Дьявольская марионетка

Music: Oskar Schuster & Cypix – Caelum

Давным-давно существовала одна необычная кукольная деревня. Все марионетки, живущие здесь в разноцветных шатрах, были словно живыми, но лишёнными сердец. Созданы неизвестным кукольником по образу людей. В своих театральных постановках они обыгрывали в комедийной форме человеческие поступки. Доведённые до абсурда, они выглядели весьма комично. Но в этих коротких сюжетах было много смысла. Зритель получал прекрасную возможность увидеть себя со стороны. Но для многих из них это было лишь увлекательным развлечением.

В кукольной деревне жили два брата. Одного звали Арлекин. Весь из себя красавчик и любимец женщин. В одежде предпочитал всё яркое, разноцветное с ромбовидными узорами. Другой, с нежным именем Пьеро, хоть и был неплох лицом и фигурой, но из-за скромности, чаще всего находился в тени своего ближайшего родственника. Его любимым цветом был белый, символизировавший чистоту, невинность, искренность. Одежда его, в отличие от брата-красавчика, предпочитающего всё обтягивающее и подчёркивающее фигуру, была мешковатой, с длинными рукавами, явно не по размеру. Он в ней будто прятался от всего мира.

Оба были влюблены в прекрасную Коломбину. Яркую, улыбчивую девушку с задорным звонким смехом, словно звук колокольчиков. В день своего появления она была облачена в белоснежное атласное платье, коротенькое, но с пышной юбкой в два слоя. Её голову венчала маленькая шляпка, в тон всему наряду, кокетливо сдвинутая набок.

Арлекин был уверен в себе и своей неотразимости, поэтому первым подошёл к красотке, легко завладев её вниманием. Пьеро лишь однажды случайно столкнулся с Коломбиной, когда она куда-то спешила. Так они и познакомились. Узнав, что он брат Арлекина, она заинтересованно начала расспрашивать о нём.
Пьеро было обидно, что темой их разговора был его ненавистный родственник. Но, одновременно, он был рад, что так они хотя бы смогут поговорить.

Девушка не умолкала, рассказывая, какой потрясающий Арлекин, а Пьеро, давно потерявший нить разговора, увлечённо разглядывал её губы, словно спелые вишни, утопал в океане бездонных глаз, сгорал от желания прикоснуться к волнам сияющих красных волос.

Он не сразу заметил, как девушка с ним попрощалась. Неловко произнеся в ответ фразу "до скорой встречи", наполненную настоящей искренней надеждой, он проводил её печальным взглядом.

Красива, грациозна, весела и улыбчива. Но никогда не будет принадлежать ему, как и всё, на что положил свой глаз Арлекин...

Может поэтому Пьеро почти всю свою жизнь пребывал в глубокой печали. Ведь всё самое лучшее всегда доставалось его брату. Причём свои трофеи он получал легко и беззаботно и совершенно не ценил то, что имеет.

Все трое выступали в театре марионеток. Правда Коломбина появилась в их труппе деревянных кукол совсем недавно. Но её талант сложно было не заметить. Её коронной фишкой был танец на кольце. Она будто парила среди звёзд в ореоле искусственных прожекторов. Гибкая, изящная, грациозная Коломбина исполняла танец в воздухе и чарующим голосом пела свою грустную песню.

Деревянная кукла пела о том, что все её считают красивой и идеальной. Она всё делает с выверенной точностью, превосходно исполняя задумку создателя. Коломбина веселит людей, заставляет восхищаться, приводит в восторг, о чём свидетельствуют бурные возгласы счастливой публики.

Но для неё самой это лишь игра, хорошо отрепетированные приёмы, выполненные в нужный момент. Сама она при этом ничего не чувствует. А она тоже хотела бы порадоваться вместе с людьми. Почувствовать счастье. Ощутить любовь.

Песня заканчивается словами:
"Вот бы в этой прекрасной груди забилось пылкое сердце.
Тогда бы судьба, услышав мольбы, приоткрыла в волшебную жизнь дверцу!"

Вечером, после представления, братья сидели у костра.

– Номер Коломбины необыкновенный! Она так грациозно двигается на этом кольце! Пока она танцевала, я почти не дышал.

Арлекин восторженно делился своими чувствами.

