2 глава
— Слушай… — говорю быстро, подняв на него глаза. — Мне нужно домой, я устала, и…
— Отвезу тебя домой, — кивает он. — Залезай. Я замерз.
Не двигаюсь, замечая:
— Я тебя не знаю.
— Да садись ты уже, — шикает он, обольстительно улыбаясь. — Сейчас познакомимся.
Насупившись, пугаю:
— Дай телефон! Отправлю маме номер твой тачки.
— Да ради бога, — лезет он в задний карман джинсов и вручает мне литой смартфон.
— Можешь и фотку мою скинуть.
— Чтобы её удар хватил? — искренне недоумеваю я.
Тут даже комментарии излишни, поэтому Даня просто ржёт, показывая ровные белые зубы и посверкивая своими голубыми глазами.
Его улыбка — это нечто. Я снова пялюсь, сжимая в руке чужой смартфон.
Весело вздохнув, он ласково говорит:
— Я мокрый весь, садись.
Кусая губу, упрямо уточняю:
— И ты меня «просто» отвезёшь домой?
— Да бл… — закатывает он свои необычные глаза, и накрыв ладонью мою голову, заставляет сесть в машину.
Недовольно верещу, падая на сидение.
Бесцеремонные руки забрасывают внутрь мои ноги, обхватив их за лодыжки, и тут же захлопывают тяжёлую дверь.
Мне мгновенно становится тепло, потому что машина ещё не успела остыть. Поворачивая голову, наблюдаю за тем, как Даня обегает капот. Слежу за ним до тех пор, пока он не оказывается на водительском сидении.
— Бр-р-р… — вздрагивает парень, кладя мне на колени сумку.
Потирает руки и, подув на них, передёргивает плечами.
— Спасибо, — говорю я, не спуская с него глаз.
— Вот так бы сразу, — благодушно отзывается он.
Бросив на меня медленный изучающий взгляд, заводит машину. Его глаза пробегают по моим ногам, и я ёрзаю по сидению, прижимая к себе сумку.
Салон активно наполняется тёплым воздухом. Ноги покалывает от контраста.
— Поджопник включить? Задницу не отморозила? — спрашивает он. рассматривая мои волосы, к которым я тут же тяну руку.
Боюсь представить, на кого я там похожа, повисев вниз головой.
Киваю и открываю рот, потому что Даня вдруг стаскивает с себя насквозь отсыревшую футболку и небрежно бросает чёрный ком на заднее сидение.
Сглатываю, разглядывая стройное подтянутое тело во все глаза.
Его грудь рельефная и подкачанная. Как и его бицепсы. Грудные мышцы тоже разрисованы. Поймав мой ошарашенный взгляд, парень тянется назад и хватает с сидения чёрную толстовку, которую быстро надевает через голову, предварительно стянув с неё шапку.
Его волосы коротко острижены, и они блондинистые. В ухе торчит чёрная керамическая сережка. Всё вместе это… интересно. Необычно. Господи, ладно. Сейчас он кажется мне красивым.
— Нравлюсь? — улыбается Даня, расправляя толстовку.
Краснею, пойманная за разглядыванием.
— Э-э… не особо, — заверяю его, отворачиваясь.
— Врешь, — тянет он. — Я всем нравлюсь.
Мои губы улыбаются. Ну и нахал.
— Что же ты тогда не со всеми? — брякаю не подумав, имея в виду компанию его друзей, которая затарившись тёлками, укатила в неизвестном направлении.
— Не знаю, — честно сознаётся парень. — С тобой интереснее.
— Это такой подкат? — фыркаю я.
— Не работает? — улыбается он.
Да.
— Нет.
— А если так?
Положив локоть на бардачок, он протягивает вторую руку и обнимает мою щёку ладонью. Гладит её большим пальцем и медленно приближает своё лицо к моему, склонив набок голову.
Я опять не могу пошевелиться.
Он что, владеет гипнозом?
Просто жду, закрыв глаза и не дыша. Чувствую лёгкое и осторожное касание, от которого мои губы покалывает. Его дыхание на моей щёке. Губы мягкие и тёплые. Ощущения настолько приятные, что у меня по позвоночнику ползут мурашки. В нетерпении первая размыкаю губы. Надавив на них своими, Даня делает шумный вдох, втягивая в рот мою нижнюю губу, и гладит ее языком, посасывая.
Моё тело взрывается возбуждением. До самых кончиков пальцев.
