72. Я ПРОИГРЫВАЮ СПОР
- Эти похороны намного лучше тех последних, - сказала мне Аннабет. - Ну, я имею в виду, твоих.
Мы стояли на вершине Голубых холмов, глядя, как пепел мамы летит к укутанным снегом деревьям. Далеко внизу искрился под солнечными лучами обледенелый пруд. Несмотря на морозный день, меня окутывали такое тепло и спокойствие, каких я за последние годы не ощущал ни разу.
- Спасибо за то, что пошла со мной, - сказал я кузине, сжимая под мышкой опустевшую керамическую банку.
Она кинула на меня пристально изучающий взгляд, каким её серые глаза смотрели на всех. Такая, знаете ли, способность, проникнув за броню внешности, увидеть твоё состояние, и болевые точки, и способность твою изменяться и развиваться. Ну а что ещё ожидать от девушки, которая в шестилетнем возрасте возводила из рунных плашечек модель Парфенона.
- Я хотела прийти. Не могла иначе, - отозвалась она. - Твоя мама... что я помню, так это то, что она была замечательной.
- Ей бы понравилось, что ты здесь.
Аннабет посмотрела через край. Лицо её раскраснелось от ветра. Она глянула вдаль, где кончались деревья.
- Они кремировали тебя тоже, знаешь. Я имею в виду, то другое тело, чем бы это ни было, - уточнила она. Прах положили в фамильный склеп. Я даже и не подозревала до этого, что он у нас есть.
Я поёжился, представляя фарфоровую вазу с содержимым, которое было когда-то мной, в холодном каменном подземелье. Лучше уж здесь, среди свежего воздуха и солнечного света.
- Трудно, наверное, было тебе притворяться, будто ты веришь, что я действительно мёртв, - тихонько проговорил я.
Она смахнула с лица прядь волос.
- Ну, кажется, Рэндольфу было куда тяжелее. Он выглядел сильно подавленным и потрясённым. Ну да, если учесть...
- Что ему никогда не было до меня дела? - догадался я, что она имела в виду.
- До всех нас, - уточнила она. - Хотя у меня с отцом... - Она чуть помолчала. - Магнус, все это так непросто. У нас с ним трудно сложилось, но я теперь стараюсь быть честной с ним. Не люблю изворачиваться и скрывать.
- Ты уж меня извини, - оставалось мне лишь развести руками. - Но я думал, лучше тебя не вмешивать в свои проблемы. Видишь ли, я последние несколько дней совсем не был уверен, что выживу. Случилось много чего опасного. И связано это со старой семейной историей по линии моего отца.
- Магнус, возможно, я понимаю гораздо больше, чем тебе кажется.
Аннабет и впрямь выглядела так, будто понимала. Во всяком случае, реагировала на мои слова куда адекватнее большинства тех, с кем я сталкивался даже в Вальхалле. Я по-прежнему не хотел подвергать её риску, но и отмалчиваться больше было нельзя. Этим бы я положил конец нашей дружбе, а ведь она едва начала восстанавливаться.
- В общем, сейчас со мной полный порядок, - заверил её я. - Остановился у друзей в одном из тех недурных местечек, о которых большинство людей представления не имеют. Дяде Рэндольфу знать ничего обо мне не надо, и лучше бы ты вообще никому не рассказывала. Даже своему папе.
- Полагаю, деталей мне от тебя не узнать? - склонила чуть набок голову Аннабет.
«Вам обязательно надо поговорить, - тут же вспыли у меня в памяти слова отца. - Тебе потребуется помощь, прежде чем все будет сказано и сделано». А следом за тем я подумал о Сэм и её семье, множество поколений которой привлекало внимание богов. Рэндольф мне намекал, что мы такие же.
- Я просто не хочу подвергать тебя опасности, - принялся объяснять я Аннабет. - Надеялся, что ты станешь для меня связью с обычным миром.
Она, уставившись на меня, звонко расхохоталась.
- Ты даже не представляешь, насколько это смешно. Знай ты хоть в общих чертах, какая странная у меня жизнь...
- А я как раз здесь и с тобой ощущаю себя нормальным, как никогда за последние годы. После всех этих безумных ссор наших родителей, глупых обид и многолетнего отчуждения я надеялся, что хоть у нас с тобой может наладиться.
Лицо её посерьёзнело.
- Если ты о такой нормальности, то я за. - Она протянула мне руку. - За кузенов Чейз и улучшение их отношений.
Мы обменялись рукопожатием.
- А теперь рассказывай, - потребовала она. - Обо всем, что с тобой случилось. Молчать, разумеется, обещаю. А может, даже смогу и помочь. И уж поверь: каких бы я странностей от тебя ни узнала, моя жизнь все равно гораздо странней, и твоя по сравнению с ней покажется отдыхом в тихом пригороде с фруктовыми садиками.
Передо мной, как конспект, пронеслась череда всего, что я пережил за последние две недели. Смерть и возрождение. Рыбалка на Мирового Змея. Битва с великанами. Бегство от белки-монстра. И наконец, битва с Волком Фенриром.
- Может, поспорим? - предложил я.
- Делай ставку, братец.
- Я тут знаю неподалёку отличную фалафельную. Проигравший оплачивает обед.
- Ставки приняты, - улыбнулась она. - Ну, послушаем, что ты там натворил.
- Э-э, нет, - возразил ей я. - Раз уж ты уверяешь, что твоя жизнь интересней, тебе и рассказывать первой.