Дьявольская марионетка

Утро следующего дня...

Насыщенный сладкий запах настойчиво теребил её обострившиеся чувства, вырывая из сладкой неги лениво покидающего сознание сна. Открывать глаза совсем не хотелось.

Так уютно находиться на мягком облачке самой удобной кровати на свете. Даже лениво переворачиваться с одного бока на другой было непередаваемо приятно. Шёлковые простыни ласкали её нежную кожу, умоляя остаться в их объятьях, обещая нескончаемые сладостные мгновенья в их компании.
Щека утонула в уютной впадинке подушки, заботливо приглушающей звуки внешнего мира.

"Хочу остаться здесь навсегда", – мысль едва задела её затуманенное сознание.

Ещё раз лениво перевернувшись, она распахнула веки, обнаружив источник дурманящего манящего запаха, вырвавшего из волшебного сна. На прикроватной тумбочке в хрустальной вазе стоял огромный букет роз. Их насыщенный алый цвет больно ударил в глаза. В лучах палящего солнца, бесцеремонно ворвавшегося в спальню, всё вокруг казалось таким ярким, с насыщенными, глубокими оттенками цвета.

Беспокойно щурясь и всё ещё пытаясь совладать с сонливостью, девушка перевела взгляд на своё отражение в огромном зеркале в полстены, расположенном напротив кровати. По другую сторону стекла, на громадном ложе с балдахином лежала красивая брюнетка с длинными волосами, распластавшимися на подушках клубничного цвета. Белоснежная шёлковая ночнушка с соблазнительными кружевными вставками дерзко задралась, освобождая красивые длинные ноги.

Девушка вновь вернула свой задумчивый взгляд, задержавшись на лице. Огромные синие (или... наверно... даже какого-то василькового цвета) глаза, обрамлённые густыми длинными ресницами, взирали на неё по ту сторону стекла с какой-то растерянностью... удивлением... Губы, напоминающие нежные розовые бутоны, чуть приоткрылись в попытке произнести слова удивления.

– Это же Стелла! – дёрнулась она в попытке подняться. Но вышло не сразу. Тело было тёплым... живым... но каким-то чужим... Оно будто отказывалось слушаться свою новую хозяйку. Или пока что лишь гостью... Но сейчас эта деталь не так сильно волновала её. – У меня получилось!

Наконец-то усевшись на кровати, Коломбина широко и смело улыбнулась своему новому отражению. Девушка резко поднялась, но, не удержавшись на ногах, рухнула на ковёр.

– Да что за чёрт?! – разозлилась она. – Как люди ходят?!

Только сейчас она заметила резкую боль в правом запястье.

– Даже упала неудачно! – разочарованно, сквозь слёзы произнесла живая кукла.

Опасливо разглядывая ушибленное запястье, она размышляла над тем, как бы подняться так, чтобы не покалечиться ещё больше. Было бы обидно потратить драгоценные сутки свободы на валяние трупиком в кровати. Что-то подобное она и в фарфоровом теле всегда успеет сделать. В памяти как раз услужливо всплыло ненавистное кресло в стеклянном шкафу-гробу. Поморщившись, отгоняя воспоминание, девушка вновь взглянула на своё отражение, прикидывая, как поскорее подняться. Не хотелось тратить драгоценное время, ведь там за дверью ещё столько всего интересного, что она хотела бы рассмотреть и опробовать.

С горем пополам поднявшись, больше облокачиваясь на левую руку, Коломбина вновь вернулась к цветам. Робко протянув длинные изящные пальцы к бутонам, она коснулась нежных чуть прохладных лепестков. Блаженно прикрыв веки, девушка провела по их гладкой, чуть бархатистой поверхности, едва касаясь кожей. Приятное щекотание коснулось её пальцев, скользнув по запястью. Неожиданная волна мурашек пробежалась по внутренней стороне руки, направившись куда-то к сердцу.

Сердце!

Только сейчас Коломбина обратила на него внимание. Оно учащённо билось, отдаваясь в ушах приятным гулом.

Кровь подступила к лицу, заставив запылать щёки. Девушка вновь повернулась к своему отражению.
Вся раскрасневшаяся, как роза, сейчас она счастливо улыбалась сама себе. Взгляд нетерпеливо опустился к левой груди, наглухо запакованной белоснежной ночнушкой под самое горло.

