Приключение на века

В огромном дворцовом зале, высеченном из сияющего белого мрамора, царила напряженная атмосфера. Мягкий свет магических кристаллов, парящих под высоким сводчатым потолком, освещал сотни эльфов, собравшихся на экстренное собрание совета. Они сидели за длинными столами из чёрного обсидиана, который отражал свет, как зеркало, создавая причудливые танцующие блики на стенах и потолке. Роскошные одеяния эльфов, украшенные символами их древних домов, переливались всеми цветами радуги, создавая красочное зрелище.

Тонкие ароматы благовоний струились от алтарей, установленных в углах зала, усиливая атмосферу торжественности и напряжённого ожидания. В центре зала возвышался трон, окружённый переплетениями трубок и проводов, в которых переливалась странная серебристая энергия. На троне сидел император, его худое тело казалось почти прозрачным, как тонкий хрусталь. Лицо, изборождённое морщинами, было скрыто наполовину массивной дыхательной маской, но глаза, несмотря на внешнюю немощь, горели ледяной решимостью.

Главный магистр, высокий эльф с волосами цвета зимнего снега, одетый в пурпурную мантию с золотым орнаментом, поднялся. Его голос, наполненный магическим резонансом, подобным мелодичному звону колокольчиков, заставил всех замолчать.

— Вопрос насчёт этого мальчишки нельзя больше игнорировать, — начал он, его взгляд скользнул по присутствующим, подобно лучу прожектора. — Его способности и происхождение несут угрозу для нас всех.

Мгновение тишины, затем из глубины зала раздался голос одного из советников, высокого и стройного, с серебристым плащом, падающим на плечи. Его голос был подобен звуку смычка по струнам виолончели:

— Угроза? — его тон был вызывающим, почти насмешливым. — Или шанс? Если слухи не врут, если он действительно настолько могущественен, он может стать нашей силой, нашим оружием. С ним Империя вновь поднимется над миром, как феникс из пепла.

— Или будет уничтожена, — резко отозвался другой советник, его лицо было скрыто тенью капюшона. Его голос напоминал хриплый шелест листьев под ветром. — Вы забываете, что мальчишка наполовину человек. А их кровь... — он замолчал, как будто сам не осмеливался закончить фразу, подобно тому, как человек не решается коснуться раскалённого железа.

Эльфы за столами загудели, подобно улью, разбуженному непогодой. Некоторые кивали, как мартышки, желая показать свою осведомлённость, другие мрачно хмурились, подобно грозовым тучам перед дождём. Гул обсуждений нарастал, как шум моря перед штормом, пока император не поднял руку. Движение было медленным, но достаточно властным, чтобы все умолкли, подобно тому, как музыкальная фраза заканчивается на последней ноте.

— Тишина, — произнёс он. Его голос был низким, искажённым магией и механизмами, поддерживающими его жизнь, но каждый в зале почувствовал его вес, как чувствует человек вес камня, лежащего на его груди. — Мы не будем гадать. Мы действуем. Именно поэтому мы активируем "План Феникс".

Зал взорвался гулом голосов, подобным грохоту торнадо. Некоторые вскочили со своих мест, подобно пружинам, сжатым до предела, другие застыли в изумлении, подобно статуям, забытым временем. "План Феникс" — легендарная стратегия, известная лишь немногим, её активация означала одно: Империя готовилась к войне, которая могла навсегда изменить лицо мира, подобно тому, как художник меняет картину одним мазком кисти.

— Это безумие! — выкрикнул молодой маг, его зелёные глаза метали молнии, подобно раскатам грома. — Мы ещё даже не знаем всей правды о мальчике! Возможно, он не враг, а союзник!

Главный магистр бросил на него уничтожающий взгляд, подобный удару молнии:

— Союзник, который может уничтожить нас, если обернётся против нас. Ты готов рисковать жизнями миллионов ради своей наивности?

Император поднялся, опираясь на подлокотники трона, подобно фениксу, рвущемуся из пламени. Его голос вновь прозвучал в тишине, подобно удару грома:

— Решение принято. "План Феникс" — наш единственный путь. Если этот мальчишка станет угрозой, мы устраним его. Если он будет полезен — используем. Но Империя должна остаться вершиной этого мира. Мы — высшая раса, и никто, ни люди, ни орки, ни магические существа, не будут диктовать нам условия.

Эльфы кивали, многие продолжали спорить, подобно волнам, разбивающимся о берег, но решение было окончательным. В глубине зала в одной из ниш магический кристалл засветился ярче, подобно тому, как звезда вспыхивает в ночи, словно отвечая на слова императора. Судьба Империи была решена, но её цена оставалась неизвестной, подобно тому, как человек не знает, что таит в себе непроглядная тьма.

