Урок четырнадцатый
— Свет точно настроили?
— Да, Чжань-гэ.
— Ты проверял, как там дела в гримерке? Они готовы? Через десять минут начинаем.
— Чжань-гэ, все одеты, причесаны и накрашены. Декорации на месте. Все причастные проинструктированы и готовы, — с едва заметной улыбкой перечислил Ибо. Его тон сильно напоминал тот, каким врачи и санитары говорят с помешанными.
Сяо Чжань поджал губы и нервно заломил пальцы. Неприятное, почти болезненное чувство в суставах нисколько не помогло справиться с нервным возбуждением. В голове продолжили складываться всевозможные «если», предполагающие, почему всё пойдёт не так, как надо, и неминуемо закончится полным провалом. Они проиграют конкурс, опозорятся, директор разочаруется и под давлением миссис Финниган уволит их с Ибо. Та ещё и какую-нибудь гадость в личное дело подговорит сделать, чтобы все будущие наниматели знали, какие они. А Чжаню платить ипотеку, кормить Селёдочку, да и самому как-то выжить надо. Ох права была мама, стоило больше откладывать на черный день. Но кто же знал, что тот всё же настанет? Если он не найдёт работу быстро, а это так и будет, потому что учителей как он пруд пруди вокруг, хороших переводчиков и того больше, то в итоге придётся возвращаться домой. Мама будет расстроена, отец недовольно подожмёт губы и скажет: «Я так и знал, что из тебя не вырастет ничего толкового».
— Чжань-гэ, у тебя такое лицо, словно ты в голове уже построил цепочку от нашего спектакля до конца мира, — Ибо несильно сжал его плечо.
Они оба сегодня были одеты парадно-официально. Ван Ибо, что неудивительно, просто великолепно смотрелся в костюме-двойке глубокого синего цвета. И так презентабельно, даже несмотря на любимый небрежный хвостик. Чжань же достал свой любимый серый костюм и в целом был даже доволен своим внешним видом. В таком даже не стыдно будет услышать про увольнение и уйти с гордо поднятым подбородком.
— Почти, но до конца света ещё не дошёл, — со вздохом отозвался Сяо Чжань. Наручные часы показывали, что до начала спектакля пятнадцать минут. Скоро им предстояло разойтись: Чжань будет контролировать всё за кулисами, Ибо рядом со звуковиком. Сяо Чжаня начинало подташнивать. Последний раз он так сильно нервничал перед защитой диплома, потому что в комиссию неожиданно посадили самого придирчивого препода кафедры.
— Успокойся, Чжань-гэ. У нас всё под контролем. Более того, я уверен, что мы победим, — Ван Ибо, особенно в костюме, выглядел этаким гарантом надежности. Или Сяо Чжаню просто хотелось верить в его слова. — Хочешь, я попробую тебя отвлечь?
Чжань посмотрел на него с подозрением, но кивнул. В конце концов, что такого мог задумать Ван Ибо? Хуже уже точно стать не должно.
— Ваши родители случайно не пекари? — с совершенно серьёзным лицом, сбившим Сяо Чжаня с толку, поинтересовался Ибо.
— Что? Ибо, ты же... — Чжань нахмурился. Запнулся. В голове проскользнула мысль, что это что-то ему напоминает, но раньше, чем он всё понял, Ван Ибо продолжил:
— Тогда откуда у них такая крошка?
Сяо Чжань не смог сдержать раздосадованного стона, что повёлся на такое. Ибо тихо похрюкивал от смеха, бессильно пытаясь сдержаться.
— Ещё что-то? — тоже начиная хихикать, уточнил Чжань.
Ван Ибо кивнул. Собравшись с силами, он кое-как успокоился и спросил:
— Гэгэ, после спектакля пойдём на свидание? Я забронировал нам столик в одном ресторанчике.
— О, — удивлённо выдохнул Сяо Чжань. Глупо признаться, но это первый раз, когда Ибо предлагал это так серьезно. Обычно вопрос звучал «поужинаем?». Или просто кто-то из них покупал билеты в кино или театр. Само собой от того, что слово «свидание» ни разу не звучало, сути дела это не меняло. Но Чжань странно себя почувствовал, услышав это. — Конечно. С радостью.