Нетерпеливо разбираясь с шёлковыми тесёмками, Коломбина наконец-то освободила, пылко бьющееся сердце, спрятанное за высокой грудью, прикрытой изящными кружевами.
Робко прикоснувшись к гладкой коже, она переместилась к тому месту, где сердце было слышно громче всего. Ладонь приятно подрагивала в такт биению... жизни...

Теперь, одновременно со счастливой улыбкой, на лице появились слёзы радости.

Вот оно! То, чего она ждала с нетерпением! Так близко!
Скоро это сердце и это тело будут принадлежать ей! Она уже не могла дождаться этого момента!

Осторожно открыв дверь спальни, она оглянулась по сторонам. В коридоре никого не было. Тихонечко прикрыв за собой дверь, Коломбина вышла из комнаты. Опираясь на стену из-за расфокусированной координации, девушка направилась в сторону лестницы, ведущей вниз, с ужасом думая, как она будет спускаться.
Уцепившись за перила и едва передвигая негнущиеся ноги, Коломбине всё же удалось добраться до гостиной.

Увидев спасительный диван, девушка со счастливой улыбкой направилась к нему. Путь сюда был для неё очень длинным, и она сильно устала. Надо было передохнуть.

Проходя мимо комода, она остановилась. Её внимание вновь привлекло зеркало, обрамлённое в позолоченную фигурную раму. Как приятно было глядеть в своё новое отражение. Покопавшись в шкафу Стеллы, кукла едва отыскала длинное платье с относительно открытым бюстом. У хозяйки гардероба явно был какой-то пунктик, связанный с одеждой. На видном месте в шкафу виднелись одни платья с глухим высоким воротом. Даже, если они были относительно короткими, то с максимально закрытым декольте.
Нормальные наряды, по мнению Коломбины, были заныканы вглубь шкафа.

Сейчас, разглядывая себя в зеркале, кукла была довольна своим выбором. Длинное, нежно-голубое платье на тонких бретельках из лёгкого материала, идеально подчёркивало силуэт. И что девушке нравилось больше всего – в нём была кокетливо открыта грудь, символично давая сердцу больше свободы.

Коломбина с какой-то завороженностью ещё некоторое время наблюдала за тем, как вздымается её грудь в такт глубокому взволнованному дыханию.

С трудом оторвавшись от своего отражения, она всё-таки добралась до мягкой поверхности дивана. Кукла только сейчас в полной мере осознала, насколько устала. Ноги гудели.

Неужели и Стелле так тяжело ходить? Или кукла просто неправильно ставит ступни, напрягает мышцы там, где не надо?

Ничего, она ещё научится это делать. Обязательно научится!

Облокотившись на мягкую спинку дивана, кукла прикрыла веки. Поводив головой из стороны в сторону, Коломбина пришла в восторг от приятных ощущений в районе затылка. Нежная кожа соприкасалась с поверхностью дивана вперемешку с шелковистыми волосами. Вообще, любые соприкосновения открытых участков кожи с различными материалами вызывали яркий взрыв тактильных ощущений. Хотелось утонуть в ворохе бархатистых подушек, теперь раскиданных по поверхности мягкой мебели.

Некоторое время девушка провела в состоянии эйфории, поддавшись внутренним ощущениям. Коломбина обнаружила себя, распластавшейся по поверхности дивана. Одна нога была закинута на спинку дивана, другая, согнувшись в колене, облокотилась на мягкую поверхность сидения. Голова была опрокинута вниз, волосы раскиданы в разные стороны.
От лёгкого, воздушного чувства невесомости отвлекло настойчивое урчание в желудке.

"Пора бы поесть", – мысль очень ярко обозначилась в голове, тем более, что из кухни уже доносился запах свежей выпечки и ещё каких-то вкусностей, которых кукла не могла идентифицировать.
Ну что она могла знать в этой жизни?

Пересилив ленивое желание валяться весь день в гостиной, Коломбина попыталась встать. Но опять, не удержав равновесие, рухнула на мягкий ковёр. В этот раз даже не было больно. От собственной неуклюжести стало даже смешно, ведь в теле марионетки она была пограциознее. А сейчас она, как плюшевый мишка, перекатывающийся по огромному особняку.

