Мелатонин

***
— Ты только хорошо прицелься.. — мягко и предостерегающе над ухом шептал дружеский голос, — у тебя будет всего несколько секунд, чтобы успеть застрелить цель)
Злая и неприятная улыбка обнажила острые зубы. Целящийся затаил дыхание. Говорящий притих, и в уши теперь дул просто ночной и холодный ветер.. без сладких подстрекающих слов.
Вокруг – тишина. Только ели робко раскачивались на ветру и скрипели под тяжестью тяжёлого мокрого снега.

— Осторожнее, тише.. — голос возобновился по мере того, как откушано слево доносился долгожданный звук автомобиля. — Целься...
Голос над ухом довольно прошипел, как змея, и говорящий выпрямился. Целящийся со всех сил сконцентрировался на движущейся где-то за кустами мишени. Уверяли, что отсюда стрелять хорошо, всё вокруг видно, а ты только невидим...
Машина прозвучала где-то совсем близко. Подпрыгивающие фары осветлили дорогу так, что и сам автомобиль стало прекрасно видно между еловых лап.
— Огонь.
Выстрел. Второй контрольный.
Машина сразу же за грохотом выстрела дёрнулась из стороны в сторону...
— Чёрт!
...проехала ещё десяток метров и свернула на встречку, сбив собой другую, совершенно невинную, непричастную к делу.

— Аме, может надо скорую? — заволновался стрелок, пока Америка, приоткрыв от испуга рот, пялился на разлетевшиеся на мокрой припорошенной дороге металлические части от двух автомобилей и множественные блестящие стёкла.
— Конечно! — нервным криком отозвался Аме и повернулся спиной к дороге, еле слышно прошептав ещё одну фразу. — Этого только не хватало...
Целившийся расстегнул карман чёрной куртки и, вспотевшими от напряжения руками, судорожно набрал номер скорой. Не сообщив ничего, кроме адреса, он скинул звонок, нашёл глазами Америку и приготовился слушать, что же он скажет.
— Уходим теперь мы только тогда, когда приедет скорая. — заключил Америка, повернувшись через плечо и зло сверкнув глазами, он снова окинул взглядом две насмерть разбившиеся машины.
***

Финляндии спалось очень плохо. Вернее, уснул он довольно легко: Эстония легла к нему поближе, прижалась, пригрелась рядом с ним, как птичка, и мирно сопела.
Только после того, как Фин уснул, начались какие-то проблемы. То жарко – скинуть бы одеяло, то холодно – где там тот проклятый откинутый конец одеяла...

«Может быть, всё-таки не тянуть? Может, как раз сегодня ночью всё и устроить?»
Финляндия сел на краю постели, и эстонская рука, которая до этого обнимала Фина, мягко упала на покрывало на его половине кровати.
— Я проклинаю себя, как никто и никогда раньше, — пообещал он, — но Эсти, потерпи пожалуйста ещё одну ночь. Я быстро разберусь с той безнаказанной сволочью и вернусь к тебе. Не могу себе позволить так безмятежно спать, пока где-то, как сказал Россия, рядом рыскает убийца. Боюсь за нас, Эсти.
Финляндия встал. На его слегка исхудавшее тело упали бледные и яркие лучи луны. Лунный свет всегда восхищал и побуждал. Возбуждал что-то решительное в крови.
«Либо сейчас, либо никогда. Лучше быть охотником, чем жертвой. Ради нас, — Фин ласково посмотрел на спящую Эст и нежно улыбнулся, — тебя ради)».