Ван Ибо довольно усмехнулся. Сделал шаг, разделяющий их, чтобы прижаться ближе. Потянулся к губам.
Стук в дверь раздался почти одновременно с тем, как она начала открываться. Сяо Чжань сам удивился тому, как быстро и ловко он за мгновение оказался в стороне от Ибо.
— Мистер Сяо, мистер Ван, всё уже готово. Мы начинаем? — в коморку заглянула Камилла. Они с девочками выполнили обещание помочь с гримом, а заодно взяли на себя функции принеси/подай/позови, для которых не нашлось других свободных рук и ног.
— Да, сейчас, минутку, мы обсуждали последние детали, — на удивление ровным голосом проговорил Чжань, хотя сердце бешенно стучало где-то в горле.
Школьница кивнула и закрыла дверь. Сяо Чжань недовольно посмотрел на Ван Ибо. Тот пожал плечами, явно не чувствуя за собой вины.
— Ибо, я ведь просил, — укоризненно напомнил Чжань. Нервы и без того звенели, а этот случай вывел волнение на какой-то новый уровень.
— Ничего не было, — фыркнул Ибо. И звучал он скорее раздосадовано, нежели облегчённо.
— Но ещё чуть-чуть и она бы застала своего классного руководителя сосущимся с историком. Это бы стало новостью дня, а может и года, — раздражённо отозвался Чжань. У него волосы на затылке шевелились от одной мысли, что они были в шаге от подобного. Мозг тут же услужливо выстроил цепочку от этого до конца света. Даже сильно стараться не пришлось. — Я даже сейчас не уверен, что она ничего не заподозрила. Так что Ибо, пожалуйста, никаких поползновений в мою сторону в пределах школы. Понятно?
Они несколько секунд поиграли в гляделки. Ван Ибо был близок к победе, он умел смотреть тяжело, так, что хотелось отвести глаза и стыдливо отвернуться. Но у Сяо Чжаня за плечами было семь лет педагогической практики и упертость, так что он сдержался. И победил. Ибо раздраженно кивнул и первым вышел из каморки. Разве что дверью напоследок не хлопнул, но его недовольство и без того чувствовалось. Пришло время начинать спектакль.
***
Никогда не бывает, чтобы всё пошло по плану. Это свойство жизни, всегда есть маленькая (а чаще большая) погрешность. В этот раз они были очень близки к тому, чтобы всё прошло идеально. Сяо Чжань от волнения едва не вывихнул пальцы из суставов, настолько сильно скручивал их, но это было напрасным. Их месяцы тренировок не прошли даром, каждый знал, что и когда делать. И так как большинство уже не раз выступали, даже волнение перед зрителями не сильно их сбило. Если и были какие-то помарки, то их заметить мог исключительно знающий. Чжань и Ибо могли гордиться своими подопечными. И самую малость самими собой.
— Молодцы! Просто великолепно! — радостно нахваливал всех Сяо Чжань, когда ребята проходили со сцены за кулисы. Если бы была возможность, он бы их всех обнял, но это могло сильно задержать очередь уходящих. — Я вами так горжусь! Идите в зал, не переодевайтесь, родители наверняка захотят вас сфотографировать.
Ребята возбужденно галдели, обсуждая кто и что сказал, у кого как грохотало сердце и вспотели ладошки. Чжань широко улыбался на их истории, вновь и вновь повторяя, что они все справились на все сто. Про то, что у него и ладони вспотели, и сердце билось непойми где, и начался тремор, он благоразумно умолчал. Даже актёры национального театра не смогли бы лучше, вместо этого убедительно говорил он. Вслед за их возбужденной толпой мужчина тоже вышел к зрителям.
