Связанные

Алина допила чай и покончила с завтраком. Дел было много, и она не думала их откладывать. Наоборот, хотелось заняться чем-то полезным.
Они сидели за общим столом, в просторном обеденном зале. Старались собираться почаще, чтобы не разъединяться. К тому же, это создавало впечатление, будто они семья или по крайней мере близкие люди, которые не бросят в беде и всегда смогут поддержать.
Но утопическая обстановка быстро закончилась.
  - Я предлагаю собраться после полудня в зале совещаний. - изъявил желание Николай.
Легкая тревога заворошилась внутри. Алина подняла голову.
  - Зачем именно? - уточнила она.
  - Узнаешь. - загадочно улыбнулся друг и Святая поняла, что ничего хорошего ожидать не стоит.
Алина взволнованно взглянула на Мала, тот пожал плечами. Видимо, ему тоже ничего неизвестно. Девушка поднялась из-за стола, пожелала всем удачного дня и направлюсь к выходу. Она держала путь в лаборатории гришей. Там ее многие уже знали, обычно она проверяла как идет работа и одобряла какие-нибудь нововведения и решения старших специалистов.
В неуютных стылых помещениях ей пришлось провести пару часов, чтобы поговорить с каждым, обсудить его работу и понять принцип.
Не то чтобы она жаловалась, просто это утомляло , а ведь дел еще много.
Вот уже полторы недели они живут в Звезде. Николай обещал показать свою новую работу, но пока даже близко не подпускал их к цеху.
За все время прибывания Алина поняла, что в этой резиденции полно талантливых и преданных людей и гришей. Это играет на руку.
Как говорил Ланцов, Звезда - это его укрытие, отдушина. Он отстроил ее еще когда был Штурмхондом, и конечно без помощи гришей не обошлось. Иначе невозможно было за такие сроки сотворить обширное жилище прямо в камне горы. Изначально этот дом планировался как производственный завод кораблей, которые принц мог продавать или использовать на благо страны в случае военного противостояния.
Раньше здесь был завод, но им перестали пользоваться еще век назад, поэтому о безопасности можно не беспокоиться. Если кто и знает о существовании некого пристанища в горах, то уж точно не предположил бы, что они здесь обосновались.
  После долгого нахождения на нижних этажах Алина отправилась наверх, дабы заняться с лошадьми. Загон находился на внутреннем дворе, в окружении гор. Она вышла через стеклянные двери и оказалась в коридоре, затем прошла в конюшню, накинула на плечи теплую шаль. Ее лошадь смирно дожидалась хозяйку. Алина скормила ей яблоко и стала прилаживать седло. Тихо воркуя с животным, она вывела ее на улицу и заперла дверь, чтобы в конюшню не задувало. Девушка обратила взгляд на небо; оно было затянуто облаками, в которые врезались, точно колья, верхушки гор. Под ногами был камень, присыпанный песком. Это было сделано специально, чтобы воссоздать подобие ипподрома. Если не кривить душой, то заклинательнице не очень то нужно заниматься конной ездой, это скорее предлог, чтобы занять себя чем-то приятным. Скача на лошади, она ощущает позабытую легкость и умиротворение.
Недолго думая, Алина ловко седлает животное и пускает трусцой. За несколько раз она научилась делать это быстро и без помощи других.
Стояла тишина; вокруг никого, только скалы, окружающие кольцом и морозный воздух. Скоро выпадет снег и украсит окрестности. Это все, что она могла себе позволить на данный момент.
Спустя какое-то время, она подняла голову. Отсюда можно было увидеть окна Николая. Оказалось, что он давно за ней наблюдает. Девушка весело помахала рукой, в ответ получила очаровательную улыбку от друга, что так сильно согревал сердце.
Вскоре она закончила свою тренировку и отвела лошадь обратно в тепло. Алина тяжело вздохнула, поняв, что не сможет сейчас пойти в излюбленный сад. Ей придется присутствовать на собрании, назначенном Николаем. Что же он хочет сообщить? От интриги становилось волнительно.