Он так же тихо переоделся в чёрные джинсы и такого же цвета свитер, ещё раз внимательно осмотрел спальню и вышел, закрыв за собой дверь.
Финляндия поднялся на второй этаж. Он просунул голову в приоткрытую дверь к России и прильнул к стене в дверном проёме, азартно скрестив руки.
— А? — Росс недолго отходил ото сна: русские детство и юность приноровили его к частым и неожиданным подъёмам посреди ночи. — Да, Фин. Слу-ушаю..
— Есть предложение, — Финляндия повёл глазами в сторону и стал всматриваться в щель между дверью и стеной, — сделать всё сегодня.
Россию передёрнуло, но он уже готов был согласиться на эту авантюру.
— Сегодня.. — ещё как будто бы осознавая, Россия повторил это вслух, — спешка?
— Вроде того, — отмахнутся Финляндия, — разве тебе не терпится отомстить Америке? Скажи, так ведь?
Финляндия явно загорелся твёрдым желанием начать и закончить всё это дело сегодня.
— Соглашусь, — Росс утвердительно кивнул идущей ото сна кругом головой, — подожди, я оденусь.
— Можешь даже умыться. — предложил Фин. — Время у нас ещё есть.

Пока Россия умывался, Финляндия был в одной своей, специальной комнате – там, где у него хранилось коллекционное оружие. Фин тщательно, во-первых, проверял наличие всех образцов в его коллекции, а во-вторых, присматривал себе и России компаньона для последней справедливой расправы.
— Я беру револьвер, — из ниоткуда русский голос встрял в финские мысли, пока Финляндия расхаживал между блестящими стволами и любовался их изящностью, — у тебя есть?
— Есть, — не поворачиваясь отозвался Фин и снял с полставки один красивейший револьвер с нарисованным извивающимся драконом.
— Вот это оружие, — Росс с достоинством оценил револьвер, рассмотрев его получше в своих руках.
— Что же, убьём врага красиво)
— А то ж!
Улыбка на лице России сияла даже ещё ярче, чем начищенное Финляндией до блеска дуло револьвера.

— Не тяжко? — спросил Росс, когда они вышли из дома в чёрных куртках, в карманах с револьверами и с яростным желанием отомстить.
— В плане? — переспросил Фин.
— Оставлять Эстонию одну, — носом показал на дом Россия и виновато опустил глаза в землю.
— Тяжко, да. Не знаю, почему я так поступаю. В какой раз я решаюсь оставить её одну, чёрт. Всё ли я делаю правильно? — Финляндия запрокинул голову к небу и выдохнул в него белым паром.
— Не я тебе судья, — Россия этой одной меткой фразой снял с себя всю дальнейшую ответственность, — но мне кажется, что правильно. Ты же вернёшься домой, когда она ещё будет спать.
— И ты вернёшься. — заметил Фин.
— И я вернусь. — Росс медленно кивнул.
— А если не вернёмся? — Финляндия, схватив Россию за плечо, остановил его и заглянул ему прямо в глаза, пытаясь найти там то ли тень неуверенности, то ли отблеск искрящейся надежды.

Они шли пешком. Шли как раз той дорогой к городу, по которой поздно вечером прошёл Германия. Он наотрез отказался, когда Финляндия предложил подвезти его домой. С чего бы? Захотелось погулять? Ну уж, тёмный лес – самое то.
Немецкие следы давным давно замело, автомобильную дорогу припорошило слоем мокрого снега. Деревья над головами звонко трещали, раскачиваясь на ветру, который гулял сегодня где-то очень высоко, не доставая даже до земли.
— Ты хочешь найти Америку наощупь? — поинтересовался Россия, когда впереди сквозь чёрные иголки мелькнули огни города.
— Он уже знает, что мы придём.
Или бояться, или радоваться. Непонятно; Росс накинул на себя капюшон.
   — Ты сообщил ему, или он сам напал на наш след? — из-под капюшона спросил Россия.
   — Я просто позвонил и поинтересовался, не хотел бы он сегодня получить по заслугам. — Финляндия ухмыльнулся. — Однако, пусть он расценивает это, как хочет.
   — Вот так и согласился? — поражённо прошептал Росс.
   — Его натуре интересно любое движение, особенно если его пригласили лично. Так он считает себя самым особым гостем на вечеринке. В любом случае, намечается отнюдь не вечеринка, а Америка, без шуток, в курсе, к чему всё идёт. — разными интонациями отчеканил Финляндия, и они продолжили идти по краю проезжей части, влажный асфальт которой блестел в лунном свете.
Оба негласно ощущали себя рыскавшими в поисках добычи волками.