Здесь началась привычная подобным школьным мероприятиям суета: родители, жалающие услышать, что их ребёнок справился лучше всех, коллеги, если всё же решили прийти, другие школьники, пришедшие поддержать друзей. С удивлением Сяо Чжань обнаружил, что пришёл практически весь его класс.
— Мы решили вас поддержать и ребят, мистер Сяо, — пояснил Айзек.
— Вы круто всё сделали, мистер Сяо, — громко объявил Патрик Джекил. Пожалуй, именно его и компанию его приятелей было увидеть здесь удивительнее всего. — Я не думал, что все эти спектакли и мюзиклы могут быть такими, ну... Интересными.
— Я рад, что вам понравилось. Но я не сделал ничего особенного, хвалите ребят-актёров, они очень много репетировали ради этого дня. И мистера Вана, это он придумывал номера и музыку для них, — с улыбкой отмахнулся от них Чжань.
— Не слушайте мистера Сяо, он сделал ничуть не меньше, — откуда-то из толпы вынырнул Ибо. Его рука мимолётно, почти не ощутимо, провела по спине Сяо Чжаня в знак поддержки. — Он у вас просто жутко скромный.
— Мистер Сяо классный, — подтвердила Камилла. Её подруги согласно закивали. — У нас никогда такого крутого классного не было.
— Да, классный, — несколько смущенно подтвердил Айзек.
— Вы в следующий раз, если будет нужна какая помощь, нас тоже зовите, мистер Сяо, мистер Ван, — с доброй улыбкой предложил Патрик.
Сяо Чжань был тронут. Прошло всего ничего с тех пор, как он стал их классным руководителем. Но постепенно ребята начинали ему доверять, обращаться за помощью или советами. Да, пару раз пришлось пережить неприятные разговоры с некотырыми по поводу поведения. Но Чжань не бежал жаловаться директору или родителям, не позволял себе оскорблять или давить на ребят. Пытался объяснить и договориться, потому что не считал, что они «потеряны для общества», как говорили некоторые его коллеги. И дети, почувствовав, что к ним относятся с пониманием и по-человечески, стали заметно спокойнее. Если всё так пойдёт, то к их выпуску Чжань настолько привяжется, что будет реветь в три ручья на выпускном.
— Спасибо, ребят, правда, спасибо, — проговорил он, похлопав парней по плечам и улыбаясь девчонкам.
Потом их позвали фотографироваться. Не успели они с Ибо спуститься со сцены, где продолжилась съемка уже без них, как их поймал директор с представителем конкурса. Вежливая беседа затянулась минут на двадцать. Потом уборка реквизита, прощания, очередные поздравления. Только к девяти они добрались до своих вещей и наконец вышли из школы. Чжань с удовольствием вдохнул прохладный воздух. Голова уже начинала немного побаливать от количества разговоров и улыбок. Но чувство освобождения от груза ответственности, радость от того, что всё прошло хорошо, перевешивали всё остальное.
— Наш столик на десять, мы идеально успеваем, — сообщил Ибо, галантно открывая перед ним дверь машины. Чжань промычал согласие, обдумывая, что закажет. Ван Ибо сказал, что это испанский ресторан где-то в центре, так что мужчина примерно представлял, что там может быть. Сев на водительское место, Ибо предложил: — Или можем поехать домой, если сильно устал.
— Я в норме. И голодный. А ты? Если что, можем поехать ко мне, с едой что-нибудь придумаем, — откинувшись на сиденье, спросил Сяо Чжань. Ван Ибо не выглядел уставшим. Даже после всей суматохи спектакля и после него парень всё ещё мог пойти моделью на обложку какого-нибудь журнала. Интересно, ему просто повезло с волосами или он убил на них кучу лака, что они всё ещё так прилично лежали? Будь они где-нибудь не на школьной парковке, Чжань, может быть, даже рискнул это проверить.
— Тогда едем в ресторан, — с усмешкой ответил Ибо
***
Маленький испанский ресторанчик с уютным небольшим залом, который представил себе Чжань, оказался довольно пафосным рестораном, который несколько недель назад засветился в интернете в статье «10 мест в городе, где вкусно, но дорого поесть». Сяо Чжань её читал и приметил это местечко, но как что-то, куда он вряд ли найдёт время и желание съездить, потому что в душе он был тем ещё скрягой. Что ж, сейчас не Чжань будет платить, так что можно было расслабиться и получать удовольствие.