Спустя час или больше, они собрались в просторном хорошо обставленном зале за столом из темного дерева. Стол был отшлифован и покрыт лаком, если положить руку, соприкасаясь теплой кожей с безупречно гладкой поверхностью, можно ощутить холод дерева.
Алина, на правах заклинательницы Солнца, сидела во главе стола. По левую руку от нее расположился Мал, по правую - Николай. Девушки нашли места по краям. Перед Ланцовым лежали бумаги, он что-то вычитывал.
  - Итак, наш внеплановый слет открыт. - сказала Алина, многозначительно косясь на принца.
Тот, будто опомнившись, оторвал взгляд от бумаг и обвел всех присутствующих глазами, словно пытаясь вспомнить, зачем их собрал.
  - С радостью хочу сообщить вам, что новый проект воплощен в жизнь и я обязательно покажу его. Но это позже, а сейчас вопрос другой. Дело в том, что я начал вести переписку с генералом Златаном.
Алина немного удивилась, подняла бровь.
  - Позволь узнать зачем? - вкрадчиво спросила она.
  - За тем, что нам нужна поддержка со стороны. Без помощи Запада нам вряд ли удастся преодолеть Дарклинга. В Ос Альте беспорядок; кто-то поддерживает его сторону и слепо верит в него; уже образовался целый культ. Но есть и те, кто против его порабощающей власти. - пояснил Николай.
  - Разумеется, но на троне по-прежнему именно он. Значит, все недовольные не слишком преуспевают. - скептически заметила Зоя.
  - Как бы то ни было, думаю, Солнечную Святую мятежники воспримут как спасение. Однако, веры нам недостаточно. Нам нужно вещественное преимущество; хотя бы числом солдат.
  - Что конкретно происходит на Востоке? Мне нужны подробности. - указала Алина.
  - В целом, ничего хорошего. Зачинщиков народных волнений преследуют, везут в столицу и придают суду, не стоит пояснять, что после их казнят. Дарклинг устраивает показательные казни, чтобы все видели как обходятся с предателями. В моих отчетах написано, что главные улицы постоянно заполонены людьми, приходящими, дабы взглянуть на эшафот. Стоны, крики отчаяния, возгласы ликующих, требующих зрелища голосов сотрясают воздух в столице ежечасно. - рассказал принц.
Девушка боролась с накатившим приступом тошноты, стараясь при этом не надтреснуть спокойствие на лице, не корчить гримасу отчаяния. Но все ее потуги были прекрасно видны, на что Николай деликатно не обращал внимания, а Мал незаметно для остальных протянул к ней руку и сжал ее пальцы, которые впились в ткань на коленях.
Неужели Дарклинг настолько обезумел? Она понимала, что чего-то хорошего от него ждать глупо, но в глубине души, так отдаленно она все же надеялась, что он не полностью погряз во тьме. «Иронично, правда? Разве тот, кому подвластны тени, может быть положительным героем?» - горько усмехнулась Алина в своей голове. И все же... она осталась той девочкой, что верит в добро, в справедливость, в то, что в мире еще есть капля милосердия для нее. Саму себя хотелось проклясть за то, что до конца не осознала сущность Дарклинга. Он - Черный Еретик, и способен на любую крайность.
  - Алина? - позвал Николай.
Та дернула головой, вытаскивая разум из омута мыслей. Мал еще держал ее руку.
  - Да, Николай. - только и ответила она.
  - Все хорошо? - уточнил он с легкой улыбкой, но в глазах плескалось беспокойство. Она кинула.
  - Так что насчет Златана?
  - Это может быть опасно, вдруг это ловушка? - предположила Женя. Принц повернулся к ней, одарил растянутой улыбкой и ответил с пафосом.
  - Не помню, чтобы делал что-то безопасное. Зачем начинать сейчас? - пожал плечами он.
Алина помолчала, прикидывая шансы.
