Кровь и Шёлк

Лилия не могла дышать.

Дом Франческо стал для неё клеткой. Каждая комната пахла им. Каждая тень напоминала. Каждое движение — как заноза в сердце.

Она не собирала вещи. Просто надела куртку, схватила ключи и вышла.

Такси доехало до клуба быстро. Из тех, где музыка глушит мысли, где свет — спасение от реальности, а бар — единственное, что может утопить голос в голове.

Лилия стояла у барной стойки, в глазах застыла пустота. Вокруг — шум, музыка, люди, но все казалось таким далёким. Бокал с алкоголем был уже почти пуст, но она продолжала пить, надеясь заглушить боль. Она не хотела думать о Франческо. Не хотела чувствовать эту пустоту внутри. Но чем больше она пыталась уйти от мыслей о нём, тем сильнее они возвращались.

— Ты выглядишь так, будто тебе нужно забыться, — голос мужчины был тёплым, с лёгкой насмешкой, и он мягко коснулся её локтя.

Она повернулась, взглянув на него. Высокий, с тёмными волосами, татуировками на шее, он смотрел на неё с интересом, но без агрессии. Его глаза были мягкими, понимающими.

— Наверное, ты прав, — ответила она, заставив себя улыбнуться. — Я не ищу ничего серьезного, просто... хочу забыться.

Он засмеялся, и это звучало искренне.

— Я тоже не ищу ничего серьезного. Но если ты хочешь, я могу помочь тебе немного отвлечься.

Его слова были почти мягкими, и в них было что-то, что заставляло её чувствовать себя комфортно. Она не искала отношений, но... чем-то в нём было что-то свежее, непринуждённое. И, к тому же, это было просто отвлечение.

— И как ты думаешь, чем именно можешь помочь? — её голос прозвучал с оттенком флирта, как будто она сама пыталась убедить себя, что это просто игра.

Мужчина подошёл ближе, его взгляд стал более настойчивым.

— Танцем, — сказал он, поднимая брови. — Или чем-то более... личным, если захочешь.

Она улыбнулась, но внутри почувствовала лёгкое беспокойство. Всё-таки ей не хотелось терять контроль. Но что-то в его уверенности манило.

— Ты не боишься, что я скажу «нет»? — она играла, но в её словах звучала лёгкая тревога.

Он только усмехнулся.

— Вряд ли, — его голос стал мягким, но уверенным. — Ты не такая, как все.

Пока они разговаривали, она заметила, как его рука слегка прикоснулась к её плечу. Это было слишком быстро, слишком близко, но она не отстранилась. Её глаза метнулись на его губы, на его уверенность, и с каждой секундой она всё больше забывала о Франческо.

Но тут музыка немного стихла, и Лилия услышала знакомый голос, который пробрал её до костей.

— Что ты делаешь? — голос Франческо был полон презрения и едва скрытого гнева. Она не могла поверить, что он здесь, но, когда повернулась, увидела его стоящим на пороге с таким выражением лица, что ей стало трудно дышать.

Марк, парень, с которым она только что разговаривала, тоже обернулся. Его лицо мгновенно изменилось, когда он увидел Франческо.

— Ты что, совсем с ума сошел? — рявкнул он, шагнув вперёд. — Ты вообще понимаешь, что она не твоя собственность? Отвали.

Франческо не двинулся, его глаза были сосредоточены на Лилии, но его тело напряглось. Он не ответил на угрозы Марка, но его взгляд стал ещё более холодным и напряжённым.

— Ты хочешь, чтобы я ушел? — его голос был тихим, но с ярко выраженной угрозой. — Ты не хочешь знать, что будет, если я уйду.

Марк сделал шаг вперёд, не отступая.

— Ты думаешь, я боюсь тебя? Ты вообще не в моём классе, парень. Я могу дать тебе урок.

Франческо шагнул в сторону, и теперь стоял прямо перед ним, взгляд его был убийственным. В лицо ему было видно лишь хладнокровие и незначительная усмешка.

— Ты хочешь поучить меня? — его голос стал ледяным. — Мальчишка, ты не понимаешь, о чём говоришь. Ты даже не понимаешь, что говоришь.

Лилия почувствовала, как сердце сжалось. Это было страшно. Франческо был как камень. Всё его тело выражало только одно — он готов убить за неё. Она пыталась понять, что сейчас происходит, но ничего не могла сделать, не могла оторвать взгляд от этих двоих, которые в буквальном смысле сталкивались в воздухе.

— Ты мне угрожаешь? — продолжал Марк. — Ты думаешь, я испугаюсь?

Франческо шагнул ближе, и теперь их лица были так близко, что Лилия могла почувствовать, как его дыхание наполняет пространство.

— Ты испугаешься, когда почувствуешь, как смерть будет на твоих пятках. — Он произнес это так спокойно, что стало ясно — он не шутит.

Лилия посмотрела на него, и глаза её наполнились слезами. Она знала, что он не лжёт. Он мог это сделать. Он был способен на это.