Представив себе эту картинку, девушка вслух звонко засмеялась, положив голову на ковёр. Он был такой мягкий и пушистый, отчего Коломбина не удержалась и потёрлась о него щекой.

Так приятно!

Но надо было заставить себя подняться. Ведь людям нужно есть. Желудок, как раз в это время требовательно о себе напомнил.
Согнув ноги в коленях и стараясь облокачиваться больше на левую руку, Коломбина поднялась на неустойчивые ноги. Стараясь опираться на любые предметы мебели, попадающиеся на пути, она побрела в сторону кухни, ведомая шлейфом необыкновенного запаха.

На кухне, напевая какую-то весёлую песенку, хозяйничала кухарка.

– О, ты уже проснулась, Тэлли? – с улыбкой произнесла разрумянившаяся женщина.

Коломбина даже оглянулась, не зашёл ли кто-то ещё. Но потом всё-таки поняла, что обращались к ней.

– Решила подольше поваляться в кровати, – ответила кукла, неожиданно для себя робко улыбнувшись в ответ.

– Устраивайся поудобнее, дорогая. Как всегда, начнёшь с пирога и имбирного чая?

Кухарка, имени которой кукла никак не могла отыскать в памяти Стеллы, поставила перед ней небольшую тарелку с изящным рисунком на ободке. На ней красовался внушительный кусок клубничного пирога. Рядом уже обозначилась чашка с русалкой Мелузиной из венецианской легенды. В этот раз память услужливо воссоздала воспоминание, что это подарок Алессио.

Как всё же интересно устроена человеческая память – что-то всплывает мгновенно, а что-то глубоко спрятано в ворохе непонятных образов и закодированных символов.

Девушка с задумчивым видом отломила кусочек пирога, отправляя его в рот. Прямо руками.
Ещё тёплое бисквитное тесто с запечённой корочкой по краям, разбавленное нежнейшими взбитыми сливками, заполнило всё пространство во рту. Коломбина чуть не захлебнулась слюнями, обильно заполнившими остатки свободного пространства. Она пришла в неописуемый восторг от этого божественного вкуса. Повезло же людям, наслаждаться такой вкуснятиной!

Всё ещё пережёвывая, как оказалось, довольно приличный кусочек, девушка присмотрелась к остальным слоям пирога. Теперь её ждал слой чёрного шоколада. Осторожно проглотив остатки еды и слизнув с пальцев нежнейшие взбитые сливки, Коломбина протянула в трепете предвкушения чуть подрагивающие руки к шоколадной начинке.

Густая коричневая масса приятно таяла, вязко растекаясь во рту. Одновременно сладкая, с пьянящей горчинкой.
Шоколад – гениальное изобретение человечества! И как люди всё ещё могут быть несчастными, после такого фейерверка вкуса?!

Коломбина, не удержавшись, издала блаженный стон, с чувством зажмурившись от удовольствия.

Далее её ожидал слой с крупными кусочками ярко-красной клубники. Даже сам её вид радовал глаз! А вкус? О, этот сочный, сочный вкус! Сладкая, с лёгкой кислинкой, с феерией послевкусия, будто праздничный фейерверк прямо во рту...

Коломбина не удержалась и начала облизывать тарелку. Праздник вкуса не должен прекращаться!

Расправившись с пирогом, липкими руками она ухватилась за ручку кружки с всё ещё дымящимся чаем, от которого исходил лёгкий аромат свежести. Сделав большой глоток, она обожгла язык. Резко вдохнув от неожиданности, она чуть не захлебнулась, отчего из глаз непроизвольно потекли слёзы.
С грохотом отставив кружку от себя подальше, девушка начала растирать излишнюю влагу по лицу.

Либо ей показалось, либо вокруг неё стало подозрительно тихо. Когда она только приступила к трапезе, на заднем фоне, были слышны лёгкие мелодичные звуки звона посуды, открывания-закрывания шкафчиков, текущей воды.
Но сейчас кухню заполнила абсолютная тишина. Причём она стояла вокруг уже некоторое время.

Коломбина осторожно подняла глаза.
Кухарка застыла на месте с удивлённым и немного... испуганным видом наблюдая за ней.