  - Хорошо. Выбора у нас нет, попробуем заручиться помощью Западной Равки. - одобрила она, вздохнув. Принц довольно кивнул.
  - Умная Святая. - похвалил он. На эту реплику девушка закатила глаза. Ее друзья не упускали возможности тыкнуть в ее статус; то ли посмеиваясь, то ли подбадривая.
Алина попросила прислать ей подробные отчеты, которыми владеет Николай, чтобы разобраться во всем тщательно. Может, удастся извлечь пользу из информации. Собрание закончилось. Вечером заклинательница условилась заглянуть к Жене с Зоей, дабы провести время вместе. Хоть они и жили под одной крышей, пересекались только за приемами пищи и на заседаниях. А времени на обычные дружеские посиделки не хватало.
До вечера у Алины было достаточно дел, чтобы не скучать. Первым делом Николай повел их в цех, чтобы презентовать свою работу. Это был большой корабль, усовершенствованный и новый. Он назвал свое творение «Голубкой».
Благодаря особому парусу, корабль мог достигать большей высоты и скорости, мог лавировать при необходимости и лететь под углом. Также способен передвигаться по воде и песку Каньона.
Принц сказал, что они обязательно протестируют его самолично. Конечно, этим уже занимались инженеры, но никто не отменял бахвальства Николая, который не упустит возможности продемонстрировать свое изобретение на практике.
Вскоре все разошлись. Алина направилась к выходу, однако ощутила на своем запястье сомкнутые пальцы. Она обернулась.
- Алина, задержись, пожалуйста. - прозвучал голос Ланцова.
- В чем дело? - он отпустил ее.
- Я хочу выделить тебе отдельный кабинет для работы. Все таки по статусу положено. - парень наигранно серьезно нахмурился.
- Правда? Было бы чудесно. - ликовала она, словно ребенок, первый раз вкусивший шоколад.
Николай улыбнулся, предложил руку и они отправились прямиком к ее будущему кабинету.
Это была просторная комната с огромным столом, сидя за таким, буквально ощущаешь себя как лодка в бескрайнем море. Прямо за ним располагались длинные, почти в пол окна с видом на горные массивы. Также в кабинете был уютный диванчик и кресло, куда можно посадить посетителя. В комнате было светло, что позволяло беспрепятственно работать с бумагами.
Восторгу не было предела. Святая восхищенно разглядывала интерьер, пробегалась пальцами по обивке мебели или по гладкому дереву стола.
Здесь все было идеально, словно сделано специально для нее. Заклинательница предпочитала не слишком вычурный шик, сдержанность и комфорт. Кабинет отлично подходил под ее критерии. Лаконичность и удобство, неяркие цвета и естественность.
Она не сдержалась и обняла друга.
- Спасибо! Это великолепный кабинет. Ты лучший! - счастливо воскликнула девушка, зарываясь лицом в чужое плечо.
Николай похлопал ее по спине, одобряя такую реакцию.
- Все для тебя, моя дорогая. - самодовольно хмыкнул он. Нельзя сказать, что гордый принц делает что-то бескорыстно. Он так любил потешить свое эго, что был готов на все, лишь бы его осыпали благодарностями и выразили обожание. Алина была не против, ведь он действительно сделал ей прекрасный подарок.
  - Что ж, не буду задерживать. Все отчеты тебе принесет мой помощник. Я прослежу, чтобы никто не беспокоил тебя пока ты работаешь.
  - Еще раз спасибо. - поблагодарила Алина.
В ответ он обернулся на полпути к выходу и отсалютовал. На губах принца расцвела одна из самых обворожительных улыбок, какие молодой возлюбленный дарит своей избраннице. Если бы она его не знала, подумала бы что он пытается завоевать ее сердце. Но это Николай Ланцов - самовлюбленный обольститель. Для него ничего не значат такие знаки внимания, это скорее образ, поддерживаемый корсаром и принцем по совместительству. Он любит играть в покорного неопытного мальчишку, но на деле за этой маской скрывается умный молодой мужчина, который предан своей стране и друзьям.