— Если ты уйдешь с ним, — произнёс Франческо, не отрывая взгляда от Марка, — смерть этого парня будет на твоей совести. Ты всё поняла?

Лилия почувствовала, как ноги подкашиваются. Она отчаянно пыталась справиться с эмоциями, но не могла. Всё слишком сильно. Всё слишком болезненно.

— Франческо, хватит! — её голос сорвался, но она знала, что ничего не сможет изменить. Он не слышал её. Или не хотел.

Он снова взглянул на неё, но теперь его глаза стали мягче, хотя угроза в них не исчезла. Он повернулся к ней, игнорируя Марка, и произнёс:

— Пойдем, Лилия. Нам нужно поговорить.

Когда они вышли из клуба, воздух был холодным и резким, но Лилия не чувствовала холода. Она была обездвижена. Франческо шагал впереди, не смотря на неё, но она чувствовала его присутствие, его доминирование.

— Ты не сможешь меня удержать, — её голос был тихим, почти безжизненным. Она пыталась оттолкнуть его. — Ты разрушил всё, что было между нами.

Франческо не ответил. Он просто подошёл к машине и открыл дверцу для неё.

— Садись, — его голос был твердым. — Мы ещё не закончили.

Лилия хотела сказать что-то, но в горле застрял ком. Она сделала шаг, села в машину и молча уставилась в окно, ощущая на себе тяжёлый взгляд Франческо.

Её душа была в разладе. Не только с ним. Но и с собой.

Машина мчалась сквозь ночной город. Улицы Манхэттена проносились мимо, как вспышки воспоминаний, но в салоне царила ледяная тишина. Лилия смотрела в окно, не шевелясь. Губы сжаты в тонкую линию, руки на коленях сжаты в кулаки.

Франческо даже не сразу завёл разговор. Несколько минут он просто смотрел на дорогу, стиснув руль так, что побелели костяшки пальцев. Но молчание било по нему больнее, чем крик.

— Ты правда собиралась пойти с ним? — его голос был низким, сдержанным, но под ним пульсировала ярость. — С этим щенком, у которого в глазах ни грамма уважения к тебе?

Лилия не ответила. Даже не моргнула. Как будто его рядом не было. Только смотрела вперёд, будто в другой мир.

— Ты не понимаешь, с кем играешь, — он продолжал. — Этот тип хотел использовать тебя. Ты думала, он защитит тебя? Удержит, если тебе станет плохо? Да он бы даже не спросил твоего имени, когда наутро вышел бы из комнаты.

Лилия резко вдохнула, но по-прежнему молчала. Внутри всё сжигало. От стыда. От боли. От того, что он... может быть, и прав.

— Ты хотела мне отомстить? Заставить меня ревновать? — Франческо метнул на неё взгляд. — Это сработало. Поздравляю.

Ни единого движения.

— Ты думаешь, я злой? Да, я злой. Я монстр, Лилия. Но даже у меня есть пределы. И сегодня ты подошла к ним вплотную.

Он замолчал. Сжал челюсть, а потом добавил тише, почти глухо:

— Мне было больно видеть тебя с ним.

Лилия медленно повернула к нему голову. Не быстро — будто через силу. И только одно слово сорвалось с её губ:

— Хорошо.

Франческо резко выдохнул.

— «Хорошо»? Это всё, что ты хочешь сказать?

— Ты же хотел, чтобы я почувствовала, каково это — быть отвергнутой. Вот и почувствовала. — Её голос был холодным, будто ножом по коже. — Значит, мы в расчёте.

— Это не игра! — взорвался он. — Ты — не инструмент, Лилия! Я не хотел, чтобы ты...

— Тогда зачем была та сцена с Карен? — перебила она резко. — Зачем этот спектакль? Ты же знал, что я увижу. Всё было рассчитано.

Он замолчал, только сжал руль сильнее.

— Ты не отвечаешь, — выдохнула она, отворачиваясь. — Потому что ты сделал это специально. Хочешь знать, почему я пошла с тем парнем? Потому что на минуту захотела почувствовать, что я кому-то ещё нужна. Что не только ты можешь трогать мои чувства и уходить, когда тебе вздумается.

— Это ложь, — сказал он тихо. — Ты знала, что я не отпущу тебя.

— А я хочу, чтобы ты отпустил, Франческо. — Её голос дрожал. — Очень хочу. Но почему-то всё ещё здесь. Сижу в этой чертовой машине. И ненавижу себя за это.

Он посмотрел на неё долго. Тяжело. А потом развернул машину к направлению особняка.

— Я не отпущу тебя. Даже если ты сама не знаешь, чего хочешь. Пока ты не скажешь это мне — честно, без злости, без игры. Я всё равно буду рядом.

Она отвернулась снова. Молчание повисло между ними, но теперь оно не было пустым — оно дышало болью, обидой, и чем-то пугающе настоящим.

Франческо не говорил больше ни слова до самого дома.