Где-то на половине пути до больницы Финляндия сообщил, что они на месте. Дорога слегка закручивалась, уходила налево и вверх, плавно заворачивала за лес, а справа простиралось поле.
— Мы тут стрелялись, — вслух вспомнил Россия.
— Мы тут столкнулись.. — с ужасом, застывшим на губах, припомнил себе Финляндия.
— Он.. — порыв леденящего ветра накинулся на Россию и оборвал часть его слов. Тогда Росс подошёл к Фину поближе, закрыв его своей спиной от вновь взявшегося из ниоткуда ревущего холодного воздушного потока. — Придёт сюда?
— Сюда, — просвистел вместе с подвывающим ветром Финляндия.

Они ждали в тишине. И каждый думал о своём. Россия вспоминал хорошие времена.
   Под «хорошими временами» он понимал былые года, когда его отец ещё дышал, улыбался, смеялся – жил. Со смертью СССР на плечи России взвалились новые обязанности, новая ответственность. Как старший среди всех потомков Союза, он неоспоримо оставался за главного в доме. Но, как ни крути, Росс не мог вечно сидеть с братьями и сёстрами. Тем более, всю работу можно было иногда перекладывать на Казахстана и Белорусь.

Утки.. ранняя осенняя пора, когда в воздухе уже веет ароматом опавших листьев, но ещё далеко до первого снега.
— Хаха! Папа, стреляй! — кричал маленький РСФСР, махал руками и бежал по направлению к шумно взлетающей утиной стае. — Папа, утки!!
— Сынок, вижу, я вижу!.. — криком на крик отвечал Союз, поднимал кверху дуло своего верного охотничьего ружья и, почти не целясь, за мгновения «снимал» сразу трёх замешкавшихся уток. Птицы сдавленно крякали, складывали крылья и камнем падали на длинную жёлтую траву у пруда. — Доставай!
— Да, пап! — РСФСР кивал отцу, изо всех сил старался уследить за двумя-тремя падающими утками одновременно, а потом бросался за добычей, как пёс, то в кусты, то прямо в воду.
— Эх, — вздыхал СССР, вешая ружьё на обратно плечо, — за двумя утками погонишься...
— ...ни одну не найдёшь. Пап, я одну потерял. Я нечаянно. Я старался уследить за ними, но одной нет.. Вот, две у меня, держи. Хорошие уточки, жирные!
   — Сейчас отыщем третью. Собака нам нужна, сынок, собака. Ты хорошо справляешься с поиском подбитых уток, но думаю, не против будешь охотничьего пса в доме?) — Союз хитро подмигнул сыну, и тот чуть ли не завизжал от счастья.
   — Собака! Собака! — повторял он, и эхо разлеталось на десятки метров вокруг. — У меня будет собака!

   СССР только улыбался, а пока улыбался – внимательно всматривался в голые ветви деревьев, выискивая среди них застрявшую утку.
   — Папа, вот же она! — победно крикнул РСФСР и побежал прямиком к невысокому колючему кусту, на верхней ветке которого, зацепившись за колючки длинной зелёной шеей, болтался большой селезень. — Я достану его.

   И маленький Россия начал смело и упорно штурмовать злосчастный куст – обходил его со всех сторон, прикидывая, где колючих веток оказывалось меньше всего, а утка ближе всего. Так, отыскав правильный баланс, РСФСР хотел было уже схватиться за первую ветку, потом пролезть вглубь куста, как его под мышки схватил отец, поднял над землёй и усадил себе на шею. Вот и селезень совсем близко!
— Хаха! Спасибо, папа)
— Дотянешься? — и прежде, чем Союз успел договорить слово, маленький Россия уже вытянут вперёд руку и схватил утку за свешенное вниз крыло. — Молодец)
— Готово! Спускай меня на землю, папа!