Раньше между ними что-то проскальзывало. Святая могла бы влюбиться в светловолосого принца, могла бы отдаться ему целиком и полностью, если бы весь ее разум и укромное место в сердце не занимал парень с восхитительными, родными голубыми глазами, что смотрят с нежностью и любовью.
Вскоре ей принесли отчеты о положении в столице. Она принялась читать. Содержание повергло девушку в шок и сильнее испортило настроение. У Алины было призрачное чувство, будто все налаживается, сходится к лучшему.
Однако, это только у нее. Простой народ продолжает страдать от диверсий самодура на троне. Она не понимала его и наверное никогда не поймет. Святая не может принять его жестокость, сколько бы он ни прожил, это не повод играть жизнями невинных как пешками.
Но увы, ей еще придется столкнуться с Темным заклинателем. Это мысль удручала, равно как и на половину будоражила. Все-таки между ними есть связь, не без помощи оленьих рогов, которыми  Дарклинг насильно сковал шею Алины, но все же связь. Глубокая и древняя, естественная и пугающая. Свидетельством этой связи и игр со скверной стали тени, прыгающие на пальцах девушки. Они клубились как туман, словно в насмешку оставленный подарок Дарклинга, вместо ее неистового первородного Света. Быть может, он знает как вернуть силу? Или пробудить ее снова? Но станет ли он помогать?...Нет... нет, лучше об этом не думать.
Она должна справиться сама, без посторонней помощи, тем более без содействия столь могущественного и устрашающего гриша.
От осознания, что его слова об их уникальности и сходстве частично правдивы у Алины стыла кровь. Лучше бы ее Солнце никогда не пробуждалось и она никогда не познакомилась с Дарклингом. Тогда не было бы таких глобальных проблем и они с Малом могли бы жить спокойно.
Прошло пару часов, она заканчивала работу.
Уже стемнело, одинокие облака плыли по небу.
Алина размяла спину и встала из-за стола. Она направилась к подругам. Ее сапожки с каблуком выстукивали торопливый ритм по каменным плитам. По правде говоря, девушке не терпелось поскорее покинуть кабинет, оставив позади все тревожные мысли и забыться разговорами ни о чем.
Она постучала костяшками пальцев по гладкому светлому дереву. Дверь отворилась, на пороге стояла Зоя. Было даже непривычно видеть ее без синего кафтана, который был ей очень к лицу.
Сейчас девушка была одета в простое черное платье, со свободным силуэтом и пуговицами во всю длину. Впрочем, любая ее одежда подчеркивала стройную фигуру.
  - Проходи, Санкта-Алина. - усмехнулась она. От внимательных синих глаз не ускользнул пристальный взгляд заклинательницы.
  - Здравствуй, Зоя. - кивнула та и прошла вглубь комнаты. Это была спальня шквальной. Алина даже немного удивилась; сама не знала, что ожидала там увидеть, но явно не цветы на комоде, шелковые шторы и мягкое приятное глазу освещение из украшенных светильников.
Заметив, что Алина чуть ли не с открытым ртом озирается вокруг, хозяйка комнаты выгнула бровь.
  - Ожидала, что я сплю на соломе?
  - Нет, я думала, что твое жилье более аскетично.
Зоя дернула плечом, ничего не ответив. Она открыла дверь и жестом пригласила гостью зайти. Они оказались в общей гостиной Зои и Жени. Здесь интерьер был схожим, все в светлых тонах, несколько столов с зеркалами, а в центре удобный мягкий диван и кресло. Там уже сидела Женя. Ее рыжие волосы и белая одежда прекрасно вписывалась в общую обстановку.
При виде девушек она приветливо улыбнулась.
  - Ну наконец-то! Я думала, что уже не придете.
  Сообщила целительница, недовольно хмурясь.