– Ты и так не можешь дышать, – грустно вздохнул Пьеро. – Ведь сделан из дерева.

– Вечно ты всё портишь своей проницательной тоской, – отмахнулся брат. – Я видел, ты тоже не сводил с неё глаз. Но, в заботе о тебе, скажу, что у тебя нет шансов. Она любит меня!

– Она сама тебе об этом сказала?

– Да, когда со всей страстью ответила на мой поцелуй.

Арлекин артистично улыбнулся, сверкнув глазами.

– Что? Не ожидал такое услышать? Она моя! Погрусти о ком-нибудь другом...

Неугомонный брат оглянулся по сторонам.

– Например, как тебе та новенькая? – он указал на симпатичную светловолосую куклу в коротком платье яркого изумрудного цвета. Её спина была кокетливо открыта, а волосы игриво уложены на один бок, волнами распадаясь на левое плечо. – Хм... Интересно, как на ней держится это платье? Пойду спрошу её об этом.

Пьеро проследил за братом, беззаботно флиртующим с очередной симпатичной куклой. И зачем ему Коломбина, когда он не может пропустить ни одной девушки? Коллекцию собирает?

Пьеро беззаветно был влюблён в Коломбину и страдал от того, что она его не замечала. Может, брат и считал его глупым простаком, но парень видел, как Арлекин прохода девушке не даёт. Стоит той появиться на его горизонте, как он бесцеремонно хватает её за руку и увлекает за собой, подальше от любопытных глаз. Эти двое прячутся в шатрах, за занавесками, в костюмерных, бегают друг к другу, когда все лягут спать. И если Пьеро удаётся случайно их заметить, они лишь смеются в ответ на его вопросительный взгляд. Не злобно. Но в пустоте его деревянного тела поселяется горькая обида, разгораясь всё сильнее, постепенно превращаясь в какое-то более страшное чувство...

Пьеро откинулся на спину. Удобно заложив руки за голову, он прикрыл глаза, погрузившись в воспоминания...

***
Помимо ежедневных представлений, у каждой куклы была своя жизнь и любимые увлечения.

Коломбина любила петь, Пьеро превосходно играл на скрипке, а Арлекин был чудесным фокусником.

Живые куклы копировали жизнь людей не только во время представлений, но и в перерывах между ними. Веселились и устраивали свою жизнь. Но Пьеро, в отличие от других марионеток, пребывал в вечных поисках себя, будто выпадая из общества кукольного городка. Наверно, поэтому он так увлёкся Коломбиной.

Девушка не выглядела пустой куклой. Она, хоть и пребывала в обществе других, веселилась вместе с ними, но её взгляд был осознанным. В её глазах можно было углядеть что-то ещё. Желание чего-то большего...

Специально для марионеток был установлен почтовый ящик. Так они могли отправлять письма кукольнику, с пожеланиями для себя и других. Что бы они хотели изменить или усовершенствовать.

Но ни одной из кукол не было никакого дела до этого ящика. Они бездумно веселились изо дня в день, принимая жизнь такой, какая она есть. Ничего не желая, ни о чём не жалея, ни на что не надеясь.

Лишь Коломбина периодически отправляла кукольнику свои послания. Правда, никто не обращал на это никакого внимания. Никто, кроме Пьеро. Лишь он один был настолько внимателен к ней, подмечая каждую мелочь. Важную или пустяковую, но от этого не менее милую и трогательную.

Пьеро даже подарил своей возлюбленной специальный ножик, для более удобного открывания писем, с рукояткой в виде распускающегося цветка розы. Коломбине очень понравился его подарок. Она постоянно им пользовалась. Пьеро лишь иногда беспокоился о том, что ножик вышел более острым, чем он ожидал. Парень боялся, что девушка нечаянно покалечит себя, либо случайно зацепит проволоку кукольника. Ведь эти нити, соединяющие с создателем, являлись своеобразной жизненной силой марионеток. Если они оборвутся, кукла станет безжизненным деревом...
А Пьеро не хотел так глупо потерять любовь всей своей жизни...

***
Резко привстав, парень пытался отогнать от себя пугающие мысли. Он и так слишком много думает. Обо всём. Не стоит себя лишний раз накручивать.

Облокотившись на собственные коленки и подперев ладошками подбородок, Пьеро попытался настроиться на что-то хорошее.

