Последний в мире белый тигр

— Ну вот, снова переделывать...

Со вздохом отложив дорогую кисть, Лера мрачно осмотрела своё творение. Крупные подтёки и кляксы, пропитавшие бумагу в нескольких местах, мало чем портили и без того кривые линии. Каллиграфия давалась девушке с большим трудом, хотя кто бы мог подумать, что опытная художница столкнётся с такой проблемой.

— Ничего страшного, госпожа Ан, — расплылась в мягкой улыбке преподавательница, словно из воздуха достав чистый лист бумаги. Афанасьева вымученно воззрилась на перепачканные чернилами руки. — Искусство каллиграфии требует терпения и времени. У вас обязательно всё получится.

«Только вот на кой чёрт мне это ваше искусство», — с нарастающим недовольством подумала Лера. Непривыкшие к кисти пальцы ныли от напряжения, и девушка едва сдерживала болезненный стон. После возвращения из столицы Джегон словно с катушек съехал, свалив на невестку ещё несколько дополнительных занятий. И эта ситуация напрягала Афанасьеву всё больше и больше.

После урока «чистописания» следовали занятия с придворным музыкантом. Кое-как отмывшись от чернил, Лера лениво поплыла по пустому коридору в надежде, что учитель заболел или сломал что-нибудь при падении с лошади. Тщетно. Избежать участи жертвенного агнца предательски не удавалось вот уже который день. Нет, вы не подумайте, музыка Афанасьевой нравилась. Там, где-нибудь в наушнике, мурлычущем в ухо, пока натренированная рука вырисовывает очередную страницу. Но часовые страдания инструмента, буквально рыдающего в неопытных пальцах... Такое ей было не по силам.

Уставшая и отчего-то ещё более грязная Лера вернулась в комнату лишь к закату. Села на неприятно жесткую кровать и закрыла лицо руками, чтобы спрятаться от мира хотя бы на несколько минут. Время наедине с собой сейчас было на вес золота, потому что каждый житель этого проклятого Афанасьевой особняка то и дело норовил вмешаться в её личное пространство. «Даже продыху не дают, черти», — полуворчливо вздохнула девушка, откинувшись на прохладную стену.

На самом деле, всё было не так уж и плохо. Здесь она могла веселиться с Хёной, гулять по кипящим жизнью улочкам и есть специально приготовленную для неё еду. Сравнивая с повседневностью в родном мире, Лера начинала сомневаться в том, насколько счастлива вообще была. Словно именно «Коготь» становился для неё той реальностью, в которой Афанасьева так сильно нуждалась.

— Вот же дура, — легко хлопнув себя по лбу, девушка невесело улыбнулась. — Видать, правда с ума схожу, раз думаю о таком.

Но если голову убедить она ещё могла, то сердцу приказать была не в силах. Где-то в груди неприятно кололо, словно намекая: «Девочка, вот твой настоящий дом». Странный, временами пугающий и сводящий с ума, но тёплый дом, в котором её кто-то ждёт и ценит. И Лера почти верила, пуская это чувство всё глубже, позволяя ему укореняться и греть душу. Дом. Звучит неплохо.

— Госпожа! — ворвавшаяся вдруг в комнату Хёна была взволнована ровно настолько, насколько пугала Афанасьеву. То есть, до одури. — Срочные новости!

— Сядь и отдышись, — уверенно надавив девушке на плечи, Лера усадила её рядом с собой и погладила по волосам. Служанка немного успокоилась.

— Не знаю, хорошо это или плохо, но... — нервно прикусив губу, Хёна замолчала, словно выдерживая театральную паузу. — Кажется, через пять дней вы с господином Ли отправитесь во дворец.

— Что? Зачем?

— Воля короля, — пожала плечами девушка. — Как говорят слухи, хочет пожелать благополучия вашему браку, так как вы из приближённых к трону семей. Не могу ручаться, что это правда, но между слугами только об этом и толк.

«Или кто-то просто хочет воспользоваться помолвкой, чтобы навести мосты с королевской семьёй», — нахмурилась Афанасьева, прикидывая расстановку сил. — «Благословение от самого короля имеет большой вес. Неужели очередной политический ход? Джегон, что же ты задумал?»

— Не стоит так нервничать, госпожа, — нежно сжав пальцы Леры, улыбнулась служанка. — Вы же знаете, вам не идёт грустное лицо.

— Спасибо, Хёна. Сегодня ты хорошо поработала. Просто дай мне немного времени, ладно?