Но как только метрдотель провёл их к столику, Сяо Чжань понял, что с расслабиться могут возникнуть определённые проблемы. Как правило они с Ибо ходили в уже проверенные и любимые ресторанчики. В итальянском кафе садились за столик в углу, где на них никто не обращал внимание, в японском столы отгораживались друг от друга бумажными ширмами, создавая ощущение уединённости. В китайской забегаловки, еду в которой хвалила миссис Ван, они, как правило, брали еду на вынос, потому что там было слишком тесно. В этом же ресторане, хоть все и сидели достаточно далеко друг от друга, чтобы не мешать, но зал был устроен так, что все были друг у друга на виду. Чжань сразу же почувствовал себя неуютно. Головой он прекрасно понимал, что никому до них с Ван Ибо дела нет. Их лица скорее всего даже не запомнят, имена никто не знает. Но... Только представив, что они вот сейчас возьмутся за руки или поцелуются, Сяо Чжань почувствовал едва ли не приступ паники. Вот так у всех на виду? Нет уж, спасибо.
— Всё нормально? — поинтересовался Ибо, заметив, что спутник стал куда более напряженным. Он потянулся через столик, чтобы сжать руку Чжаня, но тот тут же отвёл её в сторону и в итоге вовсе убрал под стол. Ван Ибо недовольно поджал губы. — Серьёзно? Здесь-то что не так? Клянусь, тут нет ни одного нашего ученика. Мы не в школе. Что плохого в том, чтобы взять своего парня, — он особо выделил это слово, — за руку?
— Тут полно народу, Ибо, — пояснил Чжань. Он понимал, что Ван Ибо это всё не очень нравится. Но ничего не мог с собой поделать. Ему казалось, что все сразу заметят их действия, начнут обсуждать и, что важнее, осуждать. И, если подумать, то ему не должно быть до этого дела. Но Сяо Чжаня это волновало. Он не хотел к себе такого внимания, не хотел столкнуться с осуждением. Про себя и то, насколько его выбор неправильный, он знал лучше всех, слушать ещё и от посторонних не было нужды. — Давай поужинаем, поговорим, а потом поедем ко мне или к тебе. И ты сможешь подержать меня за всё что угодно.
Ибо фыркнул и взял со стола меню, демонстративно открыв его так, чтобы его лицо практически не было видно. Но больше не пытался нарушить условную дистанцию, которая была бы приличной для друзей.
— Я давно не был на романтических свиданиях, поэтому, если честно, не знаю, что говорить, — нарушил неловкую, как ему казалось, паузу Сяо Чжань. Они уже минут десять оба листали меню, время от времени поглядывая друг на друга.
Ибо посмотрел на него с недоумением. Чжань уже был готов к тому, что парень будет его игнорировать. Но Ван Ибо, очевидно, был куда более отходчивым, чем он сам.
— Мы же уже много раз ужинали вместе, гуляли и всё такое, — озвучил Ибо очевидную вещь.
— Ты не понимаешь, это другое, — отмахнулся Чжань. Немного задумавшись, он пояснил свои ощущения: — Тогда ты не приглашал меня так официально. А тут ещё и ресторан такой максимально... свиданский.
Место своим интерьером и атмосферой действительно отлично вписывалась в общественные представления об идеальном ресторане для романтических встреч. На столике между ними даже была свечка. Не та, конечно, которую обычно показывают в фильмах — вытянутую, в красивом подсвечнике, — а простую, в стеклянном стаканчике.
— Ну и словечки, Чжань-гэ, — прыснул Ибо. Сяо Чжань расслабился. Кажется, их недоссора осталась позади, раз Ван Ибо разговаривает с ним и даже смеётся. Им явно стоит позже обсудить всё это.