О да! Картина, представшая перед её взором, была живописной!
Лицо вокруг рта обмазано шоколадом, на кончике носа красовалось пятнышко от взбитых сливок. Липкие руки девушка прямо на глазах у растерянной женщины вытерла о платье. Вся столешница усыпана крошками, размокшими в пролитой луже чая.

– Спасибо, – неловко улыбнулась Коломбина. – Было очень вкусно. Жаль... чай не распробовала.

– Ты уверена, что с тобой всё в порядке?

– Я просто устала и не выспалась... И... сильно проголодалась.

– Может, покажешься доктору?

– Нет спасибо. Ничего страшного. Я скоро буду такой, как прежде.

Кухарка хотела ещё что-то сказать, но её прервал звонок во входную дверь.
Она пошла открывать, а Стелле предложила пока что взглянуть на себя в зеркало и умыться.

Когда Коломбина увидела себя в зеркале ванной, расположенной недалеко от кухни, её вид вызвал у неё улыбку. Теперь понятно, почему женщина предлагала вызвать врача. Стелла всегда вся из себя такая идеальная, а тут – такое. Жаль было, что платье придётся переодеть. С её-то теперешней неуклюжестью – та ещё задача.

Когда кукла вышла из ванны, кухарка сообщила, что к девушке пришла подруга, и она ждёт её в спальне.

"Опять взбираться наверх", – подумала Коломбина разочарованно глядя на самое страшное зло на свете – ступеньки. Хотя ей, в любом случае, пришлось бы идти туда из-за испорченного платья.
Тяжело вздохнув, она ухватилась за перила.

Приблизившись к своей спальне, девушка бесшумно открыла дверь, тихонечко войдя в комнату.
Перед зеркалом в полстены стояла Ноеми, нервно пытаясь расправить свои влажные волосы.
Коломбина задумалась над тем, что подруга Стеллы выглядит как-то странно. Дёрганные испуганные движения... И это всё из-за каких-то глупых волос?

– Почему ты мокрая? – нарушила тишину кукла.

Ноеми испуганно подпрыгнула на месте с каким-то секундным ужасом в глазах. Кукла успела заметить это лишь в зеркальном отражении, потому что когда рыжая обернулась, её лицо преобразилось, мышцы расслабились, руки опустились.

"Странная она какая-то", – проскользнуло у Коломбины в голове.

– На улице внезапно начался дождь, – тихонечко произнесла Ноеми, взглянув в сторону окна.

Коломбина отвлеклась от подруги, быстро сорвавшись с места. Вспотыкаясь об углы мебели, продолжая, как и прежде, напрочь не ощущать своих габаритов, она добралась до окна, раскрыв его нараспашку. Радуясь свежей влаге, она наполовину высунулась в окно, подставляя лицо тяжёлым каплям.

– Это же потрясающе! – восторженно произнесла она, по-детски радуясь неожиданному событию в её короткой жизни.

Прохладные ручейки задорно и пружинисто ударялись о макушку, разбегаясь влажными дорожками по лбу, щекам, шее, щекотно затекая за ворот. Но это только ещё больше приводило Коломбину в восторг. Улыбка не покидала её счастливого лица.

Когда длинные тёмно-каштановые волосы полностью промокли, утяжеляя вес головы, Коломбина решила вернуться в уютные стены спальни.

Ноеми с опаской оглядывала подругу.

– С тобой всё в порядке? – поинтересовалась она.

– А что не так? – удивилась кукла.

– Ты промокла до нитки. А ещё... у тебя платье в красно-коричневых пятнах... Ты не поранилась?

Ноеми с беспокойством стала ощупывать подругу.

– Это всё пирог, – беззаботно объяснила кукла. – Не волнуйся.

Но для подруги подобное оправдание её поведения не показалось убедительным.

"Ну да! Стелла так себя не ведёт! Она правильная и идеальная!"

– Но ты права, – предупреждая какие-либо ещё вопросы, поспешила Коломбина. – Пожалуй, мне стоит переодеться.

– Давай я сначала помогу тебе вытереть волосы, – предложила Ноеми, направляя подругу в ванную, смежную со спальней.

"О, как удобно. В этом доме всё, что надо, всегда под рукой."