Сейчас, сидя в полном одиночестве у костра, он почему-то вспомнил песню Коломбины. Да, он тоже хотел бы, чтобы в его груди забилось пылкое сердце. Тогда его зародившееся чувство станет более объёмным. Возможно, он смог бы понять, как завоевать девушку. Понять, что сделает её счастливой.
Он бы подарил свою любовь ей, подарил ей своё сердце. Как она и хотела.

И, в отличие от Арлекина, ему не нужны другие куклы. В желанном сердце было бы место лишь для неё.

"Хочу, чтобы в моей груди забилось сердце! – со всей пылкостью пожелал Пьеро с силой зажмурив глаза. – Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста!"

Полностью погрузившись в собственные мысли, парень даже не заметил, как во время загадывания желания, с неба упала звезда.

Неожиданно, его деревянное тело будто пронзило молнией. Внутри словно растеклось электричество, импульсами отдаваясь в конечностях. Грудь, где-то под рёбрами, обдало волной нестерпимого жара.

"Тук, – с грохотом раздалось в его ушах. – Тук... тук-тук... тук-тук..."

Деревянное тело подёргивалось в такт необычным звукам.

Пьеро застыл, боясь пошевелиться. Он не понимал, что происходит.
Была одна жалкая догадка. Но парень боялся, что если облачит свои бессвязные, неоформленные мысли в слова, то всё исчезнет, а потом угаснет и последняя надежда...

Пока он сидел у костра, изо всех сил вновь зажмурив глаза, жар в грудной клетке ослабил свою безжалостную хватку. Теперь он не цеплялся о рёбра, распаляясь внутри. Сейчас в груди Пьеро растеклось приятное тепло. Согревающее, вселяющее надежду, укутывающее словно нежнейший мягкий и уютный плед.

Пьеро с восторженным благоговением бережно приложил руки к собственной груди. К тому самому месту, где теперь отчётливо билось оно... Сердце!..

Его желание исполнилось. Вот так просто.

Хотелось одновременно кричать на каждом углу о том, что с ним произошло, но, в то же время, сохранить секрет для неё одной. Для Коломбины.

Но... ещё где-то глубоко внутри зародился едва осознанный страх всё потерять... в одну секунду. Вдруг он сделает что-то не так.

Окружающие всегда говорили, что он излишне грустный. Будто само его присутствие навевает тоску. Тогда о каком счастье рядом с ним можно говорить? Может, стоит в обретённое сердце впустить надежду, поверить в себя? Он тоже достоин любви! И он сделает всё, чтобы её обрести. И нужна ему лишь она одна. Коломбина!

Пьеро решил для себя, что с этого момента будет почаще улыбаться, как делает его любимая.

Если предоставится такая возможность.

Оглядевшись по сторонам, Пьеро заметил, что его брат с эффектной блондинкой в зелёном платье куда-то пропали. Почти неосознанно он оказался прямо на том месте, где ещё недавно стоял Арлекин. Пьеро привлёк звонкий смех из шатра, расположенного неподалёку. Парень тихонечко подкрался и осторожно отодвинул плотную шторку, служащую символическим входом.

Громкие звуки издавала блондинка, стоявшая полуобнажённой спиной к незваному гостю. Шустрый брат уже почти разобрался со шнурочками на её платье.

– Арлекин... – с придыханием вырвалось из её уст, лишь на мгновение освободившихся из плена неугомонного ловеласа. – А если нас кто-то увидит?

– Расслабься, куколка, никто нас не увидит. Тебе же нравится.

Не дожидаясь ответа, брат вновь накрыл её губы своими, крепко прижимая к себе.

Пьеро было противно на это смотреть, поэтому он попытался поскорее бесшумно вернуть шторку на место. Но, когда у него это почти получилось, Арлекин, не прерывая страстный поцелуй, открыл глаза. Его взгляд ловко отыскал брата.

И нет, он даже с места не сдвинулся, узнав, что за ним наблюдают. Лишь улыбнулся одними глазами. С вызовом, как делал это всегда.

Пьеро был возмущён увиденным. Быстро отойдя от шатра, он громко выдохнул.

Это такая любовь Арлекина к Коломбине?!

