34. Мой меч едва не продали по EBAY
— А я так не думаю, – возразил я.
Ран оглушительно рыкнула, словно кит, страдающий изжогой.
— Ты, внук того самого назойливого Ньёрда, пришёл сюда с просьбой о бартере, потревожил Мирового Змея, оторвал меня поисков, и теперь не хочешь соглашаться на разумную сделку? Меч Лета – самый ценнейший артефакт, попавший в мою сеть за много годы. Твоя душа – это очень маленькая цена для такого обмена.
— Леди Ран, – Сэм забрала у меня свой топор и поднялась кресла, – На душу Магнуса уже предъявил право Один. Он эйнхерий. Это невозможно изменить.
— К тому же моя душа вряд ли окажется ценным приобщением для вашей коллекции, нашёлся я. Она у меня совсем маленькая. Н работает как-то не очень. Да я вообще так давно ей не пользовался, что даже не знаю, в исправном ли она у меня состоянии.
Ран явно заколебалась, боясь прогадать. Юбка-сеть завертелась с бешеной скоростью. Пленённые души забились в попытке обрести волю. Пластиковые пакеты для мусора начали лопаться, как пупырчатая плёнка. Пространство вокруг заполнил столь удушающий запах гниющей рыбы, что я с сожалением вспомнил о нашей старой доброй наживке для мистера Йо.
— В таком случае, что ты мне предлагаешь? – требовательно спросила богиня, – Что может быть равноценно по стоимости этому мечу?
«Хороший вопрос,» – подумал я.
Я напустил на себя задумчивый вид. ну. словно прикидываю варианты, хотя, если честно, у меня в тот момент их не было ни одного, и мне оставалось лишь тупо следить за коловращением юбки-сети. Впрочем, она то и натолкнула меня на одну идею.
— Вы говорите, я помешал вашим поискам. А что именно вы искали? – вкрадчиво начал я.
Выражение лица богини смягчилось. Её глаза засверкали жадным оттенком зелёного.
— Множество вещей. Монеты. Души. Утерянные ценности. Прямо перед тем, как вы разбудили Змея, я приметила колпак для колеса от «Шевроле Малибу», цена которого сорок долларов, — Значит, вы подбираете всякий хлам, то есть я, конечно, имел в виду прекрасные ценные вещи, - спешно исправил ошибку я.
Сэм кинула на меня взгляд из-под прищуренных век. По-моему, ей показалось, что я окончательно спятил, хотя на самом то деле все было наоборот! Мне только сейчас начала становиться ясной система ценностей Ран.
— Вы слыхали о мусорном пятне в Тихом океане? – простёрла она мечтательно обе руки по направлению к горизонту.
— Да, я слышала, леди Ран, – откликнулась Сэм. Это плавающая свалка размером со штат Техас. Жуткое дело.
— Она прекрасна! – сказа богиня. – Когда я впервые её увидела, то была потрясена. Моя коллекция по сравнению с ней – ничто. На протяжении веков, все кораблекрушения в северных водах по праву принадлежали мне. Все, что потерялось в пучине, доставалось мне. Но стоило мне увидеть все чудеса этой кучи мусора, как я тут же поняла, насколько жалкими были мои усилия. С тех пор, я провожу всё своё время, обследуя дно в поисках дополнений к моей коллекции. Я могла бы вовсе не найти твой меч, если бы не была такой быстрой.
Я кивнул ей с симпатией. Теперь я мог вместить эту Северную богиню в мировоззрение Магнуса Чейза. Ран была дамой-помоечницей. Я мог сработаться с дамой-помоечницей.
Я вгляделся в плавающий мусор. Серебряная чайная ложка балансировала на маленьком островке пенопласта. Мимо проплыло вращающееся велосипедное колесо, разрезая призрачную голову потерянной души.
— Леди Ран. – начал я. Ваш муж Эгир ведь бог моря, правда? И вы с ним живете в золотом дворце на самом дне океана.
Богиня настороженно нахмурилась.
— К чему ты клонишь?
— Да вот просто мне интересно, что муж-то ваш думает о вашей прекрасной коллекции.
