3
Лу не помнил, как добежал до дома. Только хлопок двери, щелчок щеколды и давящая тишина. Бабушка спала, она даже не была в курсе, что он куда-то уходил.
Он зашел в свою комнату и сел на кровать. Его трясло. Мелкая, неконтролируемая дрожь, идущая из самой глубины. Не только от бега, не только от адреналина. Тело отказывалось принимать то, что уже понял разум.
Он был не просто гостем. Он был предназначенной жертвой. Вино, настойчивость Хельги, «представление» в три ночи, охота... Все кусочки пазла складывались в ужасающую, отвратительную картину.
Его главный страх, холодный и тяжелый, как камень, упал в самое нутро: «Они не остановятся. Они не могут позволить свидетелю жить. Или жертве, которая сбежала. Они будут искать меня, чтобы завершить то, что начали.»
Каждый скрип в доме, шум за окном, тень от уличного фонаря - все казалось угрозой. Лу задернул шторы, проверяил замки, прислушался. Лег в кровать, так и не сняв толстовку. Ткань обволакивала его, и в ее объятиях снова всплывал один и тот же вопрос, гвоздем засевший в сознании: «Почему?»
Зачем Мариус это сделал? Рисковал всем. Враждовал с семьей. Ради незнакомца, которого, возможно, видит последний раз в жизни.
Чем он, испуганный школьник, мог заинтересовать такого, как Мариус?
А потом этот поцелуй. Быстрый, отчаянный, не нежный, но жгучий. Он был не только прощанием. Он был меткой. Обещанием. Лу не мог забыть это прикосновение, его вкус - тревожный и запретный. Это была смесь страха, благодарности и того самого «предвкушения», которое он чувствовал раньше, того странного влечения. Он был запутан и напуган этими чувствами, они жгли изнутри сильнее любого страха перед погоней.
И в этом водовороте ужаса, неразрешимых вопросов и обжигающих воспоминаний он провалился в беспокойную, прерывистую дрёму, где темные коридоры, горящий взгляд Мариуса и визгливая музыка сливались воедино.
Резкий, настойчивый стук в дверь вонзился в его сон, как нож. Лу вздрогнул и сел на кровати, сердце бешено заколотилось, отдаваясь в висках. Свет утра резал глаза, но сознание возвращалось со скоростью паники. Кошмар не кончился. Он здесь, в его доме.
- Лу, открой, пожалуйста! - донёсся с кухни голос бабушки. - Это, наверное, квитанцию принесли.
Нет. Не квитанция. Это они.
Он медленно, как во сне, сполз с кровати. Подойдя к двери, он почувствовал, как дрожат его руки. Он прильнул к глазку, затаив дыхание.
На пороге стоял парень в обычной куртке курьерской службы. В руках он держал небольшую картонную коробку. Ничего угрожающего. Обычная житейская сцена. Но от этого становилось только страшнее.
Звонок прозвенел снова, заставляя Лу вздрогнуть.
- Лу, ты что, не слышишь? - С ноткой раздражения крикнула бабушка.
Он должен был открыть. Иначе будет больше вопросов. Иначе они... они что? Ворвутся? Сделают что-то с бабушкой?
Пальцы, ледяные и непослушные, нашли защелку. Он повернул ее и потянул дверь на себя, открыв всего несколько сантиметров, словно щель могла его защитить.
- Гуссенс? - вежливо спросил курьер, сверяя с планшетом.
Лу лишь кивнул, не в силах издать звук.
- Вам посылка. Распишитесь, пожалуйста.
Курьер протянул электронный планшет. Рука Лу дрожала так, что он с трудом вывел нечто, отдаленно напоминающее его имя.
- Это... от кого? - сбивчиво спросил он, возвращая планшет.
Курьер пожал плечами, протягивая коробку Лу. - Не знаю. Отправитель просил не разглашать. Хорошего дня!
Парень развернулся и зашагал прочь. Лу с силой захлопнул дверь, щелкнул замком и прислонился к косяку спиной, пытаясь перевести дыхание.
- Что это было? Кто это? - спросила бабушка, появившись в дверном проеме кухни с полотенцем в руках.
- Ничего... Курьер... ошибся, - соврал он, сжимая коробку так, что картон промялся.
Не слушая ее ворчания, он почти бегом рванул в свою комнату, захлопнул за собой дверь и прислонился к ней.
Что это? Насмешка? Угроза?
Лу дрожащими пальцами сорвал скотч и откинул крышку коробки. Внутри, на мягкой пузырчатой пленке, лежал его телефон. Тот самый, который у него забрала Хельга на входе.
Он взял его в руки, ощущая холодный и такой знакомый корпус. В голове пронеслись обрывочные мысли. «Мариус? Это он? Но как? Откуда он узнал мой адрес?»
Сердце сжалось от нового, острого страха. Если Мариус смог так легко его найти, то и остальные смогут. Его укрытие было иллюзией.
Он с надеждой нажал кнопку питания. Экран загорелся. Телефон был полностью заряжен. Он пролистал главный экран, потом открыл список контактов, сообщения, историю вызовов. Ничего. Никаких следов Мариуса. Он что, даже не пытался оставить послание, даже не шарился в телефоне?
Глупая, наивная надежда - что Мариус оставит здесь свой номер, какой-нибудь контакт, чертову зацепку - рассыпалась в прах. Лу почувствовал, как по его лицу разливается жар разочарования и стыда. «О чем я вообще думал?»
«Почему курьером? Почему он не принес сам?» Ответы были такими же пугающими, как и сама тишина. Возможно, Мариус не мог прийти. Возможности у него не было. Его поймали. Наказали. Или... он просто не хотел. Тот поцелуй, та искра в его глазах - был ли это лишь момент слабости, который он теперь жалел? Может, для него это и правда была последняя встреча, и возвращение телефона - всего лишь жест, чтобы закрыть гештальт, «вынести мусор» до конца.
Мысли кружились в голове, не находя выхода. Лу сидел на кровати, сжимая телефон в одной руке и скомканную картонную коробку в другой. Он смотрел в стену, но видел лишь темные глаза Мариуса, полные той самой непонятной, тревожной решимости.
Что ему делать дальше? Ждать? Но чего?