Финляндия же вспоминал Эстонию. До неё, как он считал, и вовсе не существовало жизни. Она принесла столько любви финскому сердцу, подарила такое количество приятных поцелуев, так часто заставляла улыбаться, даже когда никакой надежды на спасение не было.
«Солнышко, я скоро вернусь. Я вернусь живым, обещаю тебе. — Фина насквозь пробрал ледяной ветер, — Я много обещаю, но всё это выполню, я выполню, Эсти!..»
Больше никто не звал Эстонию «Эсти». Финляндия начал делать это самый первый, и так нежно, что Эст тут же переключилась со своего обычного, длинного и официального имени на более короткое, которым пользовался Фин. Было тяжело, ведь он, получается, вновь оставил её одну.
   Финляндия посмотрел на Россию. Они снова вдвоём, поздно ночью, на морозе. Уже скоро из-за горизонта должно было показаться солнце.

   Фин всматривался в лес, вслушивался в звуки, которые приносит ему встречный ветер. Шорохи, скрипы, треск веток – может, где-то рядом бегали волки.
   — Ты куда так пристально смотришь? — Росс попытался проследить, куда всматривался Фин, но всё равно так и не понял, что же интересного он нашёл в чёрных пятнах леса.
— Ты знаешь, каким образом мы встретимся с Америкой? — намекнул Финляндия, и Россия обнадёжено выдохнул.
— Я думал, там волки.
— Волки нам теперь не так страшны. — Фин повернул голову к полю и тщательно осмотрел весь горизонт. — Волков бояться – в лес не ходить, а мы с тобой не в лесу.
— В любом случае.. — Россия посмотрел в сторону заворачивающей за лес дороги и подозрительно сильно прищурился.
Финляндия тоже встретил глазами какую-то фигуру.

— Он? — Росс кивнул на приближающуюся к ним страну.
— По походке он, а вот по выбранной тактике..
Россия задумался. Фигура шла по противоположному краю дороги, ближе к лесу. Её было видно только благодаря яркой луне.

— Будь начеку. — скомандовал Финляндия и сделал пару шагов по направлению к гостю. Лунный свет осветил его лицо, и уже точно стало ясно, что это Америка.
— Соскучились? — с ядовитой наглостью в голосе спросил он, уверенно подходя к Фину и Россу. Кажется, он не держал в руках оружия; но это ещё не означало, что он не подготовился к судьбоносной встрече как следует. — Рад тебя видеть, Фин)
Он странно улыбнулся, а в душе России и Финляндии это отозвалось каким-то очень едким и непонятным ощущением. Неприязнью!
— Не могу сказать того же, — Фин сверкнул бесподобной улыбкой, — о себе. Давай без лишних слов.
— Мы уже знаем всю правду, — прошипел Росс, подходя почти вплотную к Аме, — и, если честно, очень намерены..-
— Отомстить? — Америка сделал шаг назад, но в его глазах не было и тени страха или неуверенности; он наигранно рассмеялся. — Что же, виноват)

«Он ведёт себя безобидно только для того, чтобы убить нашу бдительность. Думает, что мы не сможем выстрелить в беззащитного. Он опаснее, чем кажется!.. — Финляндия ещё раз осмотрел Америку с ног до головы. Ни следа оружия. — Что за чертовщина?»

— Пострелять мы ещё успеем, — отметил Аме, — но вы ведь ещё хотите что-то узнать, верно? Уж если я сегодня буду мёртв, вам будет не от кого узнать информацию. Хотя, вы, наверное уже всё знаете.

Финляндия начинал злиться.
— Ты убил страну.. — медленно начал он, — из-за собственной прихоти?! Ты ужасен!
— Эта была необходимость на политической арене. — отмахнулся Америка, невинно пожав плечами, и Фин почувствовал в себе резкий прилив сил и появление желания уже поскорее пристрелить его. — Я делал это ради тебя.
— Ты уже даже не осознаёшь своих поступков, — Росс обиженно стиснул зубы, — а как насчёт.. чёрт, так много хочется тебе высказать, и как же мало ты достоин услышать!