— Ты не помогаешь, — надулся Чжань. Он правда не знал, что нужно говорить. И да, он вкурсе, что это не первое их свидание. Даже не какое-то важное, просто одно из. Но ощущалось так, словно... Было по-другому. Ресторан, костюмы и свечка эта — всё было непривычно.
— Скажи, что я лучшее, что было в твоей жизни, — с усмешкой предложил Ибо.
— Ты хоть сам веришь в это? — с прищуром оглядев парня, уточнил Чжань. И даже если Ван Ибо в действительности пока был номер один в его личном топе парней, ему самому об этом знать было не обязательно. Зазнается ещё.
— Каждый день повторяю себе это как мантру, — с важным видом кивнул Ибо.
— Како-о-ое большое эго, — протянул Сяо Чжань, подперев щёку кулаком. Ему бы такую самооценку, он бы не постеснялся не только за руку на людях взяться.
— Не только эго, — усмехнулся Ван Ибо, поигрывая бровями.
— Кредитный долг на карточке? — предположил Чжань, словно не понял жирного намёка. Он даже демонстративно нахмурился, словно размышлял над другими вариантами.
— Да ну нет же, гэ! — Ибо пнул его под столом. Не сильно, конечно, но Сяо Чжань не остался в долгу и тоже ответил ему пинком. Вот ещё паршивец, вздумал ему костюм пачкать.
— Ну, мы можем перечислять бесконечно, — продолжил мужчина, не скрывая самодовольной улыбки.
— Член, — снисходительно, точно самую очевидную истину, озвучил правильный ответ Ибо. Он весь светился самодовольством.
— Ага, конечно, — «недоверчиво» покачал головой Чжань. — Это просто самореклама, я уверен.
— Хочешь, я покажу? — Ван Ибо с решительным видом привстал и потянулся к штанам. Интересно, ему бы хватило бесстыдства показать? Вот так, среди оживленного в пятницу дорогого ресторана. Чжань не горел желанием проверять.
— Сядь на место и убери руки от своего ремня, весь аппетит мне испортишь, — остудил он пыл Ибо.
— Как будто ты пришел ради того, чтобы поесть, — закатил глаза Ван Ибо, усаживаясь на место.
— Ну да, а ты нет? — теперь уже искренне удивился Сяо Чжань. Он думал, что это их свидание и поход в ресторан — празднование успешного завершения эпопеи с мюзиклом.
— Я пришел потра... — начал было отвечать Ибо, но к их столику подошёл официант, перебив его вежливым вопросом:
— Готовы сделать заказ?
— А у вас есть в меню кляп? — со вздохом поинтересовался Чжань. В голове вспомнился дурацкий мем из интернета про «с красным кляпом во рту», поэтому он нервно хихикнул.
— Что, простите? — растерянно переспросил официант. Сяо Чжаню даже стало любопытно, он действительно не расслышал или не может поверить, что кто-то озвучил такое вслух.
— Ничего, забудьте. Я буду гаспачо, — отозвался он. — Ещё, пожалуйста, крокетас и осьминога по-галисийски.
Ван Ибо, едва сдерживая смех от вида всё ещё ошарашенного официанта, тоже перечислил свои пожелания. Чжань, немного подумав, заказал себе ещё бокал красного вина. В честь праздника, так сказать.
— Чем занимаются твои родители? — когда официант скрылся из виду, спросил Сяо Чжань.
— О, неожиданный переход, — удивлённо хмыкнул Ибо.
Чжань пожал плечами и пояснил:
— Просто вспомнил наш разговор в той подсобке и понял, что ты про моих знаешь, а я про твою семью — нет.
— А что, присматриваешься к родственникам? — с хитрой улыбкой уточнил Ван Ибо.
— Нет, думаю, кому жаловаться на твоё плохое поведение, — вернул ему улыбку Чжань. — Ну так?
— Ммм, мама адвокат по семейным делам. у неё небольшая контора в центре, недалеко отсюда. А отец работает в посольстве, — ответил Ибо. Немного поспешно добавил: — Не дипломат, если что, юридический консультант.
