Глава 24 - Обвал
Наутро дом встретил тишиной и мягким светом.
Феликс всё ещё спал, зарывшись в подушку. Хёнджин сидел на краю кровати, уже в рубашке и пальто, застёгивая часы на запястье. Взгляд всё время возвращался к блондину — к этой спокойной, беззащитной тишине вокруг него.
Он не хотел уезжать. Но должен был.
Хван склонился ближе, осторожно провёл пальцами по щеке Феликса.
— Спи, мой свет, — прошептал он, почти касаясь губами его лба. — Я скоро вернусь.
Но Ликс шевельнулся, медленно открывая глаза.
— Ты уезжаешь? — спросил он сонным, хрипловатым голосом, сжимая простыню.
— Да, — Хван улыбнулся, хотя глаза оставались серьёзными. — На пару дней. По работе.
Феликс приподнялся, сев на кровати.
— Возьми меня с собой, — тихо сказал он.
— Нет, — ответ прозвучал мягко, но твёрдо. — Я не могу.
— Но я могу быть рядом, я не помешаю...
— Феликс, — перебил он спокойно, глядя прямо в глаза, — рядом со мной всегда опасно. Всюду. Даже здесь. Я не могу позволить, чтобы хоть что-то случилось с тобой.
Он наклонился, взял его руку и прижал к своим губам.
— Здесь останется охрана. Пак будет рядом. Всё под контролем. Обещай, что никуда не выйдешь без них.
Феликс опустил глаза, тихо вздохнув.
— Хорошо...
Хёнджин усмехнулся и провёл рукой по его волосам.
— Я постараюсь вернуться быстрее.
Он наклонился ближе, их лбы соприкоснулись.
— Только не грусти, ладно? — шепнул он. — Когда я рядом с тобой — я спокоен. Но если ты начнёшь скучать, я почувствую, и придётся всё бросить, чтобы вернуться.
— Обещаю, — улыбнулся Феликс, хотя глаза блестели от тревоги.
Хёнджин в последний раз посмотрел на него — долго, как будто запоминал каждый вдох, каждый изгиб ресниц, — и вышел.
Щёлкнул замок.
И в доме снова воцарилась тишина.
***
Прошло чуть больше суток.
Феликс весь день провёл дома — читал, смотрел в окно, время от времени проверял телефон. Хёнджин не писал, но Ликс знал, если молчит, значит, занят. Всё в порядке.
Так он себя убеждал.
С самого момента, как Хёнджин вышел из квартиры, внутри будто что-то сместилось. Просто в груди всё время было какое-то странное давление — будто сердце стучало не в такт.
Он списывал это на скуку — просто непривычно без него, вот и всё. Но чем дольше шло время, тем сильнее сжималось внутри.
К вечеру второго дня дождь начал тихо барабанить по стеклу. В комнате пахло кофе и пионами — цветы всё ещё стояли на подоконнике, хотя начали немного осыпаться.
Телефон зазвонил.
«Пак Гён Хи».
Феликс тут же потянулся к трубке.
— Алло, господин Пак?
— Господин Ли... — голос звучал глухо, будто сдавленный. — Простите, что так поздно.
На заднем плане шумели люди, машины.
— Всё в порядке. Что-то случилось? — насторожился Феликс.
На другом конце повисла короткая пауза.
— Мы... потеряли связь с господином Хваном.
Секунда — и в голове будто щёлкнуло.
— Что значит «потеряли»? — спросил он, но голос уже дрожал.
— Машина, на которой он ехал, не выходит на контакт. GPS отключился час назад. Мы ищем.
Феликс резко встал.
— Может, просто глушилка? Или сел телефон?
— Мы проверили, — тяжело выдохнул Пак. — Второй охранный автомобиль нашли. Они... мертвы.
Феликс замер, глядя в пустоту. В висках застучало.
— Нет... — выдавил он. — Нет, вы ошибаетесь.
— Мы не знаем точно, — сказал Пак мягко, как будто боялся разрушить последние остатки надежды. — Но, пожалуйста, оставайтесь дома. Я отправил людей к подъезду. Никому не открывайте.
— Нет, — Феликс мотнул головой, будто тот его видел. — Я не могу просто сидеть.
— Господин Ли, — Пак сказал чуть жёстче, — это приказ господина Хвана. Он сказал, что если что-то пойдёт не так — я должен вас защищать. Не заставляйте применять к вам силу.
— Господин Пак... — Феликс сел прямо на пол, телефон соскользнул с ладони, но он успел подхватить его. — Вы ведь ищете его, да? Он... он мог выбрать другой путь. Или машину. Он ведь осторожный.