Тянусь к нему, издавая тонкий стон.
Он разрывает поцелуй, потянув за собой мою губу и пригладив её на прощание.
— Притормози, зеленоглазка… — шепчет Даня, не выпуская моего лица. — А то в машине Новый год встретим.
Молчу, наблюдая за ним, как в полусне.
Господи, откуда он вообще взялся?
Коротко выдохнув, он смотрит на свою ширинку, которая вызывающе топорщится.
Я тоже смотрю на неё, часто дыша. Во рту собирается слюна, и живот-предатель дрожит. Облизываю губы, прикладывая руку к горящей щеке. Даня широко разводит колени и включает передачу, сдавая назад и выкручивая руль одной рукой. Не пристёгивая ремня безопасности и не говоря больше ни слова.
Вопрос, который вдруг всплывает в голове — а где он, чёрт возьми, собирается этот Новый год встречать?
Всю дорогу до дома сжимаю в руках смартфон Дани.
Он ежеминутно вспыхивает новыми сообщениями.
Друзья требуют моего спасителя себе. Он явно душа компании. Или спонсор?
Кошусь на него осторожно. Парень расслабленно ведёт машину, положив одну руку на руль, а второй потирая подбородок. Расселся он очень пижонски, как и положено по статусу.
Почему меня всё это не отталкивает, а притягивает?
Да потому что он делает это с такой естественностью, будто это его родная шкура, а не понты. В “Кислоте” я много чего повидала, но этот… он другой…
Заметив мой взгляд, Даня понимающе улыбается.
Вот ведь… гад.
Быстро отворачиваюсь к окну, решая больше на него не смотреть.
Я так и не решаюсь набрать маму. Скорее всего они с отцом уже спят, а сообщение с незнакомого номера только добавит ей тревог.
Напишу из дома. У меня где-то валяется старый телефон. Просто поставлю в него свою симку, и всё.
Улицы пусты, за исключением редких такси. Уже начало двенадцатого. Нормальные люди сидят дома перед телевизором, особенно в такую погоду.
— Рассказывай, здесь как проехать? — просит Даня, сворачивая в «спальник».
В моем районе фонари горят через один, и куча одинаковых панельных девятиэтажек.
— Эм… здесь во двор и… — машина подпрыгивает, ныряя колесом в огромную лужу, поднимая столб брызг, — аккуратнее… яма.
Чертыхнувшись, Даня резко выпрямляется, наконец-то беря руль двумя руками.
— Еще кротовые норы тут есть? — ворчит он, сбавляя скорость до скорости ленивого пешехода.
— Они тут, как бы, повсюду, — просвещаю я, удивленная тому, что мажоры в наше время берегут свои подвески.
— Жесть… — резюмирует Даня.
Когда мы подползаем к моему подъезду, он, кажется, стирает пот со лба и ищет место для парковки. Его телефон снова оживает.
Теперь ему звонят.
Некая “Кира” без фамилии. Из чего я заключаю, что она у него в телефоне одна такая, и ей не требуются опознавательные знаки, вроде “Юля-Зеленоглазка” или “Катя- большие сиськи”.
Это отрезвляет. Все эти поцелуи немного отключили мой мозг. Ладно, напрочь выключили. У Дани таких как я за каждым углом насыпано. И не мудрено.
Он… обаятельный нахальный мажор, а это вообще опасное сочетание.
Молча кладу смартфон на приборную панель, говоря:
— Не паркуйся, я тут выйду.
Парень не реагирует, продолжая парковать машину. Забирает телефон с панели и выключает звук, посмотрев на дисплей. Потом кладёт его в карман толстовки, глуша двигатель. Я ожидаю чего-то вроде «не ломайся” или “давай отлично проведём время”, но вместо этого он кивает и серьёзно говорит:
— Провожу тебя, а то в лужу сядешь.
Молча киваю в ответ, пряча глаза. Это очень смахивает на заботу, и это… неожиданно приятно.
Он выходит из салона в мокрую холодную ночь, накинув на голову капюшон и прихватив с собой ключи от машины. Открыв мне дверь, протягивает руку. Сжимает мою ладонь и не отпускает, пока мы молча идем к подъезду. Здесь всё усыпано липким противным песком, но зато не переломать ноги.
Даня смотрит на свои белые кроссы и цокает языком.
— Мля.