Когда девушки вышли из ванной, то сразу направились к шкафу. Копаясь в ворохе одежды, Коломбина отвлеклась на тихий голос Ноеми.

– У вас с Алессио сегодня какое-то особенное свидание? – спросила подруга.

– Почему ты так решила? – кукла не сразу поняла, о чём разговор.

– Ну... ты ищешь платье с открытым декольте... В чём-то подобном я тебя не видела со времён...

Ноеми как-то притихла, застыв на половине предложения.

– Со времён чего? – не выдержала Коломбина.

– В таких нарядах ты ходила, когда ещё встречалась с... Дэмиэно... – марионетка обратила внимание на то, как тяжело Ноеми произносить его имя. – Но после расставания с ним... вдруг резко поменяла... стиль одежды...

Кукла задумалась над словами девушки. Что же такое тогда произошло со Стеллой? И почему её подруга так странно реагирует на того парня? Но решила сейчас пока что не копаться в памяти истинной обладательницы тела, в котором сейчас находилась. Со стороны это будет выглядеть странно, если она вдруг застынет и перестанет реагировать на какие-либо внешние раздражители.

– Надо же когда-то приходить в себя, – дипломатично ответила Коломбина. Она не совсем понимала, о чём конкретно сейчас говорит, но подумала, что такое объяснение удовлетворит подругу.

– Я рада, что ты начинаешь приходить в себя. Хоть ты сегодня и выглядишь немного странной. Но... перемены всегда сбивают с толку.

Когда хозяйка дома переодевалась в новый наряд, Ноеми иногда робко бросала на неё восхищённые взгляды, думая, что девушка ничего не видит. Но, неловко отвернувшись, подруга встретилась со своим отражением в зеркале. Грустно вздохнув, она попыталась акцентировать своё внимание на чём-то другом. Статуэтки на комоде вполне выполнили свою функцию.
Этот занятный эпизод не смог укрыться от цепких глаз Коломбины.

Как же у людей много секретов!

Наконец-то справившись с платьем (по фасону похожим на предыдущее, только клубничного цвета), Коломбина повернулась к Ноеми, привлекая её внимание.

– Ты голодна? – поинтересовалась у девушки кукла. – Как насчёт того, чтобы устроить набег на кухню?

Ноэми просияла в ответ. Коломбина, скользнув взглядом по силуэту подруги, задумалась над тем, а не слишком ли она худенькая и... бледная?..
Но это так... в копилку секретов, которые было бы полезным раскрыть... А сейчас она и сама успела изрядно проголодаться. Кусочком торта сыт не будешь!

– Только давай попытаемся избежать встречи с кухаркой, а то она меня грозилась к доктору отправить? – Коломбина состроила беззаботное лицо. – Да и тайные набеги интереснее! Не находишь?

– Да, – согласилась рыжая, пытаясь как-то утихомирить желудок, беззастенчиво распевающий оперное соло.

– Тогда пошли охотиться на еду! – звонко рассмеялась Коломбина, обратив внимание на то, как подруга пытается прикрыть живот, чтобы звуки урчания были потише.

Кукла взяла красноволосую девушку за руку и потянула за собой, направляясь к лестнице, ведущей вниз.

Чуть замедлившись на преодолевании ступенек, девушки пробрались на кухню. Помещение было пустым.
Воздух пропитался запахом мяса, запечённого в духовке.
В углу на столе остывала курица. Коломбина приблизилась к ней, радостно открыв стеклянную крышку. Её окутал густой запах мяса со специями, нежный шлейф которого настойчиво пробрался через нос, растекаясь по стенкам голодного желудка.

– С хрустящей корочкой, – приблизилась Ноеми. – Запечённая с яблоками.

– Ты будешь? – поинтересовалась Коломбина.

– А кто же от такого откажется?

– Тогда берём, – распорядилась кукла. А потом добавила, поинтересовавшись: – А что будем пить?

Брюнетка бросилась к шкафчикам, по очереди открывая их.

– Как тебе это? – спросила она у подруги, указывая на тёмную жидкость в стекле.

– Это оливковое масло, – Ноеми озадаченно посмотрела на подругу.

