23
На следующий день в школе царила неестественная, но долгожданная тишина. Лу выполнил свое намерение и заблокировал Джеффри во всех мессенджерах. Один день. Всего один день оставался до приезда Мариуса, и эта мысль согревала его изнутри, придавая уверенности. Он ловил себя на том, что считает часы, и предвкушение скрашивало все школьные будни.
Дина не подходила, лишь издалека бросала на него колючие взгляды, но он научился их игнорировать. Джеффри он не видел вовсе, и это было лучшим подарком. Единственным напоминанием о вчерашнем дне стала короткая встреча с Эрикой у раздевалки. Их взгляды встретились, она оценивающе кивнула, он в ответ - с легкой благодарностью. Никаких слов. Идеально.
Чувство облегчения было таким полным, что Лу даже расслабился. Возможно, все само собой утряслось. После предпоследнего урока он зашел в уборную в дальнем конце коридора, где обычно было безлюдно. Он хотел просто умыться.
Закончив, он потянулся к двери, как вдруг она с силой распахнулась, едва не задев его. На пороге, запыхавшийся, с диким взглядом, стоял Джеффри.
Лу отшатнулся от неожиданности, но было уже поздно. Руки вцепились в его запястья с такой силой, что стало больно.
- Джеффри, что ты... - начал Лу, но тот, не слушая, с силой рванул его на себя, назад, в помещение уборной. Лу, споткнувшись, едва удержался на ногах. Джеффри, не отпуская его, пихнул его дальше от двери и резко толкнул его спиной к кафельной стене. Воздух с силой вышел из его легких.
- Что ты творишь? - выдохнул Лу, пытаясь вырваться. Но хватка Джеффри была железной. Его пальцы впивались в его руки.
- Я с тобой поговорить хочу, - прошипел Джеффри, его лицо было искажено странной смесью ярости и отчаяния. Он прижал Лу к стене всем своим весом, нарушая личное пространство. - А ты меня заблокировал? Серьезно?
- Отпусти, - голос Лу дрогнул, но он старался звучать твердо. - Мне больно.
- Больно? - Джеффри усмехнулся и тряхнул его так, что голова Лу стукнулась о стену. В глазах помутнело. - А мне как, по-твоему? Ты меня выставил полным посмешищем перед всеми! Из-за тебя теперь все думают, что я... что я...
Он не договорил, сжав губы. Его дыхание было частым и прерывистым. Он придвинулся еще ближе, его лицо было всего в сантиметрах от лица Лу.
- И кто ты такой, а? - продолжил он, его голос срывался на крик. - Раньше ты был никто. А теперь тебя развозят на таких тачках, ты ходишь такой весь загадочный... Кого ты из себя строишь, Лу? А?
Страх, острый и холодный, сковал Лу. Он видел, что Джеффри не в себе. Это была не просто школьная травля, это было нечто иррациональное и опасное.
- Я никого не строю, - попытался он сказать спокойно. - Просто отстань от меня.
- Не отстану! - Джеффри крикнул ему прямо в лицо. - Ты должен все понять! Должен!
И тут взгляд Джеффри изменился. Ярость в его глазах сменилась на что-то пугающе сосредоточенное. Он пристально смотрел на губы Лу.
Лу почувствовал, как по спине пробежал ледяной холод. Нет. Только не это.
- Нет... - прошептал он, пытаясь отклониться.
Но Джеффри был сильнее. Он отпустил одно запястье, чтобы схватить его за подбородок, грубо выравнивая его лицо. Его пальцы впились в кожу.
- Джеффри, нет! - уже по-настоящему испугавшись, крикнул Лу и начал вырываться, отталкиваться свободной рукой, брыкаться.
В этот момент дверь в уборную со скрипом открылась. На пороге замер младшеклассник с широко раскрытыми глазами.
Этот звук и вид постороннего человека словно выбили Джеффри из транса. Его хватка ослабла. Он резко отпрянул от Лу, его взгляд метнулся к двери, потом обратно к Лу, и в его глазах читался уже чистый ужас от содеянного.
Лу, не раздумывая, рванулся к выходу, обходя растерянного школьника. Он вылетел в коридор и почти бегом, не оглядываясь, помчался прочь, чувствуя, как дрожь охватывает все его тело.
Мыслей оставаться в школе и досиживать последний урок у Лу не было и в помине. Тело звенело от нервного напряжения, а по коже ползали мурашки омерзения. Он чувствовал себя грязным, униженным и напуганным. Он всегда считал Джеффри просто тупым и заносчивым, но безобидным. Теперь же он видел в нем реальную угрозу.
Он почти бегом добрался до дома, стараясь не встречаться ни с кем глазами. В прихожей его встретила бабушка.
- Лу? Ты что так рано? - спросила она, снимая очки и с тревогой разглядывая его лицо.
- Голова болит, - буркнул он, не останавливаясь и направляясь к своей комнате. - Пойду прилягу.
- Может, чаю с мятой? Или таблетку? - её голос донёсся уже из коридора.
- Не надо! Всё нормально! - почти крикнул он и захлопнул дверь, повернув ключ.
Ему нужно было сказать Мариусу. Нужно было немедленно. Но как? Как описать это, не вызвав ядерного взрыва? Мариус с его вспыльчивым характером, его патологической нетерпимостью к любым посягательствам на то, что он считал своим...