— Вау. Звучит так, что ты золотой мальчик, — немного удивлённо прокомментировал Сяо Чжань.
Впрочем, он мог бы догадаться, что у семьи Ибо хороший достаток. Они получали, вероятно, плюс-минус одинаковую зарплату, не низкую, но и не так, чтобы ходить в подобные рестораны чаще раза в пару месяцев и не платить ипотеку. К тому же, Ван Ибо жил в достаточно дорогом районе, ездил на недешёвой машине и байке. Учитывая, что парень всего несколько лет работает, вряд ли он успел накопить на всё это сам. Они никогда не обсуждали материальные вопросы, но Ибо был похож на человека, который с детства привык к достатку. Чжаня это, само собой, не беспокоило.
— Ну, что-то вроде, — не стал отпираться Ибо. — А ты? Учеба в Америке для иностранцев удовольствие не дешевое.
— Да, но я получил грант, — усмехнулся Чжань. — Без этого моя семья бы не потянула. Мне кажется, за тот год, что готовился к экзаменам, потерял лет пять жизни
— Впечатляет, — искренне восхитился Ван Ибо. Немного неловко помолчал и добавил: — И чтобы ты не считал меня совсем уж зазнавшимся богатеем, я тоже поступил на стипендию. Выиграл олимпиаду по истории в старших классах.
Чжань мягко ему улыбнулся. Он даже на секунду не допустил мысль, что Ибо зазнаётся или что-то такое. Парень предпочитал выставлять напоказ другие свои достоинства.
— Кстати, откуда такая любовь к истории? — сменил тему Сяо Чжань.
Ван Ибо, почуяв свою любимую тему, тут же подхватил нить разговора.
— Все просто. Мои любимые фильмы — «Индиана Джонс» и «Мумия». А когда был мелким, настольной книгой были мифы Древней Греции. Мне было лет пять, а я мог почти наизусть рассказать все мифы о Геракле, — не без гордости сообщил Ибо.
Чжань представил пятилетнего мальчика Ван Ибо, который рассказывает всем желающим (и не желающим) вычитанные недавно истории. Или зависает перед телевизором, где крутят фильмы про приключения в джунглях и пустынях. Не удивительно, что вырос он в то, во что вырос.
— Это мило, — озвучил свою мысль Сяо Чжань. Фантазия в его голове и вправду была очень милой.
— Да? Я думал, ты скажешь, что это глупо, — немного смущённо признался Ибо.
— Почему это? — переспросил Чжань.
Им принесли заказ, так что разговор ненадолго прервался. Официант с опаской поглядывал в сторону Сяо Чжаня, и это было забавно.
— Потому что историк это несерьезно и занудно, — наконец пробормотал Ван Ибо, когда они вновь остались вдвоём.
— Знаешь, испанский и французский тоже не сильно оригинально, — рассмеялся Чжань. Вот уж удивительно, что Ибо заботили такие вещи. Если кто-то когда-то сказал ему подобную глупость, то тот человек идиот. — Да и... Главное, чтобы ты этим горел. Тебе же этим заниматься, а не кому-то другому.
— На меня снизошла великая мудрость, моего умудренного жизнью гэгэ? — с усмешкой уточнил Ибо, быстро вернув себе привычный гремлинский настрой.
— Да иди ты, Ван Ибо, — закатил глаза Сяо Чжань. Он к нему со всей душой, а он!
— В задницу? — с надеждой уточнил Ван Ибо.
— Ага, конечно. Обойдешься. Иди в пизду, — фыркнул Чжань.
— Не интересует, — покачал головой Ибо.
— А это уже не мои проблемы, — хмыкнул Сяо Чжань.
— Может быть всё же обсудим смену направления? — Ван Ибо сложил руки в молитвенном жесте и сделал самое милое лицо, какое только возможно. Мог же, когда хотел.
— Посмотрим на твоё поведение, — расплывчато ответил Чжань.
Но оба прекрасно понимали, кто в итоге получит своё. И никто не был, в общем-то, против.