– В смысле, не подойдёт? – уточнила Коломбина, пытаясь распознать ответ по выражению лица. – Не вкусно?

– В качестве напитка не очень, – рассмеялась красноволосая девушка.

– А это? – кукла быстро переключилась на другую бутылку.

– Это вино, – в этот раз лицо подруги выглядело загадочным и немного мечтательным.

– Тоже пить нельзя? – уточнила кукла.

– В погребе твоего отца необыкновенно вкусные вина!

– Тогда берём с собой! – радостно воскликнула Коломбина.

– Может, ты и чай свой захватишь?

– Ты так считаешь? – кукла с некоторой опаской взглянула на изящный чайничек из голубого фарфора, вспоминая, как чуть ранее опекла себе язык.

– Ты же его очень любишь! – удивлённо наблюдая за сомнениями хозяйки дома произнесла Ноеми, после чего восторженно добавила, зажмурив глаза от удовольствия: – Он необыкновенный!

– Хорошо. Уговорила. Тогда и пирог прихватим.

– А как же длинный список из блюд на обед?

– Думаю, нам этого вполне хватит, – уже предвкушая наслаждение трапезой, Коломбина вспомнила ещё кое-что: – А где здесь были овсяные печеньки?

– Ты их разве переложила? – удивилась Ноеми, открывая дверцу привычного шкафчика и доставая оттуда красивую продолговатую округлую металлическую коробочку. – Вот же они!

– Давай курицу с вином опробуем прямо здесь? – предложила Коломбина, рассматривая собранный обед, разложенный на столешнице барной стойки. – А пирог с чаем отнесём на улицу в беседку?

Ноеми решила сама достать тарелки с бокалами. Стелла уж слишком сегодня выглядела неловкой. Не хватало ещё и битого стекла в перемешку с фарфором на полу.

С опаской разглядывая дорогой хрусталь, девушка усомнилась, стоит ли давать такое в руки подруги.

– Как сверкает! – восхищённо произнесла за спиной брюнетка. – Поскорее бери их и тащи к столу. А то я начну без тебя.

Усевшись за барную стойку, Ноеми помогла Стелле разобраться с курицей, разложив кусочки сочного мяса с запечённой золотистой хрустящей корочкой. Густой соус щедро растёкся по тарелкам, чуть покрывая кисло-сладкие яблоки.

Коломбина без какого-либо предупреждения набросилась на еду. Опять хватая аппетитные кусочки прямо руками и облизывая пальцы.

– Не стесняйся, – улыбнулась она. – Расслабься и ешь так, как тебе удобно. Ну же! Это потрясающе вкусно!

Ноеми, замешкавшись на несколько секунд, повторила за подругой, также хватая мясо руками.

– Только платье опять не заляпай, а то Алессио сегодня тебя красивой не увидит, – предупредила рыжая.

Коломбина бросила быстрый взгляд, на всё ещё чистое платье, а потом вернулась к еде.

Сочные кусочки идеально тёплого (достаточно остывшего) куриного мяса пускали сок, пряная подливка, перемешавшись с соусом, растекалась по стенкам рта. Аппетит во время еды лишь усилился. Кукла больше не могла сдерживаться, поддавшись гастрономическому восторгу.
Вернулась в реальность она лишь тогда, когда Ноеми наполнила её бокал красной искрящейся жидкостью.

С лёгкой опаской взяв в руки хрупкий рифлёный бокал Коломбина осторожно принюхалась, вдыхая тонкий виноградный аромат. На вид напиток напоминал густую кровь. Вино сначала немного обожгло язык, омыло горло, бурлящей рекой стекая в желудок, согревая всё на своём пути.

Кукле этот напиток понравился больше. Насыщенный, с многоступенчатым ягодным вкусом с лёгкими цветочными нотками, раскрывающимися постепенно.

Коломбина ощутила, как кровь прилила к лицу. Наверно, сейчас она покраснела, как... настоящий живой человек. Приятное тепло растеклось по телу, достигнув даже кончиков пальцев. Поистине волшебный напиток!
Кукла довольная расплылась в улыбке.

– С каких это пор ты пьёшь вино, как воду? – весело рассмеялась Ноеми, поймав чуть блуждающий взгляд подруги. – Его нужно смаковать по глоточку.

