремальные температуры меня никогда не пугали. Все мы не без особенностей: некоторые люди могут сгибать пальцы в обе стороны; другие ушами шевелят. А я могу спать на улице зимой без страха замёрзнуть до смерти и спокойно держать ладонь над горящей спичкой. Кстати, я таким образом парочку пари в приютах выиграл, однако я никогда не считал свою терпимость к огню чем-то особенным, чем-то волшебным. И уж точно никогда не проверял свои пределы.
Пройдя сквозь занавес пламени, я огрел Огненного Типа ржавым мечом по голове. Вот так вот. Я всегда выполняю свои обещания.
Пламенный вихрь поутих, хотя сам Сурт не пострадал. Он лишь на мгновение уставился на меня с удивлением, а затем внезапно заехал мне в живот.
Меня много кто бил раньше, только вот пламенных тяжеловесов с кличкой «Чёрный Господин» среди их числа не было.
Я согнулся, словно шезлонг. Мой взор зарябил и затуманился. Когда я пришёл в себя, то уже стоял на коленях, уставившись на лужу хлынувших из меня молока, индейки и крекеров, которые дымились на асфальте.
Сурт запросто мог снести мне голову своим огненным мечом, но, видимо, посчитал меня недостойным такой участи. Он медленно вышагивал передо мной, осуждающе цокая языком.
— Слабак, – заключил Огненный Тип. – Немощный маленький мальчик. Отдай мне свой клинок добровольно, отброс ванов. Тогда я смогу пообещать тебе быструю смерть.
Отброс ванов?
Я знал много хороших оскорблений, но этого никогда не слышал.
Ржавый меч все ещё покоился у меня в руке. Казалось, металл пульсирует, как если бы у клинка вдруг появилось сердцебиение. Он резонировал вплоть до моих ушей, издавая низкий гул, напоминающий заведённый двигатель автомобиля.
«Ты можешь модифицировать его», – сказал мне Рэндольф.
Неужто дядя был прав, и древнее оружие действительно начало пробуждаться в моих руках? Жаль, запоздалая мыслишка. Сурт ударил меня по рёбрам и отшвырнул куда подальше.
Я лежал на спине, глядя на дым в зимнем небе. Огненный Тип, должно быть, долбанул меня что есть мочи, потому как я начал видеть предсмертные галлюцинации: мне померещилась облачённая в броню девушка на туманной лошади, что кружила над нами, словно стервятник. В её руке покоилось копье из чистого света. Кольчуга её отливала посеребрённым стеклом. На голове она носила конусообразный стальной шлем и зелёную повязку, что придавало ей сходства со средневековым рыцарем. Её лицо было прекрасным и в то же время суровым. На долю секунды наши глаза встретились.
«Если ты настоящая, – подумал я, – помоги мне».
Она рассеялась в дым.
— Меч, — потребовал Сурт, его лицо цвета обсидиана нависло надо мной. — Будет лучше, если ты отдашь его добровольно. Но, если придётся, я вырву его из твоих мёртвых пальцев.
Где-то вдалеке завыли сирены. Я задался вопросом, почему до сих пор не приехали аварийные бригады. А потом вспомнил про два других мощных взрыва в Бостоне. Их тоже устроил Сурт? Или он привёл с собой парочку огненных приятелей?
На краю моста, Хэрт, шатаясь, поднялся на ноги. Пешеходы понемногу приходили в себя. Я нигде не видел Рэндольфа и Блитца, но надеялся, что они были в безопасности.
Если я на какое-то время займу этого Огненного Типа, быть может, и остальные прохожие успеют уйти.
Каким-то образом я умудрился встать.
Я посмотрел на свой меч и... да, у меня явно были галлюцинации.
Вместо ржавого куска мусора в моей руке вдруг оказалось настоящее оружие. Обтянутая кожей рукоятка была тёплой, и удобно легка в руку. Навершие эфеса — простой стальной овал — помогало уравновесить тридцатидюймовое лезвие. Оно было обоюдоострым, закруглённым на конце и предназначалось скорее для рубящих ударов, чем для колющих. Ближе к центру лезвия широкий дол был расписан рунами викингов — теми же, что я видел в кабинете Рэндольфа. Они отсвечивали светлым оттенком серебра, словно их нарисовали прямо в процессе ковки клинка.
Теперь я точно слышал гул меча, отдалённо напоминающий человеческий голос, что пытался настроиться на нужный тон. Сурт отступил назад. Его глаза цвета лавы нервно замерцали.
— Ты понятия не имеешь, что держишь в руках, мальчик. И узнать не успеешь, — с этими словами он занёс свой ятаган.
Мне ни разу не доводилось держать в руках меч, а общую информацию про то, как с ним обращаться, я получил благодаря двацатишестиразовому просмотру романтического фильма «Принцесса-невеста». Сурт бы запросто разрубил меня надвое, однако у моего меча были другие планы.