Разве можно бегать за девушкой, проходу не давать, что-то там говорить о чувствах и, при этом, зажимать в тёмных углах очередную новую красотку?

И где здесь любовь?

Немного постояв на месте, Пьеро невольно осознал, что его брат настолько уверен в себе, что даже не отвлёкся от любимого занятия и совсем не собирается догонять его и пытаться что-то объяснить.

Ну конечно! Арлекин уверен, что если Пьеро хотя бы попытается что-либо рассказать Коломбине, она ему не поверит, сославшись на то, что ревнивый парень хочет разлучить влюблённую пару.

И что делать теперь? Собственные мысли лишь ещё больше погружали в беспросветную тоску. А ещё появилась какая-то неприятная тянущая боль. Это болело сердце. От несправедливости и невозможности обрести счастье рядом с любимой.

Через некоторое время Арлекин с Коломбиной собирались пожениться. Пьеро так и не рассказал ей о том, что он видел.

В панике потерять навсегда любовь всей своей жизни, ему в голову неожиданно пришёл план. Может девушка и верила в своего жениха. А вот доверял ли ей он сам? Пьеро ещё с детства помнил, как сильно брат обижался, когда у него забирали его игрушки. Он был ужасным собственником. По отношению ко всему. Он даже к своей одежде не позволял никому прикасаться.

Пьеро знал, когда и где должны были встретиться Арлекин с Коломбиной. Подговорив одного знакомого из кукольной труппы незадолго до прихода брата первым зайти к девушке, обыграв встречу, как тайное свидание нетерпеливых любовников. Парень согласился, так как недолюбливал Арлекина. Тот всех девушек у него отбивал.

Ничего не подозревающий Арлекин зашёл в гримёрку любимой. Увидев её полураздетой в объятьях другого, парень, в порыве гнева, обрезает у них обоих жизненно важные нити первым попавшимся под руку острым предметом. И не важно, что на самом деле Коломбина отбивалась от настойчивых приставаний незваного гостя. Нет! Пылкий ревнивец был настолько охвачен гневом, что совершенно не заметил этой маленькой детали. В состоянии аффекта он плохо понимал, что творит. Но уже через пять минут осознание произошедшего достигло его разума. Не выдержав содеянного, он обрезал и свои нити жизни тем же острым предметом, который всё ещё находился в его руке.

На странный шум прибежал Пьеро. На полу валялись три безжизненных тела, среди которых была и его единственная любовь...

Пьеро пришёл в ужас от увиденного. Нет, совсем не этого он желал!.. Как же глупо всё получилось!

Первая мысль, пришедшая в голову – последовать за любимой.

Но парень не был уверен, что в его случае, обрезанные нити подействуют должным образом. Грустно и тяжело вздохнув, Пьеро опустил взгляд вниз и чуть левее, в сторону своей груди.

Он уже почти представил, как направит тот самый острый предмет, выпавший из рук брата, себе в самое сердце.

Присмотревшись к холодному металлу, он с горечью осознал, что это тот самый ножик для писем, подаренный им Коломбине. Взяв его в руки, парень осторожно провёл большим пальцем по рукоятке. Его роза оказалась с шипами...

Произошло именно то, чего он так боялся. Вот только его страх материзовался в самой худшей форме. Коломбина не просто поранилась. Её больше нет!..

Пьеро захотелось поскорее прекратить свои страдания. Поэтому, не долго думая, он потянулся к холодному металлу. Но, как только парень прикоснулся к ножу, туго натянутая кукольником проволока неожиданно лопнула. Рука безвольно повисла вдоль туловища, выронив надежду на спасение от бесконечных мук совести.

Из зачарованных уст вырвался чужой голос, воскликнув: "Живи вечно!"

С тех самых пор несчастный Пьеро бродит по миру, ища свою возлюбленную Коломбину, чтобы попытаться искупить у неё свою вину.

Его сердце по-прежнему бьётся, напоминая о вечной жизни. Каждый раз, прислушиваясь к его стуку, он узнаёт звуки мелодии старой песни возлюбленной. В памяти всплывают слова, напеваемые родным голосом:

"Вот бы в этой прекрасной груди забилось пылкое сердце.
Тогда бы судьба, услышав мольбы, приоткрыла в волшебную жизнь дверцу!"

Какая усмешка судьбы – он выбрал не ту дверь.