Коломбина смутилась. Она сегодня всё делает не так. Ей ещё многому предстоит научиться, чтобы быть своей среди людей.

Марионетка, послушав Ноеми, из следующего бокала элегантно отпила скромный глоточек, позволив ему медленно достичь стенок желудка. На одобрительную улыбку подруги она улыбнулась в ответ.

К тому времени, как пришёл Алессио, дождь уже успел закончиться. Девушки встретили его, сидя в беседке и лакомясь клубничным пирогом с чаем.
Ноеми решила не мешать парочке, скрывшись в особняке. Чуть раньше подруга попросила её остаться у неё на ночь.

– Расслабляешься? – Алессио поднёс бокал девушки ко рту, вдохнув аромат и испробовав глоточек. – И как? Помогает?

Коломбина застыла на некоторое время. С момента появления парня, девушка начала испытывать неловкость. Ещё при первом взгляде на него почему-то нестерпимо захотелось подорваться с места и радостно броситься к нему в объятия.

Этого хотело её сегодняшнее тело. Оно безудержно рвалось к нему, нуждаясь в его тепле, как в воздухе, которым она сейчас дышала.
Но мешал запрет Стеллы. На сделку она согласилась лишь при выполнении определённых условий: не прикасаться к Алессио, не вредить отцу и никому из её близких, ничего не менять в её теле.

– Это какой по счёту бокал? – не дождавшись ответа на предыдущий вопрос, молодой человек задал следующий.

– Третий, – Коломбина, наконец, вернула себе способность говорить. Однако лёгкая неловкость всё ещё ощущалась в её голосе. – Четвёртый будет последним. Выпей со мной за компанию.

На столике, на изящном серебряном подносе, стоял ещё один чистый бокал, приготовленный для особого гостя. Того, кого она одновременно ждала и боялась встречи с ним.

Алессио, пристально взглянув в глаза своей девушки, молча наполнил бокалы. Сделав глоток из своего, он проследил за тем, как Стелла сделала то же самое. После чего, чуть отставив напиток, потянулся к её губам, придерживая затылок.

Коломбина замерла от неожиданного прикосновения тёплой ладони. Сильной, но одновременно нежной. Своей. Родной.

Нет. Она и правда не собиралась целовать Алессио. Но совершенно не подумала о том, как ей удастся этого избежать?

Он так на неё смотрел. В его взгляде было столько любви и плескающейся страсти. И... тело, без ведома её текущей хозяйки, само подалось навстречу ему. Губы раскрылись в предвкушении.

Алессио одарил её нежным поцелуем и отстранился. Коломбина почему-то ощутила разочарование. Радость от прикосновения длилась всего одно мгновение. Она хотела ещё.

Параллельно в голову пришла мысль, что совсем не обязательно самой, по собственной инициативе, касаться Алессио. Он может и сам это сделать, если пожелает. А в этом ему можно и помочь. Так она сможет, при надобности, обойти ограничение, установленное Стеллой.

– Расскажи мне одну из своих необыкновенных историй.

– О чём ты хотела бы услышать?

– Может, о пьесе про Коломбину?

– Ты разве не знаешь эту историю?

– Я бы хотела услышать её из твоих прекрасных уст. Ты очень интересный рассказчик.

Коломбина всегда с благоговением ловила каждое слово в его историях, которые он рассказывал Стелле. С ним она будто проживала тысячу жизней, насыщенных, интересных.
В его рассказах было столько смысла. Вместе с Алессио кукла лучше понимала жизнь людей. Их стремления. Страхи. Желания.

Да, Коломбина каждый день с блеском отыгрывала в театре историю куклы, в честь которой её символично назвали. Но ей было интересно, какой видит её историю Алессио. Она хотела лучше понять. Глубже проникнуться. Уловить смысл в каждой недосказанной детали.

Парень поближе подсел к девушке, приобнял за плечи, беспокоясь о том, чтобы она не замёрзла. Ведь на улице было всё ещё сыро после дождя. Коломбина напрочь отказалась покидать уютную беседку и никакие уговоры молодого человека не смогли поменять её решение. Поэтому, смирившись с ней, Алессио прикрыл её плечи своим тёплым свитером и, понизив голос, начал рассказывать историю Коломбины.