Россия резко вытащил из кармана револьвер с драконом и направил прямо в голову Америке. Последний опешил и поднял вверх обе руки.
— Росс.. — Финляндия не знал, что ему делать.
— Ты – мразь. — Россия держал оружие на вытянутых руках, дуло подходило совсем близко к американскому лбу. — Ты просто взял и убил моего отца, понимаешь? Как же меня бесит твоё равнодушие.
— Фин, — Америка спокойно продолжал свой диалог, — я же делал это для тебя. Я убрал твоего врага.. и ты должен был за это вернуться ко мне!

Америка раскрыл руки, будто звал Финляндию обняться. Фин чуть сам не сорвался и не ударил его по наглому лицу, настолько американский жест показался ему противным.
«Чего ты добиваешься?»
— Должен был?.. — Финляндия сдержанно выдохнул, — Я ничего не должен такому, как ты.
   — Так ладно, — Россия угрожающие щелкнул револьвером; его нервы уже тоже сдавали, — единственное верное решение – убить тебя на месте твоего же преступления. Пёс!

   Америка, казалось, улыбнулся. Он тихо рассмеялся, будто к его голове не был приставлен заряженный револьвер, а рядом не было двух стран, которых он неимоверно раздражал. Финляндия и Россия, как волки, рычали на него и жаждали скорейшей расправы. Они ведь тоже потеряли рассудок тогда, когда решили насилием наказывать насилие.
   Вершить самосуд. Но Аме был не так прост, и мыслей «сдаться им» не было в его голове. Он всё так же держал две руки высоко над собой, но теперь сложил одну ладонь «пистолетом».

   В тот же самый миг на голове России появилась красная точка, а из леса был еле виден тонкий лазерный луч, уходящий своим началом в дальние скрытые кусты.
   — Ну конечно.. — Финляндия проследил за красным лучом. — ты тут далеко не один.
   — Нас двое. — довольно сообщил Америка, потихоньку отходя от России на пару шагов назад, пока тот находился в замешательстве: двигаться ему или нет. — Хочу кое-что сказать. Напоследок, как бы.
   — Хах, — густым паром выдохнул Рос и глупо улыбнулся, немного опустив револьвер вниз, — вот как)
   — Смелее.. — пригласил к разговору Финляндия, подняв бровь и прикусив губу.
   Он боялся за Россию и мысленно молил его не двигаться, не стрелять.. не делать ничего.
   «Снайпер выстрелит только тогда, когда прикажет Америка. Или когда начнём стрелять мы. В ином случае ничего не произойдёт».

   — Да, я в ответственности за смерть Союза, это вы верно выяснили. Но стрелял не я. Вообще, теперь уже неважно, кто, верно? Всё было по моему плану. — Америка, чувствуя теперь некоторую защиту из-за нацеленной на Россию снайперской винтовки, начал медленно ходить по кругу, — Если одного я застрелил специально, то аварию спровоцировать я не хотел. Я действительно думал, что ты будешь мне благодарен!
   — Слабоумие и отвага.. — прошипел Финляндия.
   Америка, не обращая внимания на финские слова, продолжал свой монолог.
   — А так, раз ты всё равно не на моей стороне... Кому ты теперь нужен? Скажи мне.
   — Есть кому. — огрызнулся Фин.
   — Ах, да.. Эстонии, знаю, знаю. Она даже пробыла в коме. Сколько? Недели две или больше? Сочувствую! Так вышло из-за того, что я убил СССР, когда тот был за рулём. Мой новый снайпер, — Америка специально выделил голосом «новый», — неплохо стреляет, как видишь. Попал в окно движущейся машины. Истратил всего один патрон, и другой контрольный. И его машина была предоставлена сама себе и скользкой дороге... и въехала в твою. Скажи спасибо, что я вызвал вам скорую.

