16 глава.
Новый день. Те же навязчивые мысли.
День выдался жарким, солнце палило беспощадно, и я чувствовала, как пот заливает мне лоб, пока я стояла возле Картохранилища, тупо пялясь в одну точку. В голове крутился разговор с Ньютом.
«Потому что я знаю, каково это — терять людей».
Почему это прозвучало так... лично?
Я вздохнула, смахнув капли пота со лба.
— Ты сегодня какая-то задумчивая, Вэл, — услышала я голос Чака.
Я обернулась. Он стоял рядом, глядя на меня снизу вверх с лёгкой улыбкой, но в глазах мелькало беспокойство.
— Просто... думаю, — пробормотала я.
— О Ньюте?
Я резко повернулась к нему.
Чак хихикнул.
— Да брось, — он ткнул меня локтем в бок. — Вы оба как два бешеных Гривера. То ругаетесь, то на звёзды вместе смотрите.
— Откуда ты знаешь про звёзды? — прищурилась я.
— Я видел, как ты утром спала на вышке.
Я закатила глаза.
— И что, теперь у нас новые сплетни в Глэйде?
Чак ухмыльнулся.
— Нет. Только мои личные догадки.
Я покачала головой, но улыбка сама проскользнула на лицо. Чак умел поднимать настроение.
— Ладно, давай поработаем, болтун, — хлопнула я его по плечу и направилась к медпункту.
Клинт и Джефф уже были там.
— Доброе утро, Вэл, — Клинт протянул мне тряпку. — Полы сами себя не вымоют.
— Я думала, я медик, а не уборщица, — фыркнула я, но всё равно взяла тряпку.
— Будешь работать здесь подольше — поймёшь, что это одно и то же, — усмехнулся Джефф.
Я закатила глаза, но приступила к работе.
После тяжёлого дня я думала только о том, чтобы поесть и рухнуть в гамак. Но судьба распорядилась иначе.
Ворота Лабиринта уже начали закрываться, когда я услышала крики.
— ОНИ ИДУТ!
Я стояла у ворот Глэйда, ощущая, как внутри всё сжимается от тревоги. Солнце уже начало клониться к горизонту, окрашивая небо в багровые тона. В воздухе стояла тяжёлая тишина – все замерли, наблюдая за полумраком Лабиринта, ожидая возвращения бегунов.
Чак стоял рядом, кусая губу и постоянно ёрзая.
— Кто сегодня ушёл в Лабиринт? — спросила я, с трудом сдерживая беспокойство.
Он моргнул, будто не сразу понял вопрос, а потом ответил, явно неохотно:
— Минхо... и Ньют.
Внутри что-то оборвалось.
Я почувствовала, как кровь прилила к лицу, а пальцы сжались в кулаки.
— Чёрт, — выдохнула я, оглядываясь.
Я знала, что он упрямый. Я знала, что он не слушает никого, если что-то решает. Но как, чёрт возьми, он мог снова пойти в Лабиринт после всего? После того, как я уже говорила ему, что это безумие? С хромой ногой бежать в лабиринт. Может, он то же самое думал и обо мне, когда я бежала в лабиринт.
Я сделала шаг вперёд, но меня тут же схватили за руку.
— Не вздумай, — раздался твёрдый голос.
Я резко обернулась, вырываясь из хватки.
— Отпусти меня.
— Мы не дадим тебе рвануть туда снова, — в голосе не было злости, только беспокойство.
Я хотела что-то сказать, но в этот момент массивные ворота с гулким стуком захлопнулись.
И в тот же миг из темноты показались две фигуры.
Минхо, тяжело дыша, первым вышел из мрака. За ним, прихрамывая, шёл Ньют.
Я тут же заметила кровь.
— Дерьмо, как же вы долго, — кто-то из ребят облегчённо выдохнул, но я не слышала.
Я видела только пятна крови на его рубашке.
Не раздумывая, я подбежала к нему, схватила за руку и потащила в сторону медпункта.
— Да что ты... — начал он, но я сжала пальцы сильнее.
— Закрой рот, Ньют.
Он выдохнул, но пошёл за мной без сопротивления.
Я возилась с бинтами, когда услышала, как он с шумом усаживается на стол.
— Снимай рубашку, — приказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Он хмыкнул.
— Вау, а ты всегда так в лоб говоришь?
Я стиснула зубы.
— Ньют, не беси меня.
Он закатил глаза, но всё-таки стянул рубашку через голову.
И в тот же миг я застыла.
На его предплечье, чуть ниже плеча, тёмными чернилами была вытатуирована бесконечность.
Я заморгала, сердце пропустило удар.
Я не могла оторвать взгляд от этой татуировки.
Точно такая же, как у меня.
Голова закружилась, в висках застучало, будто что-то внутри пыталось пробить барьер, но не могло.
Почему?
Почему у нас одинаковые татуировки?
Пальцы сами собой потянулись к своему предплечью, туда, где находился точно такой же символ. Но я быстро сжала руку в кулак и опустила её.
Ньют нахмурился.
— Что? — спросил он, бросив на меня быстрый взгляд.
— Ничего, — я тут же отвернулась, сделав вид, что полностью сосредоточена на его ране.
Нельзя. Нельзя показывать, что это меня зацепило.
Я не помню, откуда у меня эта татуировка. Как и многого другого.
Может, совпадение?
Но что-то внутри говорило мне, что нет.
Ньют тяжело вздохнул и слегка поморщился, когда я начала обрабатывать рану.
— Ты ненормальный, — пробормотала я, прижимая к его груди ткань, пропитанную антисептиком.
Он дёрнулся и зашипел.
— Дерьмо, полегче!
— Полегче?! — Я резко подняла на него взгляд. — Ты серьёзно сейчас? Ты снова пошёл в Лабиринт, зная, что тебе нельзя туда, и ещё жалуешься?
Он скривился, но молчал, а после подобрав слова, заговорил.
— Ты ведь тоже не слушаешь меня и бежишь в лабиринт.
Я чувствовала, как злость накрывает меня с головой.
— Ты ранен, Ньют! — я резко отложила в сторону тряпку, схватила бинт и начала перетягивать его грудь. — Хромаешь! Ты же знаешь, чем это может закончиться. Я , по крайней мере хотя бы цела!
— И ты знаешь? — огрызнулся он, глядя прямо мне в глаза.
Я замерла.
— Что?
— Мы все знаем, — его голос стал тише, но твёрже. — Каждый день может быть последним.
Я крепче натянула бинт.
— Но я не хочу, чтобы он был последним для тебя.
Тишина повисла в воздухе.
Ньют смотрел на меня, прищурившись, будто пытался что-то понять.
Я не выдержала этот взгляд, поэтому быстро отвернулась, обрывая бинт.
— Просто... — я сглотнула, чувствуя, как пальцы слегка дрожат. — Если ты ещё раз вернёшься раненым, я убью тебя сама.
Он тихо засмеялся.
— В прошлый раз ты говорила так же.) Сделка.
Но я не смеялась.
Я украдкой снова взглянула на его татуировку.
Я не знала, что она значит. Не знала, почему у нас одинаковые.
Но я обязательно это выясню.