Глава 8. Реванш.
В спортзале Сент-Джуд гулкое эхо поглощало все звуки, кроме ритмичного тук-тук-тук мяча о паркет. Ярмина уже была там - в растянутой майке, с рыжей копной, которая отчаянно подлетала вверх, пока она отрабатывала броски в прыжке.
Лео остановился в дверях, наблюдая. После вчерашнего чинного ужина видеть её здесь, злую и азартную, было почти облегчением.
- Опаздываешь, Ордос! - крикнула она, не оборачиваясь. - Шнурки долго гладил?
- Пробки, - усмехнулся Лео, заходя на площадку. - И вообще, я нападающий, мне положена эффектная пауза перед выходом.
Ярмина поймала мяч и прижала его к бедру. Она внимательно посмотрела на Лео, и её взгляд на секунду смягчился. - Ну... как ты после вчерашнего? Родители не читали нотаций о «девочке с мячом»?
- Наоборот, - Лео подошел ближе и забрал у неё мяч, пробуя его вес. - Мама в восторге. Она сказала, что у тебя очень правильные черты лица. А папа... папа вообще считает, что мне нужно больше общаться с такими людьми, как ты. Сказал, что у тебя железный стержень.
Ярмина фыркнула, но в глубине души ей было приятно. - Твой отец... он странный, - она замялась, подбирая слова. - Нет, он классный! Реально. Я думала, такие, как он, едят на завтрак акции и запивают слезами конкурентов. А он сидел, расспрашивал про маму, про краски... Знаешь, он даже прислал сегодня утром курьера. Тот привез огромную коробку холстов и каких-то навороченных масел. Сказал - «от семьи Ордос в знак поддержки талантов».
Лео улыбнулся. - Я же говорил. Он ценит искренность. Тебе понравилось у нас?
Ярмина запрыгнула на скамью и начала затягивать шнурки кроссовок. - У вас очень тихо, Лео. Прямо пугающе тихо. Как будто в музее, где боишься даже дышать громко, чтобы не сработала сигнализация. У вашей мамы такие глаза... как будто она боится чего-то.
- Она просто очень нежная, - Лео сел рядом. - Папа её бережет. Она много пережила раньше, еще до моего рождения.
- Наверное, - Ярмина пожала плечами. - Но твой дом... он как будто из журнала. Всё на своих местах. Даже крошки на столе, по-моему, лежат в шахматном порядке. У нас дома - хаос, везде краски, скипидар, старые чашки... Но там я знаю, где заканчивается стена и начинаюсь я. А у вас я всё время боялась слиться с мебелью.
Лео рассмеялся, и этот смех отразился от высоких потолков зала. - Ты и мебель? Это невозможно. Ты слишком рыжая для нашего дома.
- Эй! - она толкнула его плечом. - Ладно, Ордос. Хватит лирики. Вчера ты был хозяином положения, сегодня - моя территория. Если ты сейчас не забросишь хотя бы три из десяти, я расскажу всей школе, что ты носишь шелковые пижамы с мишками.
- У меня нет пижам с мишками! - возмутился Лео, вскакивая.
- Докажи!
Она бросила ему мяч, и игра началась. В этом движении, в этих столкновениях плечом к плечу и звоне кольца, не было никакого подтекста, никаких фамилий. Были только двое детей, которым было всё равно, кто строит города, а кто живет в разрушающихся домах.
- Знаешь, - крикнул Лео, уходя от её блока. - Папа сказал, что скоро будет благотворительный вечер. Он хочет выставить там одну из старых картин твоей мамы. Сказал, что это поможет ей снова поверить в себя.
Ярмина замерла на секунду, пропуская мяч мимо корзины. - Реально? Он правда хочет это сделать?
- Да. Он хочет, чтобы твоя мама снова начала улыбаться.
Ярмина посмотрела на Лео, и в её глазах впервые промелькнуло что-то похожее на абсолютное доверие. - Значит, твой папа действительно супергерой, - тихо сказала она. - Или просто очень хороший человек. Погнали дальше, Ордос! Я всё еще веду в счете!
*****
Игра закончилась вничью. Тяжело дыша, Лео и Ярмина уселись прямо на пол, привалившись спинами к холодной стене спортзала.
- Знаешь, - Лео вытер лоб краем футболки, - мама тоже художница, в каком-то смысле. Она дизайнер. Работает из дома, шьет невероятные платья по индивидуальным заказам. На втором этаже у неё целая мастерская: эскизы, лоскуты шелка, манекены...
Ярмина с интересом повернула голову: - Дизайнер? Это круто. Значит, у неё тоже есть этот «творческий беспорядок»?
Лео на мгновение задумался, вспоминая мастерскую Эннит. - Ну... у неё всё очень красиво. Ткани разложены по оттенкам, иголки в специальных подушечках. Папа говорит, что гармония в пространстве помогает ей не переутомляться. Она может часами подбирать один-единственный тон нити. Иногда я захожу к ней, и там пахнет только лавандой и новой тканью.
- Понятно, - Ярмина усмехнулась, подбрасывая мяч на ладони. - Даже творчество в вашем доме выглядит как сцена из кино. Моя мама, если рисует, то краска у неё везде - на щеках, на шторах, в чае. Но, может, это и есть разница между «профи» и просто безумцем.
- Приходи как-нибудь, - предложил Лео. - Она бы с удовольствием показала тебе свои альбомы. Она редко выходит, так что новые люди её радуют.