  - У нашей Санкты очень много работы, она даже поспать не успевает, не то что с подчиненными поговорить. - поддела Назяленская.
  - Ну прекратите. Я вообще-то на наше общее благо стараюсь. - буркнула Алина.
  - Ладно, это Зоя еще в хорошем настроении. Ты бы видела ее раздраженной; порой мне кажется, что у нас двери с петель слетят. - Женя укоризненно покосилась на подругу. Они явно успели сблизиться за все это время и Алина не могла не радоваться. Кто бы мог подумать, что эти девушки станут такими хорошими подругами. Назяленская не привыкла проявлять любовь, но в глубине души ей была дорога Женя и Алина, хотя последняя временами ее раздражала.
Женя разлила чай, Зоя передала блюде с чашкой Алине, которая уселась на диван подле целительницы. А Назяленская примостилась рядом с Алиной на бортике дивана. Она скрестила ноги, положив одну на вторую и попивала ароматный чай.
Девушки разговаривали на самые разные темы. В небе уже горели одинокие звезды, но расходиться они не планировали. Алина рассказывала о детстве, Женя с Зоей в свою очередь делились подробностями об обучении в Малом дворе.
Шквальная усмехнулась и ехидно спросила:
  - А ты-то, Старкова, на ночное рандеву к своему следопыту заглядываешь?
Это так, к слову пришлось и она не упустила возможности подколоть.
  - Хочешь, к тебе загляну, Назяленская? Вдруг ты по ночам скучаешь. - парировала та.
В общем время провели весело.
  - Зоя, а как ты получила свой усилитель? - вдруг спросила Святая.
По лицу той проскользнула тень. Но долго молчать она не стала.
  - Не самая веселая история из моей жизни. - скептически начала она. Затем встала и приспустила платье, повернувшись спиной.
Мягкую смуглую кожу рассекали несколько глубоких старых шрамов. Они очень выделялись на фоне спины.
  - Когда мне было четырнадцать, мы отправились в поход. Кто-то из старших гришей должен был заполучить усилитель, убив редкого тигра. Его выслеживали долго, мы провели несколько суток в походе. Однажды мне не спалось и я вышла из палатки. Тихонько ускользнула из лагеря и одним святым известно зачем я пошла в лес. И я увидела, как самец нападает на маленьких тигрят. Они были такими беззащитными и невинными, что я бросилась их защищать. Конечно, тигр здорово отделал меня, но я все же его убила. Тогда я не осознавала, что делаю, это была самозащита и попытка отстоять жизнь тигрят. Кажется, потом я отключилась. После меня нашел в лесу Дарклинг. Старшие были в бешенстве, дескать, какая-то выскочка присвоила трофей себе. Но в момент боя я не думала ни о каких усилителях, я пыталась выжить и защитить тигрят. Раны были глубокими, если бы не целители, думаю, не пережила бы сутки. Гриши долго спорили, что со всем этим делать. В итоге генерал присвоил его мне, так как это было единственное верное решение. С тех пор многие соратники меня не возлюбили. Так я и прослыла стервой, что своего не упустит. - Зоя закончила свой рассказ, который, как она и обещала, не был веселым.
Девушка тряхнула головой, словно пытаясь сбросить наваждение, спровоцированное воспоминаниями прошлого. На ее лице отражалась печаль и чувство вины, когда она говорила о Дарклинге. Возможно, это связано с тем, что будучи более юной, она видела в нем авторитет и опору. Он благоволил таким способным гришам и фактически брал под свою опеку. Разумеется, она считала его кем-то вроде наставника и того, с кого нужно брать пример.
Что ж, Женя так же воспитывалась им, но была «продана» королеве. Сам же он говорил, что это на благо, что он ценит ее и она его собственный шпион. Какого это; разочароваться в человеке, который воспитал тебя и стал твоим идеалом, предметом уважения? Для Дарклинга это, скорее всего, ничего не значило, так как он прожил достаточно, чтобы не привязываться к людям и его сердце талантливые детки не растопят. Они были лишь мигом, отблесками и плодами его стараний. Детям свойственно привязываться к кому-то, кто имеет власть и оказывает влияние на них. Особенно, если эти дети не имеют близких, которые могли бы о них позаботиться.