   — Так вот оно что... — на губах у Фина застыло полное осознание того, что произошло в ту ночь.
   — И вы с Эстонией выжили. Чтобы Эстония не умерла, а ты не покончил с собой, я всячески старался жертвовать больнице большие суммы. И вот, после всего того, что я для тебя сделал... ты хочешь меня застрелить.
   — Заткнись уже! — по дрожи в голосе было понятно, что России больно всё это слушать. — Твои слова такие бездушные! Ты – просто бессовестная тварь! И жить больше ты не достоин!..

   Россия кинулся на Америку так быстро, что снайперский луч даже ещё не успел дрогнуть. Росс толкнул и сразу же повалил Аме на твёрдую дорогу. Финляндия пригнулся. Россия хотел было ударить Америку, да так, чтобы тот мгновенно лишился жизни. Но, занеся для удара руку, Росс ещё пока смотрел убийце в глаза.
   — Убийца! Мой отец.. — Россия сдерживался, чтобы не выдать всех своих эмоций одновременно: злости, обиды, ненависти, грусти и желания убить. — Из-за тебя...
   Америка беспомощно лежал под Россией и пытался закрыть руками голову. Росс почему-то медлил и не хотел стрелять. Или бить. Перед ним – теперь уже беззащитный убийца его отца, виновник болезни Эстонии и душевных терзаний всех стран вместе взятых. Что же теперь делать?

   Красный луч снова сошёл на голову России и несколько дрожал, передавая тем самым сомнения и дрожь в руке снайпера.
   — Росс.. — Финляндия краем глаза увидел красно-синие отблески над линией дороги и опустился ещё ниже к земле, трогая Россию за рукав куртки.

   Потом до всех долетел пронзительный вой полицейской сирены. Дальше для Финляндии всё было как в тумане: вроде бы Америка попытался скинуть с себя Россию, встал было бежать, но Росс снова догнал его, схватил обеими руками и громко свалил на асфальт. Америка вскрикнул, а вот красный прицельный луч сразу же исчез, чуть сирена зазвучала где-то очень близко.

   К ним неслась пара серебристых полицейских машин с мигающими огоньками, и какой-то низкий взбудораженный голос говорил что-то вроде «руки за голову!» или «на землю», а может и «полиция! стоять на месте». Фин так и не понял. У него кружилась голова, пока вокруг происходила суматоха.

   Мир ненадолго потемнел, и Финляндию уже кто-то схватил под руки и куда-то вёл. Тащил даже, если не вёл. Фин не оказывал никакого сопротивления сотруднику полиции, однако, идти всё равно было несколько тяжело. Финляндия слышал позади себя отчаянные крики Америки и торжествующую речь России, а сам понемногу, казалось, терял сознание. От страха?..

   Фин услышал, как захлопнулась дверь, и ещё испуганный голос Эстонии. Совсем рядом...
   — Фин! — она била его по щекам, — Дайте мне воды! Быстро!
   На её отчаянный крик отреагировали быстро: Эстонии сразу же дали бутылку с водой. Она как могла пыталась привести Финляндию в чувства.
   — Фин, пожалуйста.. очнись, Фин! — то нежно шептала, то повышала голос Эст, не переставая трясти Финляндию.

   Фин пришёл в себя так же внезапно, как и потерял сознание; он открыл глаза и, видя перед собой уже не Россию и Америку, а Эстонию, облегченно улыбнулся и принял её в объятия. Эст что-то шептала так, словно плакала. Фин прижал её к себе и пытался понять, что сейчас происходило.
   За тонированным окном полицейской машины он видел, как в соседнюю машину пытались усадить Америку: Аме был уже в блестящих наручниках, но всё равно пытался вырваться или ударить сотрудников полиции, он дергался, сопротивлялся, что-то неистово кричал.
   Финляндия отвернулся от окна и закрыл глаза. Рядом с ним сейчас была Эстония, а значит – всё было под контролем...