— Эгир! – богиня выругалась, – Великий виновник штормов на море. Ныне единственная вещь, которой он хочет заниматься – так это варить свою медовуху. Он всегда был пивоваром, но в последнее время это просто глупо. Он проводит все своё время в магазинах, торгующих хмелем, или в турах по медоварням со своими дружками. Я уж не говорю о его фланелевой рубашке, подвёрнутых облегающих штанах, очках и его манере подрезать себе бороду. Он все время говорит о мелких партиях свежесваренной медовухи. У него котёл шириной в целую милю! Как он может варить маленькие партии?
— Верно. – сказал я. – это, должно быть, очень раздражает. Он не ценит всей важности Ваших сокровищ.
— У него свой стиль жизни. – сказала Ран, – У меня свой.
Сэм выглядела очень озадаченной, но для меня всё это имело смысл. Я знавал одну даму-помоечницу из Чарльзтауна, муж оставил ей особняк стоимостью в шесть миллионов долларов на Пикон-стрит, но пребывание дома одной заставляло её чувствовать себя подавленной, одинокой и несчастной. Так что, вместо этого, она жила на улицах, изо дня в день толкала свою корзинку из супермаркета, собирая пластиковые украшения для газона и жестяные банки. Это наполняло её жизнь смыслом.
Ран нахмурилась.
— О чём это мы там говорили?
— О Мече Лета. – сказал я. – О том, что я могу предложить в обмен на него.
— Да!
— Так вот, моё предложение. Вы отдаёте мне меч. а за это наша коллекция остаётся у вас, –ответил ей я.
Сеть мигом подёрнулась льдом.
—Ты грозишься я забрать мои вещи? – воинственно про творила богиня.
— Нет, что вы. Разве я мог бы пойти на такое? Вполне понимаю всю ценность...
— Любой предмет здесь уникален! –не дала мне договорить она. – Взять хоть эти подсолнухи, - указала она на вращающиеся в воде жёлтые пластиковые цветы на длинных зелёных стеблях. Они давно сняты с производства. Мне любой за них десять долларов выложит.
— Ясное дело, – не стал спорить я.–Но если вы мне не вернёте Меч Лета, сюда явится его искать Сурт вместе с полчищем огненных великанов, и я сомневаюсь, что они вам окажут такое же уважение.
Ран презрительно фыркнула.
— Сыновьям Муспеля до меня не добраться. Водное королевство для них смертельно опасно.
— Вы забыли, наверное, что у Сурта полно союзников. - вступила в беседу Сэм, наконец понявшая ход моих мыслей.– Они начнут вам мешать, станут вас раздражать и в конечном итоге присвоят ваши сокровища. Сурту необходим Меч Лета, и он в погоне за ним способен на все. А как только его захватит, начнётся Рагнарёк, и вы не сможете ничего собирать. Океан закипит, а ваша коллекция будет попросту уничтожена.
— Нет! – проверещала богиня.
— Да.– возразил решительно я. Но, если вы отдадите мне меч, он у меня окажется в безопасности и у Сурта не будет причины вас беспокоить.
Ран помолчала, задумчиво глядя на мусор, который крутился у неё в юбке.
— И каким же образом ты, сын Фрея, намерен хранить безопасность надёжней меня? –поинтересовалась она.– Ты же не сможешь вернуть этот меч своему отцу. Фрей отказался от права владеть им в тот самый момент, когда уступил его Скирниру.
Мне в очередной раз захотелось найти отца, этого летнего бога и как следует ему врезать. Что его дёрнуло отдавать свои меч? Любовь? Неужто боги такие же идиоты, как люди? По идее они должны быть умнее. Хотя вон богиня Ран охотится за всяким мусором вроде колпаков для автомобильных колёс, а её муженёк как одержимый варит медовуху.
— Сам стану им пользоваться, – ответил я Ран. –Или в Вальхаллу сдам на хранение.
— Другими словами, ты не знаешь, – богиня подняла свои водяные брови и посмотрела на Сэм. –А ты, дочь Локи, почему ты встаёшь на сторону богов Асгарда? Твой отец им не друг – больше нет.