Но вот для них он был значим и дорог.
Алина сочувственно посмотрела на шквальную. В ответ та обожгла ее тяжелым взглядом синих глаз. Назяленская была слишком гордой, чтобы принимать жалость от других. Более того, ей было омерзительно чувствовать себя нуждающейся в помощи и утешении.
Понимая, что сейчас последуют ахи, охи и причитания, Зоя быстро добавила:
  - Не стоит сочувствовать, я просто рассказала об усилителе. - отметила она. Однако ее подруги не такие уж глупые; они прекрасно поняли, что ей нужно было выговориться, но, слава святым, не стали приставать с поддержкой и успокаивать.
  Алина с Женей мягко увели разговор в другую сторону.
Вот уже глаза начали слипаться, Назяленская полулежала в кресле, а Женя зевала, положив голову на плечо Алины и привалившись к ней.
  - Пожалуй, я пойду. Нам всем уже пора спать, а то до обеда проваляемся. - заключила Святая.
Зоя подняла голову и съязвила:
  - Может, тебя проводить до опочивальни, а то заснешь прямо в коридоре.
Алина усмехнулась.
  - Сама смотри не отключись прямо здесь.
Целительница примирительно подняла руку. Ей требовалось много сил, чтобы встать и подойти к ним. Опираясь о бортик дивана, она окинула их взглядом. Янтарный глаз был по-кошачьи прищурен.
  - Я управлюсь с Зоей, а ты иди к себе. - заявила она. Алина кинула и направилась к выходу, слушая как темноволосая подруга продолжает бубнить что-то вроде «сама справлюсь».
Девушка оказывается в своей спальне. Наскоро принимает ванну и закутывается в чистую сорочку с халатом. Алина подходит ко окну, уже по привычке взывает к Свету, ничего не ожидая.
Но какого же было удивление, когда с ее пальцев сорвалось пара несмелых лучиков. Ее охватил восторг, девушка принялась создавать свет усерднее. По жилам растеклось почти забытое, ни с чем не сравнимое чувство обладания своим даром. Алина развела ладони и между ее руками стал разрастаться светящийся шар, она растягивала его до тех пор, пока не разорвала на множество частей и вся комната ярко осветилась.
Святая была так счастлива, хотелось с криками пробежаться по пустым коридорам, разбудив всех вокруг и сообщить о том, что к ней вернулась сила. Но все же, она взяла себя в руки и прекратила фокусы. Иначе могла бы осветить всю резиденцию. Это явно бы не понравилось спящим.
По руке снова сочились тени, будто вода стекала с пальцев. Не сказать, что ей это не нравилось. Напротив, в тенях она находила спокойствие и равновесие. Они лаконичные и податливые, в отличие от ее своенравного Солнца. Однако, заклинательница не может призвать так уж много теней, поскольку у них есть другой хозяин.
Интересно, может ли Дарклинг манипулировать ее Светом? Если так, то ей это не нравится; Алина не хочет делить ни с кем свое Солнце. Этот дар всегда будет только у нее, и пусть Дарклинг делает что угодно, но ее силу забрать не сможет.
Она никому не позволит посягать на свою индивидуальность.
Святая смотрела в стекло окна, можно было разглядеть собственное отражение. Внезапно вместо ее белых волос и черт лица в темном стекле отразилось чужое лицо, обрамленное, черной копной волос, с бледной кожей и рельефными шрамами, такими темными, как от скверны. Красивое мужское лицо, аристократические черты...это был Дарклинг.
Алина отпрянула. Неужели померещился?
Да, такое только в кошмаре присниться могло.