Вы когда-нибудь держали волчок на кончике пальца? Можно почувствовать, как он движется сам по себе, наклоняясь в разные стороны. С мечом так же. Он размахнулся сам, заблокировав пламенный клинок Сурта. Затем меч описал круг, волоча мою руку за собой, и рубанул Огненного Типа по левой ноге.
Сурт завопил. Рана на его бедре тлела, прожигая брюки. Его кровь шипела и пылала, словно хлынувший поток лавы. Огненное лезвие испарилось.
Не успел он опомниться, как мой меч устремился вперёд и полоснул его по лицу. Взвыв, Огненный Тип отступил назад, прикрывая нос руками.
Кто-то слева от меня закричал:
— Мать с двумя детьми.
Харт пытался помочь ей достать младенцев из коляски, которая уже дымилась и готова была взорваться в любой момент.
— Харт! — закричал было я, но потом вспомнил, что это бесполезно.
Пока Сурт зализывал свои раны, я прохромал к другу и указал на мост.
— Иди! Уведи детей отсюда!
Харт прекрасно читал по губам, и мои слова ему не понравились. Он отрицательно покачал головой, беря одного младенца на руки.
Мама держала второго.
— Уходите, – сказал я ей. – Мой друг вам поможет.
Женщина не колебалась. Харт лишь выразительно посмотрел на меня, явно думая «плохая это идея», и медленно последовал за ней. Ребёнок в его руках подпрыгивал вверх-вниз и заливался слезами.
Другие невинные люди все ещё торчали на мосту: водители не могли выбраться из своих машин, пешеходы бродили по дорогам в полнейшем ошеломлении; их одежда дымилась, а кожа была красная, как у приготовленных лобстеров. Аварийная бригада находилась где-то поблизости, но я не знал, как полиция или фельдшеры скорой помощи смогут помочь, если Сурт и дальше продолжит бушевать и сеять вокруг огонь и хаос.
— Мальчишка! — голос Чёрного Господина звучал так, словно тот полоскал горло сиропом.
Стоило ему убрать руки от лица, и я понял почему: мой самоуправляемый меч отрубил ему нос.
Разжиженная кровь текла по его щекам, разбрызгивая по земле шипящие капли. Его брюки сгорели, и мне открылся прекрасный вид на его красные боксёры с изображением пламени. К слову, без носа он походил на дьявольскую версию Поросёнка Порки.
— Ты действуешь мне на нервы, — выдавил он.
— Взаимно, – я занёс меч. – Хочешь его? Приди и возьми.
Уже после я понял, что сказанул чистейшей воды глупость.
Внезапно надо мной снова пролетел силуэт девушки на лошади; она закружила вокруг подобно стервятнику.
Сурт не стал тратить на неё своё время. Вместо этого он нагнулся и голыми руками сгрёб с дороги кусок асфальта. Затем он слепил из него раскалённый добела шар и швырнул его в меня словно бейсбольный мяч.
Бейсбол — ещё одна игра, в которой я не особо хорош. Я занёс меч в надежде отбить снаряд. И промахнулся. Пушечное ядро из асфальта врезалось мне прямо в живот — оно жгло, опаляло и убивало.
Одним ударом Сурт напрочь выбил весь воздух из моих лёгких. Боль была невыносимой. Каждая клетка моего тела будто бы взрывалась в цепной реакции.
Несмотря на это, меня охватило необычное спокойствие: я умирал, это конец. Какая-то часть меня подумала: «Ладно, хотя бы выложись на полную в последний раз».
Моё зрение померкло. Меч загудел, и моя рука напряглась, хотя я её едва ощущал. Огненный Тип оглядел меня со своей испорченной улыбкой на губах.
«Ему нужен меч, – напомнил я себе. – Я не могу позволить ему завладеть им. Если уж я погибну, то заберу его с собой».
Я слабо поднял свободную руку и показал ему жест, который понимали все и без знания языка жестов.
Сурт взревел и бросился в атаку.
Когда он достиг меня, мой меч устремился вперёд и насквозь прошёл через его тело. Я использовал последние крупицы сил, чтобы покрепче ухватиться за него, и Сурт по инерции перенёс нас обоих через перила.
— Нет! — кричал он, пытаясь высвободиться любой ценой: вспыхивал, брыкался и сопротивлялся, но я держал его мёртвой хваткой. Мы стремительно падали вниз в реку Чарльз. Мой меч все ещё пронзал его живот, а мои собственные органы пылали от расплавленного куска асфальта. Небо то попадало в поле зрения, то снова исчезало. Я снова заметил тот туманный силуэт — девушка верхом на лошади галопом скакала ко мне с вытянутой рукой.
Я ударился о воду с оглушительным грохотом. И умер.
Конец