— Я не мой отец,– сказала Сэм, –Я валь... Я была валькирией
— Девушка, грезящая полётами, которую таны выдворили из Вальхаллы, - с кривой улыбкой проговорила Ран. – Не понимаю, зачем ты по-прежнему лезешь из кожи вон, чтобы заслужить их одобрение? Для полётов они тебе не нужны. Знаешь прекрасно, что с кровью отца...
— Отдайте нам меч, леди Ран, – сердито оборвала её Сэм. – Это единственный способ отложить Рагнарек.
— Ты даже звучишь, как Локи. – с затаённой обидой притворила морская богиня. – Он тоже умеет так хорошо убеждать. Сперва льстит, но потом переходит к угрозам. Как-то даже заговорил мне зубы до такой степени, что я отдала ему свою сеть. Ну и пошли проблемы. Он сумел разгадать мою тайну плетения сети. Сперва этому научились боги, а потом люди. И вскоре это мог делать каждый, кто захотел. Моя наработка! Мой товарный знак. Вот почему с тех нор меня не так легко уговорить. - Лучше оставлю меч у себя и рискну пообщаться с Суртом.
Я, отстегнув ремни, встал с рыбачьего стула, переместился на нос и уставился в глаза Ран.
Дам-помоечниц мне в общем, скорее жалко, и я до этого никогда их не запугивал. Но сейчас я хотел, чтобы Ран принимала меня всерьёз.
— Видите эту цепочку на моем поясе? Это подлинный меч из Вальхаллы. Вряд ли у вас в коллекции есть что-нибудь подобное.
Ран потянулась было ко мне, но отдёрнула на полпути руку.
— Вижу сквозь волшебство, не врёшь. Но зачем мне меняться на...
— Новенький меч взамен старого, – быстро проговорил я. – Клинок у него блестит куда лучше. Он вообще только раз побывал в бою. Без проблем двадцать баксов выручите. А вот у Меча Лета продажной цены вообще нет.
Богиня явно заколебалась.
— Ммм, это правда, но...
— Другой вариант, – не давал ей опомниться я. Я просто забираю Меч Лета. Ведь он моя собственность.
Ран зарычала. Ногти на пальцах у нёс вытянулись и стали похожи на зубы акулы.
— Ты, никак, угрожаешь мне, смертный?
— Нет, - сохранял из последних сил я спокойствие, – Просто вы должны знать. Я чувствую свой меч в ваших сетях.
Ох, как же я нагло ей лгал!
— Просто говорю правду, – сказал я, пытаясь оставаться спокойным. – Я чувствую меч в Вашей сети (Это была полнейшая чушь.) Однажды я уже его вытащил его с глубины. И я могу снова это сделать Меч – это самое острое оружие всех девяти миров. Вы действительно хотите, чтобы он разрезал Вашу сеть, рассыпал все Ваши сокровища и освободил все эти пленённые души? Если они станут свободными, как думаете, они будут драться за Вас, или против Вас?
Глаза Ран заметались.
— Ты не посмеешь.
— Меняю меч на меч, – ровным голосом повторил я. Ну и, как компенсацию за все наши хлопоты, подкиньте ещё яблочко Идунн.
— Ты раньше не говорил про яблоко, – прошипела она.
— Ну, это же простая просьба. – сказал я. – Я знаю, что у Вас есть одно лишнее яблоко бессмертия, крутящееся где-то в этом водовороте. И мы уйдём с миром. Мы остановим Рагнарёк, а Вы сможете вновь вернуться к своим поискам сокровищ. Иначе... – Я пожал плечами. – Вы узнаете, что сын Фрея может делать с мечом его отца.
Прозвучали мои слова очень дерзко и самоуверенно, а вот душа у меня уходила в пятки. Я был почти уверен, что Ран расхохочется мне в лицо, потопит лодку, а души наши сделает частью своей коллекции. Но, невзирая на это, я продолжал ей твёрдо смотреть в глаза.
Только после того, как я досчитал до двадцати – это было достаточно для того, чтобы капля пота скатилась по моей шее и превратилась в льдинку на моей кофте – Ран наконец прорычала:
— Очень неплохо.