Она боязливо обернулась, будто за спиной могла увидеть его. Но никого не было; девушка выдохнула, затем поспешила к кровати. Видимо она переутомилась и мозг выкидывает подобные штуки. Нужно просто расслабиться и уснуть.

На периферии сна она услышала стук в дверь.
Даже если это Дарклинг, что практически не возможно, шел бы он куда подальше, желательно  прямиком в Каньон. Однако стук повторился.
Она устало поднялась с кровати и отворила дверь. Одежда смялась, а волосы торчали в разные стороны. Теперь она походила на ведьму.
На пороге стоял Мал. Девушка пару раз моргнула, дабы сфокусировать зрение. Правда он? А то приведется всякое..
  - Извини, что так поздно. Я тебя разбудил? - в голосе близкого послышалась вина.
Алина взглянул на часы. Оказывается, прошло не больше получаса с момента, когда она легла.
  - Нет, все нормально. - она потупила взгляд, затем, вспомнив что случилось, обрадованно залепетала как дитя:
  - Мал, мой Свет...вернулся, представляешь? Я уж думала, что становлюсь отказницей..
  - Правда? Алина, это так здорово! - подхватил друг. Чтобы не орать на весь коридор, Алина жестом позвала его пройти вглубь. Он повиновался и девушка закрыла дверь. Она посмотрела на него; такие дорогие сердцу черты..
Не удержавшись, заклинательница прошла несколько размашистых шагов, приблизилась и поцеловала парня. Он удивился, но с охотой ответил, нежно обвивая рукой ее талию. Через тонкую шелкувую ткань она прекрасно чувствовала это прикосновение. Мурашки прошли по коже в районе ребер и игриво спустились книзу живота. В голове было пусто, только легкое возбуждение и подступающее желание. Однако, она ужасно устала, пришлось бороться со своим вожделением близости.
Наконец оторвавшись от мягких губ, Алина вздохнула. По глазам было видно, что и она, и Мал не станут продолжать сладострастные утехи.
  - Я невероятно хочу спать. - сказала Святая и забралась в постель. Не долго думая, она пригласительно похлопала рядом с собой. Мал понял к чему она клонит и скинул наспех надетую верхнюю рубашку. Он улегся рядом. Сначала они неловко ворочались, принимая удобную позу. Но в конечном итоге Мал приобнял девушку со спины и прижался ближе.
  - Чего бы ты хотела, Алина? - тихо спросил он.
Та ненадолго задумалась, медля с ответом.
  - Быть с тобой. Проживать каждый день вместе в мире и покое, радуясь всяким глупостям. Не знать проблем и не нести ношу ответственности, что ярмом давит на шею. Гулять за руку и встречать рассветы в поле золотистой ржи, вдыхать аромат полевых цветов, которые ты вплетаешь в мои волосы, дышать полной грудью и смотреть на твою улыбку. А еще я бы хотела покататься на коньках. Наперегонки или вдвоем, обветрить лицо морозом и насмеяться вдоволь.
Заклинательница мечтательно закрыла глаза, прокручивая все эти картины в голове. Мал слушал ее и перебирал пряди белоснежных волос. Она чувствовала, как он улыбается.
  - Все это будет, мой яркий луч. - шепнул он и они погрузились в глубокий, дарящий забвение сон.
Звезды перемигивались в темном небе, месяц в обрамлении серебра мерцал как ориентир для одиноких душ. В природе можно найти утешение любому нуждающемуся, неприкаянному и заблудшему. Для этого ночь и существует; чтобы люди могли укрыть свои деяния и помыслы в темноте. Быть может где-то далеко осколок первозданной тьмы ищет свой свет; лишенный сна и покоя ждет рассвета, чтобы свидеться с необходимым ему солнцем. И ночь усмиряет его внутренне волнение, гонит прочь все мысли, и бережно окутывает разум спокойствием. Ночь ему не чужда; он - есть ее порождение, лукавое дитя. Поэтому она любит его и оберегает, раскинув руки в объятиях.
Остается только протянуть руку в ответ.