Когда девушка вышла из комнаты, Афанасьева крепко задумалась. Приглашение от короля прямо во дворец, да ещё и в честь помолвки — не то, что можно легко организовать. У человека, способного на такое, должны быть очень хорошие связи и поддержка королевской семьи. Несмотря на то, что Ли Джегон занимал довольно неплохое место по временам Корё, ему вряд ли хватило бы власти, чтобы провернуть подобное. Тогда... кто же?

Погрузившись в беспокойные мысли, Лера быстро заснула и проспала до самого утра, пока прохладная рука слуги не разбудила её от крепкого сна. «Ну вот, ещё бы чуть-чуть и влипла», — мысленно чертыхнулась девушка, стойко вынося весь список утренних процедур. Сегодня ей никак нельзя было опаздывать: прибывшее ещё во время вчерашнего урока музыки послание от госпожи Ли недвусмысленно гласило, что Суа желают видеть на общей трапезе. А задерживать завтрак будущей свекрови и жениха — однозначно очень плохой тон.

— Чудесно выглядите, моя дорогая, — дружелюбно улыбнулась Бора, мать Сонгёма. Лера вежливо поклонилась в ответ.

— Не стоит, госпожа Ли. Мне ещё очень далеко до вашей невероятной красоты.

— Ох, ну что за очаровательный ребёнок!

Закончив обмен любезностями, они приступили к завтраку, и Афанасьева смогла хоть немного расслабиться. Все эти приторные комплименты были для неё как острая кость в горле — мешающие и оставляющие после себя лишь мерзкое ощущение где-то внутри. Только Сонгём, по наблюдениям девушки, редко участвовал в подобных «облизываниях». Его ничего не выражающее лицо казалось Лере плохо слепленной маской, покрытой мелкими трещинами. Ещё немного — и лопнет пополам, открывая миру громкий язвительный смех. Ну, или её воображение в очередной раз слишком перестаралось с придумыванием образа.

— Кажется, матушка в вас души не чает, — весело заметил парень, нагнав Леру уже в коридоре. — Даже пригласить на завтрак изволила. Весьма необычно.

— И что же кажется вам необычным? Разве мы не станем одной семьёй в скором вре...

— Не заблуждайтесь, — резко оборвал невесту Сонгём. Афанасьева удивлённо подняла брови. В прежде добродушной улыбке парня мелькнула лёгкая горечь. — Вас никогда не примут как полноценного члена семьи, сколько бы вы не старались. Поверьте мне на слово, Суа, так будет лучше. И для вас, и для меня.

— Почему вы?..

— Не хотелось бы говорить об этом сейчас, когда всё уже сделано, но... Честно говоря, я не лучшая партия для вас, Суа.

В тихом голосе не было раздражения или надменности. Скорее, какая-то поэтичная грусть, словно речь была и не о браке вовсе, а о чём-то куда более личном и глубоком. Впрочем, привычная маска вновь опустилась на красивое лицо, и парень спокойно продолжил:

— Просто постарайтесь держать дистанцию, хорошо? Как вы и сказали ранее, я тоже хочу оставить всё как есть. По крайней мере до тех пор, пока мы официально не вступим в брак.

На этих словах он поклонился и ускорил шаг, оставляя Леру далеко позади. Афанасьева остановилась. Всё сказанное Сонгёмом здорово ударило её по лицу, будто хлыст, и заставило прийти в себя. А ведь он прав. Почему она сама не подумала об этом раньше? Брак младшего сына не значил для Джегона ровным счётом ничего. Ребёнок от жены из более слабого рода не давал никаких преимуществ на политической арене, особенно при наличии куда более «удачных» старших сыновей. Тогда какого лешего он так наседает на неё, такую же дочь из менее влиятельной семьи? И зачем устраивает встречу с Его Величеством?

«Нет, тут есть что-то ещё», — кусая губы, Лера делала уже третий круг по комнате. — «Если предположить, что именно Джегон — тот человек, о котором предупреждала шаманка, всё более-менее складывается, но...»

Но он ничем себя не выдавал. Кроме странного воодушевления по поводу брака, Джегон не проявлял никаких признаков заинтересованности или хотя бы капли любопытства по отношению к попаданке из другого мира. Все их разговоры ограничивались будничными обсуждениями погоды и приветственными кивками, а уж полноценные беседы и на пальцах сосчитать можно. Афанасьевой едва ли верилось, что со знанием такой информации Джегон смог бы сохранить нейтралитет. Любая мелочь, будь то странный вопрос или брошенный в спину взгляд, легко выдала бы его, но... ничего такого не было. Суа в глазах господина Ли представляла собой интерес лишь в качестве супруги Сонгёма, не более того. И потому ситуация становилась всё страннее с каждой проведённой в поместье минутой.