После того, как император озвучил своё решение, в огромном зале воцарилась краткая, но напряжённая тишина. Казалось, что все присутствующие затаили дыхание, предчувствуя грядущие события. Затем, словно отзвук далёкого грома, тишина рассеялась, и эльфы один за другим начали покидать зал, погружённые в свои мысли и размышления.

Главный магистр, по-прежнему стоявший возле трона, повернулся к императору, его пурпурная мантия шелестела, как шёпот тайны.

— Ваше Величество, — начал он, его голос был подобен звучанию древнего колокола. — Как мы будем осуществлять "План Феникс"? Необходимо активировать древние артефакты и подготовить войска к грядущей войне.

Император, всё ещё сидящий на троне, кивнул, его худое тело казалось почти прозрачным под светом магических кристаллов, освещающих зал. Лицо, изборождённое морщинами, было скрыто наполовину массивной дыхательной маской, но его глаза, несмотря на внешнюю слабость, горели ледяной решимостью.

— Я знаю, что предстоит сделать, — произнёс он, его голос был низким и искажённым голосом — Сегодня же я подпишу указ о начале мобилизации. Также нужно связаться с нашими союзниками и предупредить их о грядущих событиях. "План Феникс" — это не только наше решение, но и решение всего эльфийского народа. Мы должны стоять единым фронтом перед лицом грядущих испытаний.

Главный магистр поклонился, его волосы цвета зимнего снега почти коснулись пола:

— Как пожелаете, Ваше Величество. Я лично возьмусь за организацию этих вопросов. Наши войска будут готовы, древние артефакты активированы, а союзники предупреждены. Эльфийская империя покажет своё истинное могущество.

Пока в зале шли последние приготовления и обсуждения, в другом конце дворца, в личных покоях молодого мага, который высказался против активации "Плана Феникс", происходил свой разговор. Молодой эльф, Лориан, ходил взад-вперёд по комнате, его зеленые глаза полыхали огнём решимости. Его комната была небольшой, но уютной, с книгами и магическими артефактами, разбросанными по всему пространству. Свет магических кристаллов создавал тёплое и умиротворяющее освещение, но Лориан был далёк от успокоения.

— Я не могу просто сидеть и ждать, — сказал он, обращаясь к своему другу, Элладану, который сидел на стуле и наблюдал за ним с беспокойством. — Этот мальчик, о котором они все говорят, может быть, и опасен, но мы не знаем всей правды. Мы не должны начинать войну без причины.

Элладан вздохнул, его руки теребили край своей мантии:

— Я понимаю твои чувства, Лориан, но ты должен понимать, что решение принято. Император уже всё решил. Мы не можем ничего сделать.

— Можем, — твёрдо сказал Лориан, останавливаясь перед другом и глядя ему прямо в глаза. — Мы можем узнать правду. Я собираюсь отправиться в путешествие и разыскать этого мальчика. Если он действительно угроза, я сообщу об этом самому императору. Но если это не так, если он может стать нашим союзником, я вернусь и скажу правду всем. Я не позволю эльфийскому народу вступить в войну без надёжной причины.

Элладан покачал головой, его волосы цвета меди блеснули в свете кристаллов:

— Это опасно, Лориан. Если император узнает, что ты пошёл против его воли...

— Я рискую, — прервал его Лориан. — Но я должен знать правду. Я не могу жить с мыслью, что я ничего не делал, чтобы предотвратить войну. Я должен хотя бы попытаться.

С этими словами Лориан решительно взял свой плащ и мешок с принадлежностями мага, закинул их на плечо и вышел из комнаты, оставив Элладана одного. В его глазах горело пламя непокорности и решимости, которое, как он надеялся, поможет ему раскрыть правду и предотвратить грядущую войну. Он не знал, что ждёт его впереди, но он был готов встретить любые испытания, которые могут встать на его пути. Его миссия была ясной и важной, и он не остановится, пока не узнает всю правду о загадочном мальчике и его роли в грядущих событиях.

После ухода Лориана в его покоях воцарилась гнетущая тишина, словно сама комната осознала, что её хозяин больше не вернётся. Сквозь витражное окно пробивался слабый свет магических ламп, освещая полки с книгами, карты и артефакты, лежащие вперемешку. Однако Лориану некогда было оглядываться на всё, что он оставлял позади. Его шаги эхом отдавались в каменных коридорах дворца, а в голове кружился рой мыслей: правильно ли он поступает? Успеет ли выбраться?

Он уже почти достиг мраморной лестницы, ведущей к тайному выходу, как вдруг услышал голос за спиной:

— Ты слишком уверен в своей правоте, Лориан.

