Дьявольская марионетка

🎧 Music: Fifth Dawn – Defying Symmetry

Будильник Ведьмы

В районе Дорсодуро находится музей Академии наук, где собрано огромное количество интересных и необычных экспонатов, приоткрывающих завесу тайн истории прекрасного города на воде.

Но есть среди них ещё один уникальный экспонат, не входящий в официальную коллекцию, но являющийся её неотъемлемой частью.

Это старый, потрёпанный будильник.

Местная легенда гласит, что несколько веков назад в этом доме жила чистокровная ведьма. Благодаря своей огромной силе, о ней знал каждый человек в округе. Поэтому, когда подошёл её смертный час, жители города боялись даже к дому близко подходить.

Ведьма долго умирала в одиночестве и сильных мучениях.

После её смерти никто не хотел жить в её бывшем доме. Поэтому, через некоторое время, власти города решили реконструировать здание под музей.

Во время ремонтных работ строители не заметили ничего необычного. Но когда решили убрать с одной из старых стен потёртый будильник, вот тут-то и начались странности: жуткие завывания неизвестных существ, звуки приближающихся шагов (хотя рядом никого не было), предметы исчезали в одном месте, а появлялись в другом.

Строители, на всякий случай, вернули будильник на место и накатившая дьявольщина внезапно прекратилась. После этого они больше не играли с судьбой и даже не прикасались к злосчастным часам, благодаря чему спокойно закончили реконструкцию здания в срок.

Старые ведьмины часы так и остались "сторожить" покой Академии, устанавливая чёткую границу между прошлым и настоящим.

Но эту историю обычно рассказывают туристам. Мало кто слышал о её подробностях.

Говорят, что ещё в XVII веке на месте сегодняшней Академии был ведьмин дом. Интересно, что к ней никто не мог попасть, без её персонального согласия. Она будто существовала в каком-то безвременье.

Беззаботно прогуливаешься по району Дорсодуро, все здания стоят себе на месте, а жилища таинственной девушки как не бывало. Но когда по-настоящему нуждаешься в помощи ведьмы, ноги будто сами ведут к месту назначения. Не успеешь подойти к высокой чёрной резной лакированной двери с круглым крыльцом с шестью мраморными ступеньками, как она со скрипом сама отворяется. За порогом тьма-тьмущая. Ничего не видно. Даже не сразу замечаешь, как сквозь мрак ярко сверкают ониксовые глаза колдовской кошки. И удивляешься тому, что животное исполняет обязанности гостеприимного дворецкого.

Вначале всё тело будто сковывает страх, такой, что не можешь продолжить двигаться вперёд, но и не в силах развернуться и сбежать. Но потом кошка, всё это время не сводящая с тебя глаз, неожиданно громко, звонко и властно мяукает. И ты откуда-то знаешь, что она приглашает тебя пройти внутрь.

Отказаться нельзя.

Уже поздно...

Ведьма, конечно же, знала любые колдовские приёмы. Но основным профилем её практики была работа со Временем.

Для неё не было разницы между Прошлым, Настоящим или Будущим. Не сильно изобретательные люди приходили к ней за банальными вещами: погадать на судьбу, узнать своего будущего возлюбленного, снять проклятье, привлечь удачу. Просили, конечно, и наколдовать какую-нибудь пакость для своего врага, но от таких предложений она отказывалась, хоть о последнем никто не знал. Неудовлетворённый клиент в отместку распускал слухи о злых проделках страшной ведьмы, поэтому все в округе её боялись. И если всё-таки возникала необходимость обратиться к ней, пытались сделать это максимально скрытно.

Но эту девушку нельзя было назвать такой уж безобидной. Во всех немыслимых чудесах, которые она совершала, должна была присутствовать справедливость. Поэтому, если она и вмешивалась в чью-то судьбу, то все, кто даже случайно был связан с изменяемыми событиями, должен был оказаться в выигрыше. Злые же люди всегда получали по заслугам.

Наверно, именно по этой причине со всеми, кто незаслуженно наговаривал на ведьму, пороча её репутацию, происходило что-то плохое...

***
Рассказав о своём приступе брату, Летиция попросила пока что не сообщать об этом родителям.

Алессио всячески упирался, пытался разубедить девочку, приводя свои доводы, что бездействие может быть опасным. Но Лети настояла на своём.

Мальчик с девочкой договорились пока что никому ничего не рассказывать. Но если приступ повторится, Алессио тут же сообщит об этом маме.

Летиция же пыталась себя убедить в том, что всё будет в порядке. Она даже стала больше кушать, как советовал её друг Мано. Может и правда – причина в этом?..

– У кого-то хороший аппетит! – с улыбкой заметила мама, когда за завтраком дочка попросила добавки. – Произошло что-то счастливое? Ты всегда, когда чему-то рада, сметаешь всё и со своей тарелки, и с тарелки брата.