Когда до поездки во дворец оставалось два дня, в доме забурлила жизнь. Закупка подарков, примерка одежды, подбор украшений — в этой пустой суете Лера находила лишь лицемерие и малодушие. Бывшие грубыми слуги вдруг начинали мило улыбаться, повара готовили только лучшие блюда, а почти не появляющийся на горизонте Джегон то и дело интересовался, не нуждается ли молодая госпожа в его помощи. «Глупо и неуместно», — фыркнула Афанасьева, когда кто-то из домашних расплылся во всевозможных комплиментах. — «Если это всё из-за приглашения короля, то лучше бы его не было». Повышенное внимание девушку крайне напрягало и взваливало дополнительную ответственность на хрупкие плечи. Лера жалела, что не смогла уговорить отца оставить её в родном для Суа доме. Уж там-то никто бы не стал разыгрывать этот нелепый цирк.

Словно почувствовав душевные метания сестры, поместье Ли навестила Юна. Когда она вошла в комнату в своём привычно-розовом наряде, Лера едва не запищала от радости, тут же повиснув на шее девушки.

— Я так рада, что ты приехала! — бесконечно повторяя одну и ту же фразу, Афанасьева разместила гостью на своей кровати и села рядом. — Никогда бы не подумала, что могу так соскучиться!

— Как тебе здесь живётся, Суа? — сестра мягко сжала вспотевшие от волнения маленькие ладошки. — Никто не обижает? Вкусно ли кормят? И как продвигаются ваши отношения с женихом?

— Всё в порядке, честно, — положив голову на плечо Юны, Лера умиротворённо прикрыла глаза. Тонкий аромат лотоса приятно щекотал нос, погружая в воспоминания о первых днях в этом мире. Тепло родного тела успокаивало и придавало уверенности, и девушка впервые за долгое время полностью расслабилась.

— Мы с отцом очень беспокоились за тебя, но ты же знаешь его, — хихикнула сестра. — Гордость не позволяет заявиться на порог чужого дома и показать слабость. Кстати, он кое-что тебе передал.

Юна вытащила из поясного мешочка что-то маленькое и красное. Лишь когда подарок оказался на её запястье, Афанасьева в ужасе распахнула глаза. Шерстяной шнурочек с красивым плетением был до мурашек похож на тот, что висел на шее куклы в день её предполагаемой смерти.

— Ч-что это?

— Талисман на удачу, — с нежностью улыбнулась девушка, погладив пальцем подарок. — Отец сказал, что купил его у шаманки, которую случайно встретил на рынке. По её словам, он приносит удачу в любви и семейной жизни.

— Как выглядела эта шаманка? — схватив сестру за плечи, взволнованно спросила Лера. Юна испуганно отшатнулась, не ожидав такой реакции.

— Не знаю, отец не говорил... Суа, что-то произошло? Ты можешь рассказать мне всё что угодно.

— Нет, я... Я просто...

Мысли предательски путались, сбиваясь в огромный нервный комок. Афанасьева осмотрела стягивающий запястье шнурок. Может, она придаёт этому слишком много значения? Шаманок бродит немало. Не факт, что Хэвон встретил именно Ёнми. Такие совпадения бывают только в книгах или...

«В комиксах. Конечно», — тяжело вздохнула Лера и прикрыла глаза. — «Тут ведь и не такое может случиться, верно?»

— Я... спрошу у отца, если нужно. Но обещай, что обязательно всё мне расскажешь, Суа, — с искренней мольбой во взгляде попросила сестра. Афанасьева кивнула.

— Обещаю.

Проболтав о всяких мелочах почти весь день, девушки с радостью приняли приглашение на ужин. Служанка, пришедшая, чтобы проводить молодых господ, с интересом покосилась на Юну. Лера вздохнула. Мало ей проблем, так ещё и сестру задолбать решили, собаки сутулые.

— Давно не виделись, госпожа Ан, — приветливо махнул рукой Сонгём, заприметив гостью в другом конце коридора. Юна вежливо склонила голову. — Приехали погостить? Только скажите и я выделю вам лучшие комнаты в доме. А где ваш отец?

— Я приехала одна и только на сегодняшний день. Но благодарю за гостеприимство.

— Что ж, очень жаль, — парень перевёл взгляд на невесту. — Суа, зайдите ко мне в кабинет, когда проводите сестру. Нужно кое-что обсудить перед визитом во дворец.

— Дворец? О чём это он? — едва Сонгём скрылся за поворотом, Юна нетерпеливо сжала руку Леры. Афанасьева неловко улыбнулась.

— Совсем вылетело из головы, прости.