Эльф обернулся и увидел стоящего у входа Элладана. Его друг выглядел серьёзным: свет магических кристаллов падал на его лицо, подчёркивая строгий изгиб бровей и напряжённые губы. Глаза цвета тёмной меди блестели в полумраке.

— Ты ведь не думаешь, что я позволю тебе пойти одному? — продолжил Элладан, шагнув ближе.

Лориан выпрямился, его лицо стало мягче, но взгляд оставался таким же решительным.

— Это не твоя борьба, Элладан, — твёрдо сказал он. — Я не хочу подвергать тебя опасности. То, что я задумал, рискованно, и ты это прекрасно понимаешь.

Элладан не отвёл глаз, его голос звучал спокойно, но в нём сквозила сталь:

— Ты должен знать, что я не могу остаться в стороне. Мы вместе пережили многое. Ты думаешь, я позволю тебе идти в неизвестность одному? Если ты собираешься лезть в пекло, то мы сделаем это вместе.

Лориан поколебался. Слова друга тронули его, но он не хотел втягивать Элладана в своё безумное предприятие.

— Элладан, если что-то пойдёт не так, ты можешь погибнуть. Я не прощу себе, если втяну тебя в это.

Элладан усмехнулся и поднял голову, в его взгляде зажглась искорка упрямства:

— А ты думаешь, я прощу себе, если позволю тебе идти одному? Я знаю тебя, Лориан. Ты не остановишься, даже если цена будет слишком велика. Поэтому лучше уж я буду рядом, чтобы хоть как-то эту цену уменьшить. А теперь идём, пока нас не обнаружили. Времени на споры нет.

Лориан посмотрел на друга, затем коротко кивнул. Вместе они двинулись к тайному выходу.

Длинные каменные коридоры, высеченные из белоснежного мрамора, освещались магическими кристаллами, закреплёнными в золотых светильниках. Стены украшали массивные фрески, изображавшие сцены древних сражений эльфов с демонами, подвига великих магов и восстановление империи после катастрофы. Однако ни Лориан, ни Элладан не обращали внимания на эти художественные шедевры.

— Нас могут заметить в любой момент, — прошептал Элладан, внимательно оглядываясь.

— Тайный выход рядом. Ещё немного, — ответил Лориан.

Дворец жил своей ночной жизнью. Вдали слышались отдалённые шаги часовых, где-то шелестели голоса слуг, но этот участок коридора был пуст. Лориан быстро нашёл потайную дверь за одной из фресок, на которой был изображён эльфийский герой, держащий в руках сияющий клинок. Лёгкое движение пальцев — и дверь открылась, обнажив узкий каменный проход, ведущий за пределы дворца.

— Здесь, — сказал Лориан, жестом приглашая Элладана следовать за ним.

Выжженные земли

Айро-байк мягко завёлся, издав тихое жужжание. Магические двигатели вспыхнули голубым светом, когда Лориан и Элладан выбрались из города через тайный тоннель и оказались на окраине выжженных земель. Местность здесь выглядела угрожающей: чёрные, обугленные деревья, почва, усыпанная трещинами, и низкие серые облака, словно нависшие над землёй. В воздухе витал едва уловимый запах серы и магии, словно напоминание о древних проклятиях, наложенных на этот регион.

— Красота, — пробормотал Элладан, оглядывая пустошь. — Ты уверен, что это лучший путь?

— Уверен, — отозвался Лориан, крепче сжимая руль. — Патрули Империи не сунутся сюда. Слишком опасно. А нам нужно как можно скорее добраться до Нарочного Каньона.

— Пожалуй, это единственная вещь, за которую можно благодарить эти проклятия, — хмыкнул Элладан, выуживая из-за спины кристаллический прибор и глядя на его мерцающий экран. — Ты ведь понимаешь, что у нас максимум три часа, прежде чем аномалии начнут проявляться.

Лориан кивнул, не отрывая взгляда от дороги. Айро-байк уверенно скользил по потрескавшейся земле, но каждая минута пути казалась напряжённой.

Пейзаж за их спинами становился всё более нереальным. Остатки чёрных деревьев, искривлённых и обугленных, начали заменяться странными каменными образованиями, словно чьи-то давно позабытые монументы. Их формы вызывали беспокойство — слишком правильные, слишком живые.

— Скажи, Лориан, — начал Элладан, глядя на местность вокруг, — тебе не кажется, что это место... наблюдает за нами?

— Пустоши всегда такие, — ответил Лориан, но его голос выдавал внутреннее напряжение. — Они живут своей жизнью. Это не значит, что они нам враги. Если мы будем соблюдать осторожность.

— Осторожность? — Элладан скептически приподнял бровь. — Ты хочешь сказать, что не собираешься использовать магию? Если на нас нападёт... скажем, элементаль?

— Только в крайнем случае, — тихо произнёс Лориан. — Магия здесь может привлечь тех, кто намного хуже элементалей. Ты помнишь рассказы о ловцах душ?

Элладан сглотнул и кивнул, стараясь не смотреть на тревожный горизонт.

Через час путешествия они остановились у странного уступа, возвышающегося словно гигантская рана в теле пустошей. Земля перед ними резко обрывалась, образуя зловещий разлом, уходящий в глубокую темноту. Изнутри доносился слабый, вибрирующий гул, похожий на тяжёлое дыхание древнего существа, чей сон никто не осмеливался потревожить.

Окружающий пейзаж выглядел словно из кошмара. Камни вдоль края уступа казались обожжёнными, их поверхность покрывали странные трещины, напоминающие паутину. Над разломом воздух дрожал, будто сама реальность здесь была хрупкой. Угольно-чёрные облака, нависшие над каньоном, подёргивались всполохами слабого фиолетового сияния, словно предупреждали: здесь нет места для живых.

— Это и есть Нарочный Каньон? — Элладан шагнул ближе, но сразу почувствовал, как воздух вокруг стал плотнее, тяжёлым, почти осязаемым. Он обернулся к Лориану. — Ты уверен, что нам сюда?

— Да, — ответил Лориан, изучая разлом, словно пытался разглядеть нечто невидимое. Его лицо застыло в сосредоточенном выражении. — Старые карты указывают, что здесь есть путь к храму. Если он ещё открыт...

Элладан опустился на корточки, осматривая землю у края. Она была пористой, словно могла рассыпаться под малейшим нажимом. На мгновение ему показалось, что из глубины разлома доносится шёпот — древний, едва различимый, как ветер, бродящий между скал. Он вздрогнул и отступил на шаг.

— У нас времени немного, — продолжил Лориан. — Шторм надвигается. Видишь эти облака? Когда они начнут падать, мы окажемся в ловушке. Нам нужно найти путь вниз.

— И как мы это сделаем? Прыгнем? — Элладан попытался пошутить, но голос прозвучал напряжённо. Он оглянулся, и его взгляд упал на горизонт.

Сначала он подумал, что тени обманывают его, но нет — там действительно была фигура. Едва различимая, она словно вышла из самого воздуха. Облачённая в длинный плащ, фигура двигалась неспешно, но бесшумно, будто парила над потрескавшейся землёй.

— Лориан... — тихо окликнул он. — У нас... гости.

Лориан обернулся, его взгляд застыл. Он поднял руку, давая сигнал Элладану не двигаться. Тот послушался, хотя рука уже инстинктивно легла на рукоять кинжала, инкрустированного магическими рунами.

— Не дергайся, — произнёс Лориан, не спуская глаз с фигуры. — Если это ловец душ, он почувствует любую магическую вибрацию.

Фигура остановилась примерно в двадцати шагах от них. На мгновение показалось, что воздух между путниками и незнакомцем сгустился, словно невидимая стена. Затем фигура медленно подняла голову. Из-под капюшона на них смотрели два ярко-голубых огонька — глаза, наполненные холодным, почти безжизненным светом.

— Путники, — голос раздался гулко, будто доносился из самого разлома. Он был глубоким, низким, неестественно ровным. — Ваш путь ведёт в запретное место. Зачем вы идёте в храм?

Элладан стиснул зубы, его рука сильнее сжала кинжал. Он искоса глянул на Лориана, надеясь, что тот знает, что сказать. Лориан сделал шаг вперёд, его голос прозвучал твёрдо и спокойно:

— Мы ищем ответ. Храм хранит знание, которое нужно для спасения.

Фигура замерла. Казалось, она изучала их, несмотря на то, что её лицо оставалось скрытым. Затем она медленно склонила голову, и нечто, похожее на улыбку, искривило тень под капюшоном.

— Спасение? — спросила она, в её голосе слышались насмешка и тень печали. — Здесь спасение превращается в проклятие. Вы, должно быть, знаете, что храм заперт не случайно. Много жизней было положено, чтобы скрыть его тайны.

— Мы знаем, — ответил Лориан, не отводя взгляда. Он сделал ещё шаг вперёд, словно бросая вызов. — Но у нас нет выбора. Отпусти нас, страж, или нам придётся рискнуть.

Воздух стал тяжёлым, как перед грозой. Элладан почувствовал, как его сердце забилось чаще. На миг фигура застыла, словно размышляя. Затем раздался тихий, едва слышный смех. Он был холодным, как дыхание зимы.

— Рискнуть? — повторила фигура, и её огненные глаза вспыхнули ярче. — Тогда пройдите. Но помните: храм не терпит слабых.

И прежде чем они успели что-то сказать, фигура словно растворилась в воздухе, оставив за собой слабое свечение, которое вскоре тоже угасло.

Элладан выдохнул. Он даже не осознавал, что всё это время задерживал дыхание.

— Вот и первая проверка, — пробормотал он, пытаясь успокоиться. Его рука наконец отпустила кинжал.

— Это только начало, — тихо ответил Лориан, глядя на разлом. Затем он кивнул на уступ. — Вперёд. Вниз.

Они начали спуск, осторожно пробираясь вдоль узкой, почти невидимой тропы, которая вилась вдоль стен разлома. С каждым шагом воздух становился холоднее, а гул из глубины усиливался, превращаясь в нечто напоминающее пульсирующий рёв. Земля под ногами иногда сыпалась, заставляя Элладана ловить равновесие.

— Если мы выберемся из этого живыми, — пробормотал он, бросая взгляд на бездонную темноту внизу, — я сам себе дам медаль за храбрость.

Лориан лишь бросил на него короткий взгляд и продолжил путь. Спуск обещал быть долгим и опасным.

Во дворце императора

Тем временем, далеко отсюда, в зале Императора Эльфов царила напряжённая тишина, настолько густая, что казалось, её можно было разрезать ножом. Высокие колонны из обсидиана поднимались к сводчатому потолку, где мерцали тусклые магические огни, освещая массивный трон, высеченный из чёрного камня. На нём восседал Император, его фигура олицетворяла неподвижную мощь. Его глаза, холодные и проницательные, были устремлены на голографический экран, мерцающий перед ним.

Экран отображал военные отчёты: линии фронта, передвижения войск, стратегически важные объекты, окружённые руинами древних храмов. Каждое мельчайшее изменение подчёркивалось мерцающими символами. Император внимательно изучал карту, его чёрные, как сама ночь, глаза сузились, словно он стремился постичь скрытую истину за этими отчётами. Его пальцы, украшенные кольцами, нервно барабанили по гладкой поверхности подлокотника трона, издавая едва слышные звуки, которые эхом разносились по залу.

Внезапно на карте вспыхнула красная точка, сигнализируя о передвижении двух фигур. Лориан и Элладан. Их путь пересекался с линией, ведущей к древнему храму, который Император не мог позволить им достичь. Его лицо омрачилось, глубокие морщины залегли у рта, придавая его облику ещё больше суровости.

— Эти двое... — пробормотал он низким, хрипловатым голосом, в котором звучал металл. Его слова, казалось, повисли в воздухе, наполняя зал зловещим предчувствием. Одним резким движением руки он вызвал гонца. Мгновение — и стройный эльф в серебристых доспехах появился из тени, бесшумно скользнув по мраморному полу. Он опустился на одно колено, склонив голову перед троном.

— Слушаюсь, Ваше Величество, — произнёс он чётко, его голос прозвучал уверенно, но с оттенком почтительности.

Император впился в него взглядом, глаза вспыхнули холодным блеском.

— Найди их, — произнёс он, каждое слово звучало, как удар молота. — Немедленно. Отправь Гончих Смерти. Лориан и его спутник не должны дойти до храма. Убей их.

Эльф поднял голову, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалась готовность выполнить любой приказ.

— Будет сделано, Ваше Величество.

Император едва заметно кивнул, но когда гонец собирался уходить, его голос вновь прозвучал, ещё более резкий и холодный:

— Передай им мою волю телепатически. Пусть знают, кто их преследует. И что смерти от меня не избежать.

Гонец замер на мгновение, словно осознавая всю серьёзность поручения, затем снова склонил голову, покинув зал с бесшумной грацией, присущей лишь эльфам.

Когда двери зала закрылись за ним, Император остался один. Его взгляд вновь обратился к карте. На экране красная точка продолжала двигаться, словно кровавый след на чёрной земле. Глубоко вздохнув, он откинулся на троне, погружённый в свои мрачные мысли.

— Вы думаете, что сможете обмануть судьбу, — пробормотал он, его голос растворился в тишине. — Но я — тот, кто пишет её страницы.

Магический свет над ним замерцал ярче, будто подчеркивая его слова, а за окном темнеющее небо разрезала молния, предвещая бурю.

Где-то в недрах дворца, в глубокой лаборатории, скрытой под бесчисленными слоями камня и магических барьеров, царил вечный полумрак. Стены здесь были увиты сетью труб и проводов, а от массивных механизмов исходило слабое гудение, придававшее месту зловещий оттенок. Воздух был насыщен металлическим запахом и тонким привкусом озона, как будто сама магия разрывала его на части.

Тишину нарушил глухой звук, словно древняя машина оживала после долгого сна. Пять массивных капсул, расположенных в центре зала, открылись синхронно, их крышки поднялись с шипением, и клубы пара, подсвеченные магическим светом, устремились вверх. Внутри капсул пробуждались существа, которые когда-то были эльфами, но теперь превратились в смертоносный сплав кибернетики, магии и биологии. Их тела покрывали металлические пластины, встроенные прямо в плоть, а глаза светились холодным, зловещим зелёным светом, отражая отсутствие в них чего-либо человеческого.

Каждое из существ обладало уникальными способностями. Первое, массивное и напоминающее древнего гиганта, имело усиленные конечности, идеально подходящие для разрушения и ближнего боя. Его кожаные мышцы, переплетённые с металлическими пластинами, источали силу. Второе — худощавое и стремительное, как тень, — выглядело скорее как убийца-разведчик: его тонкие конечности были оснащены лезвиями, а движения напоминали смертоносный танец. Остальные три, каждое по-своему ужасающие, обладали смертоносными особенностями: одно имело способность извергать огонь из встроенных механизмов, другое было вооружено системой магических импульсов, третье — универсальное, со множеством скрытых оружий, встроенных в его тело.

Перед ними внезапно появился гонец. Его стройная фигура была обрамлена сиянием магии, и он словно растворился в воздухе, прежде чем заговорить. Его слова не были слышны — он говорил телепатически. Яркий свет вспыхнул в его глазах, передавая приказ напрямую в сознание этих созданий.

— Лориан и его спутник. Найдите их. Убейте. Они не должны достичь храма. Любой ценой.

Гончие Смерти не отвечали словами. Им не требовалось подтверждать. Их разум был настроен на выполнение приказа. Сущности разом рванулись вперёд, их движения были стремительными и бесшумными. Лишь звук когтей, звенящих по металлическому полу, напоминал о том, что они реальны.

Канализация дворца стала их выходом. Густой воздух был пропитан влагой и зловонием, но для Гончих это было естественной средой. Они двигались с нечеловеческой скоростью, их силуэты размывались, сливаясь с тенями. Системы навигации, встроенные в их тела, указывали путь, а усиленные органы чувств уже уловили слабый магический след.

Когда они выбрались на поверхность, мрачное ночное небо встретило их громом. Их глаза вспыхнули в темноте, и они безошибочно определили направление. Выжженная земля, разорённая бесконечными войнами, приняла их, будто признавая своими. Их шаги не оставляли следов, а движения были столь грациозны, что казались хореографией смерти. Гончие Смерти двигались, как единое целое, их тела были созданы для охоты.

В их сознании звучала лишь одна цель: — Лориан и его спутник. Они должны погибнуть.

Лориан и Элладан осторожно ступали по узкой тропе, ведущей вниз, всё глубже в чрево разлома. Скалы, обрамляющие путь, напоминали о давно умерших мирах: шершавые, испещрённые трещинами, из которых струился холод, будто от дыхания древних духов. Слабое свечение магических кристаллов на кинжале Элладана создавали зыбкий островок света в окружении абсолютной темноты. Воздух становился плотным, давящим, словно сопротивлялся их присутствию.

— Это место будто дышит, — пробормотал Элладан, не отводя глаз от тёмной бездны, которая раскрывалась перед ними. — У меня такое чувство, что оно нас ненавидит.

— Оно не ненавидит, — спокойно отозвался Лориан, не прерывая шага. — Оно просто знает, что мы чужие.

Элладан поморщился, как будто эти слова сделали его тревогу ещё сильнее.

— Знает, говоришь? — его голос прозвучал с явной нервозностью. — И что оно делает с чужаками?

Лориан обернулся, на его лице застыло выражение серьёзности, к которому Элладан так и не смог привыкнуть.

— Если мы будем вести себя, как враги, оно нас уничтожит. Если как гости... — он замолчал, оставив конец фразы повиснуть в воздухе.

Элладан сжал губы, но ничего не ответил. Вместо этого он сосредоточился на дороге, которая становилась всё уже. Под ногами мелкие камни сыпались вниз, исчезая в пугающей тишине. Где-то внизу разлом наполнился странным гулом, похожим на пульсацию сердца.

Когда тропа сделала крутой поворот, Лориан внезапно остановился и поднял руку. Элладан послушно замер, чувствуя, как внутри всё сжимается от напряжения. Лориан смотрел в темноту, его рука уже тянулась к амулету, висевшему на поясе.

— Слышишь? — прошептал он, голос его звучал едва слышно, словно он боялся потревожить ночное безмолвие.

Элладан напряг слух. Сначала он не различил ничего, кроме собственного дыхания и слабого гула разлома. Но спустя мгновение к нему донёсся новый звук — лёгкое, едва уловимое царапанье. Это был звук когтей, скользящих по камню. Его глаза расширились.

— Гончие? — выдохнул он, чувствуя, как холод пробирается до костей.

Лориан лишь коротко кивнул. Его пальцы сжали амулет, и тот вспыхнул мягким золотым светом, как маяк в ночи. Звук когтей усилился. Теперь он доносился с разных сторон, будто чудовища окружали их. Элладан вытащил кинжал, его рука слегка дрожала.

— Они здесь, — тихо сказал Лориан. — Держись ближе.

Элладан едва успел шагнуть ближе, как из тьмы показался первый силуэт. Существо двигалось бесшумно, и только его светящиеся зелёные глаза выдавали присутствие. Затем из мрака вышли ещё трое. Их тела переливались металлическим блеском, встроенные пластины отражали свет кинжала Элладана.

— Мы в ловушке, — прошептал Элладан, его голос сорвался.

— Мы не в ловушке, — спокойно ответил Лориан, его голос звучал, как лезвие клинка. — Мы на испытании. И мы пройдём его.

Первая атака была молниеносной. Огромное существо, шедшее впереди, бросилось вперёд, подняв свои когти. Лориан успел поднять амулет, и яркий свет ударил в грудь монстра, заставив его остановиться. Но остальные не отступили. Один из них, напоминающий тень, метнулся к Элладану, и только быстрый выпад кинжала спас его от когтей. Клинок вспыхнул магическим огнём, разрезав руку существа, но вместо крови на землю упала чёрная жидкость, испарившаяся с шипением.

— Лориан! — крикнул Элладан, перекатываясь в сторону, чтобы избежать удара второго монстра. — Их слишком много!

Лориан не ответил. Его руки двигались быстро, чертя магические символы в воздухе. Барьер вспыхнул вокруг них, но существа не отступили. Они начали нападать на магическую защиту, когти и лезвия ударяли по барьеру с ужасающей силой.

— Это не сдержит их долго, — пробормотал Элладан, чувствуя, как пот катится по его лицу. — У нас есть план?

— Да, — ответил Лориан, его глаза были сосредоточены на амулете. — Нужно активировать древний портал. Он приведёт нас внутрь храма.

— И что нам для этого нужно? — выкрикнул Элладан, блокируя новый удар.

— Время, — спокойно ответил Лориан.

Элладан усмехнулся, парировав ещё один удар.

— Время — это то, чего у нас нет!

Мощный удар заставил барьер треснуть, а звук, подобный грохоту грома, разнёсся по разлому. В этот момент амулет вспыхнул так ярко, что свет озарил всё вокруг. Гул внизу усилился, и земля под ногами задрожала. Из глубины разлома поднялась гигантская структура, её очертания напоминали древний портал.

— Беги! — крикнул Лориан, схватив Элладана за руку.

Они бросились к порталу, едва успевая уворачиваться от когтей Гончих, которые бросились за ними. Последние шаги дались с трудом, но, как только они прыгнули в портал, мир вокруг вспыхнул белым светом.

Их падение длилось мгновение, но казалось вечностью. Когда свет рассеялся, они оказались в огромном зале, где царила тишина. Стены были украшены древними рунами, которые мерцали слабым голубым светом. Под ногами был гладкий камень, настолько ровный, что казалось, будто он был отполирован до совершенства.

— Мы... внутри? — выдохнул Элладан, оглядываясь. Его голос всё ещё дрожал.

— Да, — ответил Лориан, опустив амулет. — Но мы только начали. Храм тоже будет нас испытывать.

Из глубин зала послышался звук — тяжёлый, медленный, как шаги древнего гиганта. Элладан напрягся.

— Что теперь? — спросил он.

— Теперь... — Лориан поднял взгляд, его лицо вновь стало спокойным. — Мы узнаем, что такое истинные испытания.

Огромный зал, в котором они оказались, словно жил и дышал. Свет от рунических узоров на стенах пульсировал, будто повторяя ритм невидимого сердца. Потолок уходил в бесконечную высь, где мерцали таинственные огоньки, напоминающие звёзды. Воздух был сухим и слегка пахнул древностью, как старые свитки в библиотеке. Но больше всего внимание привлекали звуки. Тяжёлые, размеренные шаги раздавались откуда-то из глубины зала.

Лориан сделал несколько шагов вперёд, пристально всматриваясь в мрак. Его пальцы вновь сжали амулет, который мерцал мягким золотым светом. Элладан остался на месте, его кинжал дрожал в руке.

— Кто это? Или что это? — прошептал он, хотя тишина вокруг делала его голос громким.

— Не кто. Это нечто древнее, — ответил Лориан. Его голос был спокоен, но в нём звучала напряжённость. — Не нападай, пока я не скажу.

Шаги приближались. Их звук наполнял зал, заставляя стены едва заметно вибрировать. Элладан стиснул зубы, борясь с желанием броситься назад к порталу, который исчез, как только они прибыли. Теперь пути назад не было.

Из мрака наконец показался силуэт. Это была массивная фигура, закованная в броню, чёрную, как обсидиан. Её глаза светились холодным голубым светом, а каждый шаг отбрасывал эхо, словно по каменным плитам ходил целый легион. В руках существа был огромный двуручный меч, который казался столь же древним, как и сам храм. Существо остановилось в нескольких метрах от них.

— Кто дерзнул войти в святилище без дозволения? — раздался глубокий, эхом отдающийся голос. Он не звучал угрожающе, но его мощь заставила Элладана сжаться.

Лориан сделал шаг вперёд, выпрямившись и подняв амулет.

— Мы не враги, — сказал он чётко. — Мы пришли, чтобы завершить то, что началось тысячи лет назад.

Существо молча смотрело на них. Его светящиеся глаза, казалось, прожигали их насквозь. Затем оно сделало шаг вперёд, опуская меч.

— Храм не прощает лжи, — сказало оно. — Если вы пришли с чистыми намерениями, испытания примут вас. Если нет... — Оно подняло меч, и воздух вокруг задрожал.

Элладан шагнул к Лориану, его голос был полон тревоги.

— Ты уверен, что это хорошая идея? Может, просто скажем, что ошиблись адресом?

— Тише, — прошептал Лориан, не отрывая взгляда от существа. — Это страж. Он защищает храм и проверяет нас. Отвечай только правду.

Существо опустило меч и протянуло вперёд массивную руку. Между его пальцами закружился яркий свет, который превратился в сферу, пульсирующую живым светом. Затем оно заговорило:

— Первое испытание — испытание сердца. Вы должны доказать, что ваши души не наполнены ложью и страхом. Кто осмелится первым?

Элладан сглотнул, не решаясь даже взглянуть на светящуюся сферу. Лориан, напротив, уверенно шагнул вперёд.

— Я приму это испытание, — сказал он, его голос звучал твёрдо.

Существо протянуло сферу к Лориану, и она зависла перед его лицом. Свет вокруг мгновенно стал ярче, и фигура Лориана словно застыла. Он замер, как будто время для него остановилось.

Элладан наблюдал, чувствуя, как холодный пот струится по спине. Внезапно свет в сфере стал мерцать, показывая образы. Элладан увидел войну, разрушенные земли, кричащих людей. Затем он увидел Лориана — молодого, уставшего, с мечом в руке. Картинки мелькали быстро, показывая то, о чём Лориан никогда не рассказывал. Элладан понимал, что свет проникает в самые тёмные уголки души его спутника.

Через мгновение свет исчез, а Лориан шагнул назад. Он выглядел усталым, но уверенным.

— Чист, — провозгласил страж, опуская сферу.

Элладан побледнел.

— Теперь ты, — прогремел голос.

Элладан колебался. Он хотел отказаться, но взгляд Лориана, полный тихой поддержки, заставил его сделать шаг вперёд.

Сфера зависла перед ним, и его сознание мгновенно наполнили образы. Сперва это были его собственные страхи — Гончие, бездна, тьма. Затем ошибки, которые он предпочёл бы забыть. Крики друзей, которых он не спас. Слова, которые он не сказал вовремя. Элладан чувствовал, как всё это разрывает его на части.

Но затем он вспомнил другое. Мгновения, когда он сражался ради жизни, а не ради смерти. Улыбки людей, которым он помогал. Он чувствовал, как эти воспоминания наполняют его силой.

Свет в сфере исчез. Элладан, тяжело дыша, отступил.

— Чист, — вновь произнёс страж.

Существо убрало сферу, затем указало своим мечом на огромную дверь в конце зала. Она была покрыта рунами, которые начинали светиться, будто отвечая на слова стража.

— Дорога открыта. Пройдите... если готовы встретить свою судьбу.

Лориан бросил быстрый взгляд на Элладана, затем уверенно направился к двери. Элладан, всё ещё борясь с внутренним дрожанием, последовал за ним.

— Я уже ненавижу этот храм, — пробормотал он себе под нос, но шагать не остановился.