Улыбаюсь и начинаю волноваться, потому что эта короткая прогулка такая обманчиво-естественная. Такая повседневная и, чёрт возьми, уютная. С ним вообще уютно. Я думаю с ним уютно всем. И “Кире” тоже.
У подъезда мы останавливаемся, развернувшись друг к другу лицом. Даня смотрит на меня исподлобья. Серьёзный и наигранно грустный. Такой милый и… блин… нет.
Аккуратно забираю свою руку, пряча её в карман.
Пора уходить…
Чувствуя эту слабину, он обнимает рукой мою талию, и легонько тянет к себе. Делает это глядя мне в глаза. Медленно склоняется и оставляет на моих губах лёгкий поцелуй, прошептав:
— Ну, пока?
— Пока… — шепчу я, не двигаясь.
Он тоже не двигается. Мы опять смотрим друг на друга, но он на меня никак не давит. Просто разбрасывается нежными поцелуями и смирением.
Упрямо ищу в кармане ключи. Быстро прикладываю таблетку к домофону и открываю дверь, бросив на него прощальный взгляд.
Он стоит, запихнув руки в карманы толстовки. Слегка расставив ноги и откинув голову назад.
— С Новым годом, — тихо говорю я, заходя в подъезд и закрывая дверь.
Медлю пару секунд, а потом несусь на второй этаж и останавливаюсь напротив своей квартиры.
Прижимаюсь лбом к двери и закрываю глаза. Шумно дышу, разрываемая своими разбушевавшимися гормонами и его покладистыми повадками.
Рычу, топнув ногой.
Разворачиваюсь и бегу вниз, перепрыгивая через три ступеньки. Ударяю пальцами по кнопке домофона и распахиваю тяжелую подъездную дверь.
Выдыхаю, замерев на пороге.
Даня стоит всё в той же позе, поджав плечи от холода, как какой-то сиротливый потеряшка. Спокойный и печально улыбающийся. И это форменное засранство!
— Ну, ты и гад… — обличительно говорю я.
— Ага, я в курсе, — пожимает он плечом.
— Я такого никогда не делала, — предупреждаю его.
— Я уже понял, — вздыхает он.
Кусаю губу и шагаю ему навстречу. Он тоже шагает, распахивая для меня объятия. Встречаемся на полпути с синхронным выдохом.
Повисаю на нём, обняв за шею. Даня крепко сжимает меня двумя руками, толкнув ногой дверь.
Дышим друг другу в губы, соединив носы. А потом начинаем целоваться. Снова. Только на этот раз — без тормозов.
Наши рты пожирают друг друга, будто кран сорвало. Но его язык значительно умелее моего. Значительно. Он просто занимается сексом с моим ртом, не забывая нести меня по подъезду.
Мои ноги путаются в его ногах, еле касаясь носками пола. Не разрывая нашего безумного поцелуя, Даня приседает и подхватывает руками мои бедра, заставляя обхватить себя ногами. С такой лёгкостью, будто я ничего не вешу. Мнет мои ягодицы, протолкнув ладони под юбку и оголив мою задницу на всеобщее обозрение.
Мне все равно.
Я балдею от его губ, которые сразу же перехватили инициативу. Полностью. Мои губы гудят от удовольствия. Даня сминает их своими, творя все, что захочется…
Я подчиняюсь, понимая, что он и не спрашивал…
Выгибаюсь от чумовых ощущений, порожденных похабным лапаньем под моей юбкой. Его руки лапают мои ягодицы так нагло и жадно, что я не выдерживаю и издаю стон чистейшего поощрения.
— Этаж какой? — рычит Даня, продолжая жрать мои губы.
— Второй… — вздыхаю, снова и снова ища его язык своим.
Мне нравится с ним целоваться. Так нравится…
Мне нравятся его губы и на вид, и на вкус, и, чёрт возьми, на ощупь…
Он минует два лестничных пролета с такой скоростью, будто уже век без секса, хотя это даже не маловероятно, а исключено.
— Квартира?..
— Сюда…
Впечатав меня в дверь своим телом, нетерпеливо просит:
— Ключи…
Быстро лезу в карман куртки и прижимаю связку к широкой груди, продолжая целовать его губы и гладить коротко стриженный затылок, ероша волосы.
Он накрывает ладонью мою руку и забирает ключи, на секунду оторвав свои губы от моих и тяжело дыша…
Прижимаюсь носом к его щеке, делая глубокий вдох, пока Даня пытается попасть ключами в незнакомый замок. Громко матерится, от чего я хихикаю.