   — Эсти? — тихо позвал её Фин, — Это за нами приехали..
   — Как видишь) — она улыбнулась, прижавшись к Финляндии ещё сильнее.
   — Ты вызвала?
   — Я, — она потянулась к Фину, чтобы поцеловать и успокоить его бешеное сердце, — Фин, я проснулась, а тебя не было. Ни тебя, ни России. Я очень испугалась... и вызвала полицию. Я не могла по-другому!
   — Всё хорошо, котёнок.. Не плачь, посмотри на меня) — Финляндия был даже очень рад, что всё случилось именно так; Америку наконец-то смогли силой усадить в соседнюю полицейскую машину.
   — Фин, я переживала.. — она продолжала вытирать глаза уже мокрой от слёз ладонью, — очень сильно!
   — Прости меня.. Вот этого я точно не должен был делать!
   — Поехали домой! Давай забудем это, как самый страшный сон? Фин, пожалуйста!
   Эстония посмотрела ему в глаза, надеясь увидеть там согласие и получить ещё один поцелуй. Финляндия был и согласен с ней, и поцеловал её ещё раз.

   В машину за руль сел полицейский.
   — Что же вы тут устроили, ребята? Девушку уж как перепугали! А какая она требовательная! Право, если бы мы медлили, она бы съела всех нас, хах! Чудно, чудно...
   Он завёл машину и направил её в участок. По пути Финляндия разговорился с полицейским и, уже точно полностью придя в себя, объяснил ему, что происходило.
   — Хорошо, не поубивали друг друга! Вот девушка вовремя сообщила, молодец! Эх!
   — Да.. — Фин ласково взглянул на Эстонию, — молодец ты у меня)
   — А, — громко отозвался полицейский, — так это ваша! Вот вы, погляжу, совсем глупец! Как можно было идти и насмерть стреляться, когда дома у вас осталась девушка?!
   Полицейский ругал Финляндию, а Эстония искренне смеялась, отмахивая от Фина все смешные обвинения.
   — Нет, нет! Он хороший.. Просто была такая ситуация.. сложная! Хах, вы поймите!)
   — Ох, нет, девушка. Не пойму! Так грубо с его стороны... — он устало повернул руль и завернул на парковку полицейского участка. — Сейчас мы запишем всё, что нужно, и невиновных отпустим. Прошу!..
   Он достал сигареты, открыл дверь и вышел на улицу, ненадолго оставив Финляндию и Эстонию наедине. Эст хотела было намекнуть Фину на новый поцелуй, но Финляндия успел сообразить это даже раньше, чем она только подумала об этом.

Америка озлобленно сжимал руки в кулаки. Сидя где-то совсем позади в большой полицейской машине за специальной решёткой, он рассматривал мелькающие блики на тонких, но крепких наручниках. Звонкая цепь между ними была то натянута, то снова свободно свисала, пока Аме ещё предпринимал какие-то попытки освободиться.
— Тщетно, гадёныш) — Россия повернулся к нему, — в этом прекрасном месте для тебя уже давно готова конура, пёс.
Росс кивнул на дверь участка полиции.
— Думаешь, тебе это всё сойдёт с рук?! — взбесился Америка, даже подскочил с места, хотел ударить Россию по его улыбающемуся лицу, но ударил лишь по чёрной решётке.
— Пошли, бесяка) — Россия вышел из машины, а за спиной у Америки громко открыли большие двери, ещё два полицейских схватили его под руки и, вместе со звучной американской руганью, повели его в здание.

— Пойдём.. — Эстония погладила Финляндию по руке, что всё это время обнимала её талию.
— Ага, — Фин хитро улыбнулся и прикусил нижнюю губу, — только ещё разок. М?)
— Ах, ну.. — так, Эст каждый раз теряла мир вокруг, когда Финляндия касался её губ своими.