Лу взял телефон. Пальцы замерли над клавиатурой. Нет. Мариус занят, у него свои, взрослые проблемы. Снова прибегать к нему со школьными стычками? Он покажется нытиком, неспособным решить самые примитивные свои проблемы.
Он с силой швырнул телефон на кровать и, тяжело дыша, уткнулся лицом в подушку, пытаясь заглушить подступающие слезы бессилия и отвращения.
И тут телефон тихо вибрировал. Одно сообщение. От Мариуса.
Лу открыл его, и сердце его сжалось от внезапной, щемящей нежности.
Мариус: Не могу перестать о тебе думать. Соскучился, как ненормальный. Всё в порядке у тебя? И... прости за вчера. Ты ни в чём не виноват. Никогда. Просто в следующий раз говори мне сразу. Ладно?
Лу перечитал эти строки несколько раз, и по его лицу сам собой расплылась слабая, но искренняя улыбка. Это было не просто сообщение. Это было прощение, понимание и та самая, редкая от Мариуса, нежность, которую он всегда прятал за колкостями. Он так сильно хотел сейчас оказаться рядом с ним. Обнять его, поцеловать.
Лу: Я тоже. Очень. Во сколько приедешь?
Мариус: Самолет садится в три ночи. Встретимся днем, хорошо? Высплюсь немного.
Ждать еще целое утро? Это казалось вечностью. Невыносимо.
Лу: Приезжай сразу ко мне. Пожалуйста. Можешь спать у меня. Просто... мне нужно тебя видеть.
Он отправил и замер в ожидании, кусая губу.
Мариус: Настолько невмоготу?) Ладно. Вещи оставлю дома, и приеду к тебе.
Эти сообщения смыли всё напряжение последних часов. Волна облегчения и радости была такой сильной, что Лу на мгновение закрыл глаза, просто вдыхая и выдыхая, позволяя этому чувству заполнить себя. Он не будет один. Мариус будет здесь, совсем скоро.
- Лу! Иди ужинать! - позвал голос бабушки из кухни.
Он вышел из комнаты. За столом царило неловкое молчание. Бабушка украдкой поглядывала на него, в ее глазах читалась неуверенность и забота, которую она не знала, как выразить.
- Ну как... как дела? - наконец выдавила она, отодвигая тарелку.
- Всё нормально, - тихо ответил Лу, уставившись в свою тарелку. Он не хотел сейчас ни объяснений, ни разговоров по душам. Ему нужно было просто дотянуть до трёх ночи.
Бабушка вздохнула, поняв, что копать дальше бесполезно. - Ну... хорошо, - просто сказала она. - Кушай.
Оставшиеся до трех ночи часы Лу провел в лихорадочном ожидании. Он прибрался в комнате, перекладывал вещи с места на место, бесцельно листал ленту в телефоне. Каждая минута тянулась мучительно долго. Наконец, за окном послышалось тихое, но знакомое рычание двигателя. Сердце Лу пропустило удар. Он выглянул в окно - да, это была его машина, припаркованная в тени в том же переулке.
Не дожидаясь, пока Мариус подойдет к калитке, Лу на цыпочках, стараясь не шуметь, выскользнул из дома. Ночь была прохладной, но он не чувствовал холода - все его тело горело от предвкушения.
Мариус вышел из машины. Он выглядел уставшим, под глазами лежали темные тени, но его лицо озарила та самая, редкая и такая желанная улыбка, которую Лу видел только для себя. Они не сказали ни слова, просто шагнули навстречу и слились в крепких объятиях. Потом губы Мариуса нашли его губы - быстрый, влажный поцелуй в ночной тишине.
- Заждался, школота? - прошептал Мариус, отстраняясь и касаясь его лба своим.
Лу мог только кивнуть, потеряв дар речи от переполнявших его чувств.
- Держи, - Мариус протянул ему пакет. - Кое-что из Цюриха.
Лу взял его, чувствуя приятную тяжесть. - Спасибо.
- Не за что. Пойдем внутрь, тут прохладно.
Они зашли в дом, стараясь не шуметь. Лу отнес пакет на кухню и положил на стол, сгорая от нетерпения вернуться. Когда он вошел в свою комнату, Мариус уже снял куртку и стоял посреди комнаты, проводя рукой по волосам. Он снова потянулся к Лу, чтобы привлечь его, обнять.
Пальцы Мариуса мягко переплелись с пальцами Лу. И в этот момент его взгляд упал на правое запястье Лу.
На бледной коже, выше ладони, на запястье, четко проступал свежий, багрово-синий синяк.
Лу, почувствовав, что взгляд Мариуса задержался, инстинктивно рванул руку назад, пряча ее за спину. Но было поздно.
- Что это? - спросил Мариус, и его голос потерял всю свою мягкость.
- Ударился, - быстро соврал Лу, пряча руки за спину. - О дверцу шкафа в школе.
Мариус схватил его за обе руки и с силой вывернул их из-за спины. Повернул ладони на себя, и на том же месте, симметрично, красовался второй, такой же синяк.
Мариус поднял на Лу взгляд. Его темные глаза, еще секунду назад полные нежности, теперь стали плоскими и непроницаемыми. Он не поверил.
- И здесь тоже ударился? - тихо спросил он. - Тоже о дверцу шкафа? Удивительное совпадение.
Лу замер, глядя в эти глаза, и понял, что врать бесполезно. Мариус уже все видел. Видел и уже делал свои выводы.