— Дай мне… — прошу, скатываясь с него и забирая ключи.
Разворачиваюсь спиной, повернувшись в его руках. Он прижимает мои бёдра к двери своими, упершись в неё руками.
У него стояк, а у меня стон.
Вытянув перед собой нетвёрдую руку, нахожу нужный ключ, пока он трётся о меня, шумно дыша в мой висок и нетерпеливо оглаживая мои бедра вездесущими руками.
От всего этого у меня жмурятся глаза и давит между ног, отдаваясь спазмами в животе.
Нашу престарелую соседку хватит удар, если она увидит мою полуголую задницу в капроновых колготках и наглых татуированных руках…
Ведь это вообще не в моем стиле!
Пихнув ключ в замок, быстро поворачиваю его два раза, и мы вместе вваливаемся в квартиру, не отлепляясь друг от друга ни на секунду. Ноги Дани повторяют движение моих, подталкивая их вперед. Руки расстегивают мою куртку, губы целуют моё ушко…
Звуки его частого дыхания разгоняют кровь в моих уставших венах.
Роняю на пол сумку и ключи, разворачиваясь к нему. В квартире абсолютная темнота, но я забыла, где выключатель…
Даня прижимает меня к стене, целуя моё лицо и стягивая с меня куртку. Закрываю глаза, обнимая его плечи. Глажу его спину. Под пальцами чувствую напряженные мышцы. Я чувствую его тело так остро. Оно большое и сильное. Его стояк трется о мой живот, пока пальцы нащупывают пуговицу жакета…
— Ты же не девственница? Нет? — хрипло спрашивает он в темноте, распахивая жакет и припадая носом к моей шее и ключице, будто давно хотел это сделать. Касается моей кожи языком, оставляя за собой кошмарно возбуждающий мокрый след и дорожку из мурашек.
— Ах-х… а ты… не девственник? — пищу, впиваясь пальцами в его лопатки. Широкая ладонь опускается на мою попу с громким шлепком.
— Ай! — взвизгиваю я.
— Я девственник, ага. Последний на деревне, — усмехается Даня, накрывая ладонью мою грудь через тонкий лифчик.
— Восемнадцатилетний? — хнычу я, накрывая его ладонь своей. — Меня не посадят?
Даня находит мои губы своими и просовывает руку в мои колготки.
Выкрикиваю его имя, откидывая на стену голову и хватаясь за его шею.
Его пальцы… чёрт возьми… мамочки…
Даня с шипением втягивает воздух у моей шеи. Очевидно, это означает… что… что там внизу все даже лучше, чем он думал…
Достаёт руку из моих трусиков и быстро целует мой лоб со словами:
— Мне двадцать.
Опускается на колени и снимает с моих ног угги. Стягивает колготки вместе с бельем, сосредоточенно дыша в темноте и оставляя юбку болтаться на моей талии.
От нетерпения я подпрыгиваю на месте.
Слышу характерный «вжик», слышу шелест пакетика, слышу шуршание ткани, когда он сбрасывает толстовку.
Тянусь к нему.
Его кожа тёплая и пахнет мужчиной. Даня накрывает меня своим горячим телом, коленом расталкивает мои ноги. Закидывает моё бедро на свою талию и скользит пальцами по внутренней поверхности, заставляя меня стонать и подрагивать. Его рука снова накрывает меня между ног, и я очень-очень громко благодарю его за это.
Поймав мои губы своими, он проводит головкой вверх и вниз, а потом проталкивает её в меня, смяв бедро ладонью.
Пустая квартира наполняется нашими тихими стонами. Обняв его за шею и прижавшись к ней лицом, закрываю глаза, прислушиваясь к себе и коротко дыша.
— Всё хорошо? — шепчет Даня, щекоча губами мой висок.
— Да… — шепчу ему в ответ.
Взяв небольшой разгон, он выбрасывает бедра вперёд и входит в меня одним резким толчком.
Стонем в унисон. Секунду не двигаемся, а потом он начинает двигаться в каком-то сумасшедшем темпе, вколачивая меня в стену.
Я кончаю так быстро, что сама не понимаю, как это произошло. Вцепившись в каменные влажные плечи ногтями и неприлично громко крича на всю квартиру!
Даня кончает следом. Упёршись лбом в стену рядом с моим ухом, хрипло стонет. По его телу гуляет дрожь, пальцы впились в моё бедро.