Фредерика улыбнулась тому, как от её слов лицо Лети приобрело озадаченный вид. Женщина изучающе присмотрелась к дочери. Девочка завороженно вглядывалась в выразительные глаза матери насыщенного синего цвета, необыкновенно контрастировавшие с её чёрными волосами.

Все говорили, что Лети очень похожа на Фредерику. И эти слова делали малышку счастливой, так как она считала свою маму красивой. А это означало, что её саму тоже можно назвать хорошенькой.

Хотя её брат и так постоянно повторял, что она – самая прекрасная девочка на свете.

– Неужели вы с братом раскрыли какую-то новую мистическую загадку? – Фредерика прервала мысли девочки.

– Дорогая, не мешай детям играть в детективов, – в просторную кухню вошёл отец. Высокий, широкоплечий, с густой шевелюрой, с возрастом ничуть не утративший своей привлекательности. Увидев Фредди, его карие глаза наполнились теплотой, а губы расплылись в добродушной улыбке.

Нежно поцеловав жену, он взял свою тарелку с завтраком.

– Фернандо, у нашей дочери хороший аппетит, – сообщила она мужу.

Мужчина подошёл к Летиции, приобнял, поцеловав в макушку. Проходя мимо Алессио, он и его нежно потрепал по плечу. Мальчик в ответ лишь виновато опустил голову, но заметила это только его сестра.

– Будешь хорошо кушать, быстрее вырастешь, – обнадёжил дочку папа. – И станешь ещё красивее.

Обрадованная Лети с ещё большим энтузиазмом продолжила освобождать свою тарелку от еды.

***
У Велии было плохое предчувствие. Глупо, конечно, было так расстроиться раздавленной виноградине. Но в тот самый момент она очень ярко ощутила, что произошло что-то нехорошее.

Связаться с Элисео она никак не могла. Разве что попросить кого-нибудь из привозящих с другого берега необходимые вещи для монастыря, чтобы передали от неё письмо по указанному адресу.

Но звучало как-то глупо. Что она ему напишет?

Что её "обижает" наглый виноград, подло сбегая, как только она отвлечётся? Или что у неё руки дырявые?
Звучит смешно и как-то по-идиотски.

Но вот спокойнее на душе от этого не становится.
На острове девушке предстояло пробыть ещё каких-то две недели, поэтому она решила потерпеть.

За это время ничего сильно плохого не случится! Ведь так?..

***
На этой неделе Фредерика работала в субботу. У детей же в школе был выходной. И так как Летиция хотела посмотреть на "Будильник ведьмы", поэтому дети пошли с ней.

Хоть внимания им уделить по-прежнему не получалось – подготовка к предстоящей выставке занимала много времени, – поэтому мама вновь прислала к ним Мануэля.

– А может вы всё-таки передумаете? – обеспокоенно спросил администратор. – Не то, чтобы я боялся, но, наверно, не зря все охранники обходят его стороной...

– Да брось! – как для маленького произнесла Лети, чётко проговаривая каждую букву. – Втроём не страшно.

– Я же сказал, – стал оправдываться Мано, – что не боюсь. О нём разное говорят... О проклятье каком-то... Что... его якобы можно "унести" с собой домой...

– Кто ты такой? И где мой друг? В прошлый раз ты довольно скептически отнёсся к этой байке.

– Ладно. Уговорила. Пошли уже.

Мануэль вывел детей из здания Галереи и направился к пристройкам, которые были не видны со стороны фасада.

***
Лишь ступив на другой берег Канала, Велия, прямо со своими вещами, побежала по адресу, отпечатавшемуся в её памяти. Ей жизненно необходимо было поскорее увидеть его. Или хотя бы услышать от его родственников, что он сейчас на лекциях и скоро вернётся.

Отыскав, наконец, заветный дом, девушка сделала глубокий вдох и постучалась в дверь.

Довольно долго никто не открывал. И когда Велия хотела уже отойти, чтобы попытаться заглянуть в окна с другой стороны. Дверь медленно, со скрипом, отворилась. Из проёма высунулась хрупкая женщина с припухшим лицом и покрасневшими глазами, как если бы она плакала несколько дней подряд. Её растрёпанные каштановые волосы были не причёсаны, в некоторых местах даже, наверно, уже успели запутаться. Но женщина, похоже, и не догадывалась об этом, либо её подобные вещи сейчас не волновали совсем.

"Наверно, у неё произошло какое-то горе," – пришло в голову Велии.

– Что вы хотели? – устало, хриплым голосом спросила хозяйка дома.

– Я... - вдруг замялась девушка, – пришла к Элисео... Вы не могли бы его позвать?

Женщина с непроглядной тоской взглянула на Велию и громко разрыдалась, скрывшись где-то в глубине дома, при этом забыв закрыть дверь.

Девушка не стала дожидаться приглашения и пошла за ней, в надежде хоть что-нибудь узнать. Свои вещи она оставила в коридоре у входа.

Женщина, не прекращая плакать, прошла в гостиную, усевшись на софу. Вокруг неё, по обе стороны, валялась гора платочков, в одни она сморкалась, другими промокала глаза.