— Мы ищем, — тихо ответил Пак. — Но, прошу, не выходите никуда.
Феликс молчал. Только дышал — быстро, тяжело, будто не хватало воздуха.
— Хорошо... — выдохнул Феликс, но голос звучал пусто.
Феликс сидел, глядя на экран, где ещё несколько секунд горело имя «Пак Гён Хи».
Он осел на пол, чувствуя, как уходит сила из ног. Всё внутри медленно рушилось.
— Вернись... — прошептал он, коснувшись холодного стекла кончиками пальцев. — Пожалуйста, вернись ко мне.
Феликс сидел на полу, всё ещё сжимая телефон. Пальцы дрожали. В голове крутились слова Пака.
«Мы потеряли связь...»
Он поднял взгляд. Квартира казалась чересчур тихой — будто вымершей. Только гул ветра за окном. Он не выдержал.
— Я не могу просто сидеть, — прошептал он.
Феликс встал, пошёл в кабинет Хёнджина. Шаги отдавались гулко. Он знал, что где-то здесь должно быть оружие — Хван всегда держал под рукой. В ящике — стопка бумаг, рядом встроенный сейф. Пальцы сами набрали код.
Щелчок.
Он вытащил пистолет, проверил магазин — полный.
В груди всё сжималось. Было страшно, но спокойствие странным образом присутствовало — как будто он перешёл черту, за которой нет дороги назад.
Он сунул пистолет за пояс и направился к двери.
Стоило выйти из лифта и дойти до выхода — за спиной послышался голос.
— Не советую выходить.
Он сжал челюсть. В груди что-то болезненно дрогнуло — не от радости, а от злости.
— Конечно, — тихо произнёс он. — Я должен был догадаться.
— Где Хёнджин? — спросил ровно. Голос стал холодным, будто чужим.
— Не о нём сейчас, — вмешался отец. Его слова звенели металлом. — Поехали с нами. Здесь тебе опасно.
Он не сомневался — они здесь не из жалости. Их отправили, чтобы забрать его любой ценой.
Один из мужчин за спиной отца шагнул вперёд. Рука скользнула к оружию.
Феликс выхватил пистолет первым.
Щелчок. Предохранитель снят.
Он поднял взгляд — твёрдый, уверенный, почти безумный.
— Даже не думай.
На секунду все замерли. Потом всё рвануло разом.
Выстрел — осколки стекла, крик матери, эхо в коридоре. Один из охранников бросился в сторону — пуля врезалась в стену рядом. Второй прижался к проёму, стреляя ответно. Пули прошивали воздух, с глухими ударами врезаясь в мебель и двери.
Феликс отступал к выходу, выстреливая короткими сериями, прикрываясь колонной.
— Не подходите! — крикнул он, но голос сорвался.
Он выбежал на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, уши звенели. Вокруг — хаос: люди оборачивались, машины сигналили, кто-то кричал.
Он выскочил на проезжую часть, вскинул руку.
— Такси!
Машина затормозила с визгом шин. Феликс рывком открыл дверь, сел.
— Езжайте! Быстро! — голос сорвался на крик.
— Но куда...
— Просто вперёд! —
Водитель обернулся, хотел что-то сказать, но, увидев выражение лица пассажира, только кивнул и нажал на газ.
Такси свернуло на узкую улицу у окраины. Здесь когда-то жила его сестра. Старые, полупустые дома, влажный воздух и запах пыли, пропитавший асфальт.
Он расплатился, вышел, натянул капюшон и двинулся вдоль стены, стараясь не выделяться.
Дом был впереди — тот самый, с облупившейся дверью и заросшим подъездом.
«Просто пересидеть немного...» — подумал он, ускоряя шаг.
— Ну надо же... — раздалось сбоку, лениво, почти с насмешкой. — Выгнал тебя твой Хёнджин?
Феликс резко обернулся.
У стены, в тени фонаря, стоял Джиху.
— Что тебе нужно? Что ты тут делаешь? — холодно спросил Феликс.
— Живу вообще-то — просмеялся парень, — Я вас тут прошлый раз с Хёнджином видел. Где же он? Почему не с тобой?
Феликс шагнул ближе.
Джиху ухмыльнулся — но только до тех пор, пока не увидел пистолет, направленный прямо ему в грудь.
— Хочешь жить? — голос Феликса стал хриплым, усталым, но ледяным.
Джиху замер.
— Ч-что?
— Хочешь и дальше смеяться? — тихо произнёс Ликс, подходя ближе. — Тогда спрячь меня. Там, где никто не найдёт.