Глава 3 - Работа
Хван вошёл в зал, где уже собрались остальные главы. Комната была просторной, с длинным столом, вокруг которого сидели мужчины и женщины в строгих костюмах. Свет приглушённый, тени танцевали на стенах, создавая ощущение закрытого мира, где действуют свои правила.
Он прошёл к свободному месту, взгляд скользнул по всем присутствующим — оценивал. Как только он вошел, шум исчез и стало слышно лишь тихие шаги.
Среди участников Хван сразу заметил его. Ким Сонхён. Человек, с которым они начинали, того, кто видел первые шаги Хвана в этом мире. Он сидел за столом спокойно, уверенно, и взгляд их пересёкся на мгновение. Ни слов, ни улыбок — только молчаливое признание того, что между ними была общая история, пусть и не обсуждаемая.
— Все на месте? — голос Хвана разорвал тишину, и собрание началось.
Хёнджин аккуратно выпрямился, руки сжаты в кулаки на столе. Он слушал, отмечал каждое слово, каждое движение. Здесь не было места слабости или сомнениям — каждый шаг, каждая мысль должны были быть точными.
Собрание закончилось. Главы начали лениво расходиться, переговариваясь между собой, уточняя детали и планы. Хван ещё несколько секунд сидел за столом, внимательно наблюдая, как уходят остальные, отмечая знакомые лица и привычные манеры.
Когда зал почти опустел, к нему подошёл Ким Сонхён. Шаги были лёгкими, уверенными. Он хлопнул Хвана по плечу, и звук этого прикосновения как будто слегка разрезал тишину.
— Отлично поработали, — сказал Ким, коротко, без лишних слов. — Думаю, нам стоит отпраздновать.
Хван молча поднял голову, глядя на него ровным взглядом.
— Выпить? — его голос был спокойным, ровным, без эмоций, словно просто констатация факта.
— А почему бы и нет? — Ким улыбнулся, привычно лёгкая насмешка играла в глазах.
Хван кивнул, не спеша встал. Он поправил пальто, шагнул к выходу из зала, и Ким последовал за ним. Дорога до бара была тихой и молчаливой.
Они вошли в небольшое заведение на тихой улице. Полумрак, приглушённая музыка, запах крепкого алкоголя — место, где можно было поговорить спокойно, не отвлекаясь на посторонние глаза. Хван сел за стол, прямо напротив Ким Сонхёна, руки аккуратно сложив на столе.
— Ну что, — начал Ким, опуская бокал на поверхность стола, — давно не виделись в такой... спокойной обстановке. Как дела?
— Всё по плану, — коротко ответил Хван. Его взгляд был ровным, холодным, как всегда. — Собрание прошло лучше чем я думал.
Ким усмехнулся и кивнул, снимая напряжение лёгкой шуткой:
— Да... ты как обычно. Лишь одна работа в голове. Я не об этом спрашивал.
— Моя работа — это и есть моя личная жизнь, — ответил Хван спокойно, ровно. Его глаза оставались холодными, но в голосе прозвучала лёгкая сдержанная усталость, словно это был единственный способ объяснить себя. — Ты ведь знаешь, Сонхён, ничего кроме работы у меня нет.
— И то верно... — Ким кивнул, прищурив глаза, — но думал, надеялся что-то поменялось. Мы ведь уже не работаем вместе с тех пор, как ты стал главой. — Он усмехнулся, пытаясь разрядить атмосферу.
Ким был первым человеком, с которым Хёнджин познакомился в группировке. Он многому его научил, но со временем стало ясно, что Хёнджин способен на большее.
— Да, много времени прошло, многое поменялось, — спокойно сказал Хван, делая глоток из бокала.
— А ты, Хван, не поменялся. Только старше стал и более рассудительный, — усмехнулся Ким.
— С такой работой — только так, — отозвался Хван, ровно, без тени раздражения.
— Да ладно тебе. Ты и до вступления был такой. Даже более дерзкий, из-за чего получал... — Ким рассмеялся, слегка потрясая головой, — как ты только умудрился выжить?
Да, и вправду... как? Имея низкий статус в группировке, он был всего лишь разменной монетой. Если бы его убили — никому не было бы дела. Не один раз он оказывался на грани смерти. Шрамы усыпали бледное тело Хвана, словно немое напоминание о цене, которую он заплатил за место, где находился сейчас.
В самом начале он был дерзким парнем, будто нарочно искал смерть. Лез на рожон, будто хотел, чтобы пуля или нож поставили точку. И в какой-то степени так оно и было. Он не видел смысла в жизни, был бы рад умереть в перестрелке, раствориться в чужой войне.
Ведь единственный свет, единственная радость в его жизни — исчезла бесследно.
Это случилось сразу после окончания школы. Как раз в тот день, когда Хван решился признаться в своих чувствах. Они договорились о встрече, но Феликс не пришёл. Не предупредил, не позвонил, не написал ни слова. Хван ждал на условленном месте до самого вечера — ждал, что тот всё же появится, что объяснит, что просто не мог связаться. Но Феликс так и не пришёл.
Не пришёл ни в тот день, ни в любой другой.