Богиня махнула рукой, и Меч Лета, вылетев из её юбки сети. очутился в моей ладони, взбадривая своим тихим гулом каждую клетку моего тела.
Я бросил цепочку за борт.
— Жду яблоко.
Из сети вылетел фрукт. Если бы не хорошая реакция Сэм, оно бы угодило ей прямо между глаз. Яблочко не выглядело очень аппетитно – просто пожухлый Голден Делишес – но Сэм держала его так аккуратно, будто бы оно было радиоактивно. Она засунула его в карман своей куртки.
— А теперь идите, как и обещали. – сказала Ран. – Но вот что я скажу тебе, сын Фрея: Ты ещё пожалеешь об этих переговорах. Я отныне твой враг. Муж мой Эгир, лорд волн, узнает об этом тотчас, как мне удастся его извлечь из очередной лавки, торгующей хмелем. Гак что очень рекомендую тебе никогда не пускаться больше по морю. В следующий раз родство с Ньёрдом тебя не спасёт. Если попадёшь в мои воды, я утащу твою душу на самое дно.
— Ну. – сказал я. – Это определённо то, чего стоит ждать.
Ран начала кружиться, пока Её силуэт не стал походить на воронкообразный туман. Юбка-сеть обернулась вокруг неё, как скрученные в клубки спагетти. Затем все это погрузилось в воду и скрылось.
— Интересный у вас какой разговор с ней вышел, – содрогнулась всем телом Сэм.
За нашими спинами заскрипели ступени лестницы. Из трюма показалась голова Харальда.
— Интересный? Ты назвала это интересным разговором?
Он поднялся на палубу, сжав угрожающе кулаки и буравя нас гневным взглядом. С его сине-ледяной бороды струилась капель.
— Рыбалка на Мирового Змея – это ещё куда ни шло. Но гневить Ран? Если бы я знал, никогда бы не взял вас на борт – и не важно, что там сказал Большой Мальчик! Я зарабатываю на жизнь океаном! Я должен был выбросить вас за борт, как только...
— Я удвою Ваш гонорар. – сказала Сэм. – Десять монет из красного золота. Только доставьте нас обратно в порт.
— Хорошо, – не смог устоять мерзлот Харальд и обречённо поплёлся в рубку.
Я разглядывал обретённый Меч Лета. Он был у меня в руках, но мне пока ещё не было ясно, как с ним поступить. Сталь клинка сияла словно бы изнутри. Руны на ней светились серебром. От меча шло тепло. Оно прогревало воздух вокруг, растопило лёд на поручнях лодки, а меня наполнило ощущением той самой силы, которое приходило, когда я начинал кого-то лечить. В моих руках было скорее не оружие, а магический ключ, открывающий те ощущения, которые я считал для себя навсегда потерянными. Ну будто мы с мамой вновь гуляем в Голубых холмах н солнечный ветерок ласкает моё лицо.
Сам вдруг протянула руку в огромной кожаной перчатке и стёрла слезу у меня со щеки.
А я и не понял, что плачу!
— Извини. – выдавил я из себя севшим голосом.
— Ты действительно мог вызвать меч из сети морской богини? – глянула она на меня с тревогой.
— Понятия не имею, – пожал я плечами.
— В таком случае это было просто безумство с твоей стороны, – покачала головой Сэм. - Но получилось у тебя потрясающе.
Я опустил меч. Он продолжал гудеть, будто пытаясь что-то сказать.
— Что имела в виду Ран? – спросил я. – Она сказала, что тебе не нужно быть валькирией, чтобы летать. Что-то связанное с кровью твоего отца
Доверительность с выражения лица Сэм исчезло даже быстрее, чем сеть Ран.
— Не важно.
— Ты уверена?
Она старательно отводя от меня глаза, медленными движениями прикрепила топор к поясу.
— Так же уверена, как и ты в том, что мог вызвать Меч Лета.
Моторы взревели. Лодка начала разворот.
— Постою возле Харальда у руля, – объявила Сэм. – Хочу убедиться, что он действительно нас везёт в Бостон, а не в Йотунхейм.
Но мне-то было совершенно ясно: она просто хочет сейчас отойти от меня подальше.