– Может вам что-нибудь принести, чтобы вы могли успокоиться? – робко произнесла Велия.

– Ааа... Ты ещё здесь?..

Видно хозяйка дома даже не заметила непрошеную гостью.

– Там в шкафчике, – женщина указала в сторону противоположной стены, – моё успокоительное. И захвати на кухне воды. Кухня там, дальше по коридору.

Взяв всё необходимое, девушка вернулась к хозяйке. Та, запив лекарство водой, уставилась на Велию.

– Откуда ты знаешь Элисео?

– Мы познакомились на Кипарисовом острове. Я, как только смогла, сразу пришла увидеться с ним.

– Так ты опоздала...

– О чём это вы? Он куда-то уехал?

– Скорее... улетел... Если говорить о душе. – Произнеся последнюю фразу, женщина нервно рассмеялась, а потом всхлипнула, пытаясь сдержать слёзы. – Он умер... Две недели назад...

Оказалось, ровно две недели назад, на стройке произошёл несчастный случай. Здание пошло трещинами и нескольких человек завалило камнями. Среди них был и Элисео...

Плохое предчувствие подтвердилось...

...Целый месяц девушка пробыла в каком-то забытье, потеряв какой-либо интерес к жизни. Она почти ничего не ела и совсем перестала выходить из дома. Родители уже даже забеспокоились. Неужели это пребывание в монастыре так повлияло на неё? Не такого результата они ожидали.

Поэтому, когда дочь внезапно, по собственному желанию, захотела вернуться ненадолго на остров, они даже немного испугались, стали отговаривать. Но девушка настояла на своём.

Вернувшись в монастырь, Велия рассказала о случившемся Галатее, спросив совет о том, что ей делать дальше.

Бывшая наставница ответила, что лучшее лекарство - это смирение.

Оставшись на некоторое время в монастыре, девушка честно работала по пять часов в день, молилась с утра до ночи, прося у Бога успокоения души.

Она очень старалась. Во всём. Но ничего не происходило.

Её тоска по любимому лишь усилилась.

Однажды поздним вечером, спешно покинув остров, Велия решила для себя, что глупо искать помощи на стороне Света. Ведь её любимого украла Тьма.

К ней она и надумала обратиться.

***
Мануэль завернул в какой-то совсем неприметный проулок. Если не будешь точно знать, что он здесь находится, так сразу его и не заметишь. Идеальное место для того, чтобы спрятать подальше от чужих глаз таинственную вещь, значение которой известно лишь хозяину.

Девочка немного замедлила шаг, двигаясь вслед за другом. Алессио шёл чуть позади, оглядываясь по сторонам.

Наконец-то Мануэль остановился, уставившись на что-то, расположенное на стене здания. Когда брат с сестрой поравнялись со своим проводником, то тоже проследили за взглядом молодого человека.

На кованой фигурной подвеске из чёрного металла покоился старинный будильник с разноцветным циферблатом. Каждая цифра имела свой оттенок.

При том, что явно бросалось в глаза, что эти часы провисели здесь несколько столетий, на нём и правда совсем не оседала пыль, и даже привычная венецианская зеленоватая плесень, везде оставляющая свою метку, будто обходила его стороной.

Лети придвинулась к нему поближе, отчего Мано, стоявший рядом, слева от неё, непроизвольно дёрнулся. Девочку заинтересовало то, что у этого необычного будильника было четыре стрелки: две фигурные, две прямые – все разной длины. Понятно, что изящные стрелки когда-то показывали текущее время, а прямые – служили напоминанием для какого-то важного дела, которое нельзя было пропустить. Но непонятно для чего нужно было вешать будильник на улице в узком проходе? Внутри здания его оповещающий звук никто не услышит.

Девочке очень хотелось разгадать секрет таинственного будильника и познакомиться с его обладательницей, таинственной ведьмой из далёкого прошлого.

Или, может, это всего лишь очередная страшилка для привлечения туристов?

– Ну что, посмотрела? – подал голос Алессио. – Может, уже вернёмся обратно? Здесь в тени как-то прохладно.

Девочка почти не слышала слов брата. Её заинтересовала надпись, расположенная на поле разноцветного циферблата. Буквы были частично стёрты, и сложно было что-то разглядеть.

Лети протянула руку в сторону старинных часов, медленно приближаясь к таинственным буквам, выведенным каллиграфическим шрифтом.

– Что ты делаешь? – не сразу опомнился Мано, попытавшись остановить малышку. Но не успел. Проворные пальчики Лети уже успели прикоснуться к чуть шершавой поверхности циферблата с отпечатанными на нём выпуклыми буквами.

Последнее, что услышала девочка – это крик Мано, сливающийся с испуганным голосом Алессио. Но эти звуки с огромной скоростью, стремительно удалялись. Летиция будто проваливалась в какой-то вязкий водоворот густого тумана. В глазах мгновенно потемнело. Что-то неведомое с огромной силой тянуло Летицию в бесконечную пропасть, у которой, казалось, совсем не было дна...