После короткого рассказа девушка замолчала, задумчиво нахмурив брови. Лера понимала, что новость сестру не слишком порадовала. Встреча с Его Величеством могла многое изменить в текущей ситуации, включая статус в аристократии и все вытекающие из этого последствия. Дополнительные привилегии всегда притягивали неприятности к своему владельцу. И если уж даже отношение местной прислуги поменялось, то что говорить о завистливых янбанах*, для которых выгодные связи были приравнены к средствам для выживания?

— Я не буду мучать тебя нравоучениями, Суа, но, пожалуйста, будь осторожна, — подвела итог Юна, прощаясь с сестрой у ворот. Лера улыбнулась.

— В последнее время мне это часто говорят.

Когда повозка скрылась за поворотом, Афанасьева тяжело вздохнула. Только заполнившаяся пустота в груди вновь стала разрастаться, медленно пожирая ошмётки былого счастья. Она снова осталась одна.

Сонгём действительно ждал в кабинете, привычно расположившись за заваленным бумагами столом. Лера с опаской подошла к нему и бросила быстрый взгляд на лежавшие повсюду документы. Оказавшись простыми отчётами о хозяйственных делах, они представляли мало интереса для ничего не понимающей в этом девушки. Заметив проявленное невестой любопытство, Сонгём насмешливо фыркнул.

— Что-то не так?

— Нет, — покачав головой, улыбнулся парень. — Всё в порядке. Ваша сестра уже уехала?

— Да, как это ни прискорбно, — вздохнула Лера и неловко присела на стоящий неподалёку стул. — Я надеялась провести с ней больше времени, но сестра и сама занята подготовкой к свадьбе, поэтому...

— Значит, семья Шин уже дала добро? Это хорошие новости.

— Дала... добро?

— Ну, на этот брак, — Сонгём поднял на невесту полный непонимания взгляд. — Разве вы не знаете? Семья жениха весьма негативно отреагировала на своевольную помолвку и много раз высказывалась за её разрыв. Удивительно, что сестра не рассказала вам.

«Что за чушь?» — в голове Леры не укладывалась даже мысль об этом. — «Чонгю и Юна ведь женились по любви. Я не писала ни о каком внутрисемейном конфликте. Он явно что-то путает».

— Кажется, я неприятно вас удивил, — извиняющимся тоном сказал парень и, отложив кисть, всем телом повернулся к Афанасьевой. — Суа, если сестра не поделилась этой информацией, значит, она была уверена в своём женихе. Вам не стоит ни о чём беспокоиться. Мне жаль, что я поднял эту тему.

— Нет, вы не виноваты, — Лера усиленно замотала головой. — Просто не думала, что такая ситуация могла произойти с господином Шином.

Это не поддавалось никакой логике. Отец Чонгю был в одной фракции с Хэвоном и всегда с ним ладил. На какой почве возникли разногласия? Ведь по оригинальному сюжету именно семья Шин была инициатором помолвки, потому как брак с Юной казался им выгодным вложением в будущее. «Что не так с этим миром?» — пробежала кусачая мысль. Лера вздохнула. «Коготь» всё больше отклонялся от канона, а это значило, что она больше не может контролировать ситуацию. Придётся биться с врагом вслепую.

— Кстати, — Сонгём расслабленно откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. — Что думаете о грядущей встрече с Его Величеством? Нервничаете?

— Немного, — честно призналась девушка, стиснув в пальцах шуршащую ткань юбки. — Это не то, чего я ожидала в текущей ситуации. Да и после ваших слов всё кажется ещё более абсурдным и нелогичным.

— Согласен. Слишком странно и запутано. Поэтому я и хотел попросить вас об услуге.

— Услуге?

— Поезжайте во дворец первой, — с абсолютно серьёзным лицом попросил Сонгём и скрестил руки на груди. — Я присоединюсь к вам сразу же, как закончу с делами. До самой встречи с Его Величеством будет немного времени, чтобы осмотреться. Воспользуйтесь им с умом.

Недвусмысленный намёк звучал, скорее, как приказ, а не просьба. Лера нервно сглотнула. Вот только шпионить ей в этой жизни ещё не приходилось. Особенно учитывая, что провал грозил не просто наказанием, а смертной казнью. Бросив взгляд на красный шнурок, украшающий правое запястье, девушка решительно кивнула. Талисман на удачу, значит? Что ж, она воспользуется этим сполна.

— Сделаю всё, что в моих силах, господин Ли.

*Янбан — две категории дворянства в Древней Корее, включающие в себя военных и гражданских чиновников. В современной исторической литературе термин «янбан» употребляется для обозначения господствующих слоёв в феодальной Корее и представляет собой синоним слов «феодал» или «помещик».