Та, что бежала вслепую
Два дня.
За это короткое время Томас успел узнать Глэйд лучше, чем хотел.
Имена. Правила. Взгляды. Страх, который здесь прятали за работой и злостью.
Медбратья были первыми, кого он запомнил — спокойные, собранные, привыкшие к крови.
Фрайпан — громкий и грубоватый, но надёжный.
Чак — вездесущий, живой, слишком добрый для этого места.
Алби — лидер, чьё молчание весило больше слов.
А Минхо...
Минхо был бегуном.
В это утро он вышел в Лабиринт один.
— Я быстро, — бросил он, натягивая снаряжение.
Ворота закрылись, и Глэйд снова погрузился в ожидание.
Время шло.
Слишком долго.
Когда солнце начало клониться к закату, в ворота ударили.
Минхо ввалился внутрь, тяжело дыша. Его руки дрожали не от усталости.
На его руках была девушка.
— Медики! — крикнул Алби.
Её тело было безвольным, как у человека, который отдал Лабиринту всё до последнего. Тёмные волосы спутались, на коленях и руках — ссадины, кожа бледная, холодная.
— Она не знала маршрута, — выдохнул Минхо, когда её осторожно переложили на носилки. — Ни карты. Ни меток.
Он покачал головой.
— Она просто бежала.
— Как — просто? — не поверил Ньют.
— Быстро, — коротко ответил Минхо. — Очень быстро. Если бы остановилась — умерла бы.
Томас стоял неподвижно. Его взгляд был прикован к лицу девушки. В груди странно сжималось — будто он смотрел на отражение чего-то утраченного.
— Она новенькая? — спросил он.
— Не знаю, — ответил Минхо. — Но она держалась дольше, чем многие бегуны.
Когда девушку уносили, её губы дрогнули.
— Томас..
Едва слышно. Почти ничто.
Томас вздрогнул.
— Что? — резко спросил он.
— Показалось, — сказал медбрат. — Она без сознания.
Но Томас не мог избавиться от ощущения, что Лабиринт сделал ход, о котором никто не просил.
Он ещё не знал, кто она.
Не знал, почему сердце бьётся так, будто он что-то потерял.
Но он знал одно:
та, кого Минхо вынес из Лабиринта, не должна была выжить.
И всё же — выжила.