Последний в мире белый тигр

Дни текли до отвратительного медленно, словно мерзкие капли, с каждым ударом о поверхность воды расщепляющие и без того помутнённый рассудок. Лера сходила с ума от бездействия, молчаливо следуя за вышколенными слугами. Джегон, казалось, усердно пытался выбить её из равновесия, придумывая какие-то странные уроки для «будущей госпожи дома», представляющие собой обучение искусству игры на комунго* или правильному расположению кистей для каллиграфии. В какой-то момент Афанасьевой даже почудилось, что глава семейства Ли всерьёз настроен довести невесту сына до мнимого идеала. Но эта мысль ушла так же быстро, как и появилась, потому что с каждым новым днём Лера всё чётче осознавала, что Джегон лишь насмехается над ней и втягивает в как можно более курьёзные ситуации.

Редкий выходной чаще выпадал на поездки будущего свёкра. Позволяя девушке выдохнуть хотя бы в его отсутствие, Джегон, тем не менее, оставлял за ней тщательный присмотр. От постоянных взглядов слуг у Леры начала развиваться паранойя, и в какой-то момент она решила как можно реже выходить из комнаты, чтобы не пересекаться с назойливыми «няньками». Лишь присутствие Хёны, каждый вечер докладывающей обо всех произошедших за день событиях, держало Афанасьеву в здравом уме.

«Он точно что-то замышляет», — постоянно бормотала девушка, нарезая круги по комнате. — «Встречается с главами других домов, посещает закрытые мероприятия... Что это, если не заговор?»

Но объективных доказательств государственной измены у Леры всё ещё не было. Да и, честно говоря, она едва ли понимала, что будет делать, если заполучит хоть одно из них. Явиться к принцу с громкими заявлениями о предательстве было бы опрометчиво и почти невозможно в условиях постоянного заточения. Сговориться с Сонгёмом против его отца — ещё более глупая и бесполезная затея. Будучи младшей дочерью аристократа, Суа хоть и обладала некоторой властью, но вряд ли могла использовать её в политических целях. И потому Афанасьева прекрасно понимала, что пока её руки крепко связаны обстоятельствами, дело не сдвинется с места.

Впрочем, настроения у девушки сегодня не было и без этих мыслей. Очередной дождливый день ввергал душу в состояние анабиоза, и Лера бездумно рисовала пальцем на столе разного рода закорючки. Хёна должна была вернуться ближе к ночи, а до этих пор Афанасьева безбожно умирала со скуки. Но мнимое затишье, однако, длилось недолго.

Тихий хлопок двери заставил Леру испуганно вздрогнуть и обернуться. Незваным гостем оказалась Даён, старшая служанка дома Ли, держащая в руках шуршащий прямоугольник.

— Вам письмо от господина, — спокойно передала девушка и, вручив послание в руки Афанасьевой, бесшумно удалилась. Лера в недоумении уставилась на неподписанный конверт.

— Какого ещё... господина...

На хрустящей сероватой бумаге оказалось лишь два слова: «Сегодня вечером». Несколько раз перевернув письмо, но так и не обнаружив других подсказок, Афанасьева разочарованно положила его на стол. Размытое приглашение сбивало с толку. Что имел в виду отправитель? Да и кто, собственно, вообще написал это странное письмо?

Приняв таинственное послание за знак свыше, девушка решительно сжала кулаки. Чем больше она распускает сопли, жалея себя, несчастную скотинушку, тем дольше просидит марионеткой в руках Ли Джегона. Либо сейчас, либо никогда. Настал час расплаты.

Коридоры непривычно пустовали. В отсутствие хозяев слуги выполняли свою работу неторопливо, почти рассеянно, слоняясь по дому словно сонные мухи. Лера скользила по лабиринтам особняка быстрой тенью, наспех заглядывая в каждую попадавшуюся на пути комнату в поисках личного кабинета Джегона. Несмотря на чёткие указания, Хёна, в силу своей необразованности, так и не смогла нарисовать для госпожи даже простенький план поместья. Поэтому, решив больше не беспокоить служанку сложными просьбами, Лера самостоятельно отправилась на изучение незнакомого здания.

— Такими темпами я тут просто потеряюсь, — пробормотала под нос, заворачивая за очередной угол, и едва успела притормозить, чтобы не врезаться в чью-то широкую грудь. Подняв взгляд, Афанасьева с удивлением обнаружила перед собой Сонгёма. — Ох, прошу прощения, я всего лишь...

— Всё в порядке, — парень нервно огляделся и наклонился к уху невесты. — Вы уже получили моё письмо, верно?

— Значит, оно было от вас? — с недоверием спросила Лера, но тут же замолчала и испуганно воззрилась на Сонгёма. Неужели...

— Я пришлю Даён, когда придёт время. Пожалуйста, будьте готовы.

Ушёл быстро, даже не оглянувшись. Афанасьева в растерянности смотрела ему вслед, пока парень не скрылся за поворотом. Они почти не разговаривали, лишь изредка пересекаясь в коридорах, а тут вдруг тайная встреча... От странного стечения обстоятельств Лера напряглась. Такой поворот событий не только настораживал, но и наводил на мысли о возможной угрозе, нависшей над её жизнью многим раньше положенного времени. Может ли она вообще довериться Сонгёму? Особенно сейчас, когда весь комикс будто повернулся на сто восемьдесят градусов и стремительно превращал жизнь в Ад? На этот вопрос ответа не было и, судя по всему, даже не предвиделось.

Продолжить исследование поместья девушке так и не удалось. Неизвестно откуда взявшаяся стайка слуг перегородила проход, что-то увлеченно обсуждая и смеясь. В попытке избежать нежелательного столкновения с «глазами» Джегона Афанасьева рефлекторно заскочила в ближайшую комнату и замерла у двери, вслушиваясь в звуки из коридора. За спиной раздался глухой смешок.

— Кажется, маленькая канарейка, наконец, смогла расправить свои крылышки, — ехидно заметил голос. Медленно обернувшись, Лера встретилась взглядом с сияющими под капюшоном зелёными глазами. Молодая девушка в странного вида балахоне поднялась с циновки и непринуждённо потянулась, по-кошачьи выгнув спину. Каждое её движение было таким плавным и тягучим, что невольно завораживало растерявшуюся от неожиданности Афанасьеву. Закончив с разминкой, незнакомка приветливо протянула гостье маленькую ладошку. — Зови меня Ёнми. Я тут что-то вроде местной шаманки.

— Очень... приятно. Моё имя...

— Суа, знаю, — весело рассмеялась девушка, но вдруг посерьёзнела и заговорщически подмигнула. — Или привычней будет звать тебя... Валерией?

— Ч-чего? — на мгновение Лера будто выпала из реальности. Собственное имя, прозвучавшее в этом мире впервые с момента пробуждения, казалось странным или даже вымышленным — настолько непривычно оно звучало из уст странной шаманки. Несколько раз ошеломлённо моргнув, Афанасьева с осторожностью спросила: — Откуда... Откуда вы знаете?

— Закрой глаза, чтобы увидеть тьму. Заткни уши, чтобы услышать тишину. Молчи, чтобы говорить только правду, — пропела Ёнми, прикрыв веки. Лере стало не по себе. От шаманки веяло безумием и опасностью, и Афанасьева неосознанно сделала шаг назад. Девушка тут же оказалась рядом, с грацией хищника скользнув руками по талии и сцепив их в крепкий замок на спине. Изумрудные с золотистыми крапинками глаза настойчиво впились в лицо, будто пытаясь вытянуть душу. — Иди по следам белого тигра. Свет Веги укажет путь. Всё решится весной.

Последние слова шаманка уже шептала. Повиснув на Лере, она медленно осела на пол и отключилась. По бледной щеке скатилась крупная капля, тёмным пятном отпечатываясь на рукаве Афанасьевой. Девушка замерла, с трудом переваривая случившееся.

— Ён...ми? — с опаской коснувшись плеча шаманки и не получив ответа, Лера на трясущихся ногах направилась к двери. К горлу подступала паника. Вид обмякшего тела, лежавшего в середине комнаты, пугал до чёртиков, и Афанасьева едва сдерживала крик.

«Нужно срочно позвать на помощь», — мелькнуло в ворохе мыслей. Согласившись с голосом разума, девушка потянулась, чтобы открыть дверь. Но в планы неожиданно вмешалось прохладное прикосновение пальцев, крепко сжавших лодыжку.

— Валерия... — тихий шёпот словно звучал внутри головы. Девушка вздрогнула. — Он всё знает. Будь осторожна.

Когда хватка на ноге ослабла, Афанасьева, едва помня себя от шока, выскочила в коридор. Дорога до комнаты была как в тумане. Ясное сознание вернулось к Лере лишь после ровного стука в дверь. Даён в ожидании остановилась на пороге и смиренно склонила голову. Пора.

«О ком она говорила?» — мысленно спрашивала себя девушка, прокручивая в голове последние слова шаманки. Озвученное предупреждение пугало не меньше, чем раскрытие истинной личности внутри Суа. Если ей грозит опасность, нужно быть начеку. Теперь любой мог оказаться врагом.

Сонгём ждал её в своём кабинете. Склонив голову, он ещё какое-то время сосредоточенно подписывал бумаги, а потом со вздохом поднялся и вышел из-за стола.

— Спасибо, что пришли, Суа. Надеюсь, я не нарушил ваши планы?

— Не беспокойтесь, господин Ли. Для своего жениха я всегда смогу найти время. Что-то случилось, раз вы попросили меня о встрече? — как можно увереннее начала Лера, с уважением поклонившись. Сонгём мягко улыбнулся.

— Вы так формальны со мной, хоть мы и помолвлены.

— Это дань уважения вашей семье. До дня свадьбы я хотела бы оставить всё как есть.

— Учту, — усмехнувшись, парень присел на край стола. — Знаете, у меня не было особых причин, чтобы поговорить с вами сегодня. Лишь чистое любопытство. Скажите, Суа, жизнь в поместье вам не в тягость? Достаточно ли уважительны слуги и нет ли того, кто создаёт неприятности?

«Только твой отец», — мрачно подумала Лера, но внешне не подала и вида.

— Спасибо за заботу, господин Ли. Это место стало мне вторым домом, а слуги — второй семьёй. У вас нет повода для беспокойства.

— Что ж, рад это слышать.

На какое-то время Сонгём замолчал, будто размышляя о словах невесты. Воспользовавшись ситуацией, Лера позволила себе маленькую вольность: скользя взглядом по красивым аристократичным чертам, отмечала для себя всё больше и больше деталей, которые отличали бы Сонгёма от придуманного ею образа. Настоящий Ли Сонгём был немного выше и обладал более подтянутой фигурой, чем его нарисованная копия. По задумке Афанасьевой, младший сын семьи Ли не мог похвастаться крепким здоровьем и уделял физическим упражнениям меньше времени, чем старшие братья. Но стоящий перед ней молодой человек излучал ауру воина, и Лера могла поклясться, что его руки не раз сжимали рукоять меча.

— Вас что-то... заинтересовало? — вдруг спросил парень, насмешливо приподняв брови. От его игривого тона щёки неминуемо покрылись густым румянцем, и Афанасьева стыдливо отвела взгляд.

— Нет, ничего. Простите.

— Суа, — медленно подойдя к Лере, Сонгём властным жестом схватил девушку хрупкое запястье и поднёс его к губам. — Признаюсь, я был против помолвки с самого начала. Брак не входил в мои планы, по крайней мере на ближайшее время. Но отец настоял. И, полагаю, вы всё же заметили, как холоден я был с вами. Прошу простить за это ребячество. Я вёл себя как избалованный ребёнок.

— Ах, н-ну что вы, всё в п-порядке, — заикаясь, пробормотала Лера. Попытка выдернуть руку из цепких пальцев не увенчалась успехом, лишь ещё больше усилив крепкий захват. — Н-надеюсь, между нами больше не будет недомолвок.

— Полностью согласен, — кивнул парень и лёгко чмокнул бледную кожу, оставляя после себя полчища мурашек. Афанасьева мысленно выругалась. — Раз судьба свела нас вместе, я бы хотел стать для вас хорошим мужем, Суа. Поэтому давайте перестанем делать глупости и позволим течению жизни строить наше будущее.

— К-конечно...

«Ах ты ж!.. Не таким дамским угодником я создавала тебя, чёртов Ли Сонгём!» — умирая от смущения, мысленно кричала Лера по дороге в свою комнату. — «С каких это пор он решил поиграть в альфу? Где мой милый мальчик, декламирующий стихи собственного сочинения?!»

Однако, больше всего настораживало Афанасьеву даже не изменение характера парня и его спонтанное решение о сближении. Самым странным было то, что на прямой вопрос о зеленоглазой шаманке Сонгём лишь удивлённо поднял брови и покачал головой.

«Простите, Суа, но я совершенно не понимаю, о чём тут речь», — растерянно ответил он, почесав затылок. — «В нашем доме никогда не было шаманок, потому что отец против всякого рода магии и гаданий. Их даже через ворота не пропускают».

— Тогда с кем же я говорила? — спросила Лера куда-то в пустоту, устало плюхнувшись на кровать. Спустя несколько недель однообразной жизни в доме Ли произошедшие события казались глупым сном, придуманным изголодавшейся фантазией. Загадочные предсказания, внезапный флирт Сонгёма и несуществующая ведьма — расскажи она об это Хёне, и та поднимет её на смех. Самой же Афанасьевой смеяться совсем не хотелось. Не в том положении она находилась, чтобы так легкомысленно относиться к возникающим странностям.

С изменениями в сюжете комикса, впрочем, молодая художница более-менее смирилась. Да и как иначе, если течение увлекало её всё дальше от исходной задумки, а вернуться назад уже не было никакой возможности? Но Леру не покидало стойкое чувство, что в переписывании событий виноват какой-то конкретный человек, который прямо сейчас продолжал наблюдать за ней сквозь художественную призму. Хотелось развернуться и показать средний палец куда-нибудь в небо, чтобы новый автор познал весь негатив, скопившийся в афанасьевской душе. Не для того она столько лет на разных работах выстрадала, чтобы кисточки для каллиграфии по размеру складывать да вышивать платочки для свекрови. Гордость девушки не позволяла строить из себя примерную невестушку.

— Но кто тот человек, который «всё знает» и которого надо опасаться? Ещё эта Вега и какой-то белый тигр... Полная чушь, не иначе, — вздохнув, Лера закрыла глаза. Набор странных слов всё никак не хотел выстраиваться в логическую цепочку, и, в конце концов, Афанасьева сдалась. — Ну и хрен с ней, с этой шаманкой. Подумаешь, сказала пару фраз наобум и пытается выставить меня дурой. Я и так делаю больше, чем должна, ясно тебе?! Нет бы забить и позволить Суа помереть, к примеру, так лезу же не в своё дело и заговор предотвратить пытаюсь. А ведь могла просто уехать куда подальше и спрятаться до конца всех событий!

Разумеется, ответить девушке было некому. Звонкая тишина, повисшая в воздухе, будто подтверждала надвигающееся безумие. Лера вымученно выдохнула.

— Да пошло оно всё...

***

Огромный след, оставленный когтистой лапой, сверкал в лучах солнца скопившейся на дне влагой. Суа осторожно коснулась пальцами прозрачной жидкости, пуская по поверхности лёгкую рябь. В отражении мелькнуло чьё-то знакомое лицо. Незваная гостья стояла прямо за спиной, неспокойной дымкой вырисовывая образ шаманки.

— Ты почти нашла его, — улыбнулась девушка. Похожие на крупные изумруды глаза игриво засверкали под капюшоном.

— Кто ты? — Суа испуганно отшатнулась и выставила руки перед собой. — Не подходи ближе!

— Звезда поможет найти правильный путь. У тебя не так много времени, Валерия. Поспеши, иначе...

— Иначе «что»? — спросила девушка, наблюдая, как дымка постепенно рассеивается и ухмыляющееся лицо пропадает из вида. — Нет, постой! Сначала ответь мне!

— Иначе он умрёт.

Резко сев в кровати, Лера попыталась отдышаться. Нежный голос всё ещё звучал в голове, словно отскакивая от стенок и множась, превращаясь в сплошной нескончаемый гул. От лёгкого ветерка, просочившегося сквозь приоткрытое окно, тонкими иголочками закололо правую ногу. Коснувшись босой стопы, Афанасьева с удивлением обнаружила, что кожа была холодной и влажной, будто...

— Будто я наступила в лужу.

Мелькнувшая картинка заставила сердце зайтись в неровном галопе... Что за чертовщина тут творится?

*Комунго - это 6-струнный смычковый инструмент, похожий на гусли